1165/2023-51448(2) 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А46-2365/2020

21 августа 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 21 августа 2023 года. 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Брежневой О.Ю. судей Котлярова Н.Е., Сафронова М.М. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный  номер 08АП-3985/2023) конкурсного управляющего ФИО2 на  определение Арбитражного суда Омской области от 23 марта 2023 года по делу № А462365/2020 (судья Бацман Н.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления  конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  взыскании с ФИО3 убытков, в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирский Кедр» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

при участии в судебном заседании:  

конкурсного управляющего ФИО2 лично; 

представителя конкурсного управляющего ФИО2 – Подорван М.А. по  доверенности № 1 от 04.08.2023;  

ФИО3 лично; 

представителей ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 05.08.2023, сроком  действия один год; ФИО5 по устному ходатайству,  

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее - ИП  ФИО6, кредитор) обратился 12.02.2020 в Арбитражный суд Омской области с  заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Сибирский  Кедр» (далее – ООО «Сибирский Кедр», должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Омской области от 17.02.2020 заявление  принято, возбуждено производство по делу № А46-2365/2020, назначено судебное  заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 06.08.2020 (резолютивная  часть от 30.07.2020) заявление ИП ФИО6 признано обоснованным, в отношении  ООО «Сибирский Кедр» введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца (до  30.11.2020), временным управляющим должника утвержден ФИО2.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 146 от 15.08.2020.  

Решением Арбитражного суда Омской области от 02.12.2020 (резолютивная часть  от 26.11.2020) ООО «Сибирский Кедр» признано несостоятельным (банкротом), в  

отношении него открыта процедура конкурного производства сроком на шесть месяцев  (до 26.05.2021), конкурным управляющим должника утвержден ФИО2.  

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в  отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете  «Коммерсантъ» № 224 от 05.12.2020.  

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался. 

Конкурсный управляющий ФИО2 (далее – заявитель, податель жалобы)  обратился 11.10.2021 в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении  ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 25.04.2022 в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Сибирский Кедр»  ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника отказано.  

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022  определение Арбитражного суда Омской области от 25.04.2022 по делу № А462365/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.  

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.12.2022  определение от 25.04.2022 Арбитражного суда Омской области и постановление от  19.09.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-2365/2020  отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Омской области.  

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился 26.10.2022 в Арбитражный  суд Омской области с заявлением о взыскании с ФИО3 убытков в размере 5 014  912, 64 руб.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 12.12.2022 заявление  принято, назначено судебное заседание по его рассмотрению, заявление о взыскании с  ФИО3 убытков объединено с заявлением о привлечении ФИО3 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда Омской области от 23.03.2023 (резолютивная  часть от 14.03.2023) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО  «Сибирский Кедр» ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника и взыскании с ФИО3 убытков  отказано.  

Не соглашаясь с принятым судебным актом, конкурсный управляющий  ФИО2 обратился в Восьмой арбитражный апелляционный суд с  апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Омской  области от 23.03.2023 отменить, требования конкурсного управляющего удовлетворить.  

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что документы  бухгалтерского учета переданы ему не в полном объеме, а переданные свидетельствуют  о том, что ответчиком нарушалась правила ведения бухгалтерского учета и кассовой  дисциплины, данные инвентаризации товаров на складе № 1 от 01.01.2020 не отражают  достоверно перечень имущества должника на момент признания его банкротом,  перечисленное в инвентаризационной описи имущество не передано управляющему.  Определением суда от 01.07.2021 ответчик обязан передать управляющему, в том числе,  материальные и иные ценности ООО «Сибирский Кедр», однако судебный акт не  исполнен.  

Кроме того, ФИО3 получал денежные средства со счета должника в свое  личное распоряжение путем перечисления их на свой счет. Проанализировав  

представленные ответчиком авансовые отчеты, конкурсный управляющий пришел к  выводу о том, что таковые отражают не всю сумму.  

По мнению апеллянта, ответчик в настоящем споре, используя документы,  относящиеся к его предпринимательской деятельности или деятельность связанных с  ним юридических лиц, пытается «подогнать» сумму трат якобы проведенных в  интересах должника и уменьшить сумму, предъявляемого ему долга, за счет  документов, не относящихся к деятельности должника.  

