ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

09.06.2021                                                                          Дело № А40-41449/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 02.06.2021

Полный текст постановления изготовлен 09.06.2021

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.,

судей: Перуновой В.Л., Кручининой Н.А.

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 18.06.2018

от ФИО3 – ФИО2 – 20.06.2019

от SIRA INDUSTRIE S.p.A –  ФИО4 – дов. от 19.01.2019

от SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD – ФИО4 – дов. от 12.04.2019

в судебном заседании 02.06.2021 по рассмотрению кассационной жалобы SIRA INDUSTRIE S.p.A, SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD.

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021

по заявлению SIRA INDUSTRIE S.p.A и конкурсного кредитора SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD. о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и Карамышева Мурзабека

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Джиель-Термо», 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2019 принято к производству заявление SIRA INDUSTRIE S.p.A. о признании общества с ограниченной ответственностью «Джиель-Термо» (далее – ООО «Джиель-Термо», должник) несостоятельным (банкротом) и возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда города Москвы 30.05.2019 в отношении ООО «Джиель-Термо» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6

В Арбитражный суд города Москвы 28.08.2019 поступило заявление конкурсного кредитора SIRA INDUSTRIE S.p.A. о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и Карамышева Мурзабека путем взыскания с указанных лиц в конкурсную массу должника 554 906,28 евро в рублях по курсу ЦБ на дату платежа и 15 760 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.02.2020 ООО «ДжиельТермо» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО7

В Арбитражный суд города Москвы 16.03.2020 г. поступило заявление SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и Карамышева Мурзабека путем взыскания с вышеуказанных лиц в конкурсную массу должника 19 915 261,98 руб. – основной долг, 3 496 110,05 руб. процентов.

Протокольным определением от 30.06.2020 заявления конкурсных кредиторов о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности объединены для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021, в удовлетворении заявлений конкурсного кредитора SIRA INDUSTRIE S.p.A и конкурсного кредитора SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD. о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и Карамышева Мурзабека, отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсные кредиторы SIRA INDUSTRIE S.p.A и SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD обратились с кассационной жалобой, в которой просят судебные акты отменить, как принятые с нарушением норм материального и процессуального права.

Кассаторы утверждают, что ответчики не исполнили обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), конкурсному управляющему не были переданы документы бухгалтерской отчетности и иные документы должника, что существенно затруднило формирование конкурсной массы  и ее реализацию. Кроме того, SIRA INDUSTRIE S.p.A и SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD. указывают, что ответчиками не были предприняты действия по взысканию дебиторской задолженности с контрагентов, а также были совершены сделки по выводу активов должника, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов. Полагают, что изложенные доводы не были должным образом оценены судами, не применены разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», что привело к вынесению незаконных и необоснованных судебных актов. 

От ответчиков ФИО1, ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором они просят отказать в удовлетворении кассационной жалобы. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель SIRA INDUSTRIE S.p.A и SIRA (TIANJIN) ALUMINIUM PRODUCTS CO. LTD. поддержала доводы кассационной жалобы, представитель  ФИО1, ФИО3 поддержал позицию, изложенную в отзыве на кассационную жалобу и просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Судами было установлено, что ФИО1 с 25.03.2014 являлся учредителем должника, а ФИО3 с 25.03.2014 по 18.02.2020 (за исключением ликвидационного периода с 21.12.2016 по 09.05.2017) являлась генеральным директором общества.

В силу статьи 9 Закона о банкротстве, действовавшего в указанный период – февраль 2017 года (дата определена заявителями), руководитель должника обязан обратиться с заявлением  в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

-  настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в предусмотренных случаях в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. В случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков.

Таким образом, как обоснованно указали суды, действовавшая редакция  закона не предусматривала ответственности учредителя за необращение в суд с соответствующим заявлением.

