СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8095/2021(3)-АК

Дело № А50-9171/2020

27 декабря 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 декабря 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего    Чепурченко О.Н.,

судей                                    Герасименко Т.С., Мухаметдиновой Г.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от уполномоченного органа: ФИО2, служебное удостоверение, доверенность от 27.01.2021;

от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 25.04.2018,

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края от 21 октября 2021 года 

об отказе в удовлетворении требования ФИО3 о включении задолженности в реестр требований кредиторов ФИО5,

вынесенное в рамках дела № А50-9171/2020 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5,

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.04.2021 ФИО5 (должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6, член союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная столица». 

22 июня 2021 года в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 4 000 000 руб.

Кредитор ФИО7 против признания требования ФИО3 возражала, ссылаясь на дружественные отношения заявителя с должником и направленности их действий на вывод денежных средств их конкурсной массы;  заявила о пропуске срока исковой давности.

Представитель уполномоченного органа возражал против удовлетворения требования ФИО3; заявил о пропуске срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21 октября 2021 года в удовлетворении требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО5 отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить. 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на выдачу займа в размере 5 000 000 руб.; частичный его возврат, в подтверждение чего должнику выдавались расписки от 29.12.2014 и 27.12.2017 каждая на 500 000 руб.; подтвержденность материалами дела наличия у ФИО3 финансовой возможности выдать должнику займ. Полагает вывод суда об отсутствии экономической целесообразности заключения договора займа незаконным и необоснованным; поясняет, что займ был получен должником на строительство жилого дома, а также погашения задолженности перед подрядчиками (стоимость строительства дома составила более 30 000 000 руб.), осуществление отделки дома и его мебелизации. Также апеллянт отмечает, что должником о наличии данной задолженности не упоминалось, поскольку между ПАО «Сбербанк России» и ФИО8 (сын ФИО3) велись переговоры по приобретению задолженности, заключен договор цессии; кредитор ФИО3 рассчитывал приобрести имущество должника и в последующем реализовать его по высокой рыночной стоимости, компенсировав свои убытки; процессуальное поведение ФИО3 и должника является последовательным. Ссылается на то, что в нарушение норм процессуального права ФИО8 не был извещен судом о дате и времени рассмотрения настоящего требования; своей правовой позиции высказать возможности не имел, что является безусловным основанием для отмены определения суда от 21.10.2021. Относительно возражений на заявление о пропуске срока исковой давности отмечает, что на протяжении длительного периода времени велись переговоры по возврату денежных средств, дважды 29.12.2014 и 27.12.2017 по 500 000 руб. займ по основному долгу погашался, что подтверждается актами сверки в материалах дела и пояснениями самого должника в порядке ст. 71 АПК РФ; считает, что срок исковой давности не пропущен. 

Финансовый управляющий ФИО6 согласно письменному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта; просит рассмотреть апелляционную жалобу в его отсутствие.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующий в судебном заседании представитель ФИО3 на доводах апелляционной жалобы настаивал. 

Представитель уполномоченного органа против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, просил в удовлетворении ее отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для ее рассмотрения в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО3 в обоснование требований ссылался на предоставление должнику ФИО5 денежных средств по договору займа от 12.05.2011, по условиям которого ФИО3 (займодавец) передал ФИО5 (заемщик) наличными денежными средствами займ в размере 5 000 000 руб. под 24% годовых, которые подлежат уплате ежемесячно не позднее 15 числа каждого месяца.

В соответствии с условиями договора займа, заемщик обязуется своевременно и в полном объеме вернуть сумму займа и сумму процентов в срок до 31.12.2011.

В подтверждение факта передачи денежных средств в материалы дела ФИО3 представлена копия расписки ФИО5 о получении 12.05.2011 денежных средств в сумме 5 000 000 руб.

Между ФИО3 и ФИО5 31.07.2020 подписано дополнительное соглашение к договору займа от 12.05.2011, согласно условиям которого, задолженность составляет 4 000 000 руб. (с учетом частичных возвратов займа заемщиком на общую сумму 1 000 000 руб.), срок возврата займа установлен – до 31.12.2020, а также определено, что займ является беспроцентным (с 12.05.2011).

Дело о банкротстве должника возбуждено определением суда от 28.04.2020 на основании заявления ПАО Сбербанк от 23.04.2020.

В связи с возбуждением в отношении должника дела о банкротстве, наличием у него неисполненных обязательств по возврату полученных денежных средств, ФИО3 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 4 000 000 руб. 

При рассмотрении указанного требования уполномоченным органом и кредитором ФИО7 заявлено о применении срока исковой давности.

Отказывая во включении заявленного требования в реестр требований кредиторов должника, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств достоверно свидетельствующих о наличии спорных правоотношений.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.    

В соответствии с п. 4 ст. 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 100 названного Закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

В силу положений пунктов 3-5 ст. 71 и 100 Закон о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В обоснование своего требования ФИО3 указывает на наличие у должника перед ним задолженности по вышеуказанному договору займа.

