ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-81889/2019

 

Дело № А40-82340/17

г. Москва

21 февраля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 февраля 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей И.М, Клеандрова, А.Н. Григорьева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Зубкова Бориса Анатольевича

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 09 декабря 2019,

вынесенное судьей Пахомовым Е.А.,

о признании недействительными сделками должника по перечислению с расчетного счета № 

<

***>, открытого в ООО «КБ Внешнеторгового финансирования», на расчетный счет ФИО2 денежных средств в общей сумме 22 233 470 руб. 90 коп. следующими платежами: № 2094 от 23.09.2014 г., № 2187 от 03.10.2014 г., № 2255 от 20.11.2014 г., № 550 от 05.03.2015 г., № 562 от 06.03.2015 г., № 636 от 17.03.2015 г., № 655 от 18.03.2015 г., № 656 от 18.03.2015 г. и № 729 от 27.03.2015 г., с расчетного счета № 

<

***>, открытого в ПАО «Росбанк», Московский, на расчетный счет ФИО2 денежных средств в общем размере 3 320 000 руб. следующими платежами: № 920 от 16.09.2014 г., № 953 от 23.09.2014 г. и № 982 от 30.10.2014 г

по делу № А40-82340/17 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Строймехпроект-П» 

при участии в судебном заседании:          

от  ФИО2  ФИО3 дов от 06.08.19 г.

от  ФИО4 Сидляк В.С. дов от 03.04.19г. 

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-82340/17 от 19.06.2018 в отношении ООО «СТРОЙМЕХПРОЕКТ-П» (ИНН 

<

***>) введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

В Арбитражный суд города Москвы 17.06.2019 г. поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительными сделок должника по перечислению с расчетного счета № 

<

***>, открытого в «Интерпрогрессбанк» (АО), на расчетный счет ФИО2 денежных средств в общей сумме 22 233 470 руб. 90 коп. следующими платежами: № 2094 от 23.09.2014 г., № 2187 от 03.10.2014 г., № 2255 от 20.11.2014 г., № 550 от 05.03.2015 г., № 562 от 06.03.2015 г., № 636 от 17.03.2015 г., № 655 от 18.03.2015 г., № 656 от 18.03.2015 г. и № 729 от 27.03.2015 г., с расчетного счета № 

<

***>, открытого в ПАО «Росбанк», Московский, на расчетный счет ФИО2 денежных средств в общем размере 3 320 000 руб. следующими платежами: № 920 от 16.09.2014 г., № 953 от 23.09.2014 г. и № 982 от 30.10.2014 г., с применением последствий признания сделок недействительными в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника – ООО «Строймехпроект-П» денежных средств в общей сумме 25 553 470 руб. 90 коп..

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09 декабря 2019 года заявление конкурсного управляющего ФИО5 удовлетворено в полном объеме. 

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 09 декабря 2019г., принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование жалобы ответчик указывает, что денежные средства были перечислены в рамках заключенного с должником трудового договора, а вывод суда первой инстанции об отсутствии доказательств правомерности и обоснованности оспариваемых перечислений не соответствует обстоятельствам дела.

Представители ответчика и ФИО4 поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив материалы дела, выслушав мнения представителя ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы, оценив по правилам, предусмотренным ст. 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд считает, что определение суда подлежит отмене в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), а требования конкурсного управляющего не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника ссылался на то, что должником были осуществлены перечисления денежных средств с расчетных счетов № 

<

***> и № 

<

***> открытых в «Интерпрогрессбанк» (АО) и ПАО «Росбанк», Московский на расчетный счет ФИО2 в общей сумме 25 553 470 руб. 90 коп.

Перечисления денежных средств должником осуществлены операциями по платежным поручениям №№ 920 от 16.09.2014, 2094 и 953 от 23.09.2014, 2187 от 03.10.2014, 982 от 30.10.2014, 2255 от 20.11.2014, 550 от 05.03.2015, 562 от 06.03.2015, 636 от 17.03.2015, 655 от 18.03.2015, 656 от 18.03.2015, 729 от 27.03.2015

В назначении платежей указано, что платежи произведены в качестве выплаты заработной платы и командировочных расходов. 

Согласно доводам заявления, оспариваемые сделки были совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, о чем ответчик не мог не знать, поскольку сделка совершена в отношении заинтересованного лица – руководителя должника в период с 01.03.2010 по 17.03.2015, а также участником в период с 12.11.2002 по 03.04.2015, причинили вред имущественным правам кредиторов, в связи с чем, подлежат признанию недействительными на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также согласно заявлению, конкурсный управляющий считает, что сделки подлежат признанию недействительными на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ, как совершенные со злоупотреблением правом сторонами в связи с тем, что причинили вред имущественным правам кредиторов, совершены безвозмездно, о чем не могла не знать другая сторона сделки.

