ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-2505/2017

город Ростов-на-Дону

15 декабря 2018 года

15АП-19032/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 декабря 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Стрекачёва А.Н.,

судей Емельянова Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии:

от ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк»: представитель ФИО2 по доверенности от 26.06.2018;

представитель участников ООО «Мариинский спиртзавод» ФИО3 по протоколу от 13.07. 2018;

второй представитель участников ООО «Мариинский спиртзавод»: ФИО4 по протоколу от 12.11.2018;

от ФИО5, с согласия своей матери ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 20.12.2018;

от УФНС по Ростовской области: представитель ФИО6 по доверенности от 13.05.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя участников ООО «Мариинский спиртзавод» Бажутовой Натальи Александровнына определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2018 по делу№ А53-2505/2017 о включении требований в реестр требований кредиторов по заявлению публичного акционерного общества «Балтийский Инвестиционный Банк» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

принятое в составе судьи Комягина В.М.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление публичного акционерного общества «Балтийский Инвестиционный банк» о включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 520 285 913,83 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2018 по делу№ А53-2505/2017 в удовлетворении ходатайства ФИО3 о приостановлении производства по делу отказано.

Включено требование публичного акционерного общества «Балтийский Инвестиционный Банк» в размере 520 285 913,83 руб., из которых 437 199 262,54 руб. - задолженность, 82 273 334,79 руб. проценты за пользование кредитом, 813 316,50 руб. - неустойка, в том числе 317 917 917,37 руб., как обеспеченные залогом имущества должника по договорам залога от 09.06.2010 № ЗЛГ/10/338, от 03.06.2011 № ЗЛГ/11/033, от 09.06.2010 № ЗЛГ/10/341 в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод».

В соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве требования об установлении неустойки в сумме 813 316,50 руб. учтены отдельно в реестре требований кредиторов, как подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2018 по делу № А53-2505/2017, представитель участников ООО «Мариинский спиртзавод» ФИО3 обратилась в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, отказать ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что договоры уступки прав требований являются мнимыми (ничтожными) сделками. Договоры цессии подписаны от имении ООО «Мариинский спиртзавод» ФИО7 – сотрудником Банка, назначенным им сначала финансовым директором ООО «Мариинский спиртзавод», а затем генеральным директором ООО «Мариинский спиртзавод». Апеллянт указывает, что ООО «Мариинский спиртзавод» является подконтрольным Банку лицом, как и ООО «Тигода», в связи с чем заявление подано с исключительно противоправной целью ущемления прав иных кредиторов должника, что не соответствует требованиям статьи 10 ГК РФ.

В отзыве на апелляционную жалобу Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области просит определение отменить, отказать в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2018 по делу № А53-2505/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.07.2017 (резолютивная часть от 18.07.2017) требования ФИО8 признаны обоснованными. В отношении общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) процедуру, применяемую в деле о банкротстве - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО9.

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 137 от 29.07.2017.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.03.2018 в отношении должника введена процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 55 от 31.03.2018.

Заявление о включении в реестр требований кредиторов поступило в срок, предусмотренный статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статьи 71 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

Как разъяснено в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, в силу пунктов 3 -5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Заявитель указывает, что 25.12.2014 между ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» (цедент) и ООО «Мариинский спиртзавод» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) № 0045-0041, в соответствии с которым цедент уступает цессионарию в полном объеме права требования к ООО «Тигода», вытекающие из договора № 3040/0045 уступки права требования (цессии) от 30.07.2010, договора № 3040/0041 уступки права требования (цессии) от 15.07.2010.

Согласно пункту 1.2 договора общая сумма уступаемых цессионарию требований к должнику по состоянию на 25.12.2014 составляет 15 339 223,13 руб.: по договору № 3040/0045 6 425 000 руб., по договору № 3040/0041 8 914 223,13 руб.

В соответствии с 2.1 цессионарий обязуется перечислить на счет цедента денежные средства в размере 15 339 223,13 руб. в срок не позднее 30.11.2019 в соответствии с установленным графиком оплаты.

Пунктом 2.2 договора в редакции дополнительного соглашения от 30.10.2015 стороны установили процентную ставку с даты заключения договора по 31.10.2015 в размере 14 % годовых от общей суммы уступаемого долга, с 01.11.2015 по дату зачисления всей суммы 3,30 % годовых, но не менее 2/5 ставки рефинансирования банка России.

