ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

20.07.2023                                                                                      Дело № А40-330135/19

 

Резолютивная часть постановления оглашена 13 июля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 июля 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Немтиновой Е.В.,

при участии в судебном заседании: никто не явился;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Биомед»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023

об отказе во взыскании с ФИО1 и ФИО2 Х.Х.М. убытков в размере 472 624 000 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Биомед»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2020 общество с ограниченной ответственностью «Биомед» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании с ФИО1 и ФИО2 Х.Х.М. убытков в размере 472 624 000 руб., которое определением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2022 было удовлетворено.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2022 было отменено, в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы своими процессуальными правами распорядился самостоятельно, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, доводы кассационной жалобы не поддержал.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, к материалам обособленного спора приобщен письменный отзыв.

Ответчик Анан ХХМ. в судебное заседание не явился, в приобщении к материалам обособленного спора его письменного отзыва судом отказано по мотивам неисполнения требований, установленных статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, Аван Х.Х.М. и ФИО1 являлись бывшими генеральными директорами должника.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что в адрес ФИО1 было направлено требование о передаче документов должника, которое не было исполнено, в связи с чем, констатировал суд, ответчик своим бездействием препятствует осуществлению полномочий конкурсного управляющего, и, как следствие, пополнению конкурсной массы.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суд первой инстанции в связи со следующим.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

По смыслу разъяснений высшей судебной инстанции, приведенных в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановления от 30.07.2013 № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 ГК РФ.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 3 статьи 393 ГК РФ, убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Пунктом 5 статьи 393 ГК РФ, установлено что, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Действительно, суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности.

В этом случае, размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Таким образом, по смыслу указанных норм, заявитель, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, должен доказать противоправность поведения ответчика как причинителя вреда, наличие убытков и их размер, а также причинную связь между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

В настоящем случае, как обоснованно отметил суд апелляционной инстанции, таких доказательств заявителем суду представлено не было, поскольку в обоснование заявленного требования, конкурсный управляющий должника сослался исключительно на то, что  согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.12.2018 у него имеется дебиторская задолженность в сумме 472 624 000 руб., но документов, подтверждающих погашение указанной задолженности, не представлено.

Между тем, отметил суд апелляционной инстанции, несмотря на то, что должник был признан несостоятельным (банкротом) еще 16.12.2020, какого-либо иного анализа, в том числе состава дебиторской задолженности, ее актуального размера, анализа выписок по счетам должника по состоянию на указанную дату материалы дела не содержат.

В материалы обособленного спора Аваном Х.Х.М. был представлен бухгалтерский баланс должника по состоянию на 31.12.2019, где сумма дебиторской задолженности составляла 198 759 000 руб., что в разы меньше, чем заявлено конкурсным управляющим, но указанный документ не получил какой-либо  оценки со стороны суда первой инстанции.

Судом апелляционной инстанции также критически оценен вывод суда первой инстанции о том, что «в отсутствие доказательств проявления бывших руководителей должника заботливости, осмотрительности и принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательства (воздержание от совершения противоправных действий), а также фактического нарушения самого обязательства, выраженного в непередаче имущества конкурсному управляющему, вина ответчика считается доказанной, в связи с чем, причинно-следственная связь между действиями ответчиков и убытками должника установлена и доказана.».

Между тем, отметил суд апелляционной инстанции, судом первой инстанции не было учтено, а конкурсным управляющим должника, в свою очередь, не было опровергнуто, что Аван Х.Х.М., будучи в должности генерального директора должника, действовал в пределах обычной хозяйственной деятельности и своих полномочий, в частности в его период сумма дебиторской задолженности была погашена в большей части с 472 000 000 руб. до 196 000 000 руб., что, соответственно, можно отследить по выпискам с расчетного счета, свидетельствующих о поступлении денежных средств на расчетный счет должника.

Сам же Аван Х.Х.М. лишен возможности представить доказательства поступления указанных денежных средств на расчетный счет, так у него отсутствует доступ к указанным данным, он является наименее защищенным в данном обособленном споре.

Кроме того, конкурсным управляющим не была истребована бухгалтерская отчетность из налогового органа на последний отчетный период, для определения точных данных о дебиторах.

По мнению суда апелляционной инстанции, недостаточный контроль за деятельностью должника в действиях руководителя ФИО2 Х.Х.М. отсутствовал, выбытия товарно-материальных ценностей из конкурсной массы не произошло, а сам конкурсный управляющий должника не представил документов, подтверждающих, что ответчики совершили сделки по выводу имущества и не указал, что это за имущество, не доказал причинно-следственную связь между действиями ответчиком и убытками должника в размере 472 624 000 руб., как следствие, не доказал факт реального причинения убытков, хотя ущерб, причиненный обществу, должен быть подтвержден соответствующими допустимыми и относимыми доказательствами.

Решая вопрос о том, какие нормы подлежат применению - общие нормы о возмещении убытков или специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно или раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующими лицами нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности, а, если причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15 и 393 ГК РФ.

Согласно положениям законодательства о банкротстве, привлечение лица к субсидиарной ответственности не препятствует предъявлению к этому лицу требования о возмещении причиненных должнику убытков в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Таким образом, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взысканных сумм меньшей.

Совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным Законом о банкротстве.

В случае, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер.

Согласно сформулированному в пункте 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации принципу, никто не должен дважды нести ответственность за одно и то же правонарушение.

С учетом статьи 10 Закона о банкротстве, ответственность контролирующего лица не должна влечь присуждение к взысканию суммы большей, чем обязан должник перед своими кредиторами по реестровым и текущим обязательствам.

Суммарный размер требований кредиторов, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов должника составляет 186 302 438, 46 руб.

Таким образом, взыскание с ответчиков суммы задолженности в большем размере выходит за границы разумности и правосудности.

Основанием для взыскания с ответчиков убытков послужило фактическое нарушение обязательства, выраженного в не передаче имущества конкурсному управляющему.

Между тем, аналогичное основание заявлено и в иске конкурсного управляющего должника о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности (определением суда первой инстанции от 08.02.2023 отложено предварительное судебное заседание по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц на 09.08.2023).

Таким образом, при рассмотрении данного обособленного спора, суду первой инстанции необходимо было учитывать указанные обстоятельства и устанавливать основания привлечения ответчика к различным видам ответственности (субсидиарной ответственности и взыскания убытков), во избежание возложения на бывшего руководителя должника двойной ответственности, однако данная обязанность судом не выполнена, что привело к принятию необоснованного судебного акта.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Нарушения суда первой инстанции были устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права, методологическим подходам высшей судебной инстанции, в том числе, приведенному определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), согласно которому не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности, поскольку  зависят от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. 

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 по делу № А40-330135/19 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              Н.А. Кручинина

 

                                                                                                          Е.В. Немтинова