Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Москва                                                        Дело № А40-297410/18-159-2384

12.04.2019г.

Резолютивная часть решения объявлена 27.03.2019г.

Решение изготовлено в полном объеме  12.04.2019г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе: 

Судья Константиновская Н.А.,  единолично, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в  судебном заседании дело по иску   Компания «Грандстрим Лимитед»

К ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЛУКСАР" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 08.06.2018г., адрес: 109316, 

<

...>, ЭТ 1 КАБ 111)

ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ПРОМСВЯЗЬБАНК" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 26.07.2002г. адрес: 109052, 

<

...>)

О признании сделки недействительной

при участии:

от истца: неявка

от ответчика-1: ФИО2 по доверенности от 03.12.2018г.

от ответчика-2: ФИО3 по доверенности от 06.09.2018г.

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о признании недействительным Договора цессии, заключенный между Ответчиком 1 и Ответчиком 2 от 05.09.2018 и применении последствия недействительности сделки

Истец в судебное заседание не явился, надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания извещен.

Дело рассматривается в порядке ст. 156 АПК РФ.

Ответчики просили в иске отказать по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям.

Как следует из искового заявления, 05 сентября 2018 г. между Ответчиком 1 и Ответчиком 2 был заключен Договор об уступке прав (требований) № 0293-18-6У-0 (далее - Договор цессии) к дочерней компании истца - ООО «Ревякинский металлургический комбинат», возникших из следующих кредитных договоров:

Кредитный договор № 

<

***> об открытии кредитной линии от 27.07.2017, лимит задолженности = 26 500 000 долл. США;

Кредитный договор № 

<

***> об открытии кредитной линии от 28.07.2017, лимит задолженности = 41 500 000 евро (далее - Кредитные договоры).

Истец указывает, что 99,99% доля в ООО «РМК» участия, принадлежащая Истцу, среди прочих обеспечительных договоров, была отдана в залог по договору залога № ДЛ-2/

<

***>/

<

***>, удостоверенному нотариусом города Москвы ФИО4 05.10.2017 и зарегистрированному в реестре № 7-4743, в обеспечение обязательств дочернего предприятия ООО «РМК» по Кредитным договорам.

Кредитные договоры и Договор залога были заключены ООО «РМК» и компанией «Гранд стрим Лимитед» (Grandstream Limited) непосредственно с банком ПАО «Промсвязьбанк», являвшемся как на дату заключения указанных договоров, так и на дату получения ООО «РМК» денежных средств по Кредитным договорам, частным банком.

Договором залога (п. 5.3.2) предусмотрено право Залогодержателя об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке путем оставления Залогодержателем Предмета залога за собой, в том числе посредством поступления Предмета залога в собственность Залогодержателя, по цене, равной рыночной стоимости Предмета залога. Подлежащая уплате Залогодержателем цена засчитывается в счет погашения обязательства, обеспеченного залогом.

В свою очередь, п. 1.4 Договора цессии, предусматривает, что Ответчик 1 становится на место Ответчика 2 в обязательствах, обеспечивающих исполнение Кредитных договоров, а п. 1.6 Договора цессии определяет, что к Ответчику 1 в соответствии с законодательством РФ переходят права по Обязательствам, обеспечивающим исполнение Кредитных договоров.

Таким образом, по Договору цессии к Ответчику 1 перешли права залогодержателя по Договору залога, а, следовательно, указанная сделка напрямую затрагивает права и законные интересы Истца.

Истец полагает, что оспариваемый Договор цессии нарушает права и законные интересы Истца ввиду следующего.

Так, истец считает, что встречное предоставление  не соответствует размеру уступаемого права. 

Такая сделка в условиях  отсутствия обеспечения переданных Ответчиком 2 к Ответчику 1 прав в период с 05.09.2018 по 01.09.2019,  начиная с 01.09.2019 обеспечения обязательств Ответчика 1 перед Ответчиком 2 тем же имуществом, что было обеспечено обязательство ООО «РМК» по Кредитным договорам, и в совокупности с иными условиями Договора цессии и бездействием Ответчика 2 при совершении Ответчиком 1 действий, направленных на заведомую невозможность предоставления предусмотренных Договором цессии обеспечений, и вовсе обладает всеми признаками притворной сделки. 

По правилам ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

Кроме того, истец указывает, что Договор цессии был заключен в период работы Временной администрации, в период, когда по правилам Закона о банкротстве равноценности встречного исполнения уделяется особое внимание.

 Согласно п 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Также истец указывает, что помимо того, что условия Договора цессии не соответствуют критериям экономической целесообразности, так как у ООО «Луксар» отсутствует финансовая возможность для исполнения Договора цессии. 

