АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-27286/2022

г. Тюмень

27 декабря 2024 года

Резолютивная часть решения оглашена 13 декабря 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 27 декабря 2024  года

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Михалевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление 

акционерного общества «Роспан Интернешнл» (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 28.10.2002, ИНН: 

<

***>, адрес: 629306, ЯНАО, 

<

...>) 

к акционерному обществу «ЕВРАКОР» (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 10.04.2007, ИНН: 

<

***>, адрес: 101000, 

<

...>, пом./комн III/2) 

о взыскании убытков и штрафа,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: АО «ТомскНИПИнефть» (ИНН 

<

***>), ООО «РН-Сройконтроль» (ИНН 

<

***>), ООО компания «ВНИИСМИ» (ИНН 

<

***>), ООО «Волгоспецмонтаж» (ИНН: 

<

***>), ООО «Пермьсеверстрой» (ИНН: 

<

***>), АО «ТюменьНИПИнефть» (ИНН: 

<

***>)

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гайнутдиновой А.И., 

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1 – на основании доверенности от 08.08.2022,

от ответчика: ФИО2 – на основании доверенности от 20.09.2022, 

от третьих лиц:

от ООО «Волгоспецмонтаж»: ФИО3 – на основании доверенности от 01.07.2024 (посредством веб-конференции), от ООО компания «ВНИИСМИ»: ФИО4 – на основании доверенности от 12.09.2023 (посредством веб-конференции)

от ООО «Пермьсеверстрой»: директор ФИО5 – на основании выписки из ЕГРЮЛ, ФИО6 – на основании доверенности от 02.11.2023 (посредством веб-конференции), иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили,

установил:

АО «Роспан Интернешнл» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к АО «ЕВРАКОР» (далее – ответчик) с иском о взыскании неустойки и убытков в размере 250 691 122,60 руб. по договору № РИ231-16 от 19.04.2016. 

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору, в связи с чем истец понес убытки в виде дополнительно выполненных АО «ЕВРАКОР» работ, составляющие стоимость расходов по устранению недостатков и расходов на проведение экспертизы в размере 128 209 747 руб. Кроме того, истец произвел начисление штрафа в размере 122 481 375,60 руб. 

Ответчик иск не признал, представил отзыв. В обоснование возражений ответчик, в частности, указал, что работы по бурению пилотной скважины и поэтапного ее расширения до Ду 400мм, Ду 600мм, Ду 800мм, Ду 1000мм и Ду 1200мм выполнялись надлежащим образом и в соответствии с предъявленными к ним требованиями; на трассе проходки скважины ННБ зафиксировано, как минимум три локальных объекта, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда, наличие которых может сделать невозможным выполнение работ по строительству подводного перехода; обрыв буровой колонны при выполнении работ по устройству закрытого подземного перехода методом наклонно-направленного бурения (далее- ННБ) через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-ПК352+55 произошел на этапе расширения скважины до 1400 мм именно в связи с наличием в скважине локальных объектов с высокой плотностью, указанных в Отчете о результатах георадарного обследования. По мнению ответчика, в материалах дела имеется достаточно доказательств, свидетельствующих об обстоятельствах, имеющих значение для дела, и исключающих ответственность АО «ЕВРАКОР».

Определениям от 16.03.2023 и от 04.05.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «ТомскНИПИнефть», ООО «РН-Сройконтроль», ООО компания «ВНИИСМИ». 

ООО «РН-Сройконтроль» представило отзыв на иск, поддержав позицию истца. 

В ходе судебного разбирательства истцом заявлено ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения причин обрыва буровой колонны при выполнении работ по устройству закрытого подземного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50- ПК352+55 и стоимости устранения недостатков, 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.08.2023 по настоящему делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено Российскому экспертному фонду «ТЕХЭКО», экспертам ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, производство по делу приостановлено. 

18.04.2024 экспертное заключение Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО» №17213/23 от 12.04.2024 поступило в суд.

Определением от 20.05.2024 производство по делу возобновлено. 

Стороны и ООО компания «ВНИИСМИ» представили в материалы дела объяснения и возражения по заключению эксперта № 17213/Ц от 12.04.2024.

Определением от 20.05.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Волгоспецмонтаж», ООО «Пермьсеверстрой», АО «ТюменьНИПИнефть».

ООО «Волгоспецмонтаж», ООО «Пермьсеверстрой» представили письменные пояснения по экспертному заключению. 

Эксперты ФИО7, ФИО9 в судебном заседании 20.06.2024 ответили на вопросы суда и лиц, участвующих в деле, дали пояснения по экспертному заключению.

ООО «Пермьсеверстрой» заявлено ходатайство о вызове в судебное заседание и допросе свидетеля ФИО11. 

В обоснование заявленного ходатайства третье лицо указало, что эксперты не учли, что согласно Протоколу технического совещания от 25.10.2019 и пояснениям руководителя буровых работ ООО «Волгоспецмонтаж» при выполнении работ на Объекте использовалась не только буровые трубы СБТ 168, принадлежащие третьему лицу, но и буровые трубы (штанги) СБТ 127, принадлежащие ФИО11 В отличие от буровых труб СБТ 168 эксперты не исследовали и не указали технические характеристики и состояние труб наружным диаметром 5 дюймов или СБТ 127, замки которых были повреждены в результате Аварии. Поскольку данных о состоянии и характеристиках буровых труб СБТ 168 материалы дела не содержат, то эту информацию суду может предоставить их собственник и начальник участка на котором проводились буровые работы - ФИО11 Кроме того, по мнению третьего лица, свидетель может дать пояснения и указать причины возникновения Аварии.

Истец возражал в удовлетворении заявленного ходатайства, ответчик оставил рассмотрение ходатайства на усмотрение суда. 

Рассмотрев ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетеля ФИО11, суд определением от 11.11.2024 отказал в его удовлетворении на основании следующего. 

Действующим арбитражным процессуальным законодательством допускаются в качестве доказательств письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 АПК РФ).

 В соответствии с частью 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. 

По смыслу части 1 статьи 88 АПК РФ удовлетворение ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей определенных лиц представляет собой право, а не обязанность суда. Наличие у суда такого права предполагает оценку необходимости вызова лица для дачи показаний. 

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного ходатайства, поскольку обстоятельства, подлежащие доказыванию в рамках настоящего спора исходя из предмета спора, в том числе, о состоянии и характеристиках буровых труб и причинах аварии при проведении работ ННБ, не могут быть подтверждены свидетельскими показаниями. 

Ссылку третьего лица на результаты рассмотрения и материалы дела № А40-27457/2019, в рамках которого свидетель ФИО11 дал показания, суд считает необоснованной, поскольку указанное дело имело иной предмет спора и судом исследовались иные обстоятельства и доказательства. 

АО «ЕВРАКОР» направило ходатайство о назначении повторной и дополнительной экспертизы, проведение которой поручить АНО Межрегиональный центр экспертных исследований «ЩИТ». 

При этом АО «ЕВРАКОР» представило рецензию на экспертное заключение№ 17213/Ц от 12.04.2024, подготовленную АНО Межрегиональный центр экспертных исследований «ЩИТ».

ООО «Пермьсеверстрой» направило письменные пояснения на заявленное ответчиком ходатайство о назначении повторной экспертизы, просило указанное ходатайств удовлетворить. 

Истец представил возражения на ходатайство ответчика и отзывы третьих лиц. 

Рассмотрев ходатайство ответчика о назначении повторной и дополнительной судебной экспертизы, суд отказал в его удовлетворении по основаниям, изложенным далее по тексту решения. 

В судебном заседании истец поддержал исковые требования по основания, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал с учетом доводов отзыва.

Третьи лица поддержали свои правовые позиции, изложенные в письменных отзывах на иск. 

Изучив материалы дела, исследовав и оценив, в совокупности представленные по делу доказательства, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик) заключен договор подряда от 19.04.2016№ РИ231-16 (далее - договор) по строительству Объекта «Нефтеконденсатопровод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное». Корретировка» (Нефтекоиденсатпровод).

В ходе выполнения работ по устройству перехода трубопровода через р. Малхойяха и стариц ПК 345+50-ПК 352 + 55 методом ННБ на этапе расширения скважины 1400 мм на удалении 200 метров от точки входа произошел обрыв задней буровой колонны, о чем подрядчик уведомил заказчика письмом от 22.10.2019 № 2019-1613.

В подтверждение некачественного выполнения работ подрядчиком истец ссылается на проведенные заказчиком исследованиям - экспертное заключение MAC ГНБ № 6-12-22-19 от 13.12.2019, подготовленное Международной ассоциацией специалистов горизонтального направленного бурения (MAC ГНБ) и отчетом о результатах георадарного обследования ООО «Компания ВНИИСМИ».

