Арбитражный суд Тамбовской области

392020, г. Тамбов, ул. Пензенская, д. 67/12

 http://tambov.arbitr.ru 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А64-7549/2018

13 марта 2019 года

г. Тамбов

Резолютивная часть решения оглашена 05.03.2019

Решение в полном объеме изготовлено 13.03.2019

Арбитражный суд Тамбовской области в составе судьи С.О. Зотовой,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Силантьевой Я.Н. 

рассмотрев в судебном  заседании дело по иску ОАО «Рикор Электроникс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Нижегородская область,

к ИП ФИО1 (ОГРНИП 312682408800018, ИНН 

<

***>), Тамбовская область, р.п. Инжавино

третье лицо: ООО «Техносфера» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),                         г. Нижний Новгород

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав

при участии в судебном заседании:

от истца – не явился, извещен,

от ответчика – ФИО1, предъявлен паспорт, ФИО2, представитель по доверенности от 08.12.2018,

от третьего лица – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

ОАО «Рикор Электроникс» (ИНН 

<

***>), Нижегородская область, обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с исковым заявлением к ИП ФИО1 (ОГРНИП 312682408800018, ИНН 

<

***>), Тамбовская область, р.п. Инжавино, о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб., а также судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска и судебных издержек, в числе которых: плата за получение сведений в виде выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в размере 180 руб., почтовые расходы в размере 46 руб.

Определением суда от 17.09.2018 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  АПК РФ). Ответчику предложено представить отзыв на заявленные требования. Лицам, участвующим в деле, предложено представить доказательства в обоснование своих доводов.

В ходе рассмотрения дела истец в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 180 000 руб., а также судебных расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска и судебных издержек, в числе которых: плата за получение сведений в виде выписки из ЕГРИП в размере 200 руб., расходы по восстановлению нарушенного права в размере стоимости вещественных доказательств – товаров, приобретенных у ответчика в размере 258 руб., почтовые расходы в размере 92 руб.

Уточнение исковых требований принято судом.

В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что имеется основание для рассмотрения дела по правилам искового судопроизводства.

Определением от 12.11.2018 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением суда от 21.01.2019 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Техносфера».

Судом установлено, что представители истца и третьего лица в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. 

От истца в материалы дела поступило ходатайство о рассмотрении спора в свое отсутствие, исковые требования истец поддерживает в полном объеме, указывает на то, что в материалы дела представлен исчерпывающий перечень доказательств, иного представлено не будет.

От третьего лица в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому ООО «Техносфера» просит удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие представителей истца и третьего лица по имеющимся в деле материалам.

В судебном заседании ответчик, а также его представитель, поддержали ранее высказанную правовую позицию по спору, в материалы дела представлены налоговые декларации по единому налогу на вмененный доход в отношении ФИО1 и его супруги ФИО3 за 2018 года, кроме того, представлена выписка из ЕГРИП от 11.02.2019, свидетельствующая о прекращении ФИО1 предпринимательской деятельности.

Представленные документы приобщены судом к материалам дела.

Ответчик в судебном заседании выразил готовность частично возместить компенсацию за нарушение исключительных прав и понесенные истцом судебные расходы.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы ответчика, суд полагает необходимым объявить перерыв в судебном заседании.

В судебном заседании от 27.02.2019 в соответствии со ст. 163 АПК РФ судом объявлен перерыв до 05.03.2019 до  12 час. 40 мин.

Информация о перерыве размещена на официальном сайте Арбитражного суда Тамбовской области http://tambov.arbitr.ru  (часть 3 статьи 163 АПК РФ).

После перерыва судебное заседание продолжено.

Судом установлено, что после перерыва представители сторон и третьего лица в судебное заседание не явились, о дне слушания дела извещены надлежащим образом. 

В соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие представителей сторон и третьего лица по имеющимся в деле материалам.

В судебном заседании от 05.03.2019 в соответствии со ст. 163 АПК РФ судом объявлен перерыв в пределах дня до 15 час. 00 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено.

С учетом ст. 156 АПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей истца и третьего лица, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, по имеющимся материалам.

От истца в материалы дела поступило заявление об уточнении в порядке ст. 49 АПК РФ исковых требований, согласно уточнению истец указывает на частичное добровольное погашение ответчиком задолженности по компенсации, просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 170 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 289416.