Указанное обстоятельство подтверждает тем, что начиная с 01.09.2019 обеспечением по Договору цессии является то же имущество, что являлось обеспечением по Кредитным договорам.

Договор цессии был заключен Временной администрацией ПАО «Промсвязьбанк».

В соответствии с пп. 9), 11) п. 4 ст. 189.34 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» временная администрация банка вправе осуществлять продажу имущества банка, в том числе Банку России или Агентству, в соответствии с планом участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка, осуществлять иные меры, направленные на предупреждение банкротства банка

Истец указывает, что ООО «РМК» неоднократно обращалось к Ответчику 2 с предложениями о реструктуризации обязательств по Кредитным договорам на более выгодных условиях, нежели определены в Договоре цессии. 

Однако все указанные обращения были оставлены ПАО «Промсвязьбанк» без ответа.      

Истец считает, что указанное бездействие ПАО «Промсвязьбанк» в совокупности с условиями Договора цессии свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны Ответчиков на совершение Договора цессии в нарушение положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Право на получение неденежного исполнения может быть уступлено без согласия должника, если уступка не делает исполнение его обязательства значительно более обременительным для него. 

Договор цессии, по мнению истца, привел к утрате его  права собственности на долю в ООО «РМК» по цене, явно не соответствующей рыночному уровню, в 1 рубль, при рыночной стоимости указанной доли - 8,2 млрд. руб. 

В связи с чем, истец считает, что  нарушение Ответчиком 1 прав Залогодателя свидетельствует о значительно более обременительном для Залогодателя исполнении обязательств по Договору залога в результате Договора цессии, однако согласие залогодателя на Договор цессии получено не было, что привело к продаже прав требований к ООО «РМК» на сумму более 5 млрд. руб. 

Таким образом, истец полагает, что вышеуказанные обстоятельства привели к неблагоприятным для Истца последствиям, а именно - утрате права собственности на долю в ООО «РМК» по цене в 1 рубль, то есть фактически, безвозмездному приобретению Ответчиком 1 актива, реальная рыночная стоимость которого составляет 8,2 млрд. руб.

На основании чего, просит признать недействительным Договор цессии, заключенный между Ответчиком 1 и Ответчиком 2 от 05.09.2018 и применении последствия недействительности сделки

Данные обстоятельства и послужили основанием для обращения в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что между Банком и ООО «Ревякинский металлургический комбинат» (ООО «РМК»)  были заключены кредитные договоры об открытии кредитной линии (с установленным лимитом задолженности):

-№ 

<

***> от «27» июля 2017 года (далее - Кредитный договор 1),

-№ 

<

***> от «28» июля 2017 года (далее - Кредитный договор 2).

В соответствии с условиями Кредитного договора 1 и заявления об использовании кредита от 27.07.2017 ООО «РМК» обязалось возвратить полученный кредит в размере 26 500 000 (двадцать шесть миллионов пятьсот тысяч) долларов США в срок не позднее 27.07.2018.

В соответствии с условиями Кредитного договора 2 и заявлениями об использовании кредита ООО «РМК» обязалось возвратить полученный кредит в размере 38 560 000  Евро в срок не позднее 27.07.2018 - по траншу в размере 37 600 000 Евро, 31.07.2018 - по траншу в размере 960 000 Евро.

В связи с нарушениями условий Кредитных договоров 1 и 2 Банк 20.03.2018 направил ООО «РМК» Требования исх. №20679-ВА о досрочном погашении задолженности по Кредитному договору № 

<

***> об открытии кредитной линии (с установленным лимитом задолженности) от 27.07.2017 г. и исх. №20678-ВА о досрочном погашении задолженности по Кредитному договору 

<

***> об открытии кредитной линии (с установленным лимитом задолженности) от 28.07.2017 г.

06.04.2018 - в связи с неисполнением ООО «РМК» в установленный срок указанных требований - Банк направил аналогичные требования поручителям, обязавшимся отвечать солидарно с ООО «РМК» за исполнение обязательств по Кредитным договорам 1 и 2.

Однако, ни ООО «РМК», ни поручители в установленные Банком сроки обязательства по Кредитным договорам 1 и 2 не исполнили.

05.09.2018 года права Банка как кредитора по Кредитным договорам 1 и 2, а также по обязательствам, обеспечивающим исполнение Кредитных договоров 1 и 2, в полном объеме перешли к ООО «Луксар» на основании Договора об уступке прав (требований) № 0293-18-6У-0 от 05.09.2018 (далее - Договор уступки).