Экспертным заключением MAC ГНБ № 6-12-22-19 от 13.12.2019 установлено, что нарушение технологии ГНБ/ННБ на стадии расширения скважины до диаметра 800 мм привело (последовательно) к дисфункции форсунок, неэффективной очистке скважины, увеличению нагрузок на вращение буровой колонны и, как следствие, выходу из строя гидромоторов вращения. В совокупности все вышеперечисленное привело к незапланированной остановке в производстве работ. На месте производства работ отсутствовал объективный контроль параметров используемого и приготовления бурового раствора, о чем выдано соответствующее предписание № 475/РСП/НК-19-У. Нарушение технологии ГНБ/ННБ на стадии расширения скважины до диаметра 1200 мм привело(последовательно) к дисфункции форсунок, остановке этапа расширения скважины, дополнительным работам в виде выталкивания расширителя из скважины и, как следствие, разрушению нижней кромки скважины, усугубляющую эллипсность скважины (пункт 8.4).

В соответствии с экспертным заключением MAC ГНБ № 6-12-22-19 от 13.12.2019, дальнейшее продолжение работ по створу существующей скважины не представляется возможным из-за высоких неоправданных рисков повторения аварийных ситуаций, обусловленных прежде всего эллипсоидностью скважины (стр. 49). В качестве более безопасной альтернативы экспертная группа МАС ГНБ рекомендует строительство новой скважины в новом створе с отклонением от существующей скважины на расстоянии порядка 10-15 метров.

В связи с необходимостью строительства новой скважины сторонами было заключено дополнительное соглашение от 25.12.2019 № 7442316/0232Д018 к договору, в соответствии с пунктом 5 которого предусмотрено, что до момента установления виновного лица по факту возникновения обрыва буровой колонны при выполнении работ по устройству закрытого подземного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-Г1К352+55, в связи с необходимостью строительства новой скважины и проведения закупки дополнительных материально-технических ресурсов, Заказчик в полном объеме в срок до 30.12.2019 оплачивает подрядчику фактически выполненные работы по бурению методом ННБ, на которой произошел обрыв буровой колонны.

Стоимость фактически выполненных работ по бурению методом ННБ, на которой произошел обрыв буровой колонны, составила 122 481 375, 60 руб. с НДС и была оплачена заказчиком, что подтверждается актами сдачи приемки выполненных работ по форме КС-2 от 25.12.2019 № 67.150, 67.151, 67.152, счетом-фактурой № 726 от 25.12.2019, платежным поручением от 26.12.2019 № 323650.

В рамках дополнительного соглашения от 25.12.2019 № 7442316/0232Д018 к Договору подрядчик также принял на себя обязательства по строительству повой скважины. Стоимость работ по бурению новой скважины в соответствии с приложением № 2/8.1 к приложению № 18/8 (Расчет стоимости) составила 126 932 247 руб. без НДС.

Истцом приняты и оплачены работы по бурению новой скважины на сумму 126 932 247 руб. без НДС, что подтверждается актом о приемке выполненных работ по форме КС-2 от 15.04.2020 № 74.37, счетом-фактурой от 15.04.2020 № 238, платежными поручениями от 20.01.2020 № 325778, от 20.04.2020 № 333280.

Кроме того, затраты заказчика на проведение досудебной экспертизы составили и георадарного обследования скважины составили 1 277 500 руб. (350 000 руб. + 877 500 руб.), что подтверждается  договором от 05.11.2019 № 7442319/1697/Д/2/Э, актом оказанных услуг от 30.01.2020 № 2/Э, счетом № 178 от 24.07.2020, платежными поручениями № 320221 от 25.11.2019, № 342490 от 20.08.2020; договором от 11.12.2019 № 7442319/191ЗД, актом оказанных услуг от 23.01.2020 № 01/01 /2020, счёт-фактурой № 03 от 23.01.2020, счетом № 2 от 23.01.2020, платежными поручениями№ 330148 от 24.03.2020, № 321935 от 12.12.2019.

По утверждению истца, в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по Договору, истец по вине ответчика понес убытки в виде оплаты дополнительно выполненных работ АО «ЕВРАКОР», составляющие стоимость расходов по устранению недостатков и расходов на проведение досудебной экспертизы в размере 128 209 747 руб.

28.06.2022 в адрес подрядчика направлена претензия от 24.06.2022 № ИРИ-1172-22 об оплате штрафа и убытков, оставленная подрядчиком без удовлетворения.

Поскольку в досудебном порядке спор сторонами не урегулирован, истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением. 

Спорные правоотношения сторон подлежат регулированию общими нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) об обязательствах (статьи 307 - 328), обеспечению исполнения обязательства (статьи 330-333), специальными нормами, содержащимися в главе 37 (статьи 702-729, 740 -757), а также условиями заключенного между сторонами договора подряда (с учетом приложений к нему).

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 721 ГК РФ качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Ответственность подрядчика за ненадлежащее качество работ установлена в статье 723 ГК РФ, в силу пункта 1 которой в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного в договоре использования, либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, потребовать от подрядчика безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранить их предусмотрено в договоре подряда.

Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (пункт 3 статьи 723 ГК РФ).

В Обзоре судебной практики № 2 (2017), утв. постановлением Президиума ВС РФ от 26.04.2017, по вопросу применения пункта 1 статьи 723 ГК РФ при отсутствии в договоре подряда условия о праве заказчика на самостоятельное устранение недостатков, даны разъяснения, согласно которым заказчик вправе требовать возмещения расходов на устранение недостатков работ своими силами или силами третьего лица, не обращаясь к подрядчику, лишь в случае, когда такое право установлено договором подряда.

При этом пункт 1 статьи 723 ГК РФ не может быть истолкован как ограничивающий право заказчика на возмещение расходов на устранение недостатков в случае, если он, действуя добросовестно, предпринял меры по привлечению подрядчика к устранению недостатков, то есть направил последнему требование об их устранении в срок предусмотренный законом, иным нормативным актом или договором, а при его отсутствии - в разумный срок (в том числе незамедлительно, если это требовалось по характеру недостатков), однако подрядчик уклонился от устранения недостатков работ. В таком случае расходы заказчика на устранение недостатков работ подлежат возмещению (статьи 15, 383, 721 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», не лишен нрава представить суду свои возражения по качеству работ, принятых им по двустороннему акту.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

В силу статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренным законом, в том числе путем возмещения убытков.

Понятие убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательства, изложено в статьях 15 и 393 ГК РФ.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

По общему правилу статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) - пункт 2 статьи 15 ГК РФ.

В пункте 5 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. 

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с требованиями статьи 401 ГК РФ, по условиям которой отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, а также правилами части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, ответчик должен представить доказательства принятия им всех мер для надлежащего исполнения своих обязательств по договору при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру этих обязательств и условиям оборота. 

Возражая против исковых требований, ответчик ссылается на отсутствие вины, указывая на то, что обрыв буровой колонны при выполнении работ произошел на этапе расширения скважины до 1400 мм именно в связи с наличием в скважине локальных объектов с высокой плотностью.

Как следует из материалов дела, между сторонами возник спор относительно качества выполненных ответчиком работ по бурению скважины, а также причин возникновения недостатков (обрыва буровой колонны) и стоимости их устранения. 

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.08.2023 по настоящему делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО».

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1. Определить соответствуют ли инженерно-геологические изыскания для подготовки проектной документации по строительству подводного перехода через р. Малхойяха и стариц на ПK345+50-ПK352+55 методом ННБ по Объекту нормативным требованиям. 

2. Путем сравнения исполнительной документации с ППР определить, имеются ли расхождения между ППР и фактическим процессом выполнения работ, включая выбор инструмента, скорости, оборудования, раствора, графика работ. Если да, то установить была ли скорректирована ППР и согласовывалась ли после расхождения? 

3. Соответствует ли допустимая нагрузка выбранного инструмента характеристикам объекта в момент аварии. Если нет, могла ли данная ошибка являться причиной аварии (обрыва буровой колонны)? 

4. Соответствует ли фактическая глубина проходки, глубине, заложенной в ПД, с учетом Акта от 10.10.2019. Если нет, то был ли скорректирован и утвержден ППР с учетом отклонения от ПД? 

5. Какие нарушения технологии были допущены при выполнении работ, в т.ч. при восстановлении плети буровой колонны в скважине при попытках № 1, 2, при строительстве подводного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-ПКЗ52+55. В том числе были ли допущены следующие нарушения: 

- нарушения графика выполнения работ и остановка производства работ; 

- отсутствие объективного контроля параметров используемого при производстве работ бурового раствора; 

- нарушение требований нормативно-технической документации по складированию компонентов бурового раствора; 

- нарушение технологии производства работ; что привело к застреванию расширителя диаметром 1200 мм в скважине; 

- проведение ремонтных работ бурового комплекса в полевых условиях, без укрытия, что не позволяло эффективно решить проблему и приводило к серии очередных остановок производства работ; 

- нарушение выталкивания расширителя диаметром 1200 м «от себя»; 

- использование специальных инструментов («пуля № 1» и «пуля № 2») для инсталляции буровых штанг в скважину, не предусмотренные ИПР и ИД. 

