Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

 

г.Ульяновск

«5» сентября 2024 года                                                       Дело № А72-8242/2024

 

Дата принятия решения в виде резолютивной части «26» августа 2024 года.

Дата изготовления мотивированного решения  «5» сентября 2024 года.

 

Арбитражный  суд Ульяновской области в составе судьи  Леонтьева Д.А.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПБ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), город Санкт-Петербург

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), Ульяновская область, г.Ульяновск

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

 

без вызова сторон, извещенных о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства надлежащим образом по правилам ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее - АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Ульяновской области: www.ulyanovsk.arbitr.ru. 

 

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЗИНГЕР СПБ" (далее – истец, ООО «ЗИНГЕР СПБ») обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) взыскании компенсации в сумме 50 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак № 266060 № 293431; судебных издержек в сумме 8 612 руб., состоящих из расходов на приобретение спорного товара в размере 36 руб., почтовых расходов в размере 376 руб., госпошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.,  расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 руб.

Определением от 03.07.2024 заявление принято судом в порядке упрощенного производства.

26.08.2024 судом принято решение в виде резолютивной части согласно части 1 статьи 229 АПК РФ.

Мотивированное решение изготовлено судом первой инстанции в соответствии с частью 2 статьи 229 АПК РФ.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

Истец является правообладателем исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 260060,  № 293431, зарегистрированным в отношении товаров, в том числе,  указанных в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

 

В обоснование заявленных требований истец указывает, что 10.08.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара, имеющего технические признаки контрафактности.

В подтверждение факта реализации истец в материалы дела представил товарный чек от 10.08.2021, оптический диск с файлом, содержащим видеозапись процесса совершения купли-продажи товара с получением покупателем указанного чека, а также непосредственно приобретенный товар (маникюрный инструмент в упаковке), приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

В адрес ответчика была направлена претензия о нарушении исключительных прав и выплате компенсации.   

В связи с оставлением претензионных требований без удовлетворения истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Ответчик представил отзыв, в котором заявил ходатайство о снижении размера компенсации. 

Данные обстоятельства суд оценивает с учетом следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Из содержания данной нормы права следует, что осуществление исключительного права на товарный знак не ограничено только лишь размещением товарного знака (пункт 2 указанной статьи), а включает в себя и иные способы его использования, в том числе и распространение маркированных им товаров. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

В соответствии с частью 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 266060  «ZINGER», № 293431.

Действующее законодательство, а именно пункт 1 статьи 1515 и пункт 4 статьи 1252 ГК РФ, устанавливает наличие двух видов контрафактных материальных носителей: а) при создании неоригинального товара (материального носителя) с размещением на нем товарных знаков правообладателя без его согласия; б) при незаконном (контрафактном) использовании оригинального товара (материального носителя), которое приводит к нарушению исключительного права правообладателя - признание материального носителя контрафактным осуществляется в судебном порядке.

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»  указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

Из содержания нормы статьи 493 ГК РФ следует, что товарный (кассовый) чек является подтверждением оплаты товара и с момента его выдачи договор розничной купли-продажи считается заключенным.

Представленная истцом видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара позволяет определить обстоятельства покупки и оформление указанного кассового чека. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 ГК РФ).

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановления Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума Верхового Суда РФ № 10)).

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Как указано в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 № 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

При визуальном осмотре и исследовании товара (маникюрного инструмента в упаковке) очевидно, что на нем имеются маркировка и обозначения, схожие до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками № 266060 «ZINGER», № 293431.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1481 ГК РФ свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Спорные товарные знаки зарегистрированы в отношении товаров, относящихся, в том числе, к 8 классу МКТУ –  к которому относится реализованный ответчиком товар.

Судом на основе анализа представленных доказательств, а также непосредственного осмотра вещественного доказательства, установлено, что проданный ответчиком товар содержит в себе отличительные особенности товарных знаков, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ответчик, не имея разрешения правообладателя (лицензионного договора (иного правоустанавливающего документа) на право использования товарных знаков), предлагал к продаже товар, схожий с товарными знаками истца.