Ответчиком не переданы книги учета доходов и расходов должника, при этом  вывод суда первой инстанции о применении должником упрощенной системы  налогообложения документально не подтвержден.  

Ответчик также указал, что выдавал заем должнику на сумму 2 113 000 руб.,  однако как директор общества не внес денежные средства ни на счет должника, ни в его  кассу.  

Факт ненадлежащего ведения бухгалтерского учета признается самим ответчиком.  При этом ввиду того, что информация, содержащаяся в бухгалтерской отчетности  должника, искажена (не соответствует действительности), конкурсный управляющий  лишен возможности объективно оценить движение денежных средств должника и его  имущества. В частности, затруднено установление истинных финансовых  взаимоотношений между ответчиком и должником и, соответственно выведение  итогового сальдо таких взаимоотношений.  

Также управляющий отмечает, что, заключая договор аренды здания, состояние  которого исключало его использование, делая ремонт за счет должника, не истребуя  излишне полученные арендодателем денежные средства, ответчик действовал не в  интересах должника. При этом контрагентом по договору аренды (арендодателем)  является родственник ответчика, что не было им опровергнуто. Заключая договор  аренды на условиях, когда общество должно платить арендную плату за помещение,  которым оно не имеет возможности пользоваться, ответчик безусловно осознавал, что  такие условия для должника не выгодны.  

Подробнее доводы конкурсного управляющего изложены в апелляционной  жалобе.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023  апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению  назначено на 23.05.2023.  

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней  доводы, просит оставить обжалуемое определение суда без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.  

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 23.04.2023, объявлялся  перерыв до 15 час. 40 мин. 30.05.2023. Информация о перерыве размещена на  официальном сайте суда (www.8aas.arbitr.ru).  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2023  рассмотрение апелляционной жалобы в судебном заседании отложено на 22.06.2023.  

До начала судебного заседания в материалы дела от конкурсного управляющего  ФИО2 поступили 19.06.2023 письменные пояснения с доказательствами  направления лицам, участвующим в деле.  

От ФИО3 поступили 20.06.2023 письменные пояснения, 21.06.2023 –  возражения на пояснения конкурсного управляющего должника.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2023  рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 21.07.2023.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2023 дата и  время судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы изменены на  07.08.2023 в 11 час. 40 мин.  

До начала судебного заседания в материалы спора от конкурсного управляющего и  ответчика поступили дополнительные пояснения по запросу суда.  

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2023 в  порядке пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее - АПК РФ) в связи с нахождением в очередном отпуске в составе суда  произведена замена судьи Аристовой Е.В. на судью Сафронова М.М.; рассмотрения  апелляционной жалобы начато с начала.  

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 07.08.2023, объявлялся  перерыв до 10 час. 00 мин. 11.08.2023, затем – до 16 час. 10 мин. 14.08.2023.  Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда (www.8aas.arbitr.ru).  

За время перерыва в материалы спора поступили дополнительные пояснения по  вопросам суда.  

В заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий  ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал  определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его  отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.  

ФИО3 и его представители считали несостоятельными доводы  апелляционной жалобы, просили оставить определение суда первой инстанции без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о месте и  времени рассмотрения дела по апелляционной жалобе, не явились, представителей не  направили. Судебное заседание проведено в отсутствие представителей лиц,  участвующих в деле, в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и  обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной  инстанции установил следующие обстоятельства.  

Как следует из материалов дела, ФИО3 является единственным участником  общества и (до даты признания должника банкротом) его руководителем.  

Тем самым ответчик подпадает под признаки контролирующего должника лица,  предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указал на ненадлежащее  исполнение ответчиком обязанности по передаче документации и имущества должника  и искажение им данных бухгалтерской отчётности, повлёкшие существенные  затруднения в формировании конкурсной массы.  

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции счел опровергнутой  ответчиком презумпцию причинно-следственной связи между неисполнением  обязанности по передаче документации и банкротством должника.  

В указанной части судебная коллегия с выводами арбитражного суда соглашается.  

