ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-11368/2019

город Ростов-на-Дону

17 декабря 2022 года

15АП-19864/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 декабря 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседанияФИО1,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2022 по делу № А32-11368/2019 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

по заявлению финансового управляющего ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Алтис», ФИО2,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - должник, ФИО4) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий должника ФИО3 (далее - финансовый управляющий должника ФИО3) с заявлением о признании недействительной (ничтожной) единой сделки по отчуждению ФИО4 недвижимого имущества, прикрываемой последовательно заключенными сделками: договором купли-продажи недвижимого имущества - земельного участка, общей площадью 595 кв.м., кадастровый номер: 23:07:0302000:2359, расположенного по адресу: Краснодарский край, район Динской, в границах Южно-Кубанского сельского округа, заключенным между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Алтис» (далее - ООО «Алтис», ответчик); договором купли-продажи недвижимого имущества - земельного участка, общей площадью 595 кв.м., кадастровый номер: 23:07:0302000:2359, расположенного по адресу: Краснодарский край, район Динской, в границах Южно-Кубанского сельского округа, заключенным между ООО «Алтис» и ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик), и применении последствий недействительности сделки в виде обязания Кайзера Д.В. возвратить в конкурсную массу должника спорный объект недвижимости. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2022 по делу№ А32-11368/2019 ходатайство о назначении экспертизы отклонено. Заявление финансового управляющего удовлетворено. Признана недействительной (ничтожной) единая сделка по отчуждению ФИО4 недвижимого имущества, прикрываемая последовательно заключенными сделками: договор купли-продажи недвижимого имущества - земельного участка, общей площадью 595 кв.м., кадастровый номер 23:07:0302000:2359, заключенный между должником и ООО «Алтис»; договор купли-продажи недвижимого имущества - земельного участка, общей площадью 595 кв.м., кадастровый номер 23:07:0302000:2359, заключенный между ООО «Алтис» иКайзером Д.В. Применены последствия недействительности сделок. Суд обязал   Кайзера Д.В. возвратить в конкурсную массу должника земельный участок, общая площадь 595 кв. м, кадастровый номер: 23:07:0302000:2359. Суд укал, что судебный акт является основанием для государственной регистрации права собственностиФИО4 на указанный объект недвижимого имущества.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2022 по делу № А32-11368/2019, ФИО2 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что оплата по сделке произведена путем возврата денежных средств по ранее выданным займам должнику, срок возврата которых наступил, в связи с этим сделки могли быть оспорены по статье 61.3 Закона о банкротстве, а не по заявленным финансовым управляющим должника основаниям.  Денежные средства перечислялись должнику на расчетные счета в 2016 - 2017 годах, что подтверждается соответствующими операциями. 

В отзыве на апелляционную жалобу ПАО «Промсвязьбанк» просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2022 по делу № А32-11368/2019 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2019 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.05.2020 (резолютивная часть от 07.10.2019) в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3 

В ходе проведения процедуры реализации имущества финансовый управляющий должника установил, что ранее должнику принадлежало следующее имущество: земельный участок с кадастровым номером 23:07:0302000:2359, расположенный по адресу: Краснодарский край, Динской район, в границах Южно-Кубанского сельского округа. 

Между должником (продавец) и ООО «Алтис» в лице директора ФИО5 (покупатель) заключен договор от 01.10.2018 купли-продажи земельного участка.  Переход права собственности зарегистрирован 25.10.2018. 

Впоследствии между ООО «Алтис» в лице директора ФИО5 (продавец) иКайзером Д.В. (покупатель) заключен договор от 25.03.2019 купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:07:0302000:2359. Переход права собственности зарегистрирован 11.04.2019. 

Согласно доводам финансового управляющего должника, отчуждение должником и последующая реализация спорного земельного участка являются цепочкой сделок, направленных на уход от исполнения обязательств перед кредиторами должника, при этом отчуждение земельного участка фактически прикрывало действия по выводу активов должника.

