ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-12813/2021

г. Вологда

16 января 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 16 января 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Писаревой О.Г. и            Селецкой С.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания  Вирячевой Е.Е.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 03 сентября 2024 года по делу № А13-12813/2021, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 05.10.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник).

Решением суда от 13.12.2021 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2. 

Определением суда от 26.05.2023 ФИО2 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом       ФИО1

Определением суда от 01.08.2023 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3.

Определением суда от 03.09.2024 процедура реализации имущества ФИО1 завершена.

Суд определил не применять в отношении ФИО1 правила об освобождении гражданина от обязательств в соответствии с пунктом 4            статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Должник с вынесенным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование жалобы ее податель указал на неправомерные выводы суда о недобросовестности действий должника, выразившихся в непередаче финансовому управляющему денежных средств, составляющих конкурсную массу. Указывает на то, что в силу возраста ФИО1 не имеет возможности отслеживать движение дела о банкротстве, а какие-либо письменные требования от финансового управляющего в адрес должника не поступали. По мнению апеллянта, при наличии сведений о возможности пополнения конкурсной массы ходатайство о завершении процедуры банкротства направлено финансовым управляющим в суд преждевременно.

Лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция исходя из своего содержания влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление № 45), соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 46 Постановления № 45, в случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4               статьи 213.28 Закона).

Из приведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего                 и т. д.).

Суд первой инстанции, отказывая в применении правил об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, сослался на то, что должник на протяжении процедуры банкротства скрывал свои доходы, получая пенсию с нарочным, умышленно не передавая в конкурсную массу разницу между пенсией и прожиточным минимумом.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как было указано выше, в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т. п.).

По смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств, не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956).

Вопреки выводам суда первой инстанции, указанное им обстоятельство - непередача финансовому управляющему денежных средств, превышающих минимальный прожиточный минимум, не относится к обстоятельствам, предусмотренным пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и являющимся основанием для неосвобождения должника от исполнения обязательств.

Действительно, согласно сведениям, предоставленным Социальным фондом Российской Федерации в справке от 25.01.2024, размер пенсии должника с 01.01.2022 по 31.05.2022 составлял 17 784 руб. 93 коп., с 01.06.2022 по31.03.2023  – 19 563 руб. 76 коп., с 01.04.2023 по 31.05.2023 – 17 156 руб.          85 коп., с 01.06.2023 по 31.07.2023 – 17 980 руб. 47 коп., с 01.08.2023 –                       18 041 руб. 86 коп. что выше прожиточного минимума, установленного для пенсионеров Вологодской области (постановления правительства Вологодской области от 18.10.2021 № 1207, от 26.12.2022 № 1534, от 09.10.2023 № 1146).

Кроме того, ФИО1 осуществляла трудовую деятельность вахтером в муниципальном автономном общеобразовательном учреждении «Средняя общеобразовательная школа № 25» в период с 16.09.2022 по 31.05.2023 и с 01.09.2023 по 17.11.2023.

Между тем должник не скрывал ни от суда, ни от финансового управляющего факт получения им пенсии и дополнительного дохода.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2022          № 308-ЭС21-23129 по делу № А53-36504/2016, установлено, что именно на финансовом управляющем лежит организация взаимодействия с должником в вопросе расходования пенсионных выплат, предполагающая доведение до сведения должника возможности ходатайствовать перед судом об исключении из конкурсной массы превышающих прожиточный минимум сумм (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан»), и угрозы наступления последствий недобросовестности в пополнении конкурсной массы за счет получаемой пенсионной выплаты (статья 213.28 Закона о банкротстве).

При этом на финансового управляющего возложена обязанность самостоятельно определить сумму пенсии, которая должна поступить в конкурсную массу.

Основанием для определения такой суммы является статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определяющая виды дохода гражданина-должника, из которых исключается величина прожиточного минимума, и размеры исключаемой из-под взыскания величины.

В судебном порядке могут разрешаться разногласия, возникшие между должником и финансовым управляющим по поводу передачи в конкурсную массу пенсионных выплат.

Следовательно, финансовому управляющему надлежало самостоятельно определить сумму пенсии, которая должна поступать в конкурсную массу, за вычетом прожиточного минимума, предупредив должника о возможных последствиях недобросовестности в пополнении конкурсной массы за счет получаемой пенсионной выплаты, а в случае наличия разногласий – обратиться в суд за их разрешением.

Между тем в рассматриваемом случае надлежащих доказательств, подтверждающих, что финансовым управляющим должнику разъяснены соответствующие права (о возможности заявления ходатайства об исключении из конкурсной массы денежных средств, превышающих прожиточный минимум) и обязанности, а также возможное наступление негативных последствий в связи с непополнением конкурсной массы за счет получаемой пенсионной выплаты, в материалы дела не представлено.