По мнению конкурсного управляющего, оспариваемые сделки являются притворными, фактически прикрывающими договор дарения, и подлежащие признанию недействительными на основании ст. 170 ГК РФ.

В связи с указанными обстоятельствами конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки осуществлены при неравноценном встречном исполнении, доказательства возмездности сделок в материалах дела отсутствуют, кроме того, указал, что оспариваемые платежи были совершены при наличии у должника признака неплатежеспособности и недостаточности имущества в соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве, совершены безвозмездно, доказательства обратного в материалах дела отсутствуют, кроме того, совершены в отношении заинтересованного лица, что указывает на то, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, о чем не могла не знать другая сторона, уменьшив конкурсную массу должника, и подлежат признанию недействительными на основании ч.ч.1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Также суд первой инстанции указал, что сделки причинили вред имущественным правам кредиторов, о чем не могла не знать другая сторона сделки, в связи с чем, оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также суд пришел к выводу, что оспариваемые сделки являются притворными.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, не соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может также оспариваться выплата заработной платы.

Как следует их материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом первой инстанции 21.07.2017, оспариваемые сделки совершены 16.09.2014, 23.09.2014, 03.10.2014, 30.10.2014, 20.11.2014, 05.03.2015, 06.03.2015, 17.03.201518.03.2015, 27.03.2015, в трехлетний период, установленный ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

 Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

 Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.06.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются, в том числе: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Как правильно установлено судом первой инстанции, ответчик являлся руководителем должника в период с 01.03.2010 г. по 17.03.2015 г., а также участником должника в период с 12.11.2002 г. по 03.04.2015 г. (из них единственным участником в период с 11.02.2014 г. по 03.04.2015 г.), т.е. заинтересованным лицом по отношению к должнику в оспариваемый период сделок.

Вместе с тем, конкурсным управляющим не представлено доказательств, что на момент совершения оспариваемых операций должник отвечал признакам неплатежеспособности, что на дату совершения спорных сделок имелись требования кредиторов, не исполненные ООО «Строймехпроект-П». 

Ранее в отношении должника было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) №А40- 82536/15, производство по которому было прекращено определением от 07.12.2016 в связи с утверждением мирового соглашения, предоставлявшего отсрочку оплаты задолженности до 31.08.2018. 

При этом, по состоянию на 10.01.2017 у должника имелась задолженность перед кредиторами в общем размере 2 476 819,76 руб., которая не была включена в реестр при рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) №А40-82536/15, поскольку являлась на тот момент текущей, и включена в реестр требований кредиторов должника по настоящему делу о банкротстве. 

Данные обстоятельства установлены постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2019 в рамках обособленного спора по настоящему делу о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Поскольку заявитель не представил доказательств того, что оспариваемые действия совершены с целью причинить имущественный вред правам кредиторов и доказательств причинения такого вреда; а также доказательства наличия у должника к моменту начала совершения оспариваемых действий признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве также является неправомерным.

Кроме того, в обоснование довода о причинении вреда имущественным правам кредиторов, по сделкам конкурсный управляющий указал, что сделки совершены безвозмездно, поскольку доказательств возмездности по сделкам отсутствуют.

Бремя доказывания неравноценного встречного исполнения обязательств или отсутствия встречного предоставления возложено на лицо, оспаривающее сделки по указанному основанию.

В то же время, утверждение конкурсного управляющего о безвозмездности оспариваемых сделок противоречит его доводам о том, что ответчик являлся генеральным директором должника, следовательно, оспариваемые платежи были произведены согласно их назначению в качестве заработной платы за исполнение полномочий генерального директора.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Заключение трудового договора, иных соглашений, регулирующих правоотношение между работником и работодателем, представляет собой действия названных субъектов, направленные на возникновение у них прав и обязанностей в рамках указанных правоотношений (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу положений статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработной платой является вознаграждением за труд, зависящим от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты; окладом - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

Основной обязанностью работодателя является обеспечение работникам равной оплаты за труд равной ценности, выплата заработной платы в полном объеме и в установленные сроки (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации). Заработная плата каждого работника согласно положениям статей 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда действующей у работодателя.

В силу статей 132 и 135 Трудового кодекса Российской Федерации установление работнику размера заработной платы относится к исключительным полномочиям работодателя.

В соответствии со статьей 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Под трудовой функцией понимается любая работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид поручаемой работы.