Полагая, что вышеуказанные сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, отвечающих признакам притворности (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также совершены ответчиками исключительно с целью вывода активов должника без какой-либо экономической обоснованности, в целях недопущения обращения на него взыскания в деле о банкротстве, финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением об оспаривании сделки.  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявление финансового управляющего должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63) пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с оспариваемыми договорами купли-продажи от 01.10.2018 и от 25.03.2019 отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации.

Конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Принимая во внимание, что регистрация перехода права собственности на недвижимость по договорам купли-продажи произведена 25.10.2018 и 11.04.2019, оспариваемые договоры купли-продажи заключены 01.10.2018 и 25.03.2019, а производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2019, суд пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий должника указал, что оспариваемые договоры купли-продажи представляют собой цепочку последовательных сделок, отвечающих признакам притворности (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также совершены ответчиками исключительно с целью вывода активов должника без какой-либо экономической обоснованности, в целях предотвращения обращения взыскания на имущество в деле о банкротстве. В рассматриваемом случае отчуждение недвижимого имущества привело к безвозмездному выбытию из состава имущества должника ликвидного объекта недвижимости, вследствие чего кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет указанного имущества.

Признавая доводы финансового управляющего должника обоснованными, суд правомерно исходил из следующего. 

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 9.1 постановления Пленума ВАС РФ № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25) добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага, уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. При таких обстоятельствах совершение спорной сделки, по смыслу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Закона о банкротстве, нельзя квалифицировать как добросовестное поведение. 

Как разъяснено в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2017, при рассмотрении спора о признании недействительной сделки на основании положений пункта 3 статьи 61.2 Закона о банкротстве для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника к другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрывающих притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

Совокупный экономический эффект, полученный в результате заключения и последующего исполнения таких сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений. 

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2019№ 305-ЭС18-19945 (8) изложен правовой подход, согласно которому в ситуации, когда отношения сторон являются сложноструктурированными, оспаривание одной из взаимосвязанных сделок (даже при наличии условий для признания ее недействительной) не может приводить к полноценному восстановлению положения, существовавшего до совершения всех сделок, в связи с чем такой способ защиты нельзя признать надлежащим.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Таким образом, по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение иных правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения. Соответственно, сделка признается притворной, если заявитель доказал, что воля всех сторон сделки на момент ее совершения не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, а имела целью достижение иного правового результата.

Согласно правовому подходу, сформулированному в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678 по делу № А11-7472/2015, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума ВАС РФ № 63 - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума ВС РФ № 25, притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, или другими лицами за счет должника и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора, исходя из заявленных финансовым управляющим должника оснований оспаривания сделки, имеют обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над объектами недвижимости конечному покупателю, для чего необходимо определить намерение сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной.

Необходимо также учитывать, что совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Правовой целью договора купли-продажи является передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации), следовательно, мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество и уплатить за него цену - с другой.

Финансовый управляющий указал на согласованность действий должника и ответчиков, направленных на вывод ликвидного имущества должника - земельного участка в преддверии банкротства с целью недопущения его реализации для последующего удовлетворения требований кредиторов. По мнению заявителя, при заключении оспариваемых договоров купли-продажи действительная воля сторон фактически была направлена на отчуждение имущества на безвозмездной основе, договоры исполнены только продавцом, без исполнения встречного обязательства по оплате со стороны покупателя. 

Давая правовую оценку указанному доводу, суд обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем, в материалы дела не представлены доказательства оплаты стоимости земельного участка со стороны покупателей. 

В апелляционной жалобе ФИО2 заявил довод о том, что оплата по сделке произведена путем возврата денежных средств по ранее выданным займам должнику, срок возврата которых наступил.

Признавая указанный довод апелляционной жалобы необоснованным, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений указанных норм права, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

Между тем, ответчик, заявляя довод о том, что у должника имелись  неисполненные обязательства по договорам займа, не представил документальные доказательства в обоснование заявленного довода. 