При этом судом учитывается, что исходя из смысла статей 1229, 1484 и 1487 ГК РФ факт незаконного использования правонарушителем принадлежащих компании  товарных знаков заключается в их использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность продукции.

Ответчик в материалы дела не представил документы, подтверждающие, что спорный товар с указанными выше товарными знаками введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем указанных товарных знаков или с его согласия.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истцом доказан факт нарушения ответчиком его исключительных прав на товарные знаки.

Применительно к размеру требования судом учитывается следующее.

В пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Положениями части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии со ст. 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. 

Данное нарушение выразилось в использовании товарных знаков истца на товаре, который был реализован, что дает истцу право в соответствии со ст. ст. 1252, 1515 ГК РФ требовать компенсации за нарушение исключительных авторских прав в размере от 10 тысяч рублей до 5 миллионов рублей, определяемой по усмотрению суда, исходя из характера нарушения.

Как следует из искового заявления, истцом вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, и определен в размере 50 000 руб.

Пункт 61 постановления Пленума от 23.04.2019 №10 содержит разъяснение о том, что, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. 

В рассматриваемом случае истец, заявляя требование о взыскании компенсации выше минимального размера компенсации, предусмотренного нормами ГК РФ, не представил обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению.

Как разъяснено в пункте 62 постановления Пленума от 23.04.2019 №10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым ст. 1301, абзацем вторым ст. 1311, подпунктом 1 пункта 4 ст. 1515 или подпунктом 1 пункта 2 ст. 1537 ГК РФ. 

В  такой  ситуации обоснованным следует определить размер компенсации 20 000 руб. (10 000 руб. за каждое нарушение) исходя из минимального предела, установленного в п. 1 ст. 1515 ГК РФ.

Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство  о снижении размера компенсации.

Пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ установлено, что в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

С учетом обстоятельств настоящего дела, ходатайства ответчика о снижении размера компенсации, суд первой инстанции приходит к выводу о несоразмерности суммы компенсации в размере 20 000 руб. и считает разумным и справедливым уменьшение взыскиваемой суммы до 10 000 руб., из расчёта 5 000 руб. за каждое нарушение.

Суд считает, что указанная сумма соразмерна последствиям нарушения ответчиком исключительных прав истца, оснований для дальнейшего снижения размера компенсации суд не усматривает.

Таким образом, исковые требования о взыскании компенсации подлежат частичному удовлетворению.

Истец  также  просит  взыскать  с  ответчика  судебные издержки в сумме 8 612 руб., состоящие из расходов на приобретение спорного товара в размере 36 руб., почтовых расходов в размере 376 руб., госпошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.,  расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 руб.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 1 от 21.01.2016  «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление Пленума  ВС РФ № 1) лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В подтверждение почтовых расходов представлены почтовые чеки Почты России и список внутренних почтовых отправлений. 

Возникновение указанных расходов истца связано с выполнением обязанностей, возложенных на него Арбитражным процессуальным  кодексом РФ, по направлению в адрес ответчика претензии и искового заявления.

В связи с обеспечением представления в дело вещественного доказательства истцом понесены расходы в сумме 36 руб., что подтверждается товарным чеком, видеозаписью,  представленным в дело товаром.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ).

Следовательно, указанные расходы документально и фактически подтверждены, являются обоснованными.

Подтвержденные  материалами  дела судебные издержки истца, а также расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на стороны в порядке статьи 110 АПК РФ пропорционально размеру удовлетворенных требований.

При этом суд учитывает следующее.

Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении № 46-П от 28.10.2021 "По делу о проверке конституционности части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью  "Студия анимационного кино "Мельница" (далее - Постановление № 46-П) была выработана правовая позиция, в соответствии с которой решение арбитражного суда о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными. Оценка такого судебного акта для целей распределения судебных расходов между лицами, участвующими в деле, должна учитывать выявленные Конституционным Судом Российской Федерации отличительные особенности итогового определения судом размера компенсации за нарушение индивидуальным предпринимателем при осуществлении предпринимательской деятельности исключительных прав и лежащих в их основе материальных правоотношений (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 года № 28-П и от 24.07.2020 года № 40-П).

Снижение арбитражным судом размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, когда требование о выплате такой компенсации было заявлено правообладателем в минимальном размере, предусмотренном нормами ГК РФ для соответствующего нарушения, не может - по своим отличительным юридическим параметрам - приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований. Принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им ее минимального размера, а наличием оснований для использования особого правомочия арбитражного суда, обусловленных не избыточностью исковых требований, а необходимостью - с учетом обстоятельств конкретного дела и личности нарушителя - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции, выполняющей, наряду с защитой частных интересов правообладателя, публичную функцию превенции.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении № 46-П, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных нарушителем таких прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации.

Таким образом, судебные расходы относятся на стороны исходя из определенного судом размера компенсации – 20 000 руб.

Требование истца о взыскании с ответчика расходов на фиксацию правонарушения 8 000 руб. суд оставляет без удовлетворения ввиду следующего.

Согласно статье 110 АПК РФ возмещению подлежат только фактически понесенные судебные расходы. 

Как указано в пункте 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» в случае, когда расходы на оплату услуг представителя не были фактически понесены, требование об их возмещении удовлетворению не подлежит.

Суд при распределении судебных расходов по делу исходит из того, что под фактически понесенными расходами следует понимать реально понесенные стороной затраты в форме отчуждения части имущества в пользу лица, оказавшего соответствующие услуги, с учетом характера этих затрат, а именно: являются ли расходы на оплату услуг реальными затратами стороны, то есть оплачиваются стороной за счет собственного имущества или за счет собственных денежных средств.

Согласно пункту 2 статьи 861 Гражданского кодекса РФ расчеты между юридическими лицами, а также расчеты с участием граждан, связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, производятся в безналичном порядке. Расчеты между этими лицами могут производиться также наличными деньгами, если иное не установлено законом.

При этом арбитражное процессуальное законодательство связывает право на возмещение расходов не с представлением документа, а с фактом несения расходов, под которыми понимаются реальные затраты на оплату соответствующих услуг.

Иное толкование означало бы нарушение баланса интересов сторон, допуская возложение на проигравшую сторону обязанности по компенсации расходов, фактически не понесенных другой стороной.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 1 статьи 65, часть 2 статьи  9 АПК РФ).

Поскольку истец не представил доказательства несения расходов в сумме 8 000 руб., возложение на ответчика бремени несения указанных расходов является необоснованным. 

В соответствии со статьей 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам. Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу. Предметы, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц, передаются соответствующим организациям.

Согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации.

Учитывая, что материалами дела подтверждена контрафактность товара (маникюрный инструмент в упаковке), он подлежит изъятию из незаконного оборота и направлению на уничтожение в порядке, установленном действующим законодательством.

Руководствуясь статьями   110,  159, 167-171, 229 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Ходатайство ответчика об уменьшении размера компенсации удовлетворить.

Заявленные требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН: 

<

***>) 5 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, 5 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №293431;  800 руб. в возмещение расходов по оплате госпошлины;  14 руб. 40 коп. в возмещение расходов, связанных с приобретением спорного товара; 80 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины за получение выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в отношении ответчика; 150 руб. 40 коп. в  возмещение почтовых расходов.

В остальной части заявленные требования оставить без удовлетворения.

Уничтожить вещественное доказательство, приобщенное к материалам дела (спорный товар – маникюрный инструмент в упаковке). 

Указанное вещественное доказательство передать на уничтожение после вступления решения суда в законную силу. 

Решение в части взыскания подлежит немедленному исполнению.     

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". 

 

Судья                                                                                             Д.А. Леонтьев