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Подпунктом 2 пункта 2 названной статьи установлена презумпция наступления  такой ответственности в случае если документы бухгалтерского учёта и (или)  отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о  введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом  отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является  обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  

указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда России  Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых  документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь  полную информацию о деятельности должника и совершённых им сделках и исполнять  обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности,  принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника,  находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность  перед должником, требования о её взыскании в порядке, установленном Законом о  банкротстве.  

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной  причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации  должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном  на сокрытие информации об имуществе должника, за счёт которого могут быть  погашены требования кредиторов.  

По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце пятом пункта 24 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), привлекаемое к  ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что  недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному  затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в  непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им  приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и  передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от  него требовалась.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие  документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации  искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в  том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его  основных контрагентов, а также:  

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их  условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о  необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

- невозможность установления содержания принятых органами должника  решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими  вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц,  являющихся членами данных органов.  

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых  документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об  отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить  действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно  к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в  частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в  компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной  документации и т.д.).  

Таким образом, предусмотренное подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве основание презюмирует вину контролирующего должника лица в  невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие его действий и  (или) бездействия, только если заявителем будет с разумной степенью достоверности  обосновано, что именно в результате таких действий (бездействий) было существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы  

Определением суда от 24.06.2021 удовлетворено ходатайство управляющего о  возложении на ответчика обязанности по передаче документации должника, в том числе  кассовых книг, авансовых отчетов, приходных и расходных кассовых ордеров за 2015 –  2020 годы, иной первичной документации.  

Как следует из материалов дела, часть истребованных документов передана  ФИО3 управляющему, в обоснование невозможности передачи оставшейся  документации ответчик сослался на наличие конфликта с собственником арендуемого  офиса и отсутствием доступа в него.  

В ходе судебного разбирательства ФИО3 представил в материалы дела  налоговые декларации, кадровые документы, отчеты, договоры, в том числе по  почтовому реестру от 08.12.2021.  

Таким образом, в апреле 2021 года конкурсный управляющий имел достаточно  сведений и документов для осуществления следующих мероприятий в процедуре  банкротства:  

- проведение инвентаризации и оценки имущества должника, реализации  имущества должника  

- взыскание дебиторской задолженности с контрагентов должника, в том числе  ФИО7, ФИО8;  

- оспаривание сделок должника, в том числе по договору аренды от 01.11.2019. 

Относительно возможности конкурсным управляющим провести инвентаризацию  и оценку имущества должника суд первой инстанции исходил из следующего.  

14.12.2020 конкурсным управляющим издан приказ о проведении инвентаризации  и назначении инвентаризационной комиссии в составе ФИО2, ФИО9, ФИО3  

13.04.2021 конкурсный управляющий в числе прочих документов получил данные  об инвентаризации товаров на складе на 01.01.2020 на сумму 856 709,75 руб.  с указанием наименований и количества.  

На вопрос суда о том, какие меры были им произведены для выявления и оценки  имущества должника, конкурсный управляющий указывал, что им оригиналы  документов и материальные ценности истребовались в судебном порядке в рамках  процедуры банкротства, возбуждено исполнительное производство.  

В числе товаров в указанном документе от 01.01.2020 поименованы, в том числе,  пиломатериалы в ассортименте 52,05 шт. учетной стоимостью 290 590,60 руб., уголь  22,29 т стоимостью 69 017 руб.  

В ходе судебного разбирательства ФИО3 пояснял, что пиломатериалы  имеются в наличии, представил фотоматериалы (т.1 л.д.82-85), из которых  усматривается, что пиломатериалы представляют собой доски и обрезки доски,  находятся под открытым небом, не охраняются.  

Как следует из обжалуемого определения, в судебном заседании 14.03.2023  конкурсный управляющий подтвердил, что видел пиломатериалы.  

Вместе с тем, суд первой инстанции отметил, что конкурсный управляющий за  2 года не предпринял никаких действий для описи и оценки материалов, организации  хранения, хотя данные действия в процедуре банкротства – обязанность, а не право  арбитражного управляющего.  

