ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

01.09.2025 года                                                        дело № А14-3450/2019

г. Воронеж                                                                                                            

Резолютивная часть постановления объявлена 29.08.2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено  01.09.2025 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                        Безбородова Е.А.

судей                                                                                   Потаповой Т.Б.

                                                                                             Ботвинникова В.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кобозевой Д.Е.,

при участии:

от финансового управляющего ФИО1 ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 09.01.2025. паспорт гражданина РФ,

от арбитражного управляющего ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности от 03.02.2025, паспорт гражданина РФ,

от АКБ «Пересвет» (ПАО): ФИО6, представитель по  доверенности от 07.03.2025, паспорт гражданина РФ,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего ФИО1 ФИО2, АКБ «Пересвет» (ПАО) на определение Арбитражного суда Воронежской области от 14.04.2025 по делу № А14-3450/2019 по жалобе финансового управляющего ФИО1 ФИО2 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО4 в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество Банк «Возрождение» (далее - Банк «Возрождение» (ПАО)) обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании ФИО1 (далее - должник, ФИО1) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 29 марта 2019 года указанное заявление принято судом к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Определением от 2 декабря 2019 года (резолютивная часть от 18 ноября 2019 года) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющем утверждена ФИО4. 

Решением от 25 мая 2021 года (резолютивная часть от 27 апреля 2021 года) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее - финансовый управляющий). 

Определением от 19 апреля 2022 года была произведена замена в реестре требований кредиторов должника кредитора, публичного акционерного общества Банк «Возрождение», на его правопреемника - акционерное общество «БМ-Банк» (далее - заявитель по делу о банкротстве, АО «БМ-Банк»).

9 сентября 2024 года финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с жалобой, в которой просил признать незаконным бездействие арбитражного управляющего ФИО4 (далее - ответчик, ФИО4), выразившееся в пропуске срока исковой давности в части подачи заявления о признании договора купли-продажи от 27.01.2017, заключенного между ФИО1 и ФИО7, недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу квартиры с кадастровым номером 10:11:02:01:02:5691:0001:005, расположенной по адресу: Республика Узбекистан, г. Ташкент, Мирабадский район, ул. Нукус, д. 69б, кв. 5, и взыскать с арбитражного управляющего ФИО4 убытки в размере 184 107,86 долларов США, или 18 140 147,83 руб., или 2 393 402 180 узбекских сумов (с учетом принятого определением от 20 февраля 2025 года уточнения заявленных требований). 

Определением от 25 ноября 2024 жалоба принята к производству, к участию в ее рассмотрении в качестве заинтересованных лиц привлечены некоммерческое партнерство саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Развитие» и общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа» (далее - заинтересованные лица, НП СРО АУ «Развитие», ООО «МСГ»).

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 14.04.2025 в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы отказано. В удовлетворении жалобы отказано. За счет конкурсной массы ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано 210 701 руб. государственной пошлины. ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Воронежской области возвращено 10 000 руб. после подачи соответствующего заявления с указанием реквизитов для перечисления.

Не согласившись с данным определением, финансовый управляющий ФИО1 ФИО2, АКБ «Пересвет» (ПАО) обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы рассматривались в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Представитель финансового управляющего ФИО1 ФИО2 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель АКБ «Пересвет» (ПАО) поддержал доводы своей апелляционной жалобы, считает обжалуемое определение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Представитель арбитражного управляющего ФИО4 с доводами апелляционных жалоб не согласен, считает обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела и доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование поданной жалобы финансовый управляющий ссылался на то, что 28 сентября 2022 года он обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании договора купли-продажи от 27.01.2017, заключенного между ФИО1 и ФИО7, недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу квартиры с кадастровым номером 10:11:02:01:02:5691:0001:005, расположенной по адресу: Республика Узбекистан, г. Ташкент, Мирабадский район, ул. Нукус, д. 69б, кв. 5. Определением от 28 марта 2024 года в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано со ссылкой на пропуск срока исковой давности. Финансовый управляющий указал, что ФИО4 не проводила работу по выявлению зарубежных активов должника (гражданина Республики Узбекистан), что привело к несвоевременному выявлению подозрительной сделки должника и не позволило своевременно обратиться в суд с заявлением об оспаривании такой сделки.

