1314/2023-166940(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-2435/2022

20 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2023 года  

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Н.В. Аносовой, судей И.Н. Барминой, И.В. Юркова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии до и после перерыва:  

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 24.06.2023, 

от финансового управляющего ФИО4: ФИО5 по доверенности от  29.08.2023,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-23892/2023) ФИО2 на  определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 11.05.2023 по обособленному спору № А56-2435/2022/сд.1 (судья Парнюк Н.В.),  принятое по заявлению финансового управляющего к ФИО6 об оспаривании сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2,  

установил:

ООО «ВсеволожскСпецТранс» обратилось в Арбитражный суд города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом).  

Определением арбитражного суда от 29.04.2022 в отношении должника  введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым  управляющим утвержден ФИО7.  

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 88(7289) от  21.05.2022.  

Определением арбитражного суда от 22.02.2023 ФИО7  освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должником,  финансовым управляющим утверждён ФИО8.  

В рамках дела о банкротстве 07.07.2022 в арбитражный суд от финансового  управляющего должником поступило заявление о признании недействительной  сделкой договора купли-продажи от 30.10.2017 автомобиля АУДИ А5, 2015 г.в. и  

применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную  массу должника данного транспортного средства.  

Определением арбитражного суда от 11.05.2023 в удовлетворении  ходатайства финансового управляющего о назначении по делу судебной  экспертизы отказано, договор купли-продажи автомобиля от 30.10.2017,  заключенный между ФИО2 и ФИО6, признан недействительной сделкой, применены последствия его  недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника автомобиля  марки АУДИ А5, 2015 г.в.,  VIN 

<

***>, цвет белый.  

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение отменить,  принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления финансового  управляющего отказать, ссылается на отсутствие оснований для признания спорной  сделки недействительной применительно к положениям статьи 61.2 Закона о  банкротстве ввиду того, что она не попадает под трехлетний период  подозрительности, полагает, что судом необоснованно не учтено, что дата  регистрации автомобиля не имеет значения для определения периода  подозрительности, поскольку переход права собственности состоялся в момент  заключения договора купли-продажи от 30.10.2017, подлинность которого под  сомнение не ставилась. Кроме того, податель жалобы указал, что управляющим не  доказано заключение спорной сделки в период неплатежеспособности должника, а  также наличие заинтересованности покупателя. В то же время выводы суда о  неравноценности сделки не имеют правового значения, поскольку сделка не  подпадает под годичный период подозрительности. Кроме того, на момент  отчуждения транспортное средство имело технические недостатки, которые  повлияли на его конечную стоимость, что подтверждается представленным в  материалы дела отчетом об оценке, который необоснованно не принят во  внимание, в то время как отчет представленный финансовым управляющим не  может быть принят в качестве надлежащего доказательства, равно как и  доказательства того, что должник продолжал использовать автомобиль после его  продажи.  

От ООО «ВсеволожскСпецТранс» в лице конкурсного управляющего Греб Е.С.  поступило дополнение, в котором кредитор выразил согласие на оплату услуг  эксперта в рамках настоящего спора в полном объёме.  

Финансовым управляющим ФИО4 представлен отзыв, в котором  изложены возражения по апелляционной жалобе.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы  опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».  

В судебном заседании представитель финансового управляющего должником  ходатайствовал о назначении по обособленному спору экспертизы по определению  рыночной стоимости автомобиля, являющегося предметом договора от 30.10.2017.  

Представитель ФИО2 просил объявить перерыв с целью  ознакомления с заявленным ходатайством.  

Судом апелляционной инстанции в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен  перерыв с целью надлежащего ознакомления представителя ФИО2 с  процессуальными документами.  

После перерыва представитель ФИО2 доводы апелляционной  жалобы поддержал, против удовлетворения ходатайства о проведении экспертизы  по определению рыночной стоимости автомобиля на момент его отчуждения  возражал.  

Представитель финансового управляющего должником настаивал на  удовлетворении заявленного ходатайства, просил отказать в удовлетворении  апелляционной жалобы.  

Рассмотрев ходатайство финансового управляющего, суд апелляционной  инстанции после изучения совокупности представленных в материалы дела  документов, не усмотрел оснований для назначения экспертизы по определению  рыночной стоимости автомобиля, в связи с чем в его удовлетворении отказал.  