Судами обоснованно отмечено, что доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве, срока. Вместе с тем, заявители не указывают дату наступления объективного банкротства, в какой срок должен был руководитель обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества. Отсутствие точных сведений о дате возникновения у должника признака неплатежеспособности делает невозможным установление точной даты возникновения у контролирующих должника лиц обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, а также установления неисполненных обязательств, возникших удолжника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Судами также учтено, что заявители, указывая на неподачу контролирующими лицами заявления о банкротстве в феврале 2017 года, как на нарушение статьи 9 Закона о банкротстве, заявляют о том, что обязательства, включенные в реестр требований кредиторов должника сформировались в период с 24.06.2014 по 10.02.2015, то есть ранее даты, по истечении которой, по мнению заявителей, у ответчиков возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд.

Суд округа считает обоснованными выводы судов в данной части, а доводы кассаторов подлежат отклонению, поскольку они основаны на неверном толковании норм права.

В отношении иных оснований, указанных в заявлениях о привлечении к субсидиарной ответственности суды пришли к выводу, что заявителями не представлены какие-либо доказательства совершения ответчиками действий (бездействия), которые довели (способствовали) доведению до банкротства, наличия вины ответчиков в совершении таких действий, а также наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями, выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования кредиторов.

Суды указали, что все документы бухгалтерского учета, отчетности, представлены временному управляющему своевременно и в полном объеме, а также содержатся в материалах арбитражного дела. Никаких замечаний от временного управляющего в адрес ФИО3 по фактупередачи документов должника не поступало, требований от временного управляющего в адрес ФИО3 о предоставлении каких-либо дополнительных документов также не поступало. Временный управляющий не обращался в арбитражный суд с ходатайством об истребовании у руководителя какой-либо иной документации должника.

По вопросу искажения руководителем должника бухгалтерской отчетности, суды пришли к выводу, что фактически указанные искажения являются незначительными и не повлияли и не затруднили проведение процедуры банкротства должника, претензий как в период осуществления финансово-хозяйственной деятельности должника, так и в период банкротства со стороны налоговых органов заявлено не было.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды сослались на отчет временного управляющего должника от 18.10.2019 - по результатам проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности должника оснований для оспаривания сделок установлено не было, и пришли к выводу, что контролирующие должника лица осуществляли свою деятельность добросовестно и разумно и их действия не выходили за пределы обычного делового риска.

Судами был отклонен довод заявителей о совершении ответчиками действий по выводу активов должника со ссылкой на договор страхования недвижимого имущества № 02-2030/2016 (А) от 19.01.2016, заключенного между должником и АО «Страховая компания «ПАРИ», который, по мнению заявителей, подтверждает, что в 2016 году должник являлся собственником нежилых помещений общей площадью 20,8 кв.м. и которые впоследствии были проданы, учитывая, что согласно представленному в материалы дела  договоруаренды от 18.10.2015 № 18/10, заключенному между должником и ФИО8, следует, что собственником нежилых помещений общей площадью 20,8 кв.м. является ФИО8, при этом должник с целью минимизации своих рисков, как арендатора, застраховал указанные помещения.

В отношении договора подряда от 25.12.2015 № 07/15/Д-суб с ООО «Санвентспецстрой» и договора уступки прав от 06.09.2016№ 01-ПП/16 суды пришли к выводу, что они заключены в рамках обычной хозяйственнойдеятельности и на рыночных условиях. Судами также отмечено, что на момент заключения и исполнения договора подряда от 25.12.2015 №07/15/Д-суб, должник продолжал осуществлять расчеты с кредиторами, в том числе, с компанией SIRA INDUSTRIE S.p.A.

Более того, судами отмечено, что за период действия контракта от 28.05.2014 № 01/kp-ou/14, заключенного между Компанией SIRA INDUSTRIE S.p.A. и ООО «ДЖИЕЛЬ-ТЕРМО», заявителем был поставлен товар на общуюсумму 2 114 094,72 евро, из которых должником было оплачено 1 578 229,16 евро. Дальнейшие затруднения по оплате должником товара связаны, в том числе, со значительным увеличением курса евро по отношению к рублю. Так, на момент заключения контракта 28.05.2014 курс евро составлял 46,77 руб., однако, уже на 01.01.2015 составлял 68,36 руб., на 31.12.2015 - 79,69 руб., в январе 2016 года, когда должник продолжал осуществлять платежи в адрес заявителя, курс евро превышал 90,00 руб.  По мнению судов, данные обстоятельства  привели к снижению прибыли должника от осуществляемой деятельности.