Уточнение исковых требований рассмотрено и принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Ответчик факт реализации контрафактного товара не отрицает, однако полагает, что заявленный размер компенсации рассчитан неверно, Лицензионный договор не может подтверждать стоимость права использования товарного знака, поскольку он заключен на иных условиях, стоимость компенсации является несоразмерным, отмечает, что правонарушение было совершено однократно.

Ответчик считает размер компенсации разумным в сумме 10 000 руб. В материалы дела ответчик представил чек-ордер от 01.03.2019 на сумму 10 000 руб. в подтверждение частичного возмещения компенсации, отмечает, что в указанную сумму помимо компенсации за нарушение исключительных прав входят судебные расходы по оплате государственной пошлины, судебные издержки за получение сведений из ЕГРИП, затраты истца на приобретение товара, почтовые расходы.

Представленный документ приобщен судом к материалам дела.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ОАО «Рикор Электроникс» является правообладателем товарного знака в виде изобразительного обозначения в отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ, согласно свидетельству № 289416 от 23.05.2005, с датой приоритета 22.07.2004, сроком действия до 22.07.2014. В Приложении к свидетельству на товарный знак № 289416 указана дата, до которой продлен срок действия исключительного права – 22.07.2024 года. Наименование и адрес правообладателя товарного знака, согласно приложению к указанному свидетельству от 20.02.2007 изменено на открытое акционерное общество «Рикор Электроникс» (прежнее наименование правообладателя - открытое акционерное общество «Арзамасский завод радиодеталей»).

Информация об указанном товарном знаке располагается на официальном сайте Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу:http://www1.fips.ru/wpsportal/Registers/.

31.03.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, где осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, был реализован товар (датчик положения дроссельной заслонки), содержащий обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, права на который принадлежат истцу.

В подтверждение факта приобретения товара у ответчика истцом представлены: товарный чек № 198 от 31.03.2018 на сумму 180 руб., на котором проставлена печать                        ИП ФИО1 (ИНН 

<

***>); кассовый чек на сумму 180 руб.; компакт-диск с видеозаписью процесса приобретения товара.

Компакт-диск с записью процесса приобретения товара воспроизведен судом. Видеозапись покупки отображает местонахождение, внешний и внутренний вид торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, выдачи товарного чека. На видеозаписи покупки отображается содержание выданного чека (наименование ответчика, ИНН, дата выдачи и др.), соответствующего приобщенному к материалам дела товарному чеку, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемуся в материалах дела.

В порядке досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика было направлено претензионное письмо с предложением в досудебном порядке урегулировать спор.

Однако в досудебном порядке урегулировать возникший спор сторонам не удалось.

Полагая, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительные права на товарный знак, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению. При этом суд исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с п. 1 ст. 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно статье 1481 ГК РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии со статьей 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смещений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

При этом товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар (в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса), так и при изготовлении самого товара в виде товарного знака. Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом, в том числе при изготовлении самого товара в виде товарного знака, а именно в данном случае трехмерной мягкой игрушки, имитирующей товарный знак.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения

Как отмечено в пункте 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

В соответствии с пунктом 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197 (далее - Методические рекомендации), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Как установлено судом, следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, истец является правообладателем товарного знака с номером регистрации №289416,  включающего буквенное обозначение, выполненное стандартными заглавными буквами латинского алфавита «А» и «Р».

Ответчиком доказательства наличия у него прав на использование названного товарного знака не представлены.

Из материалов дела следует, что 31.03.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, осуществлена реализация товара (датчик положения дроссельной заслонки), на котором имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком, право на которое принадлежит истцу.

Факт приобретения товара у ответчика подтвержден представленным в материалы дела товарным чеком от 31.03.2018 на сумму 180 руб., кассовым чеком на сумму 180 руб.,  а также компакт-диском с видеозаписью процесса приобретения товара.

Судом исследована видеозапись покупки товара. Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара в торговой точке ответчика, расположенной по адресу: 

<

...>.

Согласно статье 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 89 АПК РФ иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из анализа норм статей 12, 14 ГК РФ и вышеуказанных норм процессуального законодательства осуществление видеосъемки при фиксации факта продажи товара является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. При этом данная видеосъемка проводилась истцом в целях защиты нарушенного права в рамках гражданско-правовых отношений. Оснований полагать, что данное доказательство было получено с нарушением федерального закона, у суда не имеется.