6. Какие нарушения, указанные в пункте 5 привели к разъединению буровой колонны и невозможностью восстановления плети буровой колонны? Указать причины, которые привели к разъединению буровой колонны?

7. Определить влияние затопления скважины во время паводкового периода с 01.06.2019 по 30.06.2019, о чем указано в пункте 7 Протокола технического совещания от 25.10.2019 на дальнейший ход работ. Могло ли наличие длительного времени талых вод в скважине стать причиной обрушения стенок скважины и привести к невозможности дальнейшего продолжения работ? 

8. Определить причины возможного появления в скважине отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда (фиксируемых радиообразов в виде гипербол на георадарном обследовании), в том числе определить возможность их появления от обломков застрявшего расширителя диаметром 1200 мм при выталкивании «от себя». 

9. Возможно ли идентифицировать объекты, обнаруженные в скважине при георадарном обследовании, как обломки застрявшего расширителя диаметром 1200 мм при выталкивании «от себя», с учетом пункта 13 Протокола технического совещания от 25.10.2019?

10. Возможно ли выполнение работ по бурению методом ННБ с использованием оборудования, применяемого в рамках выполнения работ (с учетом его назначения, мощности двигателя, пропускной способности канала и т.п.) при наличии в скважине отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда (фиксируемых радиообразов в виде гипербол на георадарном обследовании)? 

11. Определить возможное время появления в скважине отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда (фиксируемых радиообразов в виде гипербол на георадарном обследовании); 

12. В случае, если отдельные локальные объекты, имеющие существенно более высокую плотность (фиксируемые радиообразы в виде гипербол на георадарном исследовании) появились в скважине в период до проведения работ по выталкиванию расширителя диаметром 1200 мм «от себя», определить каким образом было выполнено 8 полных проходов буровой колонны, в т.ч. расширение до 1200 мм. 

13. Определить остались ли в скважине после выталкивания расширителя диаметром 1200 мм «от себя» какие-либо локальные объекты, имеющие существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда, наличие которых может сделать невозможным выполнение работ по строительству подводного перехода наклонно-направленного бурения. Если остались – то какие? 

14. Определить возможность дальнейшего продолжения работ по створу скважины после расширения скважины до диаметра 1400 мм при наличии выявленных нарушений и состояния скважины. 

15. Определить могли ли: 

- высокие нагрузки на вращение и увеличение время проходки скважины при бурении пилотной скважины; 

- высокие нагрузки на вращение при расширении скважины до 800 мм; 

- высокие нагрузки на вращение и «подклинивание» расширителя на этапе калибровки скважины расширителем диаметром 1200мм; 

- значительные повреждения бурового инструмента механического характера, повреждение замковых частей 11-ти штанг и разъединение колонны буровых штанг на этапе расширения скважины до 1400 мм и выталкивания буровой колонны; произойти из-за наличия на трассе проходки скважины ННБ локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда, наличие которых может сделать невозможным выполнение работ по строительству подводного перехода наклонно-направленного бурения протяженностью 705м. на участке ПК345+50 – ПК352+55 по объекту «Нефтеконденсатопровод от УПН Валажинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное»; 

16. Определить могли ли недостатки/ошибки в проектной документации являться причиной обрыва буровой колонны при выполнении работ по устройству закрытого подземного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-ПК352+55? 

17. Определить проводились ли инженерно-геологические изыскания для подготовки проектной документации при изменении траншейного способа на наклонно-направленный способ бурения скважины через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50- ПК352+55. Если нет - то могло ли указанное являться причиной обрыва буровой колонны при выполнении работ по устройству закрытого подземного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-ПК352+55?

18. Определить объем и сметную стоимость с учетом НДС некачественно выполненных Работ и примененных материалов. Определить объем и стоимость затрат, понесенных на строительство новой скважины, на дату проведения работ.

18.04.2024 экспертное заключение Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО» №17213/23 от 12.04.2024 поступило в суд, в котором эксперты пришли к следующим выводам. 

1. Инженерно-геологические изыскания для подготовки проектной документации по строительству подводного перехода через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50- ПКЗ52+55 методом ННБ (ГНБ) на участке ПК 346+77 - ПК 351+04, по параметру плановой трассировки, нижней границе разведочного бурения и расстояниям между выработками, рекомендациям нормативных документов не соответствуют.

2. Расхождения между ППР и фактическим процессом выполнения работ, имеются. Исполнительная документация выполнена с нарушениями. 

Корректировка Проекта производства работ выполнена подрядной организацией ООО «Волгоспецмонтаж».

Факт согласования ППР Заказчиком после его корректировки установить не представляется возможным, из-за отсутствия соответствующих Актов со стороны супервайзерской службы АО «Роспан Интернешнл».

3.  Допустимая нагрузка выбранного инструмента была рассчитана и принята в соответствии с проектными характеристиками объекта.

В момент аварии (обрыва буровой колонны) характеристики объекта не соответствовали требованиям проекта.

При заклинивании расширителя 1400 мм мощности буровой установки - тягового усилия 500 тс при крутящем моменте привода до 150 кН*м/30 об/мин достаточно, чтобы преодолеть допустимую нагрузку 380 тс и разрушить буровую колонну.

При многократном использовании штанг с воздействиями ненормативных напряжений на искривленных интервалах ствола пионерной проходки, нарушениях порядка применения оборудования и неизвестной наработкой прочностные характеристики буровых штанг снижаются. Это снижает минимальную величину усилия, приводящего к разрушению замковых соединений буровой колонны.

4.  Фактические глубины проходки скважины не соответствуют ее глубинам, заложенным в ПД. На большей части перехода, скважина выполнена с переуглублением. Переуглубление скважины на 7,55 м на ПК351+30, зафиксированное в Акте от 10.10.2019г., подтверждено.

Имеются 3 участка со значительными перепадами глубин по вершинам изгиба от 2 м и превышающих 3 м. Первый участок расположен под руслом реки Малхойяха ориентировочно в границах бортов ее речной долины. Второй участок находится под руслом двух стариц, Третий участок с вогнутой и выпуклой кривыми и перепадом высот более 3 м расположен на расстоянии около 50 м от места обрыва буровой колонны в сторону выхода скважины.

Отсутствуют прямолинейные участки. Значения радиусов вертикальных кривых фактической траектории скважины, не соответствует требованиям нормативных документов.

Возможность корректировки траектории бурения скважины рассмотрена как в ППР, так и в его составной части «Технологической карты на бурение пилотной скважины)) (Шифр: РИ736-13/3047-Р-506.000-ТЛ-Ч-ППР,ТК 1) в пунктах 2.8 - 2.14, но дополнительных мероприятий по приведению скважины в проектное положение не предпри нималось.

ППР с учетом отклонения от ПД, не корректировался.

5.  При выполнении работ, в т.ч. при восстановлении плети буровой колонны в скважине при попытках №1,2, при строительстве подводного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-ПК352+55, были допущены следующие нарушения:

- несоблюдение графика выполнения работ и остановки производства работ,вызванные организационными, техническими и технологическими проблемами присооружении скважины;

- отсутствие объективного контроля параметров используемого бурового раствора при производстве работ со стороны строительного контроля;

-   нарушения требований нормативно-технической документации по складированию компонентов бурового раствора;

- непроектное искривление траектории скважины привело к последующемузастреванию расширителя диаметром 1200 мм в скважине;

-  проведение ремонтных работ бурового комплекса в полевых условиях без укрытия, что не позволяло обеспечивать работоспособность гидросистемы бурового оборудования и эффективно решить проблему ремонта оборудования при серии остановок;

-  нарушение выталкивания расширителя диаметром 1200 м «от себя» (на начальном этапе применения расширителя диаметром 1200 мм, не осуществлялось поддержание колонны бурильных труб в натянутом состоянии, как предусмотрено в ППР);

-  использование при ликвидации аварии специальных инструментов («пуля № 1» и «пуля № 2») для инсталляции буровых штанг в скважину, не предусмотренных в ПД и ППР.

6. Нарушения, указанные в пункте 5, кроме пункта «использование специальных инструментов («пуля № 1» и «пуля № 2») для инсталляции буровых штанг в скважину, не предусмотренные ПД и ППР» не оказывают прямое влияние на разъединение буровой колонны и невозможность восстановления плети буровой колонны.

Причиной разъединения колонны является превышение фактического тягового усилия над допустимой нагрузкой к буровой колонне, приведшего к потери ее функциональности. В связи с тем, что на ряде участков перехода, имеющих условные кривые с ненормативными радиусами изгиба, возникают изгибающие переменные напряжения, способные деформировать буровую трубу, а сроки наработки трубы могут быть превышены при многочисленных расширениях, то привести к разрыву колонны может нагрузка меньше расчетной допустимой.