В части остального имущества сформированная конкурсным управляющим  комиссия не предприняла никаких действий по установлению места нахождения  имущества стоимостью порядка 480 тыс. руб., в том числе не осуществила выезд на  место, не составила акт о недопуске в помещение.  

При этом, получив в апреле 2021 документы, в отчетах от 11.05.2021 и от  01.10.2021 конкурсный управляющий указывает, что инвентаризация имущества  должника не проводилась в связи с неисполнением директором ООО «Сибирский  Кедр» ФИО3 обязанности по передаче документации и имущества должника  конкурсному управляющему.  

Судом первой инстанции также отмечено, что на момент рассмотрения  настоящего обособленного спора обязанность по передаче документации должника  конкурсному управляющему исполнена в достаточном объеме, что подтверждается  представленными в дело документами.  

При этом конкурсный управляющий не представил сведений о том, отсутствие  каких именно документов спровоцировало причинение вреда кредиторам должника.  

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в распоряжении бывшего  руководителя должника находятся иные документы, не позволившие сформировать  конкурсную массу, которые не переданы конкурсному управляющему.  

За 6 месяцев до подачи заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной  ответственности конкурсный управляющий ФИО2 обладал достаточной  полнотой сведений об активах, пассивах и имуществе должника, чтобы предпринимать  необходимые действий, направленные на пополнение конкурсной массы.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии оснований для  применения к ответчикам презумпций, установленных подпунктом 2 пункта 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве.  

Таким образом, по результатам анализа имеющихся в деле доказательств суд  обоснованно заключил о недоказанности управляющим наличия существенных  затруднений в проведении процедуры банкротства ввиду отсутствия части документов.  

Соответствующие доводы апелляционной жалобы, основанные на иной оценке  фактических обстоятельств, установленных судом, коллегией судей отклоняются.  

Иные основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности,  как верно резюмировано арбитражным судом, конкурсным управляющим не  обоснованы.  

В постановлении округа указано, что с учетом приведенных управляющим  доводов о совершении контролирующим лицом сделок, повлекших выбытие из  конкурсной массы денежных средств, подлежал разрешению вопрос о наличии или  отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к ответственности в виде  возмещения причиненных обществу убытков.  

26.10.2022 конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный  суд Омской области с заявлением к ФИО3 о взыскании убытков в размере  5 014 912,64 руб.  

В обоснование суммы убытков указал, что ФИО3 за период с декабря 2016 по  июль 2019 не возвратил в кассу общества денежные средства в размере 2 625 694, 27  руб. (подотчет); не передал обществу заемные денежные средства в размере 2 113 000  руб.; не передал полученные от ФИО7 и ФИО8 денежные средства в размере  110 000 руб. и 163 000 руб.; не совершил действия по взысканию с ФИО3  денежных средств в размере 166 218, 37 руб.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в  отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о  возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными  выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического  

лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе  учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую  возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению  арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам,  предусмотренным настоящей главой.  

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) ответственность за убытки, причиненные обществу  виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за  исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение  юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в  голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия  юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в  пунктах 1 и 2 данной статьи.  

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ и пунктов 1 и 2 статьи 44 Федерального закона  от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее -  Закон об ООО) лицо, которое в силу закона или учредительных документов  юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах  представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по  требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено  законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.  

При определении оснований и размера ответственности единоличного  исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия  делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.  

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором  не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата  или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы,  которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы  его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление   № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является  лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты  нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15  ГК РФ).  

В пунктах 1 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами,  входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что истец,  обращающийся за возмещением убытков, должен доказать наличие обстоятельств,  свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия)  директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)  неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков  юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор  может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на  причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура,  

недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя  юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия  и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.  

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд  сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя  доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического  лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.  

Относительно довода заявителя о расходовании денежных средств должника не на  нужды последнего, анализируя выписки движения денежных средств по счетам,  конкурсный управляющий установил, что ФИО3 получал денежные средства со  счета должника в свое личное распоряжение путем перечисления их на свой счет. Также  ответчик получал наличные денежные средства из кассы должника.  

По утверждению конкурсного управляющего, доводы о том, что касса в обществе  не велась, противоречит представленным им же документам – авансовым отчетам, в  которых отражены факты получения ответчиком денег из кассы должника.  