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из кассового чека, который подтверждает факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. На видеозаписи запечатлен процесс приобретения спорного товара. Внешний вид спорного товара, зафиксированный на видеозаписи, визуально совпадает с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела. Представленная истцом видеосъемка товара не прерывалась.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной  продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Представленные в материалы дела товарный чек содержит необходимые реквизиты, содержит указание на индивидуального предпринимателя ФИО1, ИНН предпринимателя, стоимость покупки, отвечает требованиям статей 67 и 68 АПК РФ, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 6 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

Таким образом, товарный чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи, и в силу правил статьи 493 ГК РФ.

В этой связи, суд находит товарный чек достаточным доказательством, указывающим на заключение сторонами договора розничной купли-продажи спорного товара, что, в свою очередь, свидетельствует о его распространении.

Заявления о фальсификации видеозаписи либо иных представленных в дело доказательств от предпринимателя в порядке статьи 161 АПК РФ не поступало.

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию.

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы свидетельства на коллективный знак (утверждены Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 №482) обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о доказанности факта приобретения спорного товара у ответчика. 

Ответчик факт продажи спорного товара и принадлежность ему торговой точки не оспаривает (ст.ст.9, 65 АПК РФ).

Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот вышеуказанного товара, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения с ответчиком и т.п.), в материалы дела не представлено (ст.ст.9, 65 АПК РФ).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил, что товар, приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению, зарегистрированному в качестве товарного знака № 289416, ввиду использования характерных изобразительных особенностей расположения букв «А» и «Р»: пропорции и характерного положение их черт, то есть имеет место сходство до степени смешения этого товара с товарным знаком, зарегистрированным под № 289416.

Таким образом, реализация ответчиком товара с использованием товарного знака, принадлежащего истцу, является нарушением исключительных прав последнего.

Учитывая, что правообладатель разрешения ответчику на использование своего товарного знака не давал, то использование указанного знака является незаконным.

В этой связи, суд считает факт использования ответчиком товарного знака правообладателя № 289416 доказанным.

Суд принимает во внимание также то обстоятельство, что в процессе рассмотрения судебного спора ответчик ИП ФИО1 признавал факт незаконного использования товарного знака правообладателя № 289416. 

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

По смыслу указанной нормы ответственность наступает в отношении каждого нарушителя исключительных прав за каждый случай неправомерного использования объектов исключительных прав.

Ответчик ИП ФИО1 выражал несогласие с методикой расчета размера компенсации, а также с учетом принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, характера нарушения, отсутствия фактов аналогичного нарушения, просил уменьшить размер компенсации.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что согласно Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества; интеллектуальная собственность охраняется законом (статья 44, часть 1); каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1), в том числе связанной с использованием результатов творческой деятельности; названные права наряду с другими правами и свободами человека и гражданина признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1).

Исходя из предписаний статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации Гражданский кодекс Российской Федерации в целях обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты как одного из основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1) закрепляет в качестве общего принципа правило о возмещении убытков (реального ущерба и упущенной выгоды), причиненных лицу, право которого нарушено, в полном объеме лицом, их причинившим (статья 15). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению; при этом, по смыслу пункта 1 статьи 15 ГК Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер установить невозможно (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

При этом нет оснований полагать, что статьями 1301, 1311 и пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, равно как и другими, связанными с ними нормами гражданского законодательства не учитывается принцип соразмерности ответственности совершенному правонарушению: абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей. Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным (постановления от 06.06.1995 №7-П, от 13.06.1996 №14-П, от 27.10.2015 №28-П и др.).

В данном случае истцом заявлено требование о взыскании суммы компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а именно – в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее — Обзор от 23.09.2015).

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации исходя из этой цены с учетом установленного нарушения. При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 22.01.2019 по делу №А70-16286/2017.

Как указано в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 22.01.2019 по делу №А70-16286/2017, суду, исходя из требования об установлении обстоятельств с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, надлежит также определять, на что конкретно направлены доводы ответчика о снижении размера компенсации – на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного законом предела.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, императивно определена законом; доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, заявленным истцом, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и с учетом части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

Заявление ответчика о снижении размера компенсации в случае предъявления иска о взыскании рассчитанной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ по причине ее несоразмерности и чрезмерности, в свою очередь, должно быть обосновано обстоятельствами, предусмотренными постановлением № 28-П, поскольку иных оснований для снижения размера компенсации, которая определяется на основании стоимости права использования, а не по усмотрению суда, законом не предусмотрено.