7. Талые воды, попавшие в приямки скважин, не могут являться причиной обрушения ее стенок и привести к невозможности дальнейшего продолжения работ, что подтверждено последующими технологическими операциями. Вертикальная трассировка скважины проходит значительно глубже активного слоя русловых процессов, Скважина заполнена  буровым  раствором,  имеющем большую плотность  чем  речная  вода,  что препятствует плотностному перемешиванию двух жидких сред.

Затопление скважины во время паводкового периода с 01.06.2019 по 30.06.2019, о чем указано в пункте 7 Протокола технического совещания от 25.10.2019, не оказало влияние на дальнейший ход работ,

8. Экспертами установлено, что наличие в буровой скважине отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда (фиксируемых радиообразов в виде гипербол на георадарном обследовании) на участках ПК348+22 и ПК348+31, исходя из данных, представленных в исполнительной документации и материалах георадарного обследования, не подтверждается. Но исходя из расстояния 1,0 м между буровой скважиной и локальным объектом №1 ПК 348+22 (при достоверности «Исполнительной схемы №1»), а также учитывая возможные погрешности метода навигации и наличие большого количества шлама в скважине, при расширении возможен контакт расширителя с отдельным локальным объектом в этой точке.

В этом случае причинами возможного появления в скважине отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда должны быть ее непроектное положение и наличие на участке проходки локальных крупнообломочных объектов (пород), или что более вероятно, линз плотного грунта не отраженных в отчете геологических изысканий, находящихся на бортах и в подошве речной долины р. Малхойяха.

Наличие в скважине отдельных локальных объектов в виде обломков от застрявшего расширителя диаметром 1200 мм при его выталкивании «от себя» в «Отчете о результатах георадарного обследования состояния буровой скважины на объекте «Нефтеконденсато провод от УПН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное», не установлено.

9. Объекты, обнаруженные на участке расположения скважины при георадарном обследовании, обломками застрявшего расширителя диаметром 1200 мм при выталкивании «от себя» с учетом пункта 13 Протокола технического совещания от 25.10.2019, не являются.

10. Выполнение работ на объекте «Нефтеконденсатопровод от УИН Валанжинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярное» по бурению методом ННБ с использованием оборудования, применяемого в рамках выполнения работ с учетом его назначения, мощности двигателя, пропускной способности канала в случае наличия в скважине отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда, возможно.

11. Отдельные локальные объекты, имеющие существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда (фиксируемых радиообразов в виде гипербол на георадарном обследовании) зафиксированы при георадарном обследовании в декабре 2019 г. Время их возможного появления в скважине обусловлено началом ее расширения.

12. Экспертами установлено, что 8 полных проходов буровой колонны при расширении скважины до диаметра 1200 мм было выполнено без негативного воздействия отдельных локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность. Причинами затруднений при расширении скважины явились другие факторы, исследованные в ответах на вопрос 3 или вынужденное прохождение более твердой породы с радиусом изгиба, значительно меньше допустимого радиуса изгиба трубопровода.

13. После выталкивания расширителя диаметром 1200 мм «от себя» какие-либо локальные объекты, имеющие существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда, выявленные по результатам георадарного обследования, не влияют на возможность выполнения работ по строительству подводного перехода методом наклонно-направленного бурения.

14. Скважина, имеет участки с радиусом значительно менее 1200DN, что может привести к взаимодействию трубы со стенками скважины и превышению предельных упругих деформаций на этих участках трубопровода, и в итоге к образованию «пластического шарнира» с потерей прочностных характеристик. Воздействие изгибаемой жесткой трубы на свод скважины также существенно превысят несущую способность грунтов, что приведет к обрушению свода скважины.

Дальнейшее продолжение работ по створу скважины после расширения скважины до диаметра 1400 мм, при наличии выявленных многочисленных изменений в ее траектории, невозможно (п.16.5.2.8 СП 86.13330.2022).

15. Следующие обстоятельства:

- высокие нагрузки на вращение повлияли на увеличение время проходки скважины при бурении пилотной скважины;

-  высокие нагрузки на момент вращения при расширении скважины до 800 мм;

-      высокие нагрузки на вращение и «подклинивание» расширителя на этапе калибровки скважины расширителем диаметром 1200мм;

-      значительные повреждения бурового инструмента механического характера, повреждение замковых частей 11-ти штанг и разъединение колонны буровых штанг на этапе расширения скважины до 1400 мм и «выталкивания» буровой колонны;

не могли произойти из-за воздействия на технологический процесс проходки скважины ННБ локальных объектов, имеющих существенно более высокую плотность, чем вмещающая среда сделать невозможным выполнение работ строительству подводного перехода наклонно-направленного бурения протяженностью 705м. на участке ПК345+50 -ПК352+55 по объекту «Нефтеконденсатопровод от УПН Валажинской залежи Восточно-Уренгойского лицензионного участка до ПСП «Заполярое».

16. Экспертами установлено, что расчетные нагрузки на буровую колонну, указанные в проектной документации, определены корректно, и при условии не превышения их значений, при соблюдении нормативной работоспособности и соответствующему их  фактически  нормативному  техническому   состоянию,  а также возможного сохранения прямолинейности скважины на этом участке, обрыв буровой колонны в точке ПК 351+40 не был бы допущен.

Рабочий проект выполнен на базе инженерно-геологических изысканий, в части не соответствующих требованиям НД (см. исследование по вопросу 1), с плановой трассировкой данного участка подводного перехода без параллельного выноса трассы до 10 м от изыскательских скважин в соответствии с нормативами, приводящей к их возможному пересечению и возможному возникновения грифонов, ухудшению циркуляции бурового раствора и выноса шлама.

Недостаточная информация о геологической структуре, отсутствие в РД: минимальных требований, касающихся технологии ННБ к прокладки труб высокой жесткости, указания на проектных «листах» о минимальном допустимом радиусе оси скважины и необходимости письменного согласования возникающих изменений в трассировке с Заказчиком и ГИПом, в сочетании с другими факторами, влияющими на состояние буровых штанг, могло спровоцировать нагрузки, приведшие к разрыву резьбовых соединений буровой колонны при выполнении работ по устройству закрытого подземного перехода методом ННБ через р. Малхойяха и стариц на ПК345+50-ПК352+55.

17. Инженерно-геологические изыскания для подготовки проектной документации при изменении траншейного способа на наклонно-направленный способ бурения скважины через р. Малхойяха в стариц на ПК345+50- ПК352+55 (РИ736-13/3047-Р-506.000.000-ТЛ-04-Ч-016, РИ736-13/3047-Р-506.000.000-ТЛ-04-Ч-020) выполнены не в полном объеме по глубине выработки и с интервалами между скважинами, превышающими рекомендованные в СП 11-105-97 (замечания в ответах на вопрос 1), без трассировки нового створа ННБ на расстоянии 10м.

Выполненные инженерные изыскания не отображают корректно всю фактическую геологическую ситуацию и в совокупности с другими факторами могут оказать влияние на итоговый результат буровых работ - способствовать обрыву буровой колонны.

18.  Сметная стоимость некачественно выполненных работ и примененных материалов на участке ПК345+50 - ПК352+55 протяженностью 658м, с учетом НДС составляет -122 481 375,60 руб.

Сметная стоимость бурения новой скважины методом ННБ на участке ПК345+50 -ПК352+55 протяженностью 705м, на дату проведения работ, составляет 126 932 247 руб. без НДС.

ООО «Компания ВНИИСМИ» представило пояснения по экспертизе, указав, что выводы экспертов соответствуют вывода Отчета георадарного обследования состояния буровой скважины от 25.12.2019, составленного  ООО «Компания ВНИИСМИ».

Ответчик не согласился с выводами экспертов, представил возражения на экспертное заключение, а также рецензию на экспертное заключение.

Ответчик ссылается на вероятностный характер выводов экспертов и указывает, что, с учетом установленных экспертизой обстоятельств, причиной обрыва буровой является несоответствие инженерно-геологических изысканий рекомендациям нормативных документов. Расположение изыскательских скважин на оси трассы и несоблюдение рекомендаций нормативных документов по глубине разведочных скважин свидетельствует о том, что инженерно-геологические изыскания для подготовки проектной документации при изменении траншейного способа на наклонно-направленный способ бурения скважины фактически не проводились.