В соответствии с частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

Статья 16 ТК РФ предусматривает, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с данным Кодексом.

Согласно статье 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу статьи 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Ответчиком в материалы дела были представлены: копия трудового договора №81 от 02.04.2010,  справки по форме 2-НДФЛ за 2011-2015 годы, письмо ИФНС России № 29 по г. Москве.

Из представленных доказательств следует, что ответчик исполнял обязанности генерального директора в период с 02.04.2010 по 01.04.2015.

Согласно п. 2.1 трудового договора генеральному директору устанавливается должностной оклад в размере 4 000 000 руб., а также ежемесячные премии.

Права и обязанности генерального директора закреплены в главе 3 трудового договора.

Согласно представленным справкам 2-НДФЛ ответчиком был получен доход за 2011 год в размере 36 472 375 руб., за 2012 год в размере 51 396 190, 74 руб., за 2013 год – 26 276 872 руб., за 2014 год – 39 975 953, 75 руб.

Выводы суда первой инстанции о том, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие доказательств обоснованности их размера для перечисления ФИО2 являются неправомерными и сделаны без учета всех обстоятельства дела.

Как следует из материалов дела, протокольным определением суда от 18.11.2019 суд первой инстанции исключил из числа доказательств копию трудового договора от 02.04.2010 ввиду не представления оригинала договора, а также в связи с тем, что в отношении указанного доказательства конкурсным управляющим заявлено о фальсификации.

Также судом первой инстанции в связи с тем, что копия трудового договора была исключена из числа доказательств по делу, было отказано в удовлетворении заявления о фальсификации доказательства.

Согласно положениям части 1 статьи 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Из указанной нормы следует, что исключить оспариваемое доказательство из числа доказательств по делу арбитражный суд вправе только с согласия лица, его представившего. 

Исключение такого доказательства судом по собственной инициативе недопустимо. В случае отсутствия согласия лица, представившего оспариваемое доказательство, на исключение из числа доказательств по делу, арбитражный суд в порядке статьи 71 АПК РФ оценивает совокупность доказательств по делу по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из протокола судебного заседания от 18.11.2019 и обжалуемого судебного акта не усматривается, что оспариваемое доказательство было исключено судом из числа доказательств по делу с согласия представителя ответчика.

Более того, согласно аудиопротоколу судебного заседания от 18.11.2019, представитель ответчика явно возражал против исключения указанного договора из числа доказательств. 

Кроме того, заявление о фальсификации доказательства влечет уголовно-правовые последствия. 

Лицо, делающее заявление об отсутствии в природе документа, представленного в дело в копии, утверждает о фальсификации доказательства и должно знать о возможном применении мер государственного принуждения. 

Процедура проверки заявления о фальсификации начинается с разъяснения правовых последствий. Вторая сторона при этом вправе исключить документ из числа доказательств. 

В то же время, суд, исключая из числа доказательств копию трудового договора, представленного ответчиком, и отказывая в рассмотрении заявления конкурсного управляющего о фальсификации доказательства по правилам ст. 161 АПК РФ с предупреждением о последствиях такого заявления, ставит сторон спора в неравное положение, поскольку, фактически доказательство, обосновывающее позицию ответчика и опровергающее доводы заявителя, исключено из материалов дела без согласия лица, его представившего, а также в отсутствие доказанного факта его фальсификации.

Таким образом, в указанной ситуации, суд, фактически, не предупреждая заявителя об уголовно-правовых последствиях, и, исключая из числа доказательств копию трудового договора без согласия ответчика, лишил вторую сторону возможности доказывать факт обоснованности произведенных выплат, и в то же время освободил заявителя от доказывания их необоснованности.

Самостоятельное исключение судом первой инстанции документа из числа доказательств не имеет отношения к соблюдению порядка, указанного в статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о нарушении судом норм процессуального права, выразившихся в нарушении распределения бремени доказывания, порядка рассмотрения заявления о фальсификации доказательства и принципа состязательности сторон.

Кроме того, отсутствие оригинала документа не препятствует его проверке в порядке ст. 161 АПК РФ.

Также суд апелляционной инстанции отмечает не мотивированность устного заявления конкурсного управляющего о фальсификации доказательства, сделанного в суд первой инстанции, пояснившего, что его заявление основано лишь на том, что не представлен оригинал, а также не конкретизировавшего что именно сфальсифицировано в договоре, сославшись на все сразу – содержание, дату и подписи, из чего следует, что заявление о фальсификации основаны исключительно на предположении.

Какие-либо доказательства, объективно дающие основание считать указанные документы сфальсифицированными, не представлены.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия считает, что представленная копия трудового договора подлежит исследованию и оценке наряду с иными доказательствами.