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен был быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

При этом согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Требования указанной нормы распространяется, в том числе, и на установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, а также двукратного размера такой цены.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, истцом в обоснование заявленных требований был представлен лицензионный договор от 01.10.2016, зарегистрированный Роспатентом 09.10.2017 за номером 

<

***> по условиям которого ОАО «Рикор  Электроникс» (лицензиар) предоставило ООО «Техносфера» (лицензиат) на срок действия договора (до 22.07.2024 года) за вознаграждение право на использование на неисключительной основе на территории Российской Федерации товарного знака (знака обслуживания) по свидетельству № 289416 в отношении всех товаров, включенных в 07, 09, 12 и 20 классы по Международной классификации товаров и услуг (МКТУ).

Определением суда от 21.01.2019 истцу и третьему лицу было предложено представить информацию о количестве выпущенных товаров с соответствующим товарным знаком в период действия лицензионного договора от 01.10.2016 по настоящее время; предоставить копии отчетов о количестве реализованной продукции, предусмотренных п.2.5 лицензионного договора от 01.10.2016г.; предоставить информацию о стоимости одной единицы датчика положения дроссельной заслонки, реализуемой ОАО «Рикор электроникс» и (или) ООО «Техносфера», предоставить информацию об общем объеме платы за использование товарного знака, предусмотренной п. 4.2. Лицензионного договора, полученной ОАО «Рикор Электроникс» от ООО «Техносфера» за реализацию датчиков положения дроссельной заслонки с товарным знаком истца за период действия Лицензионного договора, письменное пояснение о соотношении (процентном и абсолютном) единоразовой суммы в размере 90 000 рублей, предусмотренной п. 4.1. Договора, и периодических платежей в размере 7 % от стоимости единицы товара (процентные отчисления от выручки), предусмотренной п. 4.2 Договора, в общем объеме получаемой истцом платы по Договору за правомерное использование товарного знака; письменное пояснение, как определялась при заключении Лицензионного договора и что представляет собой единоразовая сумма в размере 90 000 рублей, предусмотренная п. 4.1 Договора, какая сумма из единоразовой суммы 90 000 рублей приходится в качестве компенсации за размещение товарного знака истца на одном товаре, при наличии - расчет данной единоразовой платы.

Также определением суда от 21.01.2019 истцу было предложено представить иные доказательства, подтверждающие, что за правомерное использование принадлежащего истцу товарного знака на одном товаре (датчике положения дроссельной заслонки) размер платы составляет 90 000 рублей; а также копии иных лицензионных договоров в отношении данного или иного товарного знака, заключенных при сравнительных обстоятельствах, а именно: в отношении одного вида товара схожего назначения или одного МКТУ, незначительного количества  товаров, короткого срока использовании товарного знака.

Также истцу предлагалось в случае отсутствия или затруднительности представления доказательств, указанных в настоящем определении, рассмотреть вопрос об избрании иного вида компенсации, предусмотренного п.4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ.

Определение истцом и третьим лицом исполнено не было. 

Согласно ходатайству истца от 16.02.2019 ОАО «Рикор Электроникс» настаивает на заявляемых исковых требованиях в полном объеме, указывает, что иных доказательств представлять в материалы дела не будет.

ООО «Техносфера» в отзыве от 27.02.2018 указало на исполнение сторонами условий Лицензионного договора в части оплаты фиксированной стоимости вознаграждения в размере 90 000 рублей, а также на отсутствие необходимости предоставления в материалы дела сведений об исполнении обязательств по п. 4.2 Лицензионного договора. Третье лицо полагает исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объёме.

Поскольку ОАО «Рикор Электроникс» настаивает на применении к ответчику меры ответственности в виде взыскания, предусмотренной п. 2 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ, а именно двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, следовательно, по правилам распределения бремени доказывания в арбитражном процессе, на истце лежит обязанность доказывания, в том числе, цены которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Единственным доказательством, подтверждающим, по мнению истца, соответствующую цену  правомерного использования товарного знака, является представленный в материалы дела Лицензионный договор от 01.10.2016.

В процессе рассмотрения настоящего дела ответчиком ИП ФИО1 заявлены возражения относительно способа определения истцом цены права использования товарного знака, в частности, согласно мнению ответчика, представленный в материалы дела Лицензионный договор от 01.10.2016, заключенный с ООО «Техносфера», не подтверждает цену права использования принадлежащего истцу товарного знака при сравнимых обстоятельствах, поскольку условия заключенного Договора и обстоятельства допущенного ответчиком нарушения существенно различаются: Договор заключен в отношении нескольких групп МКТУ, на неограниченное количество товара, и на длительный срок использования товарного знака (до 2024 года), в то время как ответчиком нарушение было допущено в один день, на одном товаре – датчике дроссельной заслонки. Данные возражения ответчика подтверждаются определением Арбитражного суда Тамбовской области от 21.01.2019.