АО «ТомскНИПИнефть» в пояснениях указал, что выводы эксперта о несоответствии инженерно-геологических изысканий рекомендациям нормативных документов являются ошибочными, возможно, ввиду ограниченного объема документации по инженерным изысканиям. Для проведения исследования и оценки ИГИ необходим Отчет по инженерно-геологическим изысканиям (от 2018 года). Учитывая глубину инженерно-геологических скважин 2018 года (17 м), а также высотную отметку их устья, строение геологического разреза на участке горизонтального прохождения скважины ННБ изучено на глубину от 3,3 (скважина С22д, ПК 350+7), до 5,8 м (скважина С21а, ПК 348+50) ниже глубины проложения ствола скважины ННБ. Подробно информация отражена на листе 13 тома 2.18 отчета по инженерно-геологическим изысканиям. Соответственно, работы по всем видам инженерных изысканий выполнены в полном объеме, в соответствии с требованиями нормативной документации. Подземное (в том числе и ННБ) положение проектируемого трубопровода находится в изученном участке инженерно-геологического разреза. Свойства грунтов в полной мере изучены на глубине прохождения ствола скважины ННБ.

Истец представил письменные пояснения по экспертному заключению, против доводов ответчика возражал, пояснил, что ответчику для выполнения работ по строительству скважины (начало работ в апреле 2019) передана рабочая документация, согласно которой предусмотрено строительство переходов через р. Малхойаха на ПК345+50-ПК352+55 методом ННБ. 

На внесенные изменения получено положительное заключение государственной экспертизы № 89-1-1-3-005391-2019 от 14.03.2019, в соответствии с которым в части технологических и конструктивных решений по строительству магистральных и промысловых трубопроводов переход через р. Малхойаха предусмотрен методом ННБ (пп 1.6.5 стр. 5).

В Рабочую документацию РИ736-13/3047-Р-506.000.000-ТЛ-04-ОД-001 внесены изменения, в соответствии с п. 20 общих указаний участки переходов нефтеконденсатопровода через р. Малхойаха на ПК345+50-ПК352+55 выполнен методом ННБ. Данная рабочая документация передана для проведения работ ответчику.

Истец не согласился с выводами экспертов по вопросам № 1 и № 17 указал, что инженерные изыскания, выполненные в 2018 содержат объем актуализации материалов изысканий,  учитывающих корректировки проектных решений и требования нормативной документации относительно сроков давности использования материалов изысканий (п. 5.1.20, 6.1.7, 7.1.8 СП 47.13330.2016), ранее отраженные характеристики геологического строения, свойств грунтов, гидрологического режима изучаемой территории были подтверждены. Корректность выполнения инженерных изысканий в полном объеме подтверждается, Заключением ФАУ Главгосэкспертизы России от 14.03.2019 № 89-1-1-3-005391-2019.

В остальном истец соглашается с заключением экспертов от 12.04.2024 № 17213/Ц, которым подтверждается, что работы выполнены ответчиком с нарушением требований проектной документации, технологии проведения работ, что привело к невозможности окончания бурения скважины и повлекло  для заказчика дополнительные расходы, ввиду необходимости строительства новой скважины.

В обоснование ходатайства о назначении повторной и дополнительной экспертизы ответчик также приводит доводы о том, что судебными экспертами не дано четкого ответа на вопрос о наличии недостатков проектной документации, которые могли являться причиной обрыва буровой колонны, экспертами не принято во внимание, что причиной увеличения на буровое оборудование, соответственно, заклинивания расширителя и последующего обрыва буровой колонны является траектория (кривизна) скважины.

Ответчик считает необходимым поставить дополнительные вопросы о том, были ли при разработке проектной документации риски возникновения непредвиденной и аварийной ситуации, были ли предусмотрены предварительные меры по минимизации последствий таких ситуаций; могли ли недостатки/ошибки в инженерно-геологических изысканиях являться причиной обрыва буровой колонны, было ли известно подрядчик до и при выполнении работ о том, что нагрузки на буровое оборудование вызваны недостатками/ошибками в инженерно-геологических изысканиях; позволяло ли состояние буровых труб на момент выполнения работ при условий прямолинейности скважины.

Рассмотрев ходатайство ответчика о назначении повторно/дополнительной экспертизы, суд считает его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения, возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В соответствии со статьей 87 АПК РФ, при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В связи с этим, исходя из буквального толкования статьи 87 АПК РФ, в совокупности с рекомендациями, изложенными в постановлении Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

В силу части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Оценив заключение судебной экспертизы, суд полагает возможным принять результаты судебной экспертизы, поскольку представленное заключение содержит обоснованные выводы по поставленным судом вопросам. Полученный результат и выводы, содержащиеся в экспертном заключении, основаны на анализе фактических данных и материалов, представленных в распоряжение эксперта. Заключение соответствует требованиям, предъявляемым АПК РФ, не имеет противоречий и не вызывает сомнений в объективности и квалификации эксперта. 

Процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт компетентен в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, имеет соответствующий опыт и квалификацию, отводов эксперту не заявлено.

Более того, в судебном заседании эксперты дали полные и понятные пояснения по экспертному заключению, выводы экспертов являются категоричными и ясными. 

Относимых, допустимых и достоверных доказательств, опровергающих вывод эксперта, сторонами в материалы дела не представлено.

Представленная ответчиком рецензия на экспертное заключение, не может являться тем доказательством, на основании которого судебная экспертиза, о несогласии с которой заявляет ответчик, может быть признана ненадлежащим доказательством. 

Так, рецензент не предупреждался об уголовной ответственности, исследование проведено вне рамок судебного разбирательства. 

Кроме того, рецензия на заключение судебной экспертизы не предусмотрена процессуальным законодательством как форма доказывания. Рецензия, составленная после получения результатов судебной экспертизы, не обладает необходимой доказательственной силой в подтверждение доводов сторон. Данный документ дефектность экспертного исследования и необходимость проведения по делу повторной экспертизы не подтверждает.

Само по себе несогласие ответчика и третьего лица с результатами экспертизы и иная оценка доказательств не является основанием для вывода о недостоверности экспертного заключения.

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, основанные на исследовании объекта экспертизы, представленных документов, в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ).

Экспертные заключения на основании статьи 71 АПК РФ подлежат оценке наряду с иными доказательствами по делу, поэтому оснований для признания их ненадлежащими доказательствами не имеется. 

В качестве одного из доводов для проведения дополнительной/повторной экспертизы ответчик указывает на появление в материалах дела дополнительных доказательств, представленных ООО «Пермьсеверстрой», которые таковыми не являются.

Так, ООО «Пермьсеверстрой» предоставило следующие документы:

-   копии актов освидетельствования скрытых работ - имеются в материалах дела, поданы ответчиком через «Мой Арбитр» 06.02.2023, 30.06.2023, 09.11.2023 (исполнительная документация) и были исследованы экспертами (стр. 17 заключения);

-   копия акта от 12.10.2019 с фототаблицей к нему - имеется в материалах дела, подана ответчиком через «Мой Арбитр» 06.02.2023, 30.06.2023, 09.11.2023 и был исследовано экспертами (стр. 18, 31, 53 заключения). Кроме того, согласно акту характерные повреждения замковой части, обнаруженные после нештатной ситуации с разъединением колонны, зафиксировано у 11-ти штанг. В этом же акте отмечено, что данные повреждения имеют механический характер, предположительно может быть связан с наличием «металла в скважине. В качестве подтверждения данной версии ООО «Волгоспецмонтаж» в акте указало, что при осмотре местности на ПК349+20 был обнаружен поврежденные шнек (длиной около 4 м), применяемый при бурении разведочных скважин, и ряд вертикальных отверстий, одно из которых был источником выхода бурового раствора на поверхность. Таким образом, подрядчик высказывает предположение о высокой вероятности нахождения подобного шнека в скважине на ПК346+46 или ПК349+55.

Данное предположение подрядчика о нахождении шнека в скважине не имеет под собой оснований, так как согласно техническому отчету по результатам инженерно-геологических испытаний бурение скважин осуществлялось колонковым оборудованием диаметром 108 мм и шнек, обнаруженный при осмотре местности, не имеет отношение к ИГИ в рамках подготовки проектной документации по строительству объекта. А повреждения замковой части, согласно Особому мнению представитель истца уже фиксировал ранее на подавляющем количестве штанг в виде «круговой потери металла».

Как указали эксперты MAC ГНБ в заключении от 13.12.20219  (абз. 3 стр. 41) «...по мнению экспертной группы данные повреждения могли быть результатом раскручивания буровых штанг из-за «перетянутой» колонны в процессе производства работ и не имеют отношения к произошедшей нештатной ситуации»;

- пояснения руководителя работ от 17.10.2019 поданы ответчиком через ИС «Мой Арбитр» 30.06.2023, 09.11.2023 и были исследованы экспертами (стр. 18);

- адвокатский запрос от 17.01.2024 № 8, ответ от 12.02.2024 ИСХ-ПР-01005-24, адвокатский запрос от11.03.2024 № 11, ответ от 20.03.2024 № ИСХ-АЕ-01900-24, письмо от 21.10.2019 № АЕ-2074, пропуск ФИО5, пропуск ФИО11, коммерческое предложение ООО «Волгасервис», заключение ТПП о рыночной стоимости трубы б/у, заключение ТПП о рыночной стоимости новой трубы, объявление о продаже буровых труб - в данном споре указанные документы не могут рассматриваться в качестве доказательства, поскольку не относятся к Трубам, применяемым в работе по договору.

