АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7845/22 

Екатеринбург

06 декабря 2023 г.

 

Дело № А60-66342/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 29 ноября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 декабря 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Савицкой К.А., Оденцовой Ю.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Уральский Химико-Технологический завод» ФИО1 на определение  Арбитражного суда Свердловской области от 27.06.2023 по делу № А60-66342/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 20.02.2023).

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.09.2021 общество с ограниченной ответственностью «Уральский Химико-Технологический завод» (далее – общество «УХТЗ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Определением арбитражного суда от 28.12.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1.

Арбитражным судом рассмотрено заявление общества с ограниченной ответственностью «Хорс» (конкурсный кредитор, далее – общество «Хорс») о привлечении ФИО2 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и о взыскании с ФИО2 убытков в сумме 2 551 006 руб. (после уточнения требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рамках рассмотрения обособленного спора судом в качестве третьего лица привлечен ФИО4.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.06.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023, в удовлетворении заявления общества «Хорс» отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование кассационной жалобы управляющий ссылается на удовлетворение заявления об истребовании документации и имущества должника вступившим в законную силу определением от 15.06.2022 и настаивает на доводах о том, что названный судебный акт не исполнен ответчиком, что воспрепятствовало проведению мероприятий по взысканию дебиторской задолженности на сумму 5 929 000 руб. и реализации имущества должника (автомобиля ГАЗ 27052, запасов, основных средств). Заявитель жалобы оспаривает вывод судов о том, что причиной банкротства послужил корпоративный конфликт, указывает, что отказ в удовлетворении заявления нарушает права независимых кредиторов.

Общество «Хорс» в отзыве на кассационную жалобу поддерживает доводы управляющего, просит отменить обжалуемые судебные акты.

Ответчик в отзыве на кассационную жалобу по доводам управляющего возражает, просит оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц общество «УХТЗ» создано 24.04.2013; основным видом деятельности должника являлось производство прочих основных неорганических химических соединений; директором должника с 14.03.2017 до даты открытия конкурсного производства, а также участником должника с 25.08.2017 с долей участия в обществе 50% являлся ФИО2, участником должника с 19.06.2018 с долей участия в обществе 50% являлся ФИО4

Общество «Хорс» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В качестве оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности кредитор указывал на:

1. неисполнение обязанности по своевременному обращению с заявлением о банкротстве предприятия, наращивание задолженности при наличии признаков неплатежеспособности;

2. невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие бездействия контролирующего должника лица по передаче документации и имущества предприятия;

3. не принятие ответчиком мер по внесению в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности информации в отношении места нахождения должника;

4. невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие совершения противоправных сделок (платежей).

Кредитором также заявлено требование о привлечении ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков в сумме 2 551 006 руб., причиненных должнику и кредиторам в результате совершения противоправных сделок (операций по снятию денежных средств со счета предприятия).

Отказывая в удовлетворении требований управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по первому основанию, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, исходил из того, что после установленной судом даты объективного банкротства у должника не возникли новые обязательства. 

Довод кредитор о том, что ответчик не предпринял мер по внесению в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности информации в отношении места нахождения должника, не признан основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, поскольку со стороны заявителя не доказана причинно-следственная связь между отсутствием соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) и невозможностью проведения процедуры банкротства в отношении должника, удовлетворения требований кредиторов.

Отказывая в удовлетворении требований кредитора о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за совершение противоправных сделок (платежей и операций по снятию денежных средств со счета предприятия) и взыскании с ответчика убытков, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что ФИО2 раскрыты обстоятельства расходования денежных средств на нужды предприятия (погашение задолженности, приобретение сырья для изготовления продукции, модернизация оборудования и тд.), в подтверждение чего представлены соответствующие доказательства. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что в какой-либо период действия руководителя должника выходили за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота, судами не установлено.

Выводы судов об отказе в удовлетворении требований в указанной выше части не обжалуются и судом округа не проверяются, предметом рассмотрения суда округа является спор в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) – за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие бездействия контролирующего должника лица по непередаче документации и имущества предприятия.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что, ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает ответственность данного лица (неподача заявления о признании должника банкротом), настоящий спор должен быть разрешен с применением положений главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, которая вступила в законную силу с 30.07.2017). 