Также ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации, аргументированное низкой стоимостью товара, единственным фактом продажи товара, наличием на иждивении несовершеннолетних детей.

Как указано в Определении Верховного суда РФ от 10.01.2019 № 310-ЭС18-16787 по делу № А36-16236/2017 в подтверждение довода о чрезмерности, необоснованности размера компенсации, рассчитанной истцом, ответчиком должны быть представлены в материалы дела какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца.

Определением суда от 21.01.2019 ответчику предлагалось представить иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца (Определение Верховного суда РФ от 10.01.2019 № 310-ЭС18-16787 по делу № А36-16236/2017).

Указанное определение ответчиком не исполнено.

При этом суд принимает во внимание пояснения ответчика ИП ФИО1 о невозможности представления им в связи с отсутствием у него иных лицензионных договоров или иных сведений о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца, как это указано в Определении Верховного суда РФ от 10.01.2019 № 310-ЭС18-16787 по делу № А36-16236/2017.

Открытый источник информации в сети Интернет, который бы позволил ответчику осуществить анализ сопоставимых цен за право использования товарного знака, отсутствует. 

Реестр товарных знаков и знаков обслуживания, размещенный на сайте Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности (ФИПС)», http://www1.fips.ru, также информации о цене лицензионных договоров не содержит.

Объективная затруднительность для индивидуального предпринимателя ФИО1 доказывания сведений об иной цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца, не освобождает суд от обязанности осуществления самостоятельной проверки обоснованности заявленной суммы компенсации и формулы её расчета.

В связи с вышеизложенным, дело рассматривается судом по имеющимся доказательствам.

В качестве единственного доказательства цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, истцом в материалы дела представлен Лицензионный договор от  01.10.2016.

Согласно п. 2.1. Лицензионного договора лицензиар предоставляет лицензиату за вознаграждение право использовать объект интеллектуальной собственности на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Согласно пункту 4.1. Лицензионного договора Лицензиат за получение неисключительного права использования объекта интеллектуальной собственности на условиях настоящего договора обязуется выплатить Лицензиару фиксированное вознаграждение в размере 90 000 (девяносто тысяч) рублей, в том числе НДС 13 728,81 рублей (тринадцать тысяч семьсот двадцать восемь рублей 81 копейка), независимо от срока и количества фактов использования объекта интеллектуальной собственности.

В соответствии с п. 4.2 Лицензионного договора Лицензиат уплачивает Лицензиару 7 % от полной фактурной стоимости продажи продукции и/или оказания услуг, содержащих объект интеллектуальной собственности, в том числе НДС.

В соответствии с п. 5 ст. 1235 ГК РФ выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Как следует из содержания п. 4.1 и п. 4.2 Лицензионного договора стороны предусмотрели смешанную форму вознаграждения по лицензионному договору: фиксированный разовый платеж в размере 90 000 рублей (паушальный платеж) (п. 4.1. Лицензионного договора) и периодические платежи в виде процентных отчислений в размере 7 % от полной фактурной стоимости продажи (роялти) (п. 4.2. Лицензионного договора).

Таким образом, основное вознаграждение по данному Договору Лицензиар - ОАО «Рикор Электроникс» получает от постоянных 7-ми процентных отчислений от каждого проданного изделия, на котором использован товарный знак по свидетельству № 289416 в период действия Лицензионного договора. В связи с чем, именно 7 % от цены изделия является ценой, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца на одном товаре, вводимом в оборот ООО «Техносфера».

В то же время, учитывая смешанную форму вознаграждения, избранную сторонами при заключении Лицензионного договора, суд при проверке расчета взыскиваемой компенсации обязан учитывать обе формы вознаграждения: единоразовую  (паушальный платеж) и периодическую (роялти).

Как было указано выше, избранный истцом способ компенсации, предусмотренный п. 4 ст. 1515 ГК РФ, предполагает доказывание и установление в процессе рассмотрения судебного спора размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

По мнению суда, фиксированный размер вознаграждения в сумме 90 000 рублей, предусмотренный п. 4.1 Лицензионного договора, не может служить доказательством цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца, по следующим основаниям.