Согласно части 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Иных копий или оригинала трудового договора с иным содержанием ответчиком не представлено.

В ходе судебного разбирательства в первой инстанции представитель пояснил, что тем, что у ответчика не имеется оригинала договора, поскольку, он как бывший работник ООО «СТРОИМЕХПРОЕКТ-П», уволившийся в марте 2015 г. не был обязан хранить оригинал данного трудового договора до настоящего времени, при том, что сам должник несет обязанность по хранению своего экземпляра данного документа.

Кроме того, как пояснил ответчик, оригинал трудового договора между Должником и ФИО2 хранился в документации должника, которая после прекращения полномочий ФИО2 в качестве генерального директора Должника - 17 марта 2015 г. - передавалась следующему генеральному директору Должника. 

Также суду апелляционной инстанции представлена опись переданных ФИО4 документов от 12.12.2019, подтверждающая передачу трудового договора с ответчиком и иных кадровых документов конкурсному управляющему, с подписью последнего. 

Между тем, отсутствие у работника оригинала трудового договора никоим образом не может умалять его прав, тем более с учетом того, что факт наличия трудовых отношений никем не оспаривается.

Конкурсный управляющий оспаривает платежи, совершенные в 2014 и 2015 годах, при этом без учета премирования, за этот период ФИО2 подлежал выплате должностной оклад в размере не менее 96 000 000 руб., что многократно превышает общую сумму оспариваемых платежей (25 553 470 руб. 90 коп.).

Поскольку начисление ФИО2 ежемесячной заработной платы производилось неоднократно в течение продолжительного периода времени, при этом фактическое выполнение ФИО2 трудовых обязанностей в должности генерального директора не опровергнуто материалами дела, суд апелляционной инстанции считает, что начисление ему заработной платы является обычной хозяйственной деятельностью должника.

Кроме того, судом апелляционной инстанции учтено, что в период исполнения ФИО2 трудовых обязанностей в качестве генерального директора должника и впоследствии должник являлся крупной строительной компанией с многомиллиардным финансовым оборотом, осуществлял в качестве одного из основных подрядчиков ПАО «ФСК ЕЭС» строительство объектов в сфере электроэнергетики на Дальнем Востоке Российской Федерации.

Как следует из приложенного конкурсным управляющим финансового анализа Должника:

на 01.01.2014 совокупная величина активов Должника составляла 2 275 950 000 руб.;

на 01.01.2015 совокупная величина активов Должника составляла 3 323 679 000 руб.;

на 01.01.2016 совокупная величина активов Должника составляла 2 641 600 000 руб.;

Годовая совокупная выручка Должника составляла в 2013 г. - 5,1 млрд. руб., в 2014 г. - 1,1 млрд. руб., в 2015 г. - 1,05 млрд. руб.

С учетом изложенного, установленный генеральному директору размер заработной платы, не является завышенным.

Доказательства ненадлежащего исполнения ФИО2 обязанностей генерального директора Общества в материалы дела не представлены.

При этом, что подтверждается составленными в отношении ФИО2 справками о доходах физического лица (по форме 2-НДФЛ), средний размер его зарплаты на протяжении лет значительно не изменялся.

Например, из справок 2-НДФЛ за 2011, 2012, 2013, 2014 и 2015 годы следует, что задолго до начала периода, за который оспариваются платежи (сентябрь 2014 - март 2015 гг.), начисляемая ФИО2 зарплата сохранялась примерно на одном уровне.

Указанный уровень зарплаты сохранялся как в период, когда ФИО2 был единственным участником Должника (с 14.01.2014 г. по 03.04.2015 г.), так и до этого периода, когда ФИО2 принадлежало 35 % в уставном капитале Должника.

При обращении с заявлением о признании недействительными аналогичных перечислений руководителю должника, заявителю в обоснование своих требований следует представлять доказательства наличия признаков неравноценного встречного исполнения по трудовому договору, в том числе, доказательства, что размер предусмотренной трудовым договором заработной платы существенно отличается в худшую для должника сторону от цены аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах (что заработная плата является завышенной и существенно отличается от размера заработной платы, выплачиваемой в регионе за выполнение аналогичных трудовых обязанностей), а также доказательства, что руководитель в заявленный период не выполнял свои трудовые обязанности.

Заключение трудового договора с руководителем является необходимым для осуществления обществом хозяйственной деятельности и направлено на создание правовых последствий в виде выполнения данным лицом функций руководителя общества, а, следовательно, за выполнение соответствующих обязанностей руководителю подлежит начислению заработная плата в установленном трудовым договором размере.