В обеспечение исполнения обязательств по договору уступки прав требования (цессии) № 0045-0041 с должником были заключены договоры залога:

№ ЗЛГ/10/338 от 09.06.2010;

№ ЗЛГ/11/033 от 03.06.2011;

№ ЗЛГ/10/341 от 09.06.2010.

Так, задолженность ООО «Мариинский спиртзавод» за неисполненные обязательства по договору уступки прав требования (цессии) № 0045-0041 перед ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» составляет 18 217 477,78 руб., из которых 15 339 223,13 руб., - задолженность по основному долгу, 2 878 254,65 руб. - проценты.

25.12.2014 между ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» (цедент) и ООО «Мариинский спиртзавод» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) б/н, в соответствии с которым цедент уступает цессионарию в полном объеме права требования к ООО «Тигода», вытекающие из кредитного договора № КРД/12334 от 23.08.2012, кредитного договора № КРД/12/468 от 27.12.2012, кредитного договора № КРД/14/021 от 07.02.2014, кредитного договора № КРД/14/086 от 10.04.2014.

Согласно пункту 1.2 договора общая сумма уступаемых цессионарию требований к должнику по состоянию на 25.12.2014 составляет 22 161 759,47 руб.

В соответствии с 2.1 цессионарий обязуется перечислить на счет цедента денежные средства в размере 22 161 759,47 руб. в срок не позднее 30.11.2019 в соответствии с установленным графиком оплаты.

Пунктом 2.2 договора в редакции дополнительного соглашения от 30.10.2015 стороны установили процентную ставку с даты заключения договора по 31.10.2015 в размере 14 % годовых от общей суммы уступаемого долга, с 01.11.2015 по дату зачисления всей суммы 3,30 % годовых, но не менее 2/5 ставки рефинансирования банка России.

В обеспечение исполнения обязательств по договору уступки прав требования (цессии) б/н от 25.12.2014 с должником были заключены договоры залога:

№ ЗЛГ/10/338 от 09.06.2010;

№ ЗЛГ/11/033 от 03.06.2011;

№ ЗЛГ/10/341 от 09.06.2010.

Так, задолженность ООО «Мариинский спиртзавод» за неисполненные обязательства по договору уступки прав требования (цессии) б/н от 25.12.2014 перед ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» составляет 251 641 549,09 руб., из которых 222 161 759,47 руб., - задолженность по основному долгу, 28 666 473,12 руб. - проценты, 813 316,50- пени на проценты.

11.03.2013между ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» (цедент) и ООО «Сирокко» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) № 264-Ц, в соответствии с которым цедент уступает цессионарию в полном объеме права требования к ООО «Тигода», вытекающие из кредитного договора № КРД/11/264 от 10.06.2011.

Согласно пункту 1.2 договора общая сумма уступаемых цессионарию требований к должнику по состоянию на 11.03.2013 составляет 41 150 648,93 руб.

В соответствии с 2.1 договора цессионарий обязуется перечислить на счет цедента денежные средства в размере 41 150 648,93 руб. в срок не позднее 11.03.2014.

25.12.2014ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» (кредитор), ООО «Сирокко» (должник) и ООО «Мариинский спиртзавод» (новый должник) заключен договор о переводе долга № ДПД-14-264, в соответствии с которым должник, являющийся цессионарием по договору уступки прав требования (цессии) № 264-Ц, переводит на нового должника долговые обязательства перед кредитором.

Пунктом 2.2 договора в редакции дополнительного соглашения от 30.10.2015 стороны установили процентную ставку с даты заключения договора по 31.10.2015 в размере 14 % годовых от общей суммы уступаемого долга, с 01.11.2015 по дату зачисления всей суммы 3,30 % годовых, но не менее 2/5 ставки рефинансирования банка России.

В обеспечение исполнения обязательств по договору уступки прав требования (цессии) № 264-Ц с должником были заключены договоры залога:

№ ЗЛГ/10/338 от 09.06.2010;

№ ЗЛГ/11/033 от 03.06.2011;

№ ЗЛГ/10/341 от 09.06.2010.