Сравнимыми (идентичными, сопоставимыми) обстоятельствами в контексте настоящего спора следует считать:

- использования товарного знака на территории одного субъекта Российской Федерации, поскольку правонарушение ответчиком совершено в одной торговой точке, расположенной в р.п. Инжавино Тамбовской области; 

- использование товарного знака на одном виде товара, поскольку материалами дела подтверждается размещение товарного знака, схожего до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 289416, на одном экземпляре датчика положения дроссельной заслонки, реализованного ответчиком;

- краткосрочный период использования товарного знака, поскольку нарушение ответчиком было допущено только в один день.

Только при наличии в Лицензионном договоре вышеуказанных сравнимых обстоятельств использования товарного знака, вознаграждение за использование по такому Договору может считаться подтверждением цены, которая при сравнимых обстоятельствах взимается за правомерное использование товарного знака. 

Имеющийся в материалах дела Лицензионный договор, устанавливающий фиксированное вознаграждение в размере 90 000 рублей, вышеуказанным критериям идентичности обстоятельств не отвечает, поскольку:

- согласно п. 1.1. Лицензионного договора территория использования товарного знака определена вся территория Российской Федерации, а не один субъект Российской Федерации;

- согласно п. 1.1. Лицензионного договора  право использования товарного знака предоставлено ООО «Техносфера» в отношении всех товаров, включенных в 07, 09, 12 и 20 классы по Международной классификации товаров и услуг (МКТУ), в то время как ответчиком реализован только один вид товара - датчик положения дроссельной заслонки (09 класс МКТУ);

- согласно п. 5.1 Лицензионного договора срок, на который предоставлено право использования товарного знака, составляет с 01.10.2016 по 22.07.2024, в то время, как ответчиком допущено нарушение в 1 календарный день.

Вышеуказанные обстоятельства не позволяют суду признать предусмотренное в п. 4.1 Лицензионного договора вознаграждение в размере 90 000 рублей надлежащим подтверждением цены, которая при сравнимых обстоятельствах взимается за правомерное использование товарного знака.

В то же время, учитывая отсутствие в материалах настоящего дела иных доказательств цены, принимая во внимание отсутствие у суда права по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015), судом по имеющимся в деле доказательствам произведен самостоятельный расчет цены, максимально приближенной к сравнимым обстоятельствам правомерного использования товарного знака.

Как указано в Постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 08.06.2018 № С01-305/2018 по делу № А56-42251/2017, от 24.01.2017 № С01-1210/2016 по делу № А32-5628/2016, в случае избрания истцом компенсации в виде двукратного размера стоимости  права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, суду также необходимо проверить период незаконного использования товарного знака, обоснованность заявленной суммы компенсации и осуществить проверку формулы расчета.

Как предусмотрено п. 5.1. Лицензионного договора, настоящий договор вступает в силу с момента его подписания и действует до 22.07.2024.

Таким образом, срок действия Лицензионного договора составляет период с 01.10.2016 по 22.07.2024, что соответствует 2 852 календарным дням.

При этом фиксированная часть вознаграждения в размере 90 000 рублей относится ко всему сроку действия Лицензионного договора.

В то же время материалами дела подтверждается, что ответчиком ИП ФИО1 нарушение права истца на товарный знак № 289416 допущено в один календарный день, а именно в день приобретения спорного товара 31.03.2018. Доказательств более длительного периода нарушения в материалы дела истцом в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.

Какие-либо доказательства стоимости права на использование товарного знака                № 289416 за один день использования в материалы дела истцом также не представлены.

Стоимость права на использование товарного знака № 289416 за один день использования сторонами в Лицензионном договоре сторонами также не определена.

В отсутствие иных доказательств, судом произведен самостоятельный пропорциональный расчет фиксированной части стоимости права на использование товарного знака № 289416 за один день, исходя из размера вознаграждения по Лицензионному договору и продолжительности нарушения права. Исходя из расчета 90 000 руб. / 2 852 дня размер фиксированной части стоимости права на использование товарного знака № 289416 за один день составляет 31 руб. 56 коп.

Правомерность расчета судом размера компенсации за каждый календарный день, т.е. пропорционально, исходя из общего размера вознаграждения по Лицензионному договору и фактической продолжительности нарушения права в днях, подтверждается судебной практикой (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 24.05.2017 № С01-400/2017 по делу № А46-12028/2016).

Поскольку условиями Лицензионного договора предусмотрен также платеж в размере 7 % от полной фактурной стоимости продажи, то в предмет доказывания по настоящему делу входит также установление стоимости запасной части (датчика положения дроссельной заслонки).