Довод третьего лица об ошибочности вывода экспертов о вине третьего лица, допустившего ненадлежащее углубление и искривление скважины, является необоснованным.

В соответствии с определением суда от 09.08.2023 эксперты отвечали на вопрос: «Соответствует ли фактическая глубина проходки, глубине, заложенной в ПД, с учетом Акта от 10.10.2019. Если нет, то был ли скорректирован и утвержден ППР с учетом отклонения от ПД?».

При ответе на данный вопрос эксперты исследовали, кроме Акта от 10.10.2019, Протокол бурения; черт. «Исполнительная схема № 1. Продольный профиль РИ736-13/3047-Р-506.000.000-ТЛ-04-Ч, составленный ООО «ПермьСеверСтрой; черт. «Исполнительная схема № 1. Продольный профиль РИ 736-13/3047-Р-506.000.000-ТЛ-04-Ч, составленный ООО «Волгоспецмонтаж; проектный профиль перехода черт. РИ736-13/3047-Р-506.000.000-ТЛ-04-Ч016 (стр. 40 - 43 заключения).

Как указали эксперты на стр. 42 (абз.2) заключения: «При детальном изучении   представленных   исполнительных   документов,   определяем, что скважина практически не имеет прямолинейных участков...Вертикальная трассировка практически по всей длине скважине имеет перепады глубин по вершинам изгибов от 0,5-1,5 м до 2,0-3,0 м и более».

И далее эксперты указывают (стр. 43), что данный профиль задан пилотным бурением скважины и его выравнивание практически трудноосуществимо.

Выводы экспертов указывают на то, что фактическая глубина проходки скважины не соответствует ее глубинам, заложенным в ПД. На большей части перехода скважина выполнена с переуглублением и значительными искривленными интервалами. Отсутствуют прямолинейные участки.

Эксперты не делали вывод об искривлении скважины, ненадлежащем углублении пилотной скважины на основании Акта от 10.10.2019, такового вывода в заключении нет.

Возражения третьего лица относительно вывода экспертов о том, что трубы с неизвестной наработкой, ненадлежащей прочности и ненадлежащей гибкости, эластичности, являются необоснованными и не имеют правового значения для рассматриваемого спора.

Кроме того, выводы экспертов не содержат таких выражений как: «ненадлежащей прочности и ненадлежащей эластичности, гибкости, что могло привести к аварии». 

Доводы третьего лица     о том, что факт подписания Акта проверки готовности механизмов и наличия материалов к протаскиванию от 09.10.2019 без указания информации о ремонте труб, подтверждает, что трубы не подвергались ремонту, не имели дефектов и были в хорошем рабочем состоянии, судом не принимается.

Акт от 09.10.2019 составлен по результатам проверки механизмов и материалов на предмет его наличия, готовности к проведению работ, а не подвергались ли механизмы, в том числе трубы ремонту или нет.

Ссылки третьего лица на материалы дел № А40-219005/2022 и № А40-274657/2019 не могут быть приняты во внимание, поскольку при принятии судебных актов суды руководствовались конкретными обстоятельствами дела и доказательствами, представленными для оценки и исследования и не могут иметь преюдициальное значение для рассмотрения иных дел по данному вопросу. В рамках данных дел не рассматривались вопросы нарушения технологии проведения работ по бурению, качества бурового оборудования и материалов, применяемых при бурении, в рамках указанных споров рассматривался вопрос права собственности на спорные трубы, их стоимости, исходя из рыночной стоимости, без исследования этих труб.

Ссылка ответчика на заключение эксперта № А40-274657/19-27-2182/2022-СТИ, представленное в деле № А40-274657/19, судом не принимается, поскольку в рамках той экспертизы  исследование по качеству работ не проводилось.

Доводы ответчика о неполном исследовании экспертами вопроса о недостатках проектной документации и инженерно-геологических изысканий судом не принимаются, поскольку исходя из предмета спора и с учетом того, что иск заявлен к ответчику как подрядчику, суд не усматривает оснований для проведения дополнительной экспертизы по указанным ответчиком вопросам.

Кроме того, в соответствии с пунктом 5.5 СП 48.13330.2019, при входном контроле РД следует проанализировать всю представленную РД и организационно-технологические решения, проверив, в том числе: соответствие утвержденному техническому заданию на проектирование; полное или выборочное соответствие утвержденным решениям в составе ПД; наличие согласований и утверждений; достаточность информации для выполнения строительно-монтажных работ.

В соответствии с пунктом 5.6 СП 48.13330.2019 при входном контроле ПД лицу, осуществляющему строительство, следует проанализировать соответствие указанных в ПОС организационно-технологических решений (в том числе в части механизации строительства) текущим возможностям лица, осуществляющего строительство, и действующему уровню техники.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении непригодности или недоброкачественности технической документации. Подрядчик, не предупредивший заказчика о данных обстоятельствах, либо продолживший работу, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности не предоставление технической документации. Подрядчик при наличии данных обстоятельств вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно пункту 6.1 договора подрядчик подтверждает, что тщательно изучил проектно-сметную документацию и полностью ознакомлен со всеми условиями, связанными с выполнением работ, и принимает на себя все расходы, риск и трудности выполнения работ.

На основании изложенного подрядчиком могла и должна была быть осуществлена проверка качества проектной и рабочей документации, как профессиональным участником рынка строительно-монтажных работ.

В судебном заседании 20.06.2024 эксперты пояснили, что инженерные изыскания адекватно описывают геологию участка. Все характеристики описаны в профильном плане, который был передан ответчику. Передавать Ответчику инженерные изыскания необходимости не было, вся необходимая информация о геологии содержится в рабочей документации.

Эксперт ссылается на то, что однозначного ответа на вопрос о наличии или отсутствии плотных грунтов при бурении разведочных скважин дать нельзя. Изыскания не могут гарантировать отсутствие уплотнений грунтов. В связи с этим, оператор подрядчика при бурении скважины должен определять ситуацию, и в случае если растут нагрузки при вращении, повышается давление нагнетательной линии, он должен работы остановить и обратиться к супервайзеру.

Кроме того, экспертом установлено, что расчетные нагрузки на колонну, указанные в ПД определены корректно и при условии не превышения их значений, при соблюдении нормативной работоспособности и техническому состоянию, а также возможного сохранения прямолинейности скважины на этом участке, обрыв колонны не был бы допущен (вывод по вопросу № 16, стр. стр. 64).

При таких обстоятельствах, проектная документация, разработанная на основе инженерных изысканий, исходя из выводов экспертов, не является причиной обрыва буровой колонны.

Эксперты в судебном заседании также пояснили, что отсутствие грамотного подбора и проверки ответчиком бурильных труб явились причиной разрушения муфт. Буровая установка мощная, а буровые трубы, которые были неоднократно использованы без проверки, не соотносились по классу с буровой установкой.

Первым недостатком было отсутствие проверки калибром инструмента (буровых труб), отсутствует полный комплект документов на буровой инструмент. Буровой инструмент - это один из основных инструментов, который в первую очередь проверяет генеральный подрядчик. 

Ссылка ответчика на отклонение траектории скважины также является несостоятельной.

Из устных пояснений экспертов следует, что столкнувшись с проблемой при бурении, мастер начал ее решать с инженерной точки зрения неграмотно. В данном случае все отклонения от проектной оси должны осуществляться допустимыми радиусами упругого изгиба. Для ННБ этот радиус должен составлять 1 тыс. 400 диаметров. Фактически, в соответствии с представленной восстановленной съемкой построили радиус около 150. Данный радиус (150) приводит к тому, что получается очень сильное давление, очень сильный изгиб трубы стенками скважины (скважина и труба друг на друга взаимодействуют), у трубы в таком случае образуется пластический шарнир, т.е. она теряет свою прочность. Это грубая технологическая ошибка.

Локальных объектов в скважине не обнаружено после выталкивания расширителя диаметром 1200 мм «от себя» локальные объекты, выявленные по результатам георадарного обследования, не повлияли на возможность дальнейшего выполнения работ по строительству (вывод по вопросу № 13, стр. 58).

Кроме того, как пояснили эксперты в судебном заседании, мощность примененной буровой установки позволила бы пройти любые геологические осложнения.

Нарушения ответчикам технологии работ, не могли произойти из-за наличия в скважине локальных объектов и сделать невозможным выполнение работ по строительству подводного перехода (вывод по вопросу № 15, стр. 62).

Таким образом, причиной некачественного результата работ явилось нарушение требований проектной документации, технологии проведения работ, неправильно подобранный по параметрам буровой инструмент, отсутствие должного контроля ответчиком за процессом бурения.

Заключением экспертов от 12.04.2024 № 17213/Ц подтверждается, что работы выполнены ответчиком с нарушением требований проектной документации, технологии проведения работ, что привело к многочисленным изменениям в траектории скважины и как следствие сделало невозможным дальнейшее продолжение работ по расширению до диаметра 1400 мм, соответственно окончания бурения скважины.

Экспертным заключением установлено отклонение между ППР и фактическим процессом выполнения работ. Коректировка ППР при смене субподрядчика с ООО «ПермьСеверСтрой» на ООО «Волгоспецмонтаж», тип и технические характеристики буровой установки оставлены без изменения, неготовность бурового оборудования к надежной работе, недостаточной производительности промывки скважины и очистки ее от выбуренной породы, отсутствие противопадковых мероприятий.

Данный факт подтверждает нарушения проектно-технической документации ответчиком при проведении работ по строительству скважины.

Кроме того, экспертами установлено, что при выполнении работ ответчиком применены буровые трубы, бывшие в употреблении. С учетом того, что в процессе развинчивания заклинивших замковых соединений применяется нагрев при помощи газового резака (применяется для резки металла), способствующий изменению свойств металла, применение труб с неизвестной наработкой снижает величину усилия, необходимого для разрушения замкового соединения. Согласно Заключению экспертов, при заклинивании расширителя тягового усилия бурового комплекса достаточно для разрушения замкового соединения буровой колонны (абз. 2 стр. 40).

Допустимая нагрузка выбранного инструмента фактическим характеристикам не соответствовала.

Экспертом установлено, что применение бурильных труб с неизвестной наработкой и с низкой информационностью ведения учета их использования, незафиксированные моменты свинчивания труб и без указания использования специальных смазок, могло являться косвенной причиной аварии с трубами.

Экспертами установлено, что фактические глубины проходки скважины не соответствуют, заложенным в ПД. На большей части перехода скважина выполнена с переуглублением и значительными искривленными интервалами.

Возможность корректировки траектории бурения скважины рассмотрена как в ППР, так и в его составной части «Технологической карты на бурение пилотной скважины» (Шифр: РИ736-13/3047-Р-506.000-ТЛ-Ч-ППР.ТК1) в пунктах 2.8 -2.14, но дополнительных мероприятий по приведению скважины в проектное положение не предпринималось.

Экспертами установлены следующие нарушения технологий ответчиком при строительстве подводного перехода, которые имеют отношение к причинам разъединения буровой колонны:

- несоблюдение графика выполнения работ (задержки с началом буровыхработ, неполадки в работе оборудования, остановки его на ремонт, остановки впаводковый период и смена подрядчика);

-          нарушения требований нормативно-технической документации по складированию компонентов бурового раствора;

-          нарушение технологии производства работ, которая привела к заклиниванию расширителя диаметром 1200 мм в скважине;

-   проведение ремонтных работ бурового комплекса в полевых условиях, без укрытия, что не позволяло обеспечивать работоспособность гидросистемы оборудования и эффективно решить проблему ремонта при серии остановок;

-   нарушение выталкивания расширителя диаметром 1200 мм «от себя» (на начальном этапе применения расширителя диаметром 1200 мм, не осуществлялось поддержание колонны бурильных труб в натянутом состоянии, как предусмотрено в ППР), в связи с чем увеличились нагрузки и риски обрыва в зоне соединения;

- использование при ликвидации аварии специальных инструментов («пуля №1» и «пуля № 2») для инсталляции буровых штанг в скважину, не предусмотренных в ПД и ППР (стр. 49).

Нарушения технологического процесса, отмеченные в исследовании по вопросу № 5, вследствие «неизвестности технического состояния» (абз. 3 стр. 39), также оказывают влияние на обрыв буровой колонны, как совокупные факторы.

По технологии производства буровых работ, перед монтажом, в компоновку расширителя с бурильным инструментом резьбовые соединения необходимо затягивать с требуемым крутящим моментом со специальной смазкой. В этом случае при холостом вращении колонны бурильных труб (без расширителей, или иного породоразрушающего инструмента) они не расстыкуются за счет инерции. В оперативных журналах записей исполнения указанных требований нет (абз. 1 стр. 39).

Применение бурильных труб (штанг) с не известной наработкой и с низкой информационностью ведения учета их использования, незафиксированные в Журналах моменты свинчивания труб и без указания использования специальных смазок для резьбовых соединений, также могло являться косвенной причиной аварии с бурильными трубами (абз. 3, стр. 39).

Причиной разъединения колонны является превышение фактического тягового усилия над допустимой нагрузкой к буровой колонне, приведшего к потере ее функциональности.

Экспертами не подтверждено наличие в стволе скважины отдельных локальных объектов, локальные объекты, выявленные по результатам георадарного обследования, не повлияли на возможность дальнейшего выполнения работ по строительству. При этом экспертами отмечено, что при наличии в скважине отдельных локальных объектов, имеющих более высокую плотность, чем вмещающая среда, использование оборудования, применяемого ответчиком при выполнении работ возможно.

Экспертами установлено, что нарушения ответчикам технологии работ, не могли произойти из-за наличия в скважине локальных объектов и сделать невозможным выполнение работ.

Данный вывод экспертов подтверждает, что причиной аварии, повлекшей невозможность окончания работ по строительству скважины, является нарушение технологии производства работ ответчиком.

В соответствии с пунктом 11.2 договора строительная техника и расходные материалы, используемые подрядчиком для проведения работ должны соответствовать требованиям нормативных документов Российской Федерации и локальных-нормативных  документов заказчика.

Следовательно, ответственность за качество применяемых буровой установки, бурового   инструмента при строительстве, соблюдение технологии производства работ методом наклонно-направленного бурения также лежит на ответчике.

Факт нарушения ответчиком проектной документации и технологии производства работ, повлекший невозможность  дальнейшее продолжение работ по расширению до диаметра 1400 мм, соответственно окончания бурения скважины, и необходимость строительства новой скважины, установлен судом и подтвержден материалами дела, в том числе, выводами судебной экспертизы. 

Таким образом, оценив представленные в материалы доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд считает доказанной вину ответчика в ненадлежащем исполнении обязательств по договору и наличие совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Обстоятельств, исключающих ответственность АО «ЕВРАКОР», исходя из исследованных судом доказательств и фактических обстоятельств дела, судом не установлено.  

Определением от 10.10.2024 суд обязал сторон представить информацию то сметной стоимости спорных работ, которые были первоначально переданы ответчику.

В соответствии с расчетом истца, сметная стоимость работ, как первоначально, так и на новую скважину составляет 136 164 351 руб. без НДС.

В соответствии с расчетом ответчика сметная стоимость работ составит 135 140 969 без НДС. 

В связи с незначительным расхождением представленных сторонами смет, суд считает возможным принять для расчета среднее значение указанных двух смет, что составит 135 652 660 руб.

Формирование стоимости работ производится с учетом коэффициентов, индексов, предусмотренных расчетом стоимости, зимнего удорожания, вычитается цена сметной стоимости МТР и оборудования и прибавляется цена стоимости МТР и оборудования, предусмотренная Разделительной ведомостью.

В соответствии с пунктами 3.4-3.10 стоимость материалов и оборудования определяется в соответствии с приложением № 2.1 к договору является ориентировочной. По мере выхода рабочей документации подрядчик предоставляет на согласование заказчику цены на поставляемые материалы и оборудование с подтверждающими приложениями.

Работы, выполненные ответчиком с ненадлежащим качеством, и оплаченные истцом указаны в пунктах 3-5 сметы (смета прилагается), что соответствует актам КС-2 от 25.12.2019 №№ 67.150, 67.151, 67.152. (работы по первой скважине) и акту КС-2 от 15.04.2020 № 74.37 (работы по новой скважине).

В пункте 11 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. 

В пункте 12 постановления Пленума ВС РФ №25 разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ №7), должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Принимая во внимание сметную стоимость работ без учета НДС (135 652 660 руб.) и стоимость работ, которая была фактически выплачена ответчику без учета НДС: по счету от 25.12.2019 в сумме 102 067 813 руб. (122 481 375,60 руб. – НДС в сумме 20 413 562,60 руб.), по счету от 15.04.2020 в сумме 126 932 247 руб. (152 318 696,40 руб. – НДС в сумме 25 386 449,40 руб.), размер понесенных истцом убытков составит 93 314 400 руб. 

Поскольку материалами дела установлен факт ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств при выполнении работ по договору, наличие причинно-следственной связи между допущенным ответчиком нарушением обязательств и возникшими у истца убытками, наличие и размер убытков, суд считает исковые требования о взыскании убытков обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению в размере 93 314 400 руб. 

По факту ненадлежащего качества выполнения работ, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика штрафа  в размере 122 481 375, 60 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. 