В обоснование заявленных требований по спорному основанию общество «Хорс» ссылалось на не исполнение ФИО2 обязанности по передаче документов и иной документации должника, что не позволило сформировать управляющему конкурсную массу.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением суда от 15.06.2022 на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему документы, подтверждающие дебиторскую задолженность на сумму 5 929 000 руб., основные средства на сумму 154 000 руб., документы, подтверждающие выбытие основных средств на сумму 248 000 руб., запасы на сумму 9 396 000 руб., автомобиль ГАЗ 2752 VIN 

<

***> г.в. гос. номер 

<

***>.

Возражая против заявленных требований, ФИО2 указывал на передачу им конкурсному управляющему имевшейся у него первичной документации предприятия и документов бухгалтерского учета, достаточных для надлежащего проведения работы по пополнению конкурсной массы, приводил доводы об утрате части имущества, отсутствии объективной возможности передать производственное оборудование и автомобиль должника, готовности передать сохранившиеся запасы и основные средства.

Рассматривая заявленные требования и представленные против них возражения в спорной части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

На основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Однако признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Таким образом, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды первой и апелляционной инстанций установили, что согласноне опровергнутым пояснениям ФИО2, его назначение на должность руководителя должника в 2017 году не было запланировано, являлось мерой экстренного характера, обусловленной лишением свободы по приговору суда предыдущего директора, ввиду чего документация предприятия не была надлежащим образом передана новому руководителю (ФИО2), вместе с тем, в рамках исполнения обязанности по передачи документации должника ФИО2 передал управляющему всю документацию, имеющуюся в его распоряжении, в подтверждение чего представлены акты, кроме того значительный объем первичной документации общества представлен непосредственно в материалы дела; относительно дебиторской задолженности должника на сумму более 5 млн. руб. судами приняты пояснения ответчика о том, что названный актив был отражен в бухгалтерской отчетности предприятия, составленной задолго до назначения ФИО2, и переносился последним в отчетность последующих периодов. 

Кроме того, суды сочли подтверждёнными достаточными доказательствами доводы ответчика о хищении производственного оборудования должника, в том числе модернизированной линии выдува тары и части готовой продукции с закрытого склада, в подтверждение чего представлены материалы проверки по уголовному делу, о размещении автомобиля ГАЗ 27052 г/н 

<

***> на территории Белоярской АЭС и отсутствии у ответчика доступа на указанный режимный объект, судами также сделан вывод об отсутствии доказательств, подтверждающих обладание должника автомобилем Камаз 5490-S5, на наличие которого указывал кредитор, и учтены сведения о неоднократном уклонении управляющего от принятия имущества должника (основные средства на сумму 154 000 руб., запасы на сумму 9 396 000 руб.).

Оценив приведенные обстоятельства в совокупности, суды первой и апелляционной инстанций сделали выводы, что заявителем не доказано уклонение бывшего руководителя должника от передачи имущества и документации должника, соответствующая обязанность исполнена ФИО2 исходя из документов и имущества, имеющихся в егораспоряжении, относительно иной части представлены пояснения о причинах отсутствия истребуемых документов и имущества, при этом конкурсный управляющий не пояснил, какие именно документы, связанные с деятельностью должника, не были ему переданы и каким образом отсутствие этих документов повлияло на формирование конкурсной массы, в том числе с учетом пояснений управляющего об истечении сроков исковой давности по части дебиторской задолженности и исключении одного из дебиторов из ЕГРЮЛ.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суды первой и апелляционной инстанции исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отказывая в удовлетворении заявления кредитора, суды также исходили из того, что в период управления ФИО2 общество «УХТЗ» продолжало работать, производить и отгружать продукцию, рассчитываться с кредиторами, была запущена новая производственная линия по выпуску тары, заключены договоры с крупными торговыми сетями на поставку выпускаемой обществом продукции; причиной же банкротства послужил корпоративный конфликт в обществе. 

Суд округа считает, что выводы суда первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Довод управляющего об истребовании документов и имущества вступившим в законную силу судебным актом судом округа отклоняется, поскольку принятие названного судебного акта само по себе не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Более того, в рассматриваемом случае судами сделаны выводы о принятии ответчиком исчерпывающих мер по исполнению определения об истребовании документации.

Иные доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Свердловской области от 27.06.2023 по делу № А60-66342/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Уральский Химико-Технологический завод» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            К.А. Савицкая 

 

                                                                                             Ю.А. Оденцова