Определением суда от 21.01.2019 ОАО «Рикор Электроникс» и ООО «Техносфера» предлагалось предоставить в материалы дела информацию о стоимости одной единицы датчика положения дроссельной заслонки, реализуемой ОАО «Рикор электроникс» и (или) ООО «Техносфера».

Определение суда лицами, участвующими в деле, не исполнено, в связи с чем риски непредставления соответствующих доказательств по правилам ст. 9 АПК РФ возлагаются на истца.

Материалами дела подтверждается, что ответчиком спорный товар был реализован по цене 180 рублей, что подтверждается копией товарного чека № 198 от 31.03.2018, представленного в материалы дела.

Информация об иной стоимости датчика положения дроссельной заслонки в материалах настоящего дела отсутствует.

Условиями п. 4.2 Лицензионного договора сторонами согласована периодическое вознаграждение за использование товарного знака в размере 7 % от полной фактурной стоимости продажи.

Применительно к настоящему спору размер периодического платежа за использование товарного знака при реализации одного экземпляра датчика положения дроссельной заслонки составляет 12,60 рублей из расчета (180 рублей х 7 %).

Таким образом, определенная судом цена за правомерное использование товарного знака в сравнимых обстоятельствах, по условиями Лицензионного договора, составляет сумму фиксированной части вознаграждения за один день в размере 31,56 рублей (п. 4.1. Лицензионного договора) и сумму периодического платежа от реализации одного экземпляра товара в размере 12,60 рублей (п. 4.2. Лицензионного договора), что составляет 44,16 рублей, из расчета 31,56 рублей + 12,60 рублей.

Учитывая, что в соответствии с частью 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, исковые требования общества заявлены правомерно в части 88,32 рублей, из расчета 44,16 рублей х 2.

В постановлении от 20.11.2012 № 8953/12 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Каких-либо оснований полагать, что при правомерном использовании товарного знака однократно на одном экземпляре датчика положения дроссельной заслонки, стоимостью 180 рублей, истец получил бы вознаграждение в размере 90 000 рублей или 180 000 рублей, у суда не имеется.

Суд отмечает, что определением от 21.01.2019 истцу было предложено рассмотреть вопрос об избрании иного вида компенсации, предусмотренного п.4 ст. 1515 Гражданского кодекса РФ. Истец данным правом не воспользовался, настаивал на рассмотрении заявленных требований по существу по имеющимся в деле доказательствам.

Проанализировав ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, аргументированное наличием несовершеннолетнего ребенка, небольшим доходом, суд признает его не подлежащим удовлетворению.

Как было указано выше, установленный судом размер компенсации в сумме 88,32 рублей в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, является единственным (одновременно и минимальным и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

Снижение компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака),  возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления от 13.12.2016 № 28-П).

Вместе с тем, в данном деле отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления № 28-П основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела, - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. Как указывалось выше, истцом предъявлено требований о защите исключительного права лишь на один товарный знак, в связи с чем у суда отсутствуют основания для снижения размера компенсации ниже, установленного судом.

Из материалов дела следует, что ответчиком в процессе рассмотрения настоящего судебного спора добровольно произведено перечисление ОАО «Рикор Электроникс» денежных средств в сумме 10 000 руб. по чек-ордеру от 01.03.2019 в счет частичного возмещения компенсации и судебных расходов, понесенных истцом в рамках настоящего спора. Указанное подтверждается представленным в материалы дела чеком-ордером от 01.03.2019 на сумму 10 000 руб. с назначением платежа «компенсация за нарушение прав, госпошлина, судебные издержки за сведения, за приобретение товара, почтовые расходы».

Факт получения указанных денежных средств ОАО «Рикор Электроникс» не оспаривается и подтверждается совершением процессуального действия по уточнению размера исковых требований. При этом в ходатайстве об уточнении исковых требований истец указал на получение частичной оплаты от истца.

Принимая во внимание наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих возмещение ответчиком ИП ФИО1 суммы компенсации в размере большем, чем сумма компенсации, признанная судом обоснованной, оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в оставшейся части не имеется.

Истцом также заявлено требование о возмещении судебных издержек в размере              550 руб., из которых: 258 руб. - расходы по приобретению контрафактного товара; 92 руб. - почтовые расходы, 200 руб. – расходы за получение сведений в виде выписки из ЕГРИП, и расходов по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб.

В соответствии со статьей 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 АПК РФ).

