АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-35609/2018

г. Краснодар

15 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Денека И.М. и Маркиной Т.Г., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «ФИО1 Химпласт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 01.09.2022), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 23.06.2021), в отсутствие представителей общества с ограниченной ответственностью «Викира» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ФИО1 ский Химпласт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО5, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Викира» на определение Арбитражного суда ФИО1 ской области от 23.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 по делу № А53-35609/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ФИО1 ский Химпласт» (далее – должник, ООО «РосХимПласт») общество с ограниченной ответственностью «Викира» (далее – заявитель, конкурсный кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «ФИО1 Химпласт» (далее – ответчик, общество) к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 23.12.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 20.02.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ООО «Викира» просит отменить обжалуемые судебные акты, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Податель жалобы указывает, что суды неверно распределили бремя доказывания; единоличным исполнительным органом должника с 28.02.2008 являлся ФИО3, сын которого – ФИО6 в условиях неплатежеспособности должника организовал ООО «ФИО1 Химпласт» с целью перевода на указанное лицо деятельности должника; средства производства должника, принадлежащие ФИО3, реализованы в рамках дела № А53-36983/2018 о банкротстве последнего; данные средства первоначально приобретены на торгах физическими лицами, а впоследствии переданы по договорам купли-продажи                          от 29-30.07.2021 ответчику; в результате данных действий у ответчика оказались производственные помещения и оборудование, которые использовались должником; ответчик в отсутствие законных оснований использовал имущество с 15.06.2018 до 29.07.2021 и извлекал прибыль; целью согласованных действий ответчика и семьи Майкоглуян по созданию предприятия-двойника являлось разделение бизнеса на центр прибыли и убытков; указание судов о том, что только 6 сотрудников ответчика состояли в разное время в штате должника противоречит материалам дела; по мнению подателя жалобы срок исковой давности не пропущен, поскольку его исчисление для конкурсного кредитора начинается с момента, когда ему стало известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; заявитель о наличии таких оснований узнал только при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 78 094 496 рублей 08 копеек, поданного в суд 28.04.2021; конкурсный управляющий в своем заявлении указал только одно основание для привлечения ФИО3 к ответственности – неподача заявления в арбитражный суд о признании должника несостоятельным (банкротом); к сроку исковой давности прибавляется период времени, необходимый для разумного и добросовестного арбитражного управляющего и кредиторов на получение информации о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и о личности контролирующих и действовавших совместно с ними лиц.

В отзывах на кассационную жалобу ООО «ФИО1 Химпласт» и ФИО3 указали на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов, просили в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

В судебном заседании представители ООО «ФИО1 Химпласт» и ФИО3 возражали против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзывах, просили судебные акты оставить в силе.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), в отсутствие ее заявителя, конкурсного управляющего должника, иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, определением суда от 14.11.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «РосХимПласт».

Решением от 30.05.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5 Сведения о признании должника банкротом и об открытии процедуры конкурсного производства опубликованы в выпуске газеты «Коммерсантъ» от 08.06.2019 № 99.

Сформирован реестр требований кредиторов, согласно которому кредиторы первой очереди отсутствуют, задолженность перед кредиторами второй очереди составляет 257 543 рубля 76 копеек, задолженность перед кредиторами третьей очереди –                 77 836 952 рубля 32 копейки, в том числе пени и штрафы.

ООО «Викира», полагая, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица привели к созданию дублирующего предприятия – ООО «ФИО1 Химпласт», а конкурсная масса, за счет которой возможно полное удовлетворение требований кредиторов, не сформирована, 14.07.2022 обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности общества.

По мнению конкурсного кредитора, ООО «ФИО1 Химпласт» является контролирующим должника лицом, которое получило существенный актив должника, осуществляет свою деятельности на оборудовании и в помещениях последнего, его персоналом. Неправомерные действия выражены в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), совершение убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых очевидно не соответствует интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 2, 32, 61.10, 61.11, 61.14, 129, 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 53, 53.1, 56, 195, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), совместном постановлении Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                  от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, указанной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 указанной статьи установлены презумпции того, что действия (бездействие) привели к невозможности погашения требований кредиторов, в частности, при причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается такое лицо, которое имело право давать должнику обязательные для исполнения указания или возможность иным образом определять его действия.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Из разъяснений пунктов 16, 17 постановления Пленума № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

При решении вопроса об отсутствии оснований для привлечения ООО «ФИО1 Химпласт» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суды исходили из того, что материалами дела не подтверждены факты, свидетельствующие о наличии вины общества в доведении должника до банкротства, причинно-следственной связи между действиями названного лица и невозможностью осуществления должником своей уставной деятельности, причинении вреда имущественным правам кредиторов                        ООО «РосХимПласт», извлечении ответчиком какой-либо выгоды во вред должнику и его кредиторам, а также реальной возможности указанного лица контролировать деятельность должника.

Суды установили, что единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника, действующим без доверенности, а также его единственным участником с 28.02.2008 являлся ФИО3 Единоличным исполнительным органом (генеральным директором) ответчика – ООО «ФИО1 Химпласт» с 22.09.2020, действующим без доверенности, а также единственным участником общества с 19.09.2018 являлась ФИО7 (дочь ФИО3). Майкоглуян Д.В. (сын ФИО3 – собственника и генерального директора должника) 15.06.2018 организовал ООО «ФИО1 Химпласт», основным видом деятельности которого является производство пластмассовых плит, полос, труб и профилей (ОКВЭД 22.21), дополнительными видами – производство пластмассовых изделий для упаковывания товаров (ОКВЭД 22.22), производство прочих пластмассовых изделий (ОКВЭД 22.29), производство прочих изделий из пластмасс, не включенных в другие группировки, кроме устройств пломбировочных из пластика (ОКВЭД 22.29.2), деятельность агентов, специализирующихся на оптовой торговле прочими отдельными видами товаров (ОКВЭД 46.18), деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками (ОКВЭД 52.29).