В соответствии с ч. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В соответствии с правовой позицией, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, для рассмотрения вопроса о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В данном случае кредитором должны быть представлены доказательства, явно и убедительно подтверждающие реальность займа, факта передачи денежных средств.

При наличии сомнений в реальности договора займа суд может потребовать представления документов, свидетельствующих об операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета), в том числе, об их расходовании.

При этом судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессу ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Исходя из вышеизложенного, наличие расписки и признание долга должником в силу специфики дел о банкротстве не могут являться безусловным основанием для включения основанного на них требования в реестр и кредитор должен был представить доказательства его финансового положения, позволявшего предоставить денежные средства, а должнику - доказательства расходования полученных денег.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору, иному лицу достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Приведенная правовая позиция сформулирована в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2018 № 305-ЭС18-6622 и ранее неоднократно излагалась в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 05-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18- 3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309- ЭС17-344(2) и другие). Аналогичная позиция изложена также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № А41-36402/2012.

Таким образом, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны кредитора и должника судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора.

Подтверждая наличие достаточной финансовой возможности для предоставления должнику займа по состоянию на 12.05.20211, заявителем представлены выписки с его счетов, открытых в ПАО «Сбербанк России» (за 2010-2011г.г.), из которых следует, что ФИО3 снимал наличные денежные средства в суммах, достаточных для предоставления займа в сумме 5 000 000 руб. 

Также представлена налоговая декларация формы 3-НДФЛ за 2010 год, согласно которой общая сумма дохода кредитора составила 907 716 967,72 руб.

Однако, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, в данном случае наличие финансовой возможности ФИО3 предоставлять заемные денежные средства не является единственным обстоятельством для установления наличия факта заемных отношений с должником.

Наличие лишь одной расписки не может являться безусловным доказательством предоставления заемных денежных средств.

В материалы дела кредитором представлена копия расписки о получении ФИО5 12.05.2011 денежных средств в сумме 5 000 000 руб.

Однако из текста расписки не следует, кто конкретно и по какому договору займа предоставил денежные средства, учитывая, что между ФИО3 и должником ранее существовали множественные заемные обязательства, как следует из представленных ФИО7 расписок.

При этом, остальные расписки ранее составлялись с обязательным указанием займодавца и заемщика.

Также как установлено судом, расписка составлена на отдельном листе, в связи с чем, суд не может принять копию указанного документа в качестве надлежащего доказательства получения денежных средств именно по договору займа от 12.05.2011 с ФИО3

В отсутствие первичных документов, подтверждающих основания возникновения задолженности, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о мнимом характере договора займа от 12.05.2011. Указанные обстоятельства также подтверждаются тем, что заем ничем не обеспечен, указание на какое-либо целевое его использование в договоре отсутствует.

При этом, судом обоснованно принято во внимание, что ФИО3 в связи с окончанием срока возврата займа 31.12.2011, не принимал мер для возврата денежных средств (основного долга и ежемесячных процентов) посредством инициирования судебного производства или осуществления претензионной работы вплоть до 2020 года, что не характерно поведению лиц в гражданском обороте при наличии реальных заемных правоотношений.  

Более того, ФИО3 в материалы дела не было представлено доказательств, обосновывающих экономическую целесообразность заключения договора займа от 12.05.2011, а также пояснений оправдывающих его бездействие по взысканию задолженности.

Подписывая дополнительное соглашение от 31.07.2020, фактически через девять лет, стороны пришли к соглашению, что займ от 12.05.2011 является беспроцентным с момента заключения договора займа. При этом, разумных доводов в подтверждение экономической целесообразности подобной модели поведения и предоставления существенных льготных условий для должника, ФИО3 не приведено.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции верно указал, что данные обстоятельства в совокупности с разумной степенью достоверности позволяют усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных в материалы дела ФИО3 На кредитора в таком случае переходит бремя опровержения этих сомнений.

Документально обоснованных пояснений опровергающих возникшие у суда сомнения ФИО3 не приведено (ст. 65 АПК РФ).

В материалах дела не содержатся достоверных сведений о том, каким образом полученные денежные средства израсходованы должником.

Утверждение должника на необходимость займа в размере 5 000 000 руб. для строительства дома не нашло своего подтверждения, поскольку на дату займа 2-этажный жилой дом, общей площадью 311,3 кв.м., расположенный по адресу: г. Пермь, Мотовилихинский район, ул. Краеведа ФИО9, д. 12, был построен, в подтверждение чего представлено свидетельство о государственной регистрации права от 30.05.2011 (общая совместная собственность супругов А-вых).

Ссылка апеллянта на то, что займ был получен должником для погашения задолженности перед подрядчиками, осуществление отделки дома и его мебелизации, документально не подтверждена.

К представленным ФИО3 и должником дополнительному соглашению к договору от 31.07.2020 и акту сверки по состоянию на 31.07.2020, суд правомерно отнесся критически в связи с составлением указанных документов между заинтересованными лицами, после возбуждения дела о банкротстве ФИО5 (28.04.2020).