Уведомлениями от 07.09.2018 ООО «РМК», поручители и залогодатели были извещены о состоявшейся уступке прав требования.

Повторное требование об исполнении обязательств перед новым кредитором ООО «Луксар» было направлено Должнику, поручителям и залогодателям (в т.ч. Истцу) 21.09.2018.

Однако до настоящего времени задолженность по Кредитным договорам 1 и 2 не погашена.

Согласно п. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Таким образом, право на обращение в суд обусловлено тем, что:

-имеется нарушение прав и законных интересов истца,

-удовлетворение иска приведет к восстановлению этих нарушенных прав и законных интересов (т.е. к их защите).

В соответствии с п. 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Между тем, Истцом не обосновано со ссылками на закон ни право на подачу иска об оспаривании сделки, ни наличие охраняемого законом интереса в признании сделки недействительной.

П. 3 ст. 308 ГК РФ предусмотрено, что обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Кроме того, в п. 14 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что суд отказывает в удовлетворении заявленного истцом требования, если истец (должник) не доказал, каким образом оспариваемое соглашение об уступке права (требования) нарушает его права и законные интересы.

Согласно п. 2 ст. 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

То есть, заключение соглашения об уступке права (требования) и замена кредитора по обязательствам не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов должника (Истца).

Указание Истцом на то обстоятельство, что новым кредитором осуществлено обращение взыскания на предмет залога, предоставленный Истцом в обеспечение обязательств по кредитным договорам, также не свидетельствует о нарушении прав Истца, поскольку, согласно вышеуказанному п. 14 следует, что нормы ГК РФ (в т.ч. ст.ст. 312, 382, 385 ГК РФ) направлены на защиту интересов должника, исключая возможность предъявления к нему повторного требования в отношении исполненного обязательства со стороны первоначального либо нового кредитора в т.ч. и при наличии между ними спора о действительности соглашения об уступке права (требования).

Согласно подп. 3 п. 1 с. 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем;

Также в соответствии с пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 ГК РФ исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу, считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должника была производиться уступка.

Следовательно, лицо, надлежащим образом исполнившее обязательство, не может нести неблагоприятные последствия в результате признания оспоримой сделки недействительной, участником которой он не являлся.

Таким образом, Компания «ГРАНДСТРИМ ЛИМИТЕД» не вправе оспаривать Договор уступки, поскольку не является стороной Договора уступки, в связи с чем, не имеет  право оспаривать Договор уступки.

Кроме того, права Компании «ГРАНДСТРИМ ЛИМИТЕД», как залогодателя по договора залога №ДЛ-2/

<

***>/

<

***> от 05.10.2017, не нарушаются Договором уступки.

Кроме того, истцом не представлены доказательства нарушения оспариваемой сделкой прав и охраняемых законом интересов Истца и возможности восстановления прав Истца избранным способом защиты.

В силу ст.ст. 334, 348 Гражданского кодекса РФ, ст. 50 ФЗ «Об ипотеке (Залоге недвижимости)» в силу залога Истец по обеспеченному ипотекой и установленному Кредитным договором обязательству должника имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества.

Таким образом, залог связан с возможностью обращения взыскания на имущество в целях погашения обязательств должника по Кредитному договору.

Ст. ст. 384, 387 ГК РФ предусмотрено, что в случае исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству права кредитора по обязательству переходят соответственно к поручителю или залогодателю на основании закона.

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Из указанного следует, что в случае исполнения обязательства должника перед Ответчиком путем обращения взыскания на заложенное имущество, к Истцу перейдут права кредитора по этому обязательству в том объеме, в котором удовлетворил требование Ответчика.

В этой связи оснований, что обеспечительный договор залога является сделкой, нарушающей законные права и интересы Истца (поскольку Истец может в будущем понести расходы, связанные с ответственностью за неисполнение обязательств должником), не имеется.

Таким образом, Договор уступки не нарушает права и законные интересы Истца, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Довод Истца, о неравноценном встречном исполнении со ссылкой на положения ст. 61.2 Закона о банкротстве и отсутствии экономической целесообразности заключения такого договора необоснован, ввиду следующего.

В силу п. 2 ст. 53 АПК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами, организации и граждане вправе обратиться в арбитражный суд в защиту прав и законных интересов других лиц.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве определён круг лиц которым предоставлено право на обращение в суд требованиями об оспаривании по основаниям предусмотренным ст. 61.1-61.3 сделок должника (лица находящегося в стадии банкротства) «...заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов... или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов...».

П. 2 указанной статьи предоставляет право оспаривания сделки должника по указанным основаниям также конкурсному кредитору или уполномоченному органу при соблюдении определенных условий, а также в случаях, установленных законом о Банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд временной администрацией финансовой организации.

Однако, Истцом не предоставлено доказательств свидетельствующих о наличии у него права иных сведений и ссылок на нормы права, которые позволяли бы ему обращаться в суд со ссылкой на положения ст. 61.2 Закона о банкротстве или с иском об оспаривании Договора уступки в защиту интересов вкладчиков или акционеров ПАО «Промсвязьбанк ».

Исходя из факта оплаты Ответчиком 1 прав требований на основании п. 4.1. Договора уступки, а также исходя из условий Договора уступки об отсрочке платежа, предусмотренных п. 3.1.1. Договора уступки и о передаче имущества в залог на основании п. 3.4. Договора уступки, доводы Истца о несоответствии встречного предоставления размеру уступаемого права по Договору уступки несостоятельны.

Нормами гражданского законодательства, регулирующими переход прав кредитора к другому лицу, не предусмотрено, что действительность договора цессии зависит от оплаты уступки прав требования, в связи с чем, отсутствие доказательств оплаты новым кредитором полученных по цессии прав требований не свидетельствует о недействительности этого договора.

Кроме того, согласно позиции Президиума ВАС РФ в Информационном письме от 30.10.2007 N 120, в п. 10 которого указано, что несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями.

Доводы Истца о том, что Договор цессии является притворной сделкой, сводятся к указанию на несоответствие встречного предоставления размеру уступаемого права также необоснован, исходя из следующего.

Так, указанный договор уступки является возмездным, установлен порядок оплаты уступленных прав.

Стороны Договора уступки заключили его в соответствии со ст.ст. 382-390, 421, 423, 424 ГК РФ, действуя в своем праве и устанавливая согласованную цену.

Из пункта 4.1. Договора уступки следует, что права требования, а также права по обязательствам, обеспечивающим исполнение первоначальных обязательств, переходят от первоначального кредитора к новому кредитору в дату заключения настоящего договора при условии поступления на счет первоначального кредитора в оплату прав требования в размере 5 900 000,00 (Пять миллионов девятьсот тысяч) долларов США в рублевом эквиваленте.

Оплата Ответчиком 1 произведена надлежащим образом, что подтверждается платежным поручением № 2 от 05 сентября 2018 года.

При этом пунктом 3.1.1. Договора уступки предусмотрено, что, начиная с шестого месяца, следующего за датой заключения настоящего договора, новый кредитор ежемесячно равными долями перечисляет в оплату приобретаемых прав требований на счет первоначального кредитора оставшуюся стоимость уступаемых прав в течение 54 (Пятидесяти четырех) месяцев.

Пунктом 3.3. Договора уступки предусмотрено, что за отсрочку оплаты стоимости уступленных прав требований новый кредитор уплачивает первоначальному кредитору проценты.

Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств Ответчика 1 перед Ответчиком 2 по оплате уступленных прав требований пунктом 3.4. Договора уступки предусмотрены условия, в соответствии с которыми Ответчик 1 обязуется передать Ответчику 2 имущество в залог.

В свою очередь, нормами гражданского законодательства, регулирующими переход прав кредитора к другому лицу, не предусмотрено, что действительность договора цессии зависит от оплаты уступки прав требования, в связи с чем, отсутствие доказательств оплаты новым кредитором полученных по цессии прав требований не свидетельствует о недействительности этого договора.

Согласно ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (Далее АПК РФ) каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений

В силу ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Истец же, ссылаясь на ст. 170 ГК РФ, в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не представил доказательств того, что Договор уступки совершен с целью прикрыть другую сделку и на достижение каких именно других правовых последствий направлен заключенный Ответчиком 1 и Ответчиком 2 Договор уступки.

Необоснованными являются доводы Истца в обоснование исковых требований о применении положений п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Так, в соответствие с п. 11 ст. 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная банком или иными лицами за счет банка, в отношении которого осуществлены (осуществляются) меры по предупреждению банкротства с участием Банка России или Агентства, предусмотренные настоящим параграфом, может быть признана недействительной по заявлению указанного банка. Банка России, Управляющей компании или Агентства.

Таким образом, законодателем обозначен круг лиц, имеющий право оспаривать сделки по правилам главы III. 1 Закона о банкротстве, которые совершены в период санации банка.

В связи с чем, Истец не имеет права оспаривать Договор уступки по указанным основаниям.