ФИО2 не представил в материалы дела договоры займа, заключенные с должником, банковские выписки, в которых отражены операции по поступлению на расчетный счет должника денежных средств от Кайзера Д.В. по договорам займа.

ФИО2 ссылается на передачу должнику денежных средств по договору займа, в связи с этим суду помимо прочего необходимо установить обстоятельства, связанные с тем, имелись ли у займодавца наличные денежные средства для передачи их должнику в размере не меньшем, чем переданная сумма, а так же как полученные средства были использованы должником, экономическую обоснованность предоставления такого займа.

Между тем, ФИО2 не представил доказательства, подтверждающие наличие у него финансовой возможности предоставить должнику заем. Отсутствуют сведения о размере и источниках доводов Кайзера Д.В., свидетельствующие о наличии у него возможности представить заемные средства должнику. 

В материалах дела также отсутствуют какие-либо сведения о том, как полученные средства были использованы должником. 

Таким образом, суду не представлены документы, подтверждающие выдачу займов должнику.

Довод заявителя жалобы о том, что оплата по сделкам произведена путем возврата денежных средств по выданным ранее займам должнику, в связи с чем подлежат применению положения статьи 61.3 Закона о банкротстве, признается судом апелляционной инстанции необоснованным. ФИО2 и должник не представили каких-либо доказательств оплаты (внесения денежных средств) по сделкам. Доказательства реальности договора займа в материалах дела отсутствуют. Оснований для применения положений статьи 61.3 Закона о банкротстве судом апелляционной инстанции не установлено.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что отчуждение земельного участка произведено должником безвозмездно, что не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности безвозмездной передачи имущества на основании договоров купли-продажи.

Гражданский оборот между независимыми и незаинтересованными лицами строится на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых ценностей, знание чего сторонами сделки предполагается.

В связи с тем, что оплата за приобретенное имущество покупателями не производилась, они, действуя разумно и проявляя требующуюся от них по условиям оборота осмотрительность, не могли не осознавать, что подобные сделки нарушают права и законные интересы кредиторов продавца, то есть лиц, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества.

На основании вышеизложенного, суд пришел к обоснованному выводу, что отчуждение спорного имущества от должника обществу и от общества Кайзеру Д.В. произошло безвозмездно.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на дату заключения сделок у должника имелись обязательства перед кредиторами.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 11.10.2018 по делу № 33-7/2018 отменено решение Прикубанского районного суда г. Краснодара от 08.04.2015. Исковые требования ПАО «Промсвязьбанк» к ФИО4 о взыскании кредитной задолженности удовлетворены. С ФИО4 в пользу ПАО «Промсвязьбанк» взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 44 137 776,04 руб., из которых: 38 946 547,46 руб. - основной долг, 5 147 134,90 руб. - проценты за пользование кредитом, 38 946,55 руб. - неустойка по основному долгу за один день просрочки, 5 147,13 руб. - неустойка по процентам за один день просрочки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.05.2020 (резолютивная часть от 07.10.2019) по делу № А32-11368/2019 требованиеПАО «Промсвязьбанк» в размере 74 260 255,14 руб. задолженности и отдельно в сумме44 093,68 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4

Согласно заявлению ИФНС России № 4 по г. Краснодару о включении в реестр требований кредиторов, у ФИО4 имелась задолженность по уплате обязательных платежей в бюджет Российской Федерации в размере 647 436,47 руб.

При этом на дату заключения оспариваемых договоров, в рамках дела № А32-35364/2015 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПромСтройСтандарт» подано заявление о взыскании убытков с ФИО4 в сумме 17 216 822 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.10.2018 по делу № А32-35364/2015 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «ПромСтройСтандарт» ФИО6 о принятии обеспечительных мер. Приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на денежные средства (в том числе денежные средства, которые будут поступать на банковские счета) и иное имущество ФИО4 в пределах суммы 17 216 822 руб.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2020 по делу № А32-35364/2015, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.08.2020, с Осеннего И.В. и ФИО4 в пользу ООО «ПромСтройСтандарт» в солидарном порядке взысканы убытки в сумме 17 216 822 руб. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.09.2020 по делу № А32-11368/2019 требование ООО «ПромСтройСтандарт» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в сумме 17 216 822 руб.