Согласно письменным пояснениям должника первоначально утвержденный финансовый управляющий ФИО2 сообщила ФИО1, что ее доходы не превышают прожиточного минимума с учетом наличие у нее на иждивении несовершеннолетнего ребенка (ДД.ММ.ГГГГ года рождения); ФИО2 01.09.2022  в суд направлены документы для завершения процедуры банкротства. С 01.08.2023 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3, которая не уведомляла ФИО1 о том, какой прожиточный минимум полагается должнику на текущий момент; ею не приняты меры по переводу пенсии на основной счет. Более того, заработная плата ФИО1 поступала на ее основной счет, открытый в публичном акционерном обществе «Сбербанк России»                            (№ 40817810012007322936), однако с  марта 2023 года должник не получал от финансового управляющего выплаты, в то время как согласно выписке по счету денежные средства регулярно снимались.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что вопрос о продлении процедуры банкротства рассматривался судом первой инстанции неоднократно (определения суда от 11.04.2022, 12.05.2022, 13.07.2022, 01.09.2022, 05.10.2022, 15.11.2022, 17.01.2023, 22.02.2023, 30.03.2023, 10.05.2023, 14.06.2023, 05.09.2023, 19.10.2023, 06.12.2023, 24.01.2024) и лишь к судебному заседанию, назначенному на 14.03.2024, финансовым управляющим должника суду представлены сведения относительно непоступления в конкурсную массу денежных средств от ФИО1 (т. 2, л. 105).

При этом приложенная к ходатайству финансового управляющего почтовая квитанция в адрес ФИО1 от 07.03.3024 № 80110793939251 (т. 2, л. 106, материалы электронного дела) не содержит описи вложения, в связи с чем оснований полагать, что данное почтовое отправление содержало именно требование о перечислении в конкурсную массу разницы между получаемой пенсией и прожиточным минимумом, не имеется. 

Уведомление-требование, датированное 19.02.2024, представлено финансовым управляющим в материалы дела значительно позднее – 12.06.2024 (т. 2, л. 116, материалы электронного дела). Достоверные доказательства фактического направления данного требования финансовым управляющим в адрес должника, в том числе с почтовым отправлением 07.03.2024, отсутствуют. Более того, почтовое отправление от 07.03.2024 с идентификатором 80110793939251 не было вручено адресату.

В определении от 14.03.2024 об отложении судебного заседания суд возложил на ФИО1 обязанность представить письменные пояснения по вопросу целей взятия кредита в акционерном обществе «Тинькофф Банк»; сведения о расходовании денежных средств, полученных в качестве кредита в акционерном обществе «Тинькофф Банк» по договору о предоставлении кредита от 23.04.2020 № 0478346547, на что потрачены, с документальным подтверждением; за счет каких средств и имущества должник планировал возвращать полученные кредиты и займы; какие обстоятельства изменились в жизни должника, повлекшие невозможность погашения им самостоятельно и добровольно взятых кредитных обязательств; пояснения о причинах несостоятельности (банкротства), принятых и принимаемых мерах по погашению задолженности перед кредиторами; причинах систематического получения кредитных и заемных продуктов. В случае отсутствия документального подтверждения, указать причины отсутствия документов. При этом какое-либо указание на необходимость представления должником доказательств внесения в конкурсную массу денежных средств, составляющих разницу между размером пенсии и суммой прожиточного минимума, в определении отсутствует.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что материалы дела не содержат доказательств фактического аккумулирования должником спорных денежных средств и наличия их в натуре (статья 65 АПК РФ).

Отсутствие у должника имущества (денежных средств) в натуре является объективным препятствием к совершению в отношении его каких-либо распорядительных действий (в частности, к передаче его финансовому управляющему).

Таким образом, формирование конкурсной массы за счет пенсионных выплат, полученных должником за предыдущие периоды, невозможно.

Указанная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 24.03.2023 по делу № А13-11299/2017.

На основании пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Пунктом 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий от имени гражданина в том числе распоряжается средствами гражданина на счетах и во вкладах в кредитных организациях; открывает и закрывает счета гражданина в кредитных организациях.

Все денежные средства в процедуре банкротства должны поступать на основной счет должника, обязанность по определению поступления в конкурсную массу средств, с учетом исключения денежных средства на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума гражданина-должника, лежит на финансовом управляющем.

Учитывая совокупность установленных по делу доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что неперечисление должником в конкурсную массу спорных денежных средств в виде пенсии сверх прожиточного минимума в отсутствие каких-либо действий финансового управляющего об истребовании либо об ограничении права должника пользоваться указанными денежными средствами не составляет оснований для вывода о его недобросовестности. 