При этом, отчетные документы по использованию денежных средств должника,  как указано управляющим, представлены ответчиком не на полную сумму, а  достоверность представленных авансовых отчетов поставлена управляющим под  сомнение.  

Возражая, ФИО3 отметил, что как единственный участник, руководитель и  работник ООО «Сибирский Кедр» использовал денежные средства общества на  приобретение товара для самого общества, с использованием которого осуществлялись  строительные работы (выполнение подрядных работ по контрактам).  

В соответствии со статьями 1, 2, 3, 7, 9 Закона о бухгалтерском учете,  бухгалтерский учет - формирование документированной систематизированной  информации об объектах, предусмотренных данным Федеральным законом, в  соответствии с требованиями, установленными данным Федеральным законом, и  составление на ее основе бухгалтерской (финансовой) отчетности.  

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета  организуются руководителем экономического субъекта,  

Каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным  документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми  оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в  основе мнимых и притворных сделок.  

Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта  хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно  после его окончания.  

Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает  своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации  содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность  этих данных.  

В силу положений статьи 9 Закона о бухгалтерском учете, Указаниями Банка  России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими  лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными  предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» (далее – Указания №  3210-У) за целевое расходование денежных средств подотчетное лицо должно  отчитаться перед организацией, а в случае, когда денежные суммы не израсходованы  полностью, подотчетное лицо должно вернуть в кассу организации остаток  неиспользованного аванса по приходному кассовому ордеру.  

В соответствии с постановлением Госкомстата Российской Федерации от  01.08.2001 № 55 «Об утверждении унифицированной формы первичной учетной  

документации № АО-1 «Авансовый отчет», авансовый отчет применяется для учета  денежных средств, выданных подотчетным лицам на административно-хозяйственные  расходы. Составляется в одном экземпляре подотчетным лицом и работником  бухгалтерии. На оборотной стороне формы подотчетное лицо записывает перечень  документов, подтверждающих произведенные расходы. В бухгалтерии проверяются  целевое расходование средств, наличие оправдательных документов. Проверенный  авансовый отчет утверждается руководителем или уполномоченным на это лицом и  принимается к учету. Остаток неиспользованного аванса сдается подотчетным лицом в  кассу организации по приходному кассовому ордеру в установленном порядке. На  основании данных утвержденного авансового отчета бухгалтерией производится  списание подотчетных денежных сумм в установленном порядке.  

Суд первой инстанции принял во внимание, что должник относится к субъектами  малого предпринимательства, что предполагает более лояльный подход к ведению  бухгалтерии; при этом налоговая отчетность в дело и конкурсному управляющему  представлены, утверждение ответчика об отсутствии претензий к полноте и качеству  предъявляемых налоговому органу документов у последнего отсутствуют, конкурсным  управляющим не опровергнуты, иное из материалов дела не следует. На чеках указаны  приобретаемые товары, что корреспондирует заключенным должником договорам на  выполнение подрядных работ.  

Более того, в результате анализа материалов арбитражного дела, а также  бухгалтерских и налоговых регистров, специалистом составлено «Профессиональное  мнение аттестованного бухгалтера ФИО10 № 4 от 20.02.2023», согласно которому  проанализированы сведения об операциях по расчетному счету ООО «Сибирский  Кедр», в том числе сведения о суммах поступлений на счета Общества от оплаты  выполненных им работ, а также сведения из документов по авансовым отчетам о  расходах, произведенных непосредственно ФИО3  

В итоге сформулированы следующие выводы: 

- сумма направленных в подотчет денежных средств на хозяйственные нужды  общества составляет 4 851 694,71 руб.;  

- документально подтвержденные расходы, согласно приложениям к авансовым  отчетам подотчетного лица ФИО3, составляют 5 058 750,9 руб., что больше  выданных средств на сумму 207 056,19 руб.  

- оплаченные расходы на нужды Общества, не включенные в приложение к  авансовым отчетам, составляют 545 400,75 руб.  