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в  апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие  иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного  заседания.  

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, письменные позиции  иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по  обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке  арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о  банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки  выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм  материального и процессуального права.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов  обособленного спора, ФИО2 (продавец) и ФИО6 30.10.2017  заключили договор купли-продажи автомобиля марки АУДИ А5, 2015 г.в.,  VIN 

<

***>, цвет белый, гос. рег. знак 

<

***> (далее – договор).  

Согласно пункту 3.1 договора цена автомобиля составляет 300 000 руб.  

В подтверждение получения денежных средств должником представлена  расписка от 30.10.2017.  

Согласно ответу МВД России от 16.06.2022 на запрос финансового  управляющего, ФИО6 зарегистрировал свое право собственности на  автомобиль 14.12.2021.  

Финансовый управляющий, полагая, что договор купли-продажи является  недействительным применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве,  в связи с тем, что автомобиль зарегистрирован на нового собственника 14.12.2021,  т.е. в преддверии возбуждения настоящего дела о банкротстве, ссылаясь на его  отчуждение по заниженной стоимости по отношению аналогичным сделкам с иными  участниками оборота, а также фактическое использование данного автомобиля  должником, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства на предмет  их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68,  71, 223 АПК РФ, признал обоснованными доводы финансового управляющего о  мнимости договора купли-продажи и его совершении с целью причинения вреда  имущественным правам кредиторов, придя к выводу, что фактическое выбытие  транспортного средства из владения должника не состоялось.  

Доводы апелляционной жалобы отклонены как не создающие оснований для  отмены принятого судебного акта.  

Поскольку настоящее дело о банкротстве возбуждено 24.01.2022, в то время  как спорный договор заключён 30.10.2017, оспариваемая финансовым  управляющим сделка совершена за пределами трехлетнего периода  подозрительности для признания сделок недействительными, предусмотренного  статьей 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, вопреки выводам суда первой  инстанции, не может быть признана недействительной по специальным  основаниям. Между тем, вывод суда первой инстанции о необходимости исчисления  периода подозрительности с момента осуществления государственной регистрации  

транспортного средства не привел к принятию неправильного судебного акта,  поскольку доводы финансового управляющего о мнимости договора купли-продажи  в ходе апелляционного производства надлежащими доказательствами не  опровергнуты.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1  статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими  вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно абзацу четвертому пункта 4 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), наличие  в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок,  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10, 168 и 170 ГК РФ).  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без  намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка),  ничтожна.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 ГК РФ право собственности у  приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не  предусмотрено законом или договором.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. Установление факта того, что стороны на самом  деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских  прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным  для квалификации сделки как ничтожной. Совершая сделку лишь для вида, стороны  правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия  не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается  судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность  намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств.  

При квалификации сделки в качестве мнимой необходимо установить ее  фиктивный характер, который заключается в отсутствие у сторон такой сделки цели  достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не  совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных  сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что  стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение,  прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой  сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее  сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все  документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому  факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа  фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.  Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся  между собой доказательств (постановление Президиума Высшего Арбитражного  

Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12, определение Верховного  Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).  

Заключённая между должником и ФИО6 сделка купли-продажи  автомобиля марки АУДИ А5, 2015 г.в., VIN 

<

***>, не прикрывала  какую-либо иную сделку, по мнению апелляционного суда, она была совершена  лишь для вида.  

В ответ на запрос финансового управляющего МВД России предоставило  сведения о том, что вышеуказанное транспортное средство перерегистрировано на  нового собственника 14.12.2021, притом, что спорный договор заключён между  сторонами 30.10.2017. Более того, апелляционная коллегия учитывает, что  процедура банкротства в отношении должника возбуждена 24.01.2022, т.е.  перерегистрация автомобиля произведена менее чем за два месяца до принятия  заявления ООО «ВсеволожскСпецТранс» к производству.  

 Также судом первой инстанции на основании данных, предоставленных  Российским Союзом Автостраховщиков, было установлено в автоматизированной  системе обязательного страхования гражданской ответственности владельцев  транспортных средств содержатся данные о том, что должник, как в 2017 г., так и  после отчуждения автомобиля до 2022 г. (по состоянию на 05.07.2022) являлся  страхователем по договорам ОСАГО в отношении данного автомобиля и  водителем, допущенным к управлению названным транспортным средством.  

Кроме того, податель апелляционной жалобы не согласен с выводами суда об  отсутствии у спорного автомобиля технических недостатков, тогда как в  действительности таковые, по его утверждению, наличествовали. В то же время, суд  первой инстанции, оценив представленные доказательства, по мнению апеллянта,  необоснованно не усмотрел оснований для признания неверной стоимости  автомобиля, определенной финансовым управляющим с учётом отсутствия каких-либо повреждений.  

В рассматриваемом случае финансовым управляющим представлен отчёт об  оценке рыночной стоимости имущества должника по состоянию на 30.10.2017,  согласно которому стоимость автомобиля на момент заключения договора  составляла 1 806 266 руб.  

ФИО2 в свою очередь представила отчет об оценке рыночной  стоимости автомобиля № 1242-11/22, составленный ООО «Центр Оценки» по  состоянию на 30.10.2017. Из которого следует, что определение рыночной  стоимости объекта оценки производилось с применением сравнительного подхода,  при этом оценщик использовал объекты-аналоги с ценой предложения от 970 000  руб. до 1 470 000 руб. по состоянию на 2015 г., при расчете применил корректировку  стоимости в 55% с учетом технического состояния автомобиля. Описание  автомобиля и сведения о его техническом состоянии составлены на основании  информации, предоставленной ФИО2 и со слов указанного лица. Эксперт  указал, что автомобиль пригоден для дальнейшего использования при условии  выполнения ремонтных работ.  

Доводы подателя жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно  учтена стоимость автомобиля, приведенная в отчёте, представленном финансовым  управляющим, а также не приняты во внимание ссылки должника на его  техническое состояние апелляционный суд находит несостоятельными.  

В рассматриваемом случае апелляционный суд не усмотрел оснований для  проведения экспертизы, приняв во внимание, что управляющим представлены  документы о наиболее вероятной рыночной стоимости автомобиля, тогда как  ФИО2 в опровержение соответствующего фактического обстоятельства  документов, подтверждающих нахождение спорного имущества в технически  

неисправном состоянии, не представила, обосновывающих определенную  договором стоимость автомобиля пояснений не привела. Более того, со слов  должника следует, что использование автомобиля в момент его отчуждения было  возможно с учётом проведения ремонтных работ, однако в материалы спора не  представлено доказательств того, что Дмитриев А.И. с 2017 г. произвел ремонт  автомобиля.  

При таких обстоятельствах оснований не согласиться с доводами  финансового управляющего о том, что указанная в спорном договоре стоимость  отчуждения транспортного средства является заниженной по отношению к  рыночной у апелляционного суда не имеется.  

Установив, что несмотря на формальное отчуждение автомобиля в  преддверии процедуры банкротства (менее чем за два месяца до даты возбуждения  в отношении должника указанной процедуры), должник сохранил право владения и  пользования автомобилем, который является имуществом должника, подлежащим  включению в состав конкурсной массы, притом, что предусмотренная договором  стоимость автомобиля не соответствует рыночной, а факт оплаты транспортного  средства подтвержден лишь на основании расписки должника, суд апелляционной  инстанции приходит к выводу, что подлинная воля сторон не была направлена на  создание тех правовых последствий, которые наступают при её совершении, в связи  с чем заявление финансового управляющего правомерно удовлетворено судом  первой инстанции, оспариваемый договор является мнимым.  

Примененные судом первой инстанции последствия недействительности  сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО2 транспортного средства  соответствуют положениям статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве.  

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по  доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ  апелляционный суд не усматривает.  

Судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на  должника по правилам, установленным статьей 110 АПК РФ.  

Руководствуясь статьями 82, 269 - 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

В удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы отказать. 

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  

области от 11.05.2023 по делу № А56-2435/2022/сд.1 оставить без изменения,  

апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную  

пошлину по апелляционной жалобе в размере 150 руб. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий Н.В. Аносова  

Судьи И.Н. Бармина  

 И.В. Юрков