Возражая против жалобы, ответчик указал на то, что им были добросовестно исполнены обязанности, что выражается в направлении соответствующих запросов в компетентные органы Республики Узбекистан, обращении в арбитражный суд за содействием в получении документов об имуществе должника, а также подаче заявления в арбитражный суд об обязании должника передать соответствующие документы. Кроме того, ответчик сослался на пропуск финансовым управляющим срока исковой давности на подачу настоящей жалобы, полагая, что его следует исчислять с даты получения новым финансовый управляющим документов от предыдущего, то есть с 19.05.2021.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

К числу основных прав и обязанностей финансового управляющего, определенных в статье 213.9 Закона о банкротстве, относится право подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением названного Закона. Если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные пропуском срока (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что определением от 2 декабря 2019 года (резолютивная часть от 18 ноября 2019 года) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющем утверждена ФИО4

ФИО4 представлены в материалы дела запросы, направленные в мае 2020 года в уполномоченные органы Республики Узбекистан в целях выявления активов должника, находящихся за пределами Российской Федерации, ответы на которые, однако, получены не были. Впоследствии ответчик обратился в Министерство юстиции Российской Федерации с запросом об истребовании с территории Республики Узбекистан сведений об имуществе должника, однако ответа также не получил. Также в целях розыска имущества должника ответчиком была выдана доверенность на имя ФИО8, проживающего в Республике Узбекистан, на представление интересов ФИО4 как финансового управляющего ФИО1 в органах государственной власти Республики Узбекистан.

Кроме того, ответчик также обращался в Арбитражный суд Воронежской области с ходатайством об оказании правовой помощи в получении ответов из государственных органов Республики Узбекистан и с заявлением об обязании должника передать в том числе документы о принадлежащем ему имуществе. Определениями от 18 июня 2020 года и от 7 октября 2020 года указанные ходатайства были удовлетворены, направлены соответствующие запросы. В апреле 2021 года от ГУ Минюста России поступило уведомление о направлении запроса в адрес Министерства внутренних дел Республики Узбекистан об исполнении поручения Арбитражного суда Воронежской области, однако запрошенная информация в материалы дела не поступила.

Решением от 25 мая 2021 года (резолютивная часть от 27 апреля 2021 года) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2, в связи с чем 19 мая 2021 года ФИО4 были переданы имеющиеся у нее документы ФИО2

Не принимая довод финансового управляющего и АКБ «Пересвет» (ПАО) о том, что ответчиком направлялся запрос не в тот орган: Государственный комитет Республики Узбекистан по земельным ресурсам, геодезии, картографии и государственному кадастру (далее - Комитет) вместо Агентства по кадастру при Государственном налоговом комитете Республики Узбекистан (далее - Агентство), из которого впоследствии был получен ответ ФИО2, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

ФИО4 представлен текст указа Президента Республики Узбекистан от 7         сентября 2020 года «О мерах по кардинальному совершенствованию системы ведения учета земли и государственных кадастров», в соответствии с которым на базе Государственного комитета Республики Узбекистан по земельным ресурсам, геодезии, картографии и государственному кадастру было образовано Агентство по кадастру при Государственном налоговом комитете Республики Узбекистан, одним из направлений деятельности которого определена государственная регистрация прав на недвижимое имущество. Таким образом, на момент направления соответствующего запроса, а также обращения в арбитражный суд за содействием в получении информации (15.05.2020) Агентство еще просто не существовало, а ответчиком был направлен запрос в надлежащий орган.

Помимо этого, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание следующее.

Финансовым управляющим было заявлено о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 27.01.2017, заключенного между ФИО1 и ФИО7, по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ.

При этом, как разъяснено в пунктах 5 и 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, одним из обязательных условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является недобросовестность второй стороны, которая предполагается в том случае, если вторая сторона является заинтересованным по отношению к должнику лицом, и подлежит доказыванию, если нет.