Так, задолженность ООО «Мариинский спиртзавод» за неисполненные обязательства по договору уступки прав требования (цессии) № 264-Ц перед ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» составляет 48 872 207 руб., из которых 41 150 684,93 руб., - задолженность по основному долгу, 7 721 522,07 руб. - проценты.

Также, 20.03.2014 между ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» (цедент) и ООО «Мариинский спиртзавод» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессии) № 286-Ц, в соответствии с которым цедент уступает цессионарию в полном объеме права требования к ООО «Тигода», вытекающие из кредитного договора № КРД/10/286 от 29.06.2010.

Согласно пункту 1.2 договора общая сумма уступаемых цессионарию требований к должнику по состоянию на 20.03.2014 составляет 158 547 595,01 руб.

В соответствии с 2.1 цессионарий обязуется перечислить на счет цедента денежные средства в размере 158 547 595,01 руб. в срок не позднее 30.09.2016 в соответствии с установленным графиком оплаты.

Пунктом 2.2 договора стороны установили процентную ставку с даты заключения договора по 31.05.2014 в размере 14 % годовых от общей суммы уступаемого долга.

Так, задолженность ООО «Мариинский спиртзавод» за неисполненные обязательства по договору уступки прав требования (цессии) № 286-Ц перед ПАО «Балтийский Инвестиционный банк» составляет 201 554 679,96 руб., из которых 158 547 595,01 руб. - задолженность по основному долгу, 43 007 084,95 руб. -проценты.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя).

В силу пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, удовлетворяются за счет стоимости предмета залога в порядке, установленном статьей 138 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 статьи 138 Закона о банкротстве требования залогодержателей по договорам залога, заключенным с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, также удовлетворяются в порядке, предусмотренном настоящей статьей. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 5 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07. 2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», устанавливая требования залогового кредитора, суд учитывает, что в соответствии со статьей 337, пунктом 1 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от оценки предмета залога (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части).

При рассмотрении вопроса об установлении и включении в реестр требований конкурсных кредиторов, обеспеченных залогом имущества должника, необходимо установить, имеется ли у должника заложенное имущество в натуре (сохраняется ли возможность обращения взыскания на него).

Заявителем в материалы дела представлено акт проверки залогового имущества от 05.09.2018, подтверждающий факт наличия заложенного имущества у должника.

Таким образом, у должника, имеется задолженность по вышеуказанным договорам в размере 520 285 913,83 руб., из которых 437 199 262,54 руб. -задолженность, 82 273 334,79 руб. - проценты за пользование кредитом, 813 316,50 руб. - неустойка, в том числе 317 917 917,37 руб., как обеспеченные залогом имущества должника по договорам залога от 09.06.2010 № ЗЛГ/10/338, от 03.06.2011 № ЗЛГ/11/033, от 09.06.2010 № ЗЛГ/10/341.

Поскольку заявленное требование подтверждено материалами дела, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оно является обоснованным, документально подтвержденным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов в третью очередь.

В соответствии с пунктом 4 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов удовлетворяются в следующей очередности:

в первую очередь производятся расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также расчеты по иным установленным настоящим Федеральным законом требованиям;

во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности;

в третью очередь производятся расчеты с другими кредиторами, в том числе кредиторами по нетто-обязательствам.

В соответствии со статьей 137 Закона о банкротстве требование кредиторов третьей очереди по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей, учитываются отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

При указанных обстоятельствах, суд, исследовав представленные в дело доказательства согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценив их в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о том, что требование кредитора по указанному выше кредитному договору подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод».

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия учитывает следующее.

Из материалов дела следует, что ООО «Тигода»  являлось  дистрибьютером ООО «Мариинский спиртзавод» на территории Московской области, что подтверждается договорами поставки: от 14.04.2010 № 06/10 и от 20.06.2011 № 05/11.

При этом в договоре № 05/11 в пункте 8.6. указано, что он подлежит досрочному расторжению по требованию ООО «Мариинский спиртзавод» в случае выполнения последним обязательств по кредитным договорам с Банком, а также ООО «Тигода»   своих обязательств перед Банком.

Из указанного следует, что все компании группы, включая ООО «Мариинский спиртