ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

01.08.2019 

Дело № А40-182291/15

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 1 августа 2019 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Коротковой Е.Н., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Демиург XXI века» – ФИО1, явилась лично, предъявила паспорт;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Демиург XXI века»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2018,

вынесенное судьей Игнатовой Е.С.

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2019,

принятое судьями Назаровой С.А., Комаровым А.А., Вигдорчиком Д.Г.

о признании доказанными наличий оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Демиург XXI века»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «Демиург XXI века» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 72 734 354,71 руб.

Протокольным определением 29.06.2018 в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято уточнение первоначально заявленного требования в части взыскания в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО3 88 449 101,13 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.06.2018 в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчика привлечен ФИО3

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2019, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2, рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами должника, в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление в части отказа в удовлетворении требований к ФИО3 отменить м направить в указанной части дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника доводы кассационной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых определении и постановлении, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции находит обжалуемые определение и постановление подлежащими отмене в части по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО3 является участником должника с долей участи в уставном капитале в размере 16,6 %, а также являлся генеральным директором должника в период с 30.12.2010 по 23.11.2015.

С 23.11.2015 до даты признания должника банкротом генеральным директором должника являлась ФИО2

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий.

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии обстоятельств, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализация конкурсной массы.

В силу положений пункта 2 статьи 126 ФЗ Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника.

Руководитель должника (ликвидатор), а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94, абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины.

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1, на руководителя должника и иные органы управления возложена обязанность передать конкурсному управляющему должника в трехдневный срок бухгалтерскую и финансовую документацию должника, печати, материальные ценности должника.

Конкурсному управляющему должника 14.07.2017 выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения Арбитражного суда города Москвы от 08.09.2016 о передаче документации.

До настоящего времени указанные требования не исполнены, документация должника конкурсному управляющему должника не передана.

Таким образом, судом первой инстанции установлено наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции, отклонивший доводы конкурсного управляющего должника о том, что именно ФИО3 фактически руководил хозяйственной деятельностью должника и после освобождения его от должности генерального директора должника, исходил из того, что на момент признания должника банкротом, ФИО3 не являлся руководителем должника, а 25.12.2015 передал по акту приема-передачи документы вновь назначенному директору.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что согласно бухгалтерскому балансу должника за 2015 год, у должника имелись запасы на сумму 69 574 000 руб., а конкурсным управляющим должника выявлено единственное имущество должника в виде права требования к обществу с ограниченной ответственностью «СМУ № 4 Метростроя» в размере 19 711 053,89 руб.

При этом, оценив договоры, заключенные ФИО2 от имени должника, сведения в банковских карточках о лице, действующего от имени должника, и сведения налогового органа и Пенсионного фонда Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически управлением деятельностью должника осуществляла ФИО2

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и оставил обжалуемое определение без изменения

Между тем, судами не было учтено следующее.

В обоснование заявленного требования конкурсным управляющим должника представлялись документы финансово-хозяйственной деятельности должника, подписанные ФИО2 и датированные в период после 23.11.2015 (т.е. после прекращения полномочий ФИО3 в качестве генерального директора должника).

Сам факт нахождения указанных документов, имеющих непосредственное отношение к финансово-хозяйственной деятельности должника, уФИО3, полномочия которого прекращены 23.11.2015, последним не опровергнут, со стороны судов надлежащей оценки не получил,  между тем, по мнению конкурсного управляющего должника, он свидетельствует о том, что фактически именно ФИО3 даже после прекращения полномочий генерального директора продолжал осуществлять управление обществом и являлся его номинальным руководителем.

Судами не учтено что решением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2017 по делу № А40-159586/16 с должника в пользу закрытого акционерного общества научно-производственное предприятие «Инжмашпроект» были взысканы денежные средства в размере 4 413 810 руб. - текущих платежей.

Указанная задолженность является задолженностью по договору подряда от 24.07.2015 № 08/05/14, при этом, как установлено судом первой инстанции, спорная задолженность образовалась с момента подписания сторонами акта приемки-передачи выполненных работ от 16.02.2016, который, в свою очередь, со стороны должника подписан генеральным директором ФИО3

Таким образом, из судебного акта усматривается, что ФИО3, фактически не являясь руководителем должника, принимал выполненные работы и подписывал акт приема-передачи от имени генерального директора общества.

Кроме того, акт приема-передачи от 16.02.2016 содержит оттиск печати должника, что дополнительно подтверждает обоснованность доводов конкурсного управляющего должника о том, что документы и печать должника находились у ФИО3, и он продолжал осуществлять управление обществом после освобождения от исполнения обязанностей его исполнительного органа.

Кроме того, согласно сведениям, полученным конкурсным управляющим должника из кредитной организации, в которой у должника был открыт расчетный счет, последняя операция по счету была произведена 02.09.2016, при том, что замена карточки с образцами подписей и оттиска печати на нового генерального директора ФИО2 была произведена 12.02.2016.

Между тем, документы на проведение расчетов в электронной форме по системе «Банк-Интернет-Клиент» и платежные документы были подписаны: в период с 23.11.2015 по 12.02.2016 генеральным директором ФИО3, в период с 12.02.2016 по 08.09.2016 генеральным директором ФИО2

Таким образом, с 23.11.2015 (с момента назначения ФИО2 на должность генерального директора) по 12.02.2016 операции по счету осуществлял непосредственно бывший руководитель должника  В.Н.

Кроме того, в материалы обособленного спора приобщены документы, свидетельствующие о том, что формы РСВ-1 (ПФР) по начисленным и уплаченным должником страховым взносам за период 4 квартал 2015 года и 1-3 квартал 2016 года в электронной форме подписаны электронной подписью ФИО4

В соответствии с разъяснениями, указанными в постановлении от 21.12.2017 № 53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац 1 статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац 2 пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, из документов, представленных в материалы обособленного спора конкурсным управляющим должника, доводов последнего, усматривается, что после прекращения полномочий генерального директора, ФИО3 продолжал участвовать в финансово-хозяйственной деятельности общества, в том числе, подписывать документы общества, имея на руках печать организации, как следствие, мог влиять на принятие существенных деловых решении относительно деятельности должника.

Указанные доводы конкурсного управляющего должника не получили надлежащей оценки со стороны суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции нарушений суда первой инстанции не устранил.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает ошибочным и вывод суда апелляционной инстанции, указавшим на правовую неопределенность требования, заявленного конкурсным управляющим должника по отношению к ФИО3

Судебная коллегия полагает, что суды, принявшие в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения первоначально заявленного требования, были обязаны  рассматривать требования к ФИО3 по тем же самым правовым основаниям, что сформулированы в отношении ФИО2, либо, при наличии правовой неопределенности, предложить заявителю уточнить предмет или основание иска.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Учитывая, что выводы судебных инстанций сделаны по неполно установленным фактическим обстоятельствам дела, без исследования и надлежащей оценки в совокупности всех доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалованных судебных актов и передаче дела в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, а также правильно установить фактические обстоятельства дела, дать надлежащую оценку вышеизложенным доводам, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об удовлетворении кассационной жалобы и отмене судебных актов в обжалуемой части.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2019 по делу № А40-182291/15 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 – отменить.

В отмененной части – направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суда города Москвы.

Председательствующий-судья          Н.Н. Тарасов 

Судьи:                     Е.Н. Короткова

 

                                                                                                    Ю.Е. Холодкова