Заявленные истцом судебные издержки в размере 92 руб., по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела, подтверждены почтовыми квитанциями, в связи с чем указанные расходы подлежат возмещению ответчиком пропорционально размеру требований, признанных судом обоснованными.

Кроме того, согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 АПК РФ с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

В связи с изложенным, расходы в размере стоимости представленного в материалы дела доказательства отвечают установленным статьей 106 Кодекса критериям судебных издержек и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца применительно к положениям абзаца 2 части 1 статьи 110 Кодекса пропорционально размеру исковых требований, признанных судом обоснованными.

В то же время, истцом необоснованно заявлено требование о взыскании расходов в размере стоимости представленного в материалы дела в сумме 258 руб., в то время как материалами дела подтверждается стоимость спорного товара в размере 180 рублей (товарный чек № 198 от 31.03.2018). 

В то же время сумма, перечисленная ответчиком в адрес истца по чек-ордеру от 01.03.2019, в любом случае покрывает расходы истца на приобретение товара.

Истцом в связи с рассмотрением настоящего дела также понесены судебные издержки в размере 200 руб. за получение сведений из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика.

В материалах дела имеется копия выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, содержащая оттиск печати Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №12 по Омской области.

В силу пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ).

В соответствии с положениями статьи 7 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предоставление содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, а также предусмотренной пунктом 6 статьи 6 настоящего Федерального закона справки осуществляется за плату, если иное не установлено федеральными законами. Размер платы за предоставление содержащихся в государственных реестрах сведений и документов, а также предусмотренной пунктом 6 статьи 6 настоящего Федерального закона справки устанавливается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.05.2014 № 462 «О размере платы за предоставление содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц и Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей сведений и документов и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» установлена стоимость предоставления сведений о конкретном юридическом лице или об индивидуальном предпринимателе на бумажном носителе в размере 200 руб.

На основании изложенного, требование истца о взыскании с ответчика 200 рублей судебных расходов за получение сведений из ЕГРИП в отношении ответчика подлежит удовлетворению пропорционально сумме исковых требований, признанной судом обоснованной.

Согласно правилам ст. 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При обращении истца в арбитражный суд с настоящим иском истцом произведена оплата государственной пошлины в размере 2 000 руб. (чек-ордер от 11.07.2018), при цене иска, первоначально заявляемого истцом – 50 000 руб. 

В процессе рассмотрения настоящего дела истец увеличил исковые требования до 180 000 руб., доплата государственной пошлины истцом произведена не была на основании положения п. 3 ч. 1 ст. 333.22 Налогового кодекса РФ.

В дальнейшем истец уменьшил исковые требования до 170 000 руб.

Уточнение исковых требований принято судом.

Как разъяснено в пункте 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации. 

При этом в данном пункте Обзора судебной практики сделана ссылка на правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении Президиума от 04.02.2014 № 9189/2013, о том, что обязательство нарушителя исключительных прав на товарный знак по выплате компенсации не является неустойкой. Статья 333 ГК РФ не может быть применена и по аналогии, поскольку в силу пункта 1 статьи 6 Кодекса аналогия закона применяется в случае, если соответствующие отношения не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота. 

В силу статьи 9 АПК РФ истец, заявляя необоснованный размер компенсации, несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий.

Поскольку исковые требования признаны судом обоснованными в части, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела подлежат распределению между сторонами по правилам ст. 110 АПК РФ с учетом суммы, признанной судом обоснованной.

Как следует из назначения платежа, указанного плательщиком в чек-ордере от 01.03.2019, ответчиком произведено перечисление суммы 10 000 рублей, которая включает в себя компенсацию за нарушение исключительных прав, судебные расходы по оплате государственной пошлины, судебные издержки за получение сведений из ЕГРИП, затраты истца на приобретение товара, почтовые расходы.

Таким образом, ответчиком добровольно компенсированы истцу судебные расходы, понесенные в рамках настоящего спора, что подтверждается чеком-ордером от 01.03.2019.

В связи с чем оснований для взыскания с ответчика понесенных судебных расходов у суда не имеется.

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

На основании вышеизложенного, с учетом признания исковых требований обоснованными частично, неуплаченная в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 4 100 руб. в связи с увеличением истцом исковых требований подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 102, 110, 112, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 4 100 рублей.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу. 

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства через Арбитражный суд Тамбовской области в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд (394006, 

<

...>).

Судья                                                                                                              С.О.Зотова