Поскольку заявитель не представил доказательств того, что оспариваемые действия совершены с целью причинить имущественный вред правам кредиторов и доказательств причинения такого вреда, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является неправомерным и необоснованным.

Обязанность доказывать обстоятельства, подтверждающие порочность сделок, возлагается на лицо, которое их оспаривает, то есть в данном случае на конкурсного управляющего (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отсутствие у конкурсного управляющего информации о наличии или отсутствии встречного исполнения по платежам должника не снимает с него бремя доказывания факта неравноценности спорной сделки.

Безусловно, статьи 61.9, 129 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено право конкурсного управляющего оспаривать сделки должника, а также заявлять о применении последствий недействительности сделок, заключенных или исполненных должником.

Вместе с тем, праву конкурсного управляющего как субъекта профессиональной деятельности на подачу заявления о признании сделок должника недействительными корреспондирует обязанность указания конкретных правовых и фактических оснований, по которым сделки могут быть признаны недействительными.

В соответствии с частью 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 14 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности банкротстве» бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

В связи с тем, что платеж был совершен в качестве выплаты заработной платы, апелляционный суд приходит к выводу о том, что сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства превышения размера каждого из перечисленных платежей одного процента стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Также, в данном случае, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также доказательства осведомленности ответчика об указанной цели и о признаках неплатежеспособности должника.

Также конкурсным управляющим не доказаны совокупность обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве, а также осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника и о наличии иных кредиторов на момент совершения сделки по перечислению денежных средств.

Таким образом, оснований для признания оспариваемых сделок на основании ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве не имеется.

Конкурсный управляющий оспаривает сделку также на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Между тем, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, п. 10 постановления от 30.04.2009 N 32, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Однако, в приведенных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Недействительность сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 Закона о банкротстве, влечет их оспоримость, а не ничтожность в отличие от оснований, предусмотренных статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Иными словами, признание сделки недействительной в силу ничтожности исключает возможность признания ее недействительной по основаниям оспоримости.

Поскольку в рассматриваемом случае сделка оспаривается конкурсным управляющим как подозрительная сделка по основаниям, предусмотренным  ст. 61.2 Закона о банкротстве, признание ее недействительной также и по общегражданским основаниям не согласуется с изложенной выше позицией Высшего Арбитражного Суд Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

По смыслу указанных норм ГК РФ и приведенных разъяснений для признания оспариваемых сделок недействительными финансовый управляющий должен доказать наличие злоупотребления гражданскими правами со стороны обоих участников этой сделки.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом не установлено, доказательств его наличия не представлено.

Статьей 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным гражданским кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Такая сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статьи 167, 168 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок (п. 88).

Из содержания приведенных норм следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции не установлены доказательства, подтверждающие совершение оспариваемых сделок с целью прикрыть другую либо в ущерб юридическому лицу.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что стороны сделки не имели намерения установить правоотношения для осуществления трудовой деятельности и не доказал, что стороны не приступили к исполнению трудовых обязанностей, а равно как не доказал, что выплаты заработной платы являлись необоснованными.

Выводы суда первой инстанции о том, что спорная сделка совершена безвозмездно, фактически прикрывает собой договор дарения, в связи с чем, подлежит признанию недействительной на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ как притворная сделка, противоречат фактическим обстоятельствам спора.

Вопреки требованиям ст. 71 АПК РФ, а также положений статей 168, 170 АПК РФ судом первой инстанции не была дана надлежащая оценка доводам ФИО2, не были надлежащим образом исследованы представленные им доказательства.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что основания для признания оспариваемого платежах недействительными на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ документально не подтверждены и с достаточной степень достоверности не обоснованы.

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также доказательства осведомленности ответчика об указанной цели и о признаках неплатежеспособности должника.

Таким образом, конкурсным управляющим должника не доказана совокупность установленных Законом о банкротстве и ГК РФ условий для признания сделки по перечислению денежных средств недействительной.

При таких обстоятельствах, правовых оснований для удовлетворения требований заявителя о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности у суда первой инстанции не имелось.

Учитывая изложенное, на основании пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение суда первой инстанции подлежит отмене, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Строймехпроект-П» о признании недействительной сделкой следует отказать.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 270, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 09 декабря 2019 года по делу №А40-82340/17 отменить. 

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Строймехпроект-П» ФИО5 о признании недействительными сделок должника по перечислению денежных средств на расчетный счет ФИО2 отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                                 В.В. Лапшина 

Судьи:                                                                                                                     А.Н. Григорьев

                                                                                                                      И.М. Клеандров