На основании изложенного специалист формулирует вывод о том, что наличными  денежными средствами было оплачено расходов на сумму 5 604 151,65 руб., то есть на  752 456,94 руб. больше, чем ФИО3 получил в подотчет от ООО «Сибирский Кедр».  

Таким образом, бухгалтером ФИО10 был сделан вывод о том, что ФИО3  тратил на нужды общества сверх того, что получал в качестве подотчетных, то есть свои  личные денежные средства.  

Доводы апеллянта о том, что представленные в материалы дела авансовые отчеты  не соответствуют требованиям Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете», подлежат отклонению в связи с тем, что незаполнение в  авансовых отчетах некоторых позиций, не влияющих на содержание хозяйственной  операции, не препятствует принятию этих документов к учету при отсутствии  доказательств фиктивности операций; недостатки в оформлении свидетельствуют о  нарушении правил ведения бухгалтерского учета, но не являются безусловным  основанием для отказа в подтверждение произведенных расходов.  

Представленные в материалы спора оправдательные документы своевременно  приняты к учету предприятием-должником, в связи с чем заявленные в настоящее время  сомнения управляющего относительно их достоверности судебной оценке не подлежат.  

Кроме того, учитывая характер заявленных требований и доводы управляющего,  судебной оценке подлежит не только факт наличия документов, объясняющих  расходование денежных средств, как таковой, но и направленность соответствующих  действий на получение экономически полезного эффекта для должника. Обязанность  возместить убытки может возникать, как при отсутствии первичных бухгалтерских  документов, так и при неразумном использовании полученных денежных средств,  которое не соответствует обычной управленческой практике и не приводит к  возникновению имущественной выгоды на стороне общества.  

Вместе с тем, неразумное и нецелесообразное использование полученных в  подотчет денежных средств заявителем не доказано.  

Также конкурсный управляющий установил, что 10.05.2018 между должником и  ФИО7 был заключен договор подряда № 004/2018 от 10.05.2018, в соответствии  с условиями которого должник, являясь подрядчиком обязался выполнить  определенные договором работы, а ФИО7 обязалась работы оплатить.  

В соответствии с п. 4.1. договора его цена составляет 605 000 руб., однако на счет  должника поступили денежные средства по указанному договору в размере 350 000 руб.  

При этом, по данным бухгалтерской отчетности, которую составлял ответчик,  дебиторская задолженность по указанному контрагенту отсутствует.  

При первоначальном рассмотрении спора ответчик указывал на то, что в связи с  тем, что часть работ не выполнена оплата была получена частично. По утверждению  ответчика, полученная оплата отражает весь объем выполненных работ.  

Однако, в настоящий момент в распоряжении управляющего имеется  доказательства, подтверждающие, что 21.07.2018 ФИО7 произвела расчет за  подрядные работы в сумме 110 000 руб. непосредственно на счет ответчика.  

Получив денежные средства от заказчика должника, ответчик их ни в кассу  общества, ни на счет общества не внес.  

Аналогичная ситуация и в отношении оплаты работ по договору подряда №  010/2018, заключенного между должником и ФИО8 14.09.2018.  

Стоимость работ определена договором в размере 515 000 руб., из которых 374 000  руб. оплачиваются средствами материнского капитала, оставшаяся 141 000 руб. за счет  собственных средств ФИО8  

В официальной бухгалтерской отчетности ответчиком заявлено, что расчет по  договору произведен лишь на сумму 374 000 руб.  

Однако, управляющий получил у ФИО8 документы, подтверждающие  проведение ею расчета в большей сумме.  

Так, у ФИО8 имеется квитанция к ПКО № 11 от 14.09.2018, в  соответствии с которой ею была внесена предоплата по договору в сумме 163 000 руб.  Оплата на указанную сумму в бухгалтерском учете должника не отражена, денежные  средства в сумме 163 000 руб., полученные ответчиком от ФИО8, обществу не  переданы.  

Кроме того, в счет расчетов по договору ФИО8 перечислила на личный счет  ФИО3 27 000 руб. Указанная сумма, предназначавшаяся обществу, ответчиком ни  в его кассу, ни на расчетный счет внесена не была.  