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (статья 330 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 60 постановления Пленума ВС РФ № 7 указано, что на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа – пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Из указанных норм права, а также из правовой природы неустойки следует, что обязанность должника уплатить кредитору неустойку в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения основного обязательства представляет собой обязанность, являющуюся дополнительным (акцессорным) денежным обязательством.

Таким образом, правовым основанием для взыскания неустойки является положение договора или закона, предусматривающие ответственность стороны за нарушение установленного обязательства.

В соответствии с пунктом 27.1.2 договора, стороны согласовали, что в случае выявления фактов ненадлежащего качества выполнения работ, подрядчик уплачивает заказчику штрафы в размере 100 % (ста процентов) стоимости объёмов работ, выполненных с ненадлежащим качеством за каждый факт ненадлежащего качества объёмов выполненных работ.

Соотношение требования об уплате предусмотренной законом или договором неустойки (штрафа, пени) и требования о возмещении убытков, а также последствия заявления кредитором одновременно обоих требовании установлены в статье 394 ГК РФ.

В силу абзаца первого части 1 названной статьи, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой. При этом законом или договором могут быть предусмотрены случаи: когда допускается взыскание только неустойки, но не убытков; когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки; когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки (абзац второй части 1 статьи 394 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 27.1.16 вся неустойка по спорному договору является штрафной. Штрафы и пени, предусмотренные договором, могут быть взысканы сверх причиненных убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ обязательным условием ответственности лица, не исполнившего обязательства либо исполнившего его ненадлежащим образом, является наличие у него вины; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Согласно абзацу 4 пункта 5 постановления Пленума ВС РФ № 7 вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. 

Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Поскольку факт выполнения работ с ненадлежащем качеством  своих обязательств установлен судом и подтвержден материалами дела, требования истца о взыскании с ответчика штрафа является законным и обоснованным.

Учитывая вышеизложенное, оснований для освобождения ответчика от ответственности предусмотренной условиями договора за ненадлежащее качество выполненных работ суд, исходя из указанных обстоятельств  дела, не находит

Размер штрафа соответствует условиям договора. 

Вместе с тем, как следует из материалов дела, ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ в силу несоразмерности размера начисленной неустойки соответствующим последствиям.

Рассмотрев данное ходатайство, суд считает возможным применить положения статьи 333 ГК РФ по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательства и меры имущественной ответственности за их неисполнение либо ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

При этом согласно пункту 73 постановления Пленума ВС РФ № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

К тому же критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором (пункты 2, 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, заявляя о снижении неустойки, ответчик должен обосновать и доказать явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Кредитор же для опровержения соответствующего заявления ответчика вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (пункт 74 постановления Пленума ВС РФ № 7).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При этом к выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции (постановление Президиума ВАС РФ от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53-10062/2013).

В рассматриваемой ситуации суд не может не учитывать то обстоятельство, что сторонами договора предусмотрена оплата штрафной неустойки, то есть сверх возмещенного размера убытков. При этом  размер штрафа практически равен стоимости выполненных ответчиком работ по договору.

В связи с чем, применение указанного в договоре размера штрафа приведет к обогащению на стороне кредитора, не будет отвечать компенсационной функции гражданско-правовой ответственности, размер штрафа явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства. 

Таким образом, учитывая приведенные фактические обстоятельства, суд, приняв во внимание, что договором установлен достаточно высокий размер штрафа, учитывая, что ответчиком нарушено не денежное обязательство, исходя из необходимости обеспечения баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного кредитору в результате нарушения обязательства, а также недопустимости использования неустойки как средства обогащения, снижает размер штрафа до 10 000 000 руб., что будет являться справедливым и соразмерным, достаточным для компенсации возможных потерь истца.

Рассмотрев доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о взыскании штрафа, суд считает их подлежащими отклонению по следующим основаниям. 

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ). 

Аналогичная норма закреплена в пункте 15 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской федерации об исковой давности» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 43): истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункт 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

Данное правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованно длительных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав. 

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 196 ГК РФ, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Пунктом 12 постановления Пленума ВС РФ № 43 установлено, что согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Из приведенной нормы и разъяснений следует, что соблюдение сторонами предусмотренного законом претензионного порядка в срок исковой давности не засчитывается. 

Судом установлено, что АО «Роспан Интернешнл» знал или должно было знать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права в момент получения экспертного исследования МАС ГНБ от 13.12.2019 (письмо от 25.12.2019). Указанное экспертное исследование получено истцом 09.01.2020. 

С учетом соблюдения истцом претензионного порядка урегулирования спора (претензия от 24.06.2022), срок исковой давности по требованию о взыскании штрафа истекал  не ранее 25.01.2023 (25.12.2019 + 3 года + 30 дней).

В суд с исковым заявлением по настоящему делу обратился 21.12.2022, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности.

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика штрафа подлежит частичному удовлетворению в размере 10 000 000 руб. 

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, в том числе денежные суммы, подлежащие выплате экспертам. 

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Пунктом 21.8 договора предусмотрено право заказчика на проведение досудебной проверки, в случае ненадлежащего выполнения работ. 

Для  определения качества выполненных работ истец обратился в Международную ассоциацию специалистов горизонтального направленного бурения, поскольку не имеет соответствующих специальных познаний. Затраты заказчика на проведение досудебной экспертизы составили и георадарного обследования скважины составили 1 277 500 руб. (350 000 руб. + 877 500 руб.), что подтверждено представленными в материалы дела договорами, актами, счетами на оплату и платежными поручениями. 

Такие затраты истца относятся к судебным расходам, поскольку указанное экспертное исследование было необходимо для формирования исковых требований к ответчику.

В силу правила, предусмотренного статьей 110 АПК РФ, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию расходы на оплату досудебной экспертизы, поскольку досудебная экспертиза принята судом в качестве надлежащего доказательства, в том числе в опровержение доводов ответчика. 

В силу пунктов 20, 21 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. При этом, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ).

Поскольку иск удовлетворен частично, расходы истца по оплате досудебной экспертизы подлежат распределению пропорционально размеру удовлетворённых требований до снижения неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ (86,09% удовлетворено, 13,91% отказано), соответственно, на истца подлежат отнесению расходы в размере 

Расходы сторон по оплате судебной экспертизы, стоимость которой составила 2 150 000 руб., также подлежат распределению пропорционально размеру удовлетворённых требований (86,09% удовлетворено, 13,91% отказано), соответственно, на истца подлежат отнесению расходы в размере 299 065 руб., на ответчика в размере 1 850 935 руб. 

Истец для оплаты судебной экспертизы внес на депозит суда денежные средства в общей сумме 2 067 350 руб. по платежным поручениям № 423822 от 26.05.2023 на сумму 1 487 350 руб., № 428418 от 28.07.2023 на сумму 580 000 руб.

Ответчик перечислил на депозит суда денежные средства в общей сумме 1 782 650 руб., в том числе, по платёжному поручению № 3761 от 19.06.2023 на сумму 82 650 руб., по платежному поручению № 5523 от 26.08.2024 на сумму 1 700 000 руб. 

Соответственно,  поступившие на депозитный счет Арбитражного суда Тюменской области денежные средства от АО «ЕВРАКОР» по платёжному поручению № 3761 от 19.06.2023 на сумму 82 650 руб., по платежному поручению № 5523 от 26.08.2024 на сумму 1 700 000 руб., а также от АО  «Роспан Интернешнл» по платежному поручению № 428418 от 28.07.2023 (частично на  сумму 367 350 руб.) подлежат перечислению на расчетный счет Российского экспертного фонда «ТЕХЭКО», о чем будет вынесено отдельное определение. 

Остаток денежных средств на депозите суда в сумме 1 700 000 руб. (2 067 350 руб. минус 367 650 руб.) подлежит возврату с АО  «Роспан Интернешнл» с депозитного счета суда после предоставления актуальных реквизитов для перечисления денежных средств.

Таким образом, с учетом стоимости судебной экспертизы, размера денежных средств, внесенных сторонами на депозит, и вышеуказанной пропорции, с ответчика в пользу истца в порядке статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию расходы на проведение судебной экспертизы в размере 68 285 руб. (367 350 руб. минус 299 065 руб.).

Абзацем 3 пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

С учетом вышеизложенного, в порядке статей 101, 110, 112 АПК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины в данном деле относятся на ответчика без учета снижения неустойки (штрафа) судом, пропорционально удовлетворенным исковым требованиям. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 177  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «ЕВРАКОР» в пользу акционерного общества «Роспан Интернешнл» убытки в размере 93 314 400 руб., штраф в размере 10 000 000 руб., расходы на проведение досудебной экспертизы в размере 1 099 799,75 руб., расходы на проведение судебной экспертизы в размере 68 285 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 172 161 руб. 

В остальной части иска отказать. 

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Михалева Е.В.