Первичные документы, подтверждающие возврат должником займа 29.12.2014 и 27.12.2017 в общей сумме 1 000 000 руб., в дело не представлены, как не представлено и надлежащих доказательств финансовой возможности должника возвратить задолженность в указанном размере. При этом как отмечено судом, в рамках иных обособленных споров должник утверждал, что начиная с 2014 года у него имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, связанные с неисполнением им иных кредитных обязательств.  

Учитывая, что ранее при каждом возврате денежных средств по займам с ФИО3 составлялась расписка о возврате денег, маловероятно, что в рассматриваемом случае ФИО3 и должник могли забыть, не зафиксировать факт оплаты долга, исполнения обязательств в части и не составить какие-либо документы на общую сумму 1 000 000 руб. 

Кроме того, как указано судом, в судебном заседании ФИО5 не мог вспомнить, пояснить и представить доказательства уплаты ежемесячных процентов по договору займа, начиная с июня 2011 года, а также объяснить, почему ни в каких письменных доказательствах не отражен факт уплаты процентов (расписки, отметка в договоре и др.). 

Также судом справедливо отмечено, что при рассмотрении обоснованности заявления кредитора ПАО «Сбербанк России» о признании должника банкротом и при рассмотрении вопроса о возможности утверждения плана реструктуризации долгов и предоставления расчета погашений, ФИО5 и его представитель не указывали о наличии такой существенной задолженности в размере 4 000 000 руб. перед ФИО3 

Разумного объяснения такому поведению, несмотря на приведенные в апелляционной жалобе обстоятельства ведения переговоров сыном заявителя с ПАО «Сбербанк России» по приобретению права требования к должнику, суд апелляционной инстанции не усматривает.

ФИО3, являясь близким другом ФИО5, безусловно знал и не мог не знать об имеющихся у должника на 2020 год финансовых проблемах и о возбуждении в отношении ФИО5 дела о банкротстве, а также о не выплатах по кредитным обязательствам, вместе с тем, составил с должником дополнительное соглашение о продлении срока займа по прошествии девяти лет и подписал акт сверки по состоянию на 31.07.2020 с целью обхода применения сроков исковой давности.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности, суд верно указал на возникновение существенных и неустранимых сомнений в реальности заемных обязательств между ФИО3 и должником. 

В отсутствие доказательств опровергающих вышеизложенное, следует признать, что представленные ФИО3 в обоснование рассматриваемого требования документы составлены лишь для вида (ст. 170 ГК РФ) с целью создания искусственной кредиторской задолженности, обеспечения ФИО3 возможности влиять на ход дела о банкротстве должника, а также обеспечения возможности получить часть имущества должника в результате распределения конкурсной массы.

Установив недоказанность реальности заемных отношений между ФИО3 и ФИО5 по договору займа от 12.05.2011, наличия и размера возникновения указанной задолженности, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного ФИО3 требования.

Относительно заявлений о пропуске срока исковой давности следует отметить, что согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ определено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

По смыслу указанной статьи признанием долга могут быть любые действия, позволяющие установить, что должник признал себя обязанным по отношению к кредитору. 

Примерный перечень таких действий приведен в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности». В частности в данном пункте суда разъяснено, что к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, исходя из конкретных обстоятельств, в частности, могут относиться: признание претензии; частичная уплата должником или с его согласия другим лицом основного долга и/или сумм санкций, равно как и частичное признание претензии об уплате основного долга, если последний имеет под собой только одно основание, а не складывается из различных оснований; уплата процентов по основному долгу; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или рассрочке платежа); акцепт инкассового поручения. Этот перечень не является исчерпывающим, и каждое конкретное действие подлежит оценке судами в совокупности с представленными сторонами доказательствами.

Доказательств совершения как заявителем, так и должником действий, свидетельствующих о прерывании срока исковой давности по спорным заемным правоотношениям, в пределах срока давности, в материалы дела заявителем не представлено (ст. 65 АПК РФ). 

Как указывалось ранее, ссылка апеллянта на частичный возврат займа 29.12.2014 и 27.12.2017 документально не подтверждена.

Представленный в дело акт сверки между кредитором и должником, без первичных документов, а также дополнительное соглашение от 31.07.2020 о продлении срока возврата займа и признание долга должником, после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве не могли быть признаны судом надлежащими доказательствами прерывания течения срока исковой давности.

При таких обстоятельствах следует признать, что срок исковой давности для предъявления ФИО3 требований основанных на договоре займа от 12.05.2011, пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в признании требования обоснованным.

Довод о том, что в нарушение норм процессуального права ФИО8 не был извещен судом о дате и времени рассмотрения настоящего требования, отклоняется поскольку судебных акт не принят о правах и обязанностей ФИО8, необходимости его привлечения к участию в данном обособленном споре апелляционный суд не усматривает.

Приведенные в апелляционной жалобе обстоятельства являлись предметом исследования суда первой инстанции и установленных судом по делу обстоятельств не опровергают.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 21 октября 2021 года по делу № А50-9171/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

Т.С. Герасименко 

 

Г.Н. Мухаметдинова