Возражая в указанной части, ФИО3 указал, что данные средства  действительно не были внесены на расчетный счет, кассового аппарата в обществе  никогда не было, ФИО8 и ФИО7 оплатили денежные средства лично  ФИО3, а он их потратил на нужды ООО «Сибирский Кедр», сведения о  поступлениях и тратах ООО «Сибирский Кедр» отражены в указанном выше  заключении специалиста.  

Согласно произведенным расчетам, даже с учетом денежных средств от указанных  лиц ответчик фактически тратил на нужды общества больше, чем подтверждено  документально в качестве выдачи под отчет.  

Судебная коллегия, несмотря на неотражение факта поступления денежных  средств по бухгалтерскому учету, в условиях проведенного и неоспоренного анализа  сведений об операциях должника, возражения ответчика в указанной части признает  убедительными и управляющим не опровергнутыми.  

Вместе с тем, с выводами суда об отсутствии оснований для привлечения  ФИО3 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков,  причиненных обществу заключением договора аренды от 01.11.2019, апелляционная  коллегия не соглашается.  

Так, из материалов спора следует, что 01.11.2019 ФИО3, действуя от имени  должника, заключил договор аренды с ФИО3 (арендатор), по  условиям которого должник принял в аренду часть нежилого помещения – здание  гаража общей площадью 518,8 кв. м, расположенного по адресу: омская область, 

<

...>, лит. Д.  

Согласно пункту 2.1 договора величина арендной платы составляет 55 000 руб. в  месяц (постоянная часть) и оплата коммунальных услуг (переменная часть).  

01.11.2019 подписан акт приема-передачи помещения по договору аренды от  01.11.2019, в акте указанно, что помещение передано в состоянии, требующем  завершение ремонта.  

26.04.2020 предписан акт приема-передачи работ по ремонту помещения по  договору аренды от 01.11.2019.  

Арендодатель принял неотделимые улучшения согласно согласованной смете,  общая стоимость работ и материалов на проведение текущего ремонт составила  441 218, 37 руб.  

Как указывает конкурсный управляющий, на протяжении девяти месяцев должник  помещением в своей коммерческой деятельности не пользовался, поскольку  осуществлял ремонт.  

По мнению конкурсного управляющего, стоимость ремонта могла быть учтена в  стоимость арендной платы.  

Конкурсный управляющий ФИО2 указывает, что при ремонте  принадлежащего племяннику ФИО3 – ФИО3 имущества были использованы  принадлежащие должнику материалы стоимостью порядка 375 тыс. руб., стоимость  улучшений составила 441 218,37 руб., с учетом неиспользования помещения по  назначению с арендодателя подлежит взысканию стоимость улучшения – 166 218,37  руб.  

ФИО3 пояснил, что ООО «Сибирский Кедр» действительно производило  ремонт в помещении (2 офисных помещения), так как планировало его использовать на  протяжении длительного времени в качестве кабинетов директора и бухгалтера.  

Стороны договорились об этом, учитывая взаимные интересы: 

- арендатор получает имущество в пользование и за счет собственных расходов на  ремонт зачитывает их в счет арендной платы, а затем использует помещение в том  состоянии, которое ему было необходимо;  

- арендодатель передает во владение и пользование собственное имущество, а  также получает арендную плату в виде неотделимых улучшений.  

Учитывая, что стороны специально согласовали порядок исполнения обязательств  в рамках договора аренды, ООО «Сибирский Кедр» получило во владение и  пользование недвижимое имущество, суд первой инстанции заключил, что доводы  арбитражного управляющего об исключении из состава арендной платы суммы  

166 218,36 руб. и квалификация таковых в качестве убытков не основаны на  положениях действующего законодательства.  

Суд первой инстанции, резюмируя об отсутствии оснований для привлечения  ФИО3 к ответственности по данному эпизоду, исходил из того, что конкурсным  управляющим, достоверно знавшим о данных обстоятельствах с апреля 2021 года,  никакие действия ни по получению дополнительной информации у участников сделки,  регистрирующих органов, ни по оспариванию сделки, ни по взысканию дебиторской  задолженности предприняты не были.  

Между тем, арбитражным судом не учтено отсутствие целесообразности и  экономической обоснованности для должника само по себе заключение договора  аренды.  