Финансовым управляющим каких-либо доказательств того, что ФИО7 являлась заинтересованным по отношению к должнику лицом либо знала о цели причинения спорной сделкой вреда кредиторам, не представлено. Ответчиком, в свою очередь, были представлены расписка в получении должником денежных средств по договору купли-продажи от 27.01.2017, а также соглашение от 25.01.2017 № 1 и расписка к нему в подтверждение происхождения денежных средств, переданных впоследствии должнику за квартиру. 

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно установлено, что финансовым управляющим не были представлены достаточные доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что такая сделка является недействительной по специальным основаниям Закона о банкротстве. 

Доводы заявителей апелляционных жалоб, о том, что при принятии судебного акта от 28 марта 2024 года оспариваемая сделка не оценивалась на предмет недействительности по специальным основаниям Закона о банкротстве, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку при рассмотрении требования о взыскании убытков, необходимо оценить перспективу оспаривания сделки при соблюдении срока исковой давности.

При этом, при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной судом был сделан вывод об отсутствии оснований ее недействительности по общим нормам ГК РФ.

С учетом изложенного, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что финансовым управляющим в нарушение положений части 1 статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих ненадлежащее исполнение ФИО4 возложенных на нее обязанностей, совершения ею действий, нарушающих нормы законодательства, права и законные интересы кредиторов, равно как и доказательств того, что в случае подачи заявления об оспаривании сделки должника в пределах срока исковой давности оно было бы удовлетворено.

Финансовым управляющим было заявлено о взыскании с ответчика убытков, составляющих стоимость спорной квартиры.

В пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, в силу которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и противоправностью поведения ответчика.

Поскольку отсутствуют основания для удовлетворения жалобы финансового управляющего, то судом первой инстанции правомерно установлено, отсутствие оснований для взыскания убытков.

Указывая на пропуск ФИО2 срока исковой давности при подаче жалобы, ФИО4 полагала, что в момент передачи документов ФИО2 должен был знать, что ФИО4, не были направлены запросы в нужные компетентные органы, что впоследствии и явилось основанием для отказа в признании сделки недействительной.

Судом первой инстанции правомерно не принята позиция ответчика. В силу положений статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению второй стороны спора. В отсутствие такого заявления требования истца (заявителя) должны быть рассмотрены по существу, независимо от истечения срока исковой давности. Кроме того, установление даты, с которой надлежит исчислять течение срока исковой давности, носит довольно субъективный характер и в зависимости от пояснений сторон спора и представляемых ими доказательств может отклоняться в ту или иную сторону, ввиду чего определение начала течения срока исковой давности днем, когда новым финансовым управляющим были получены документы от предыдущего управляющего, представляется суду необоснованным, поскольку в эту дату невозможно было однозначно установить факт нарушения прав кредиторов (поскольку ответчиком по сделке могло быть не заявлено о пропуске срока; суд мог прийти к выводу о том, что срок не пропущен, и т.д.). При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что началом течения срока исковой давности для подачи жалобы следует считать дату состоявшегося судебного акта об отказе в признании сделки недействительной, то есть 28 марта 2024 года, когда судом были сделаны выводы о пропуске исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника. Поскольку жалоба финансового управляющего была подана 9 сентября 2024 года, им не был пропущен срок исковой давности.

При подаче заявления, заявителю была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины. С учетом результатов рассмотрения обособленного спора и положений ст.110 АПК РФ государственная пошлина в размере 210 701 руб. правомерно взыскана с должника за счет конкурсной массы в доход федерального бюджета.

Внесенные финансовым управляющим в депозит суда 10 000 руб. для проведения экспертизы правомерно возвращены ему после подачи соответствующего заявления с указанием реквизитов для перечисления.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержат, в связи с чем, удовлетворению не подлежат.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

При подаче апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины. В силу части 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО1 в доход федерального бюджета подлежит взысканию 10000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 14.04.2025 по делу № А14-3450/2019 оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                       Е.А. Безбородов

Судьи                                                                                Т.Б. Потапова

                                                                                           В.В. Ботвинников