Судом первой инстанции принято во внимание, что ФИО2 являлся кредитором ООО «ПромСтройСтандарт» в рамках дела № А32-35364/2015, что подтверждается определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.06.2017, и поскольку в рамках данного дела о банкротстве в отношении ФИО4 было подано заявление о взыскании с него убытков, ФИО2, являясь кредитором ООО «ПромСтройСтандарт», не мог не обладать данной информацией.

Суд апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора принимает во внимание фактические обстоятельства дела, имеющие преюдициальное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора, изложенные в определении Арбитражного суда Краснодарского края от 13.07.2022 по настоящему делу № А32-11368/2019, оставленном без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.07.2022, в соответствии с которыми при схожих обстоятельствах признана недействительной сделка по отчуждению должником обществу, а обществом - Кайзеру Д.В. земельного участка, расположенного в границах Южно-Кубанского сельского поселения Динского района.

Как установлено названными судебными актами, в Следственном отделе по Динскому району СУ СК РФ по КК расследуется уголовное дело № 12002030019000026, возбужденное 30.06.2020 в отношении ФИО7 по признакам преступления, предусмотренного статьей 293 УК РФ.

Постановлением Динского районного суда Краснодарского края от 27.11.2020 установлено, что 09.11.2017 судебный пристав-исполнитель ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8 на основании поступившего исполнительного листа ФС № 000445893 от 01.11.2017, выданного Краснодарским краевым судом, о наложении ареста в отношении имущества ФИО4 в пользу взыскателя ПАО «Промсвязьбанк», возбуждено исполнительное производство № 187013/17/23041-ИП от 09.11.2017.

19.12.2017 судебный пристав-исполнитель ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8 вынес постановление об окончании исполнительного производства № 187013/17/23041-ИП от 09.11.2017 и отмене всех назначенных мер принудительного исполнения, ввиду выполнения в полном объеме требований исполнительного документа.

28.02.2018 старший судебный пристав ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО9 вынес постановление об отмене постановления об окончании исполнительного производства и возобновлении исполнительных действий по исполнительному производству 187013/17/23041-ИП.

19.04.2018 судебный пристав исполнитель ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8 в рамках исполнительного производства № 187013/17/23041-ИП вынес и направил в Управление Росреестра по Краснодарскому краю для исполнения постановление о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества, принадлежащих ФИО4 

В неустановленное время, но не позднее 16.10.2018, ФИО4, достоверно зная о наличии зарегистрированных в установленном порядке запретов на совершение регистрационных действий в отношении принадлежащего ему недвижимого имущества, предоставил через заместителя руководителя Управления Росреестра по Краснодарскому краю ФИО10. подложное постановление о внесении изменений в постановление о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества от 16.10.2018 за подписью судебного пристава-исполнителя ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8, согласно которому в рамках исполнительного производства № 187013/17/23041-ИП отменен запрет на регистрационные действия в отношении вышеуказанных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО4, расположенных на территории Динского района, Краснодарского края.

В дальнейшем ФИО10., неосведомленный о подложности вышеуказанного постановления, поручил подчиненным ему сотрудникам осуществить регистрацию указанного постановления в Управлении Росреестра по Краснодарскому краю, с присвоением № 59127 от 16.10.2018 в книге учета входящих документов, и направить в установленном порядке в Динской отдел Управления Росреестра по Краснодарскому краю для исполнения.