Суды отметили, что ООО «ФИО1 Химпласт» создано в отсутствие содействия должника и ФИО3, является самостоятельным юридическим лицом, не принимавшим участия в хозяйственной деятельности должника.

Из материалов дела следует, что признаки неплатежеспособности должника возникли по итогам 2016 финансового года, т. е. задолго до создания ООО «ФИО1 Химпласт», что подтверждается вступившим в силу судебным актом – определением               от 27.02.2022 по настоящему делу о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, указанное исключает причинение вреда, повлекшее банкротство, вызванного виновными действиями ответчика.

При проведении конкурсным управляющим анализа хозяйственной деятельности должника и составлении заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства конкурсным управляющим не выявлены сделки по переводу активов должника на ответчика, как основных средств, так и денежных.

Суды пришли к выводу, что ООО «ФИО1 Химпласт» не использовало средства производства должника, поскольку спорное имущество приобретено ответчиком в результате цепочки сделок, в том числе по результатам торгов в рамках дела                           № А53-36983/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, которые не признаны недействительными.

При этом суды приняли во внимание протокол от 05.06.2019 № 276 осмотра территории и недвижимого имущества принадлежащего ФИО3 по адресам производственных цехов и ангаров: 

<

...> в и  Мариупольское Шоссе, 71 г составленный специалистом отдела выездных проверок Инспекции ФНС по г. Таганрогу ФИО1 ской области, согласно которому территория огорожена и закрыта, доступ посторонних лиц на территорию отсутствует, производственная и хозяйственная деятельность не ведется, помещения и ангары опечатаны печатью финансового управляющего ФИО3

Суды обоснованно отклонили довод ООО «Викира» об увеличении ответчиком выручки и основных средств за счет действий должника, указав на привлечение обществом заемных денежных средств кредитных организаций и осуществления им самостоятельной экономической деятельности, а также довод о переводе кадров из штата должника в штат ООО «ФИО1 Химпласт» ввиду недоказанности.

Суды установили, что в ООО «ФИО1 Химпласт» числится 21 сотрудник и только часть из них в разное время работали в ООО «РосХимПласт». Работники должника покинули свое предыдущее место работы по собственному желанию и приняты на работу в общество с интервалом от 2-х месяцев до 4-х лет.

В отношении довода кредитора о заключении ООО «ФИО1 Химпласт» с                  ФГУП «ГВСУ № 7» контрактов от 10.07.2019, 23.07.2019 и 26.08.2019, за счет которых, как он полагает, должна была быть получена прибыль ООО «РосХимПласт», суды указали, что они заключены после открытия 30.05.2019 конкурсного производства в отношении должника.

Доказательств того, что ответчик с момента своего создания извлекал выгоду от недобросовестного поведения руководителя должника материалы дела не содержат, а сами по себе действия родственников ФИО3 по созданию нового юридического лица с теми же видами деятельности, основанием для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности не являются.

Возражая против заявленных требований, ответчик заявил о пропуске кредитором срока исковой давности.

Рассмотрев указанное заявление, суды первой и апелляционной инстанций пришли к следующему.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 названного Закона, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом названного пункта.

Сроки, указанные в абзаце 1 пункта 5 и абзаце 1 пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Исковая давность применяется судом только по заявлению контролирующего должника лица, сделанному до вынесения определения о приостановлении производства по делу, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, определения о привлечении к ответственности (если производство по обособленному спору не приостанавливалось), решения о привлечении к ответственности (если спор разрешен вне рамок дела о банкротстве) (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса) (пункт 58 постановления Пленума № 53).

В пункте 59 постановления Пленума № 53 разъяснено, что предусмотренный статьей 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Суды приняли во внимание, что согласно определению суда от 27.02.2022, постановлению апелляционного суда от 28.06.2022 по настоящему делу, при рассмотрении заявления о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности в суде первой инстанции ООО «Викира» заявлялись доводы о том, что причиной банкротства должника стало создание дублирующего общества.

В рассматриваемом случае, учитывая, что в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчику вменяются в вину конкретные действия – создание ООО «ФИО1 Химпласт» 15.06.2018, а также то, что заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности в связи с совершением названных действий подано в арбитражный суд 14.07.2022, то есть по истечении трех лет с момента введения конкурсного производства (30.05.2019); учитывая, что в период с даты открытия конкурсного производства и до подачи настоящего заявления, кредитором никаких действий по подаче в установленном порядке заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не принималось, при том, что никаких объективных препятствий к подаче указанного заявления не имелось, суды обоснованно пришли к выводу, что рассматриваемое заявление подано за пределами объективного трехлетнего срока, предусмотренного нормами законодательства о банкротстве, а значит срок исковой давности в данном случае пропущен.

Принимая во внимание установленные обстоятельства, у судов, вопреки доводам подателя жалобы, не имелось оснований для удовлетворения заявления о привлечении общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанции и получившим надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда ФИО1 ской области от 23.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 по делу                             № А53-35609/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Н.А. Сороколетова

Судьи                                                                                                                И.М. Денека

Т.Г. Маркина