ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

20.02.2023

Дело № А40-109445/19

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14.02.2023

Полный текст постановления изготовлен  20.02.2023

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, В.З. Уддиной

при участии в заседании: 

от общества с ограниченной ответственностью «ПНП – Нефтесервис» - ФИО1, по доверенности от 10.02.2023, срок 3 года,

от ГК «АСВ» - ФИО2, по доверенности от 21.12.2022, срок до 31.12.2023,

от конкурсного управляющего должником – ФИО3, по доверенности от 30.01.2023, срок до 31.12.2023,

рассмотрев 14.02.2023 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПНП – Нефтесервис»

на определение от 25.04.2022

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 15.09.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительной сделкой перечисление должником в пользу ООО «ПНП-Нефтесервис» денежных средств в размере 7 656 511 руб.,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Базис», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 общество с ограниченной ответственностью «Базис» (далее - ООО «Базис», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4.

Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными сделками перечислений должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПНП-Нефтесервис» (далее - ООО «ПНП-Нефтесервис») денежных средств в размере 7 656 511 рублей, применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2022, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, ООО «ПНП-Нефтесервис» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы ООО «ПНП-Нефтесервис» ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

На кассационную жалобу поступил отзыв от конкурсного управляющего должником, в котором он просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ООО «ПНП-Нефтесервис» поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего должником и ГК «АСВ»  возражали против удовлетворения жалобы, просили оставить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, поддержали доводы, изложенные в отзыве на кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав представителей ООО «ПНП-Нефтесервис», конкурсного управляющего должником и представителя кредитора – ГК «АСВ», изучив материалы обособленного спора, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами, конкурсным управляющим при анализе банковской выписки из ПАО Банк «Югра» по расчетному счету № 

<

***> выявлены подозрительные операции по переводу денежных средств в пользу ООО «ПНП-Нефтесервис» с назначением в основании - оплата по договору № ПНП/БА-180915 от 18.09.2015 поставка производственных материалов на общую сумму 7 656 511 руб.

Конкурсный управляющий должником полагая, что оспариваемые платежи являются недействительными в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился с настоящим заявлением в суд.

Суды, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должником, исходили из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых перечислений недействительной сделкой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято судом 14.05.2019, оспариваемые сделки совершены 16.06.2016 и 12.05.2017, то есть в трехлетний период, установленный частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзаце тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Бремя доказывания осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, в данном случае лежит на заявителе.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической

В соответствии с позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), о наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как установили суды, между ООО «ПНП-Нефтесервис» (поставщик) и ООО «Базис» (покупатель) 18.09.2015 заключен договор поставки № ПНП/БА-180915 (далее - договор поставки) по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя продукцию производственного назначения установленного в спецификации № 1.

Основным видом деятельности ООО «ПНП-Нефтесервис» является «Работы геологоразведочные, геофизические и геохимические в области изучения недр и воспроизводства минерально-сырьевой базы», а не поставка товаров, производителями которых ООО «ПНП-Нефтесервис» не является.

При этом, в материалах дела отсутствует подтверждение закупки у какого-либо контрагента указанного товара.

В ходе анализа конкурсным управляющим должником банковских выписок ООО «Базис», в основном, поступление денежных средств в 2015 производилось с назначением платежей «за аренду», что, по мнению управляющего, свидетельствует о постепенном прекращении ведения деятельности, связанной с выполнением работ по бурению и капитальному ремонту скважин.

Учитывая указанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что заслуживают внимания доводы конкурсного управляющего должником об отсутствии необходимости приобретения товара в таких объемах ввиду снижения и последующем прекращении деятельности по бурению и капитальному ремонту скважин.

Кроме того,  как отметили суды, на момент заключения договора поставки юридическим адресом ООО «Базис» являлся ХМАО, 

<

...>, а ООО «ПНПНефтесервис» 

<

...>. при этом, согласно сведениям из информационного ресурса Casebook среднесписочная численного работников ООО «ПНП-Нефтесервис» составляла 1 человек.

Как установили суды, из имеющихся документов не представляется возможным установить: где кредитор намеревался передать товар, подтверждения реальности намерений сторон на исполнение заключенного договора поставки товара, а именно заявки на поставку соответствующего товара с указанием отгрузочных реквизитов, и спецификации/дополнительные соглашения, место и способ доставки груза, сведения об оплате перевозки, сроки поставки, прочие конкретные условия исполнения договора. Отсутствует какая-либо переписка между сторонами или иные документы, подтверждающие намерение покупателя приобрести товар, подтверждающие необходимость приобретения данного товара для осуществления хозяйственной деятельности и возможность его приобретения ООО «Базис». Исходя из имеющихся документов, ООО «ПНП-Нефтесервис» и ООО «Базис» не имели никакой информации, позволяющей исполнить обязательства по поставке товара.

В соответствии с пунктом 2.1 договора поставки порядок расчета между покупателем и поставщиком определяется в спецификациях к договору. В пункте 2.2. договора поставки установлено, что обязательство по оплате считается исполненным в момент зачисления денежных средств на расчетный счет поставщика. Согласно пункту 5.1 договора поставки действует до 31.12.2016, а в части взаиморасчетов до полного выполнения сторонами своих обязательств; 25.09.2015 товар поставлен покупателю, 15.06.2016 осуществлена первая оплата ООО «Базис».

Таким образом, как приняли во внимание суды,  почти девять месяцев ООО «ПНП-Нефтесервис» бездействовал, не предпринимал никаких действий для урегулирования задолженности, не обращался за защитой своих прав в суд.

Суды установили, что последняя оплата ООО «Базис» осуществлена 12.05.2017, а с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «ПНПНефтесервис» обратился только 05.11.2019, тогда как дела о банкротстве ООО «Базис» возбуждено 14.05.2019

Поведение сторон противоречит цели существования коммерческой деятельности и свидетельствует о наличии фактической аффилированности.

Доказательств, опровергающих доводы конкурсного управляющего и обосновывающих реальность договора поставки ООО «ПНП-Нефтесервис» в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также наличие злоупотребления со стороны контрагента должника по сделке.

В пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. То есть стороны не преследуют цели совершения сделки по признакам статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному и правомерному выводу об установлении заявленных требований.

Нормы материального права, в том числе на нарушение которых в кассационной жалобе ссылается ООО «ПНП-Нефтесервис», применены судами правильно.

Доводы кассационной жалобы ООО «ПНП-Нефтесервис» были предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую оценку, с которой суд кассационной инстанции согласен.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии ООО «ПНП-Нефтесервис» с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2022 по  делу № А40-109445/19 оставить без изменения, кассационную  жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

Судьи:                                                                     Н.Я. Мысак 

                                                                                  В.З. Уддина