Судами также был отклонен довод заявителей в отношении заключения между должником и ООО «РИК Холдинг» договора хранения от 01.11.2015 № 7ДТ/РХ-2015, который исполнялся сторонами, в том числе, в период с января по октябрь 2017 года, учитывая, что предметом указанного договора является обязательство компании хранить товарно-материальные ценности должника в секции 2 площадью 10 кв.м. Судами указано, что в помещении 3 на 3 метра не представляется возможным осуществлять хранение значительного объема ТМЦ, что, в свою очередь, делает несостоятельным довод заявителей о выводе активов должника.

В отношении договора купли-продажи транспортного средства от 17.11.2015 № 01-КП-Т/15 судами отмечено, что он был заключен в 2015году, то есть за четыре года до возбуждения в отношении должника процедуры банкротства.

Суд округа считает, что судами при принятии обжалуемых судебных актов не учтено следующее.

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

При этом статьей 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе если:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Судами не исследовался вопрос об исполнении руководителем должника обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. Кроме того, как указывает кассатор и усматривается из картотеки арбитражных дел, конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением об истребовании документов должника. Определением суда первой инстанции от 20.02.2021 года в удовлетворении заявления было отказано, при этом судом установлено, что руководитель передал конкурсному управляющему документы в отношении ООО «Комфорт-Эко», ООО «ЕСЦ», ООО «СтройПрестиж» и ООО «СанТехОптТорг».

При этом судами не приняты во внимания письменные пояснения конкурсного управляющего, представленные в суд первой инстанции, в которых конкурсный управляющий сообщал о непередаче ему бывшим руководителем документов должника.

Кроме того, суды, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, сослались на отчет временного управляющего, при этом в материалах обособленного спора представлен отчет конкурсного управляющего, оценка которому не была дана.

При этом, как указывает кассатор, в отчете содержатся сведения о том, что часть дебиторской задолженности не подтверждена документально, по части дебиторской задолженности истекли сроки исковой давности, а основные дебиторы ликвидированы (ООО САНВЕНТСПЕЦСТРОЙ» - задолженность свыше 40 млн. руб. – ликвидировано 24.12.2018; ООО «Империал» - задолженность 6,5 млн. руб. – ликвидировано 30.05.2017). Кассатор указывает, что в отчете конкурсного управляющего отражено 18 дебиторов.

Как обоснованно указывают кассаторы, судами не дана оценка доводам о не принятии ответчиками мер по взысканию дебиторской задолженности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – Постановление №53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 17 Постановления № 53 разъяснено, что  контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления №53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

При этом, в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов управления юридического лица»  содержатся разъяснения, в каких случаях недобросовестность действий (бездействия) директора  и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной.

Кроме того, суд округа считает обоснованным довод кассатора о том, что выводы суда в части объекта недвижимости сделаны при неполном выяснении фактических обстоятельств и оценки доказательств. Суды, делая вывод, что собственником нежилых помещений общей площадью 20,8 кв.м. является ФИО8, при этом должник с целью минимизации своих рисков, как арендатора, застраховал указанные помещения, не учли, что, как указывает кассатор, по договору страхования с АО «Страховая компания «ПАРИ» должником, как собственником, в январе 2016 застрахованы нежилые помещения общей площадью 2 291,4 кв.м., расположенные по адресу: 

<

...> д.11-13/1 стр. 2, при этом договор аренды, на который ссылаются суды, подписан 18.10.2015 в отношении нежилого помещения общей площадью 20,8 кв.м.

Таким образом, суд округа приходит к выводу, что судами нарушены нормы материального права и неполно выяснены фактические обстоятельств, имеющие значение для правильного рассмотрения спора, что является основанием для отмены обжалуемых судебных актов с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, для чего правильно распределить бремя доказывания, учесть разъяснения, изложенные в Постановлении № 53, Постановлении № 62, исследовать и дать оценку всем доводам участвующих в деле лиц и исходя из установленного применить подлежащие применению нормы материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021 по делу № А40-41449/2019 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова      

 

Судьи:                                                                                    В.Л. Перунова 

 

Н.А. Кручинина