Кроме того, приказом Центрального Банка Российской Федерации от 06 сентября 2018 года № ОД-2325 "О прекращении исполнения обществом с ограниченной ответственностью "Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора" функции временной администрации по управлению ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК» прекращены.

ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК» является действующим юридическим лицом, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК, представленной Истцом в материалы дела.

В силу ч. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В этой связи указание Истца на отсутствие у него информации о заключении Договора уступки в соответствии с планом участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства не может служить доказательством, подтверждающим исковые требования.

Ссылки Истца на злоупотребление правом в связи с отказом ПАО «Промсвязьбанка» реструктурировать задолженность являются необоснованными, поскольку:

-из представленных Истцом писем не следует, что предложенные ООО «РМК» условия реструктуризации задолженности были выгоднее условий Договора уступки,

-на ПАО «Промсвязьбанк» не может быть возложена обязанность принимать все предложения ООО «РМК» относительно изменений условий кредитных договоров. Принятие таких предложений является правом Банка.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Доводы Истца о злоупотреблении правом Ответчиками ввиду непринятия ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК» предложений о реструктуризации задолженности, поступивших от основного должника по кредитным обязательствам, указывают лишь на несогласие Истца на заключение Договора цессии.

Однако, само по себе несогласие Истца на заключение между Первоначальным кредитором и Новым кредитором Договора уступки не является доказательством злоупотребления правом и тем более не является обоснованием заявленных исковых требований о признании Договора уступки недействительным и применении последствий его недействительности.

В связи с этим основания для признания Договора уступки недействительным по ст. 10 ГК РФ отсутствуют.

Доводы Истца о совершении Временной администрацией Банка договора цессии за переделами своей компетенции и об экономической нецелесообразности Договора цессии для Банка (п. 2.2 Иска заявления) несостоятельны в виду следующего.

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 15.12.2017 № ОД-3525 в отношении ПАО «Промсвязьбанк» назначена временная администрация, функции временной администрации по управлению ПАО «Промсвязьбанк» возложены на ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора».

Приказом Центрального банка Российской Федерации от 16.06.2018 № ОД-1476 в отношении ПАО «Промсвязьбанк» функции временной администрации по управлению ПАО «Промсвязьбанк» возложены на ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора».

06.08.2018 ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора» уполномочила ФИО5 осуществлять от имени Общества и (или) Банка осуществлять полномочия и совершать действия, предусмотренные Законом, иными федеральными законами, нормативными актами Правительства РФ, в порядке и пределах, установленных доверенностью.

Вместе с тем, учредителем и единственным участником ООО «Управляющая компания Фонда консолидации банковского сектора» является Центральный Банк Российской Федерации. Иными словами, деятельность временной администрации полностью подконтрольна Банку России.

Таким образом, каких-либо согласований или одобрений Банка России не требуется.

Кроме того, доводы Истца о несогласии со стоимостью реализации предмета залога не имеют отношения к предмету рассматриваемого дела - признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности.

При этом Компания «ГРАНДСТРИМ ЛИМИТЕД» заявляет о том, что рыночная стоимость предмета залога составляет 8,2 млрд. руб. 

В обоснование своего довода Истец ссылается на документ, который именуется «исполнительным резюме» ООО «ЭсАрДжи-Консалтинг». 

В этой связи, указание Истца на то, что взыскание на долю в уставном капитале ООО «РМК» было обращено по нерыночной цене не подтверждается доказательствами.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20.06.07 г. N 40 "О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о сделках с заинтересованностью" на истца возлагается бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает его права и законные интересы.

В силу ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Таким образом. Истцом в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не представлены доказательства о наличии обстоятельств, по которым Истец просит признать Договор об уступке прав (требований) № 0293-18-6У-0 от 05 сентября 2018 года недействительным.

Иных доказательств нарушения оспариваемой сделкой прав и законных интересов заявителя, либо наличие иных неблагоприятных последствий совершения оспариваемой сделки, в материалы дела не представлено. 

Реализация права на защиту в судебном порядке возможна в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права или охраняемые законом интересы участника общества и целью предъявленного иска является восстановление этих прав и интересов.

Доказательства, свидетельствующие о том, каким образом оспариваемая сделка нарушает права истца и какие неблагоприятные последствия повлекли для него данная сделка, истцом в порядке ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ так же не представлены.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

 Расходы по госпошлине в соответствии со ст.110 АПК РФ относятся на истца.

С учетом изложенного, на основании ст. ст. 8, 11, 12 ГК РФ, ст. 45 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью",  ст. ст.4, 49,65-70, 75, 102, 106, 110, 156, 167-170  АПК РФ, суд

                                                                 РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.

СудьяН.А. Константиновская