Согласно пояснениям ответчика, как и ранее ООО «Сибирский Кедр» арендовало  частично помещения склада и два кабинета. В помещениях склада хранилось  имущество ООО «Сибирский Кедр» (краны, унитазы, строительные блоки и плиты,  трубы, металлоизделия и тп.).  

В этом же помещении частично выполнялись подготовительные работы для  выполнения строительных работ (подготовка материалов для монтажа на объектах  строительства, например, распил пиломатериала, его частичная сборка и т.п.).  

В двух кабинетах находился офис директора и панировался офис для бухгалтера  по обработке первичной документации. Именно в этих помещениях был сделан ремонт  ООО «Сибирский Кедр», в эти помещения лично приходил арбитражный управляющий  ФИО2, где получил уставные документы и печать организации.  

Однако, из материалов спора не следует, что по состоянию на дату заключения  договора аренды, так и в последующие 11 месяцев его действия должником велась  какая-либо хозяйственная деятельность, последние договоры исполнены должником в  мае 2019 года.  

При этом договор не был расторгнут ни после возбуждения дела о банкротстве  (17.02.2020), ни после введения в отношении должника процедуры наблюдения  (06.08.2020).  

Иными словами, будучи осведомленными о неисполненных обязательствах перед  ИП ФИО6, инициировавшим банкротный процесс, ФИО3 в отсутствие  для должника экономической целесообразности (хозяйственная деятельность  фактически прекратилась в мае 2019 года) принял на ООО «Сибирский Кедр»  обязательства по оплате арендных платежей, фактически произведя за счет должника  неотделимые улучшения имущества, принадлежащего заинтересованному по  отношению к ответчику лица (племянник).  

Факт родства между контролирующим должника лицом и арендодателем не  опровергнут.  

Учитывая установленные фактические обстоятельств, исследовав и оценив все  представленные в материалы дела доказательства, коллегия судей считает, что  поведение руководителя и учредителя должника не соответствовало стандартам  поведения руководителей коммерческих организаций в схожих условиях и в  гражданском обороте, им было допущено недобросовестное поведение, что привело к  возникновению у должника убытков в виде арендных платежей в общем размере  605 000 руб.  

Приводимые доводы ФИО3 относительно ведения переговоров в  обозначенный период с целью заключения новых контрактов, документального  подтверждения не находят.  

В остальной части требования конкурсного управляющего (в частности –  предоставление ответчиком займа должнику) обоснованно оставлены без  удовлетворения за недоказанностью совокупности обстоятельств, влекущих для  

контролирующего должника лица наступление ответственности в виде взыскания  убытков.  

Неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела (пункт 1 части 1  статьи 270 АПК РФ), является основанием для изменения или отмены судебного акта  арбитражного суда первой инстанции.  

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит  отмене в части, апелляционная жалоба конкурсного управляющего ФИО2 –  частичному удовлетворению.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3985/2023) конкурсного  управляющего ФИО2 удовлетворить частично. Определение  Арбитражного суда Омской области от 23 марта 2023 года по делу № А46-2365/2020  отменить в части отказа во взыскании убытков. С учетом частичной отмены  резолютивную часть определения изложить следующим образом.  

Заявление конкурсного управляющего ФИО2  удовлетворить частично.  

Взыскать с ФИО3 в конкурсную массу общества с  ограниченной ответственностью «Сибирский Кедр» убытки в размере 605 000 руб.  

В остальной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего  ФИО2 отказать.  

Определение Арбитражного суда Омской области от 23 марта 2023 года по делу №  А46-2365/2020 в остальной части оставить без изменения, апелляционную жалобу  (регистрационный номер 08АП-3985/2023) конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления  в полном объеме.  

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после  поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.  

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной  в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление  о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного  апелляционного суда.  

Электронная подпись действительна.

Председательствующий О.Ю. Брежнева  

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 17.07.2023 8:14:00 

Судьи Кому выд ана Сафронов Михаил М.Н. Котляров 

Электронная подпись действительна. М.М. Сафронов  

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 02.06.2023 6:56:00 

 Кому выдана Котляров Николай Евгеньевич 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 19.10.2022 8:01:00 

 Кому выдана Брежнева Оксана Юрьевна