17.10.2018 главному специалисту-эксперту Динского отдела Управления Росреестра по Краснодарскому краю ФИО7 в установленном порядке было поручено проведение правовой экспертизы для установления наличия или отсутствия основания для осуществления государственной регистрации отмены запрета на регистрационные действия в отношении вышеуказанных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО4 и расположенных на территории Динского района Краснодарского края.

В ходе проведения правовой экспертизы поступивших документов главным специалистом-экспертом Динского отдела Управления Росреестра по Краснодарскому краю ФИО7 принято решение о невозможности исполнить требование судебного пристава-исполнителя ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8 в рамках исполнительного производства№ 187013/17/23041-ИП об отмене запрета на регистрационные действия в отношении вышеуказанных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО4, расположенных на территории Динского района Краснодарского края, ввиду некорректного отражения в вышеуказанном постановлении сведений об объектах, с которых необходимо было снять обременение (ошибка в кадастровом квартале объектов).

24.10.2018 ФИО4 предоставил в Динской отдел Управления Росреестра по Краснодарскому краю подложное постановление о внесении изменений в постановление о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества от 16.10.2018 за подписью судебного пристава-исполнителя ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8, согласно которому в рамках исполнительного производства № 187013/17/23041-ИП отменен запрет на регистрационные действия в отношении вышеуказанных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО4 и расположенных на территории Динского района Краснодарского края, при этом в нем была устранена техническая ошибка в кадастровом квартале вышеуказанных объектов недвижимости.

24.10.2018 главный специалист-эксперт Динского отдела Управления Росреестра по Краснодарскому краю ФИО7, не предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, вследствие небрежного отношения к службе, в нарушение статьи 65 ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости», пункта 3.1, пункта 3.4.1 соглашения от 10.07.2015 № 007/20/25 «О взаимодействии между Федеральной службой судебных приставов и Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии», а также должностного регламента главного специалиста-эксперта Динского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, не подтвердив юридическую силу представленного ей постановления о внесении изменений в постановление о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества от 16.10.2018 за подписью судебного пристава-исполнителя ОСП по Прикубанскому округу г. Краснодара УФССП России по Краснодарскому краю ФИО8, осуществила внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о снятии обременения с вышеуказанных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО4, расположенных на территории Динского района, Краснодарского края, что повлекло в дальнейшем их отчуждение в пользу третьих лиц и причинение особо крупного ущерба ПАО «Промсвязьбанк» на сумму свыше 7 500 000 руб.

В ходе предварительного следствия ФИО5 показал, что в 2008 году он по предложению ФИО4 возглавил созданное ФИО11 общество с ограниченной ответственностью «Алтис». В начале октября 2018 ФИО4 предложил ему, как директору ООО «Алтис», заключить с ним договор купли-продажи земельных участков, принадлежащих последнему на праве собственности, располагающихся в станице Динской. Они заключили с ФИО4 договоры купли-продажи более 30 земельных участков, расположенных в границах Южно-Кубанского сельского поселения Динского района, при этом какой-либо оплаты ООО «Алтис» в адрес ФИО4 не проводило, несмотря на то, что в договорах купли-продажи указано, что цена продаваемых земельных участков составляет 50 000 руб. В марте 2019 года ФИО4 попросил ФИО5 заключить договоры купли-продажи вышеуказанных земельных участков, расположенных в границах Южно-Кубанского сельского поселения Динского района, сообщив, что их покупателем будет знакомый последнего Кайзер Дмитрий. Он заключили с Кайзером Дмитрием договоры купли-продажи более 30 земельных участков, расположенных в границах Южно-Кубанского сельского поселения Динского района, при этом какой-либо оплаты в адрес ООО «Алтис» от Кайзера не поступало.

Принимая во внимание обстоятельства, изложенные в постановлении Динского районного суда Краснодарского края от 27.11.2020, принятого в рамках возбужденного 30.06.2020 уголовного дела № 12002030019000026, суд пришел к выводу, что отчуждение спорного имущества от должника обществу и от общества - Кайзеру Д.В. произошло безвозмездно, в период наличия у ФИО4 признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества); регистрация соответствующих изменений в ЕГРН осуществлена в период действия судебного запрета на распоряжение земельными участками, на основании подложного постановления об отмене данной меры; сделки совершены между аффилированными лицами; стороны спорных соглашений были осведомлены о неплатежеспособности должника и цели сделки – причинение вреда кредиторам ФИО4

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к обоснованному выводу, что  в рассматриваемом случае оспариваемые сделки представляют собой единую взаимосвязанную сделку, направленную на отчуждение имущества должника.

Из представленных в материалы дела документов следует, что у сторон сделок отсутствовала действительная воля на предоставление должнику встречного исполнения, отсутствуют доказательства совершения ответчиками соответствующих действий по предоставлению встречного исполнения должнику, что свидетельствует о наличии между сторонами умысла, направленного на вывод ликвидного актива должника, то есть заинтересованности в совершении оспариваемых сделок с единственной целью - сокрытие (вывод) имущества, в отсутствие намерения получить за имущество эквивалентную оплату, что привело к нарушению прав кредиторов должника.

Суд установил наличие в действиях ответчиков и должника признаков злоупотребления правом, поскольку ответчики, являясь аффилированными лицами по ношению к должнику, были осведомлены о наличии у должника неисполненных обязательств и совершали целенаправленные действия по выводу ликвидного имущества без какого-либо встречного предоставления в ущерб интересам кредиторов ФИО4

О притворном характере оспариваемых сделок также свидетельствует процессуальное поведение сторон, а именно: нежелание представлять доказательства в опровержение доводов финансового управляющего, в том числе, документы, подтверждающие оплату по спорным договорам купли-продажи недвижимого имущества (внесение денежных средств на счет должника, дальнейшее их расходование должником, отражение поступления средств в бухгалтерском учете, наличие у ответчиков финансовой возможности произвести оплату за земельный участок и т.п.).

Таким образом, целью совершения сделок является вывод активов должника, что стало возможным в результате недобросовестных совместных и согласованных действий должника и ответчиков.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что помимо земельного участка с кадастровым номером 23:07:0302000:2359 должник являлся собственником еще тридцати земельных участков, расположенных в границах Южно-Кубанского сельского поселения Динского района, которые при схожих обстоятельствах были отчуждены должником обществу, а обществом - Кайзеру Д.В. 

Прекращение права собственности должника на земельный участок без получения встречного исполнения, при наличии задолженности перед кредиторами, в совокупности свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника и ответчиков.

В данном случае поведение сторон цепочки оспариваемых сделок являлось недобросовестным, поскольку было направлено на уменьшение конкурсной массы должника в отсутствие равноценного встречного предоставления и при наличии значительных денежных обязательств должника перед кредиторами.

В связи с реализацией земельного участка произошло уменьшение объема имущества должника, а также утрачена возможность удовлетворения требований кредиторов должника за счет этого имущества. 

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что оспариваемые сделки совершены со злоупотреблением правом, поскольку при совершении оспариваемых сделок имело место недобросовестное поведение сторон, в том числе предоставление должником подложного постановления об отмене запрета на регистрационные действия в отношении имущества должника, направленное на выбытие ликвидного имущества из конкурсной массы с целью невозможности обращения на него взыскания. 

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о недействительности оспариваемых сделок на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 61.6 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой главы III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В этой связи суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки и обязал Кайзера Д.В. возвратить в конкурсную массу должника ФИО4 земельный участок, общей площадью 595 кв.м., кадастровый номер: 23:07:0302000:2359.

Аналогичная позиция по данному делу о банкротстве в отношении цепочки сделок по отчуждению имущества от должника через ООО «Алтис» в пользу ФИО2 изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.07.2022 по делу № А32-11368/2019.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется. 

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.10.2022 по делу № А32-11368/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиМ.А. Димитриев

Д.В. Николаев