Аналогичный правовой подход сформулирован в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 304-ЭС22-25484 по делу № А70-1042/2017.

В свете изложенного определение Арбитражного суда Вологодской области от 03.09.2024 в части отказа в применении в отношении должника правил об освобождении от обязательств подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела (пункт 3 части 1                статьи 270 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить следующее.

В отчете финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 30.08.2024 содержатся сведения о произведенных расходах, в частности о приобретении ФИО3 10.06.2024 канцтоваров на сумму 265 руб. 08 коп., а также о внесении взноса в саморегулируемую организацию арбитражных управляющих в размере 4 000 руб.

Суд апелляционной инстанции в определении от 10.12.2024 об отложении судебного разбирательства запрашивал у финансового управляющего ФИО3 в числе прочего доказательства несения расходов на канцтовары, а также правовое обоснование уплаты членских взносов в саморегулируемую организацию и отнесение указанных платежей к судебным расходам в деле о банкротстве должника.

Во исполнение определения суда ФИО3 представлена копия счета-фактуры от 31.10.2022 № ОМ-431565 о приобретении офисной бумаги у общества с ограниченной ответственностью «Офисмаг» в количестве 10 пачек на общую сумму 2570 руб. 83 коп.

Между тем доказательств приобретения данной бумаги финансовым управляющим (в графе покупатель указано «Частное лицо») и использования ее в рамках процедуры банкротства ФИО1 с учетом того, что   ФИО3 утверждена финансовым управляющим должника 01.08.2023, не предъявлено. 

Согласно пункту 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве за счет средств должника в размере фактических затрат осуществляется оплата расходов, предусмотренных данным законом, в том числе почтовых расходов, расходов, связанных с государственной регистрацией прав должника на недвижимое имущество и сделок с ним, расходов в связи с выполнением работ (услуг) для должника, необходимых для государственной регистрации таких прав, расходов на оплату услуг оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки, если привлечение оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки в соответствии с Законом о банкротстве является обязательным, расходов на включение сведений, предусмотренных названным Законом, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений, а также оплата судебных расходов, в том числе государственной пошлины.

Согласно пункту 3 статьи 20 Закона о банкротстве внесение членом саморегулируемой организации установленных ею взносов, а также наличие у члена саморегулируемой организации договора обязательного страхования ответственности является условием членства в саморегулируемой организации арбитражных управляющих.

По смыслу приведенных норм, а также положений статьи 24.1 Закона о банкротстве уплата арбитражным управляющим должника членских взносов, а также страхование ответственности обусловлены его отношениями с саморегулируемой организацией, возникшими из членства в ней, следовательно указанные расходы не могут быть признаны расходами на проведение процедур, применяемых в настоящем деле о банкротстве должника, и относятся к личным расходам арбитражного управляющего.

Поскольку ФИО3 самостоятельно выбрала деятельность арбитражного управляющего, она несет определенные издержки, связанные с осуществлением профессиональной деятельности арбитражных управляющих.

Таким образом, возмещение расходов арбитражного управляющего на оплату членского взноса в саморегулируемую организацию для назначения на процедуру не подлежит возмещению за счет должника с учетом положений пункта 3 статьи 20, пункта 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве, поскольку уплата арбитражным управляющим должника членских взносов обусловлена его отношениями с саморегулируемой организацией, возникшими из членства в ней, в связи с чем указанные расходы не могут быть признаны расходами на проведение процедур, применяемых в настоящем деле о банкротстве должника, являются обязательствами личного характера, обусловленными требованиями закона о банкротстве к фигуре арбитражного управляющего.

Установленные факты не свидетельствуют о наличии оснований для отказа в завершении процедуры банкротства в отношении ФИО1

В то же время суд апелляционной инстанции отмечает, что завершение процедуры реализации имущества гражданина не препятствует кредиторам и иным заинтересованным лицам подать иск к арбитражному управляющему, если его неправомерными действиями им причинены убытки.

Так, во втором абзаце пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что после завершения конкурсного производства либо прекращения производства по делу о банкротстве требования о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах срока исковой давности.

Таким образом, в случае, если должник или конкурсные кредиторы придут к выводу о том, что финансовым управляющим осуществлены неправомерные действия, причинившие им убытки, они не лишены возможности защиты своих прав путем предъявления требований об  их возмещении.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Вологодской области от                03 сентября 2024 года по делу № А13-12813/2021 в части отказа в освобождении  ФИО1 от исполнения обязательств перед кредиторами.

Освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В остальной части определение Арбитражного суда Вологодской области от 03 сентября 2024 года по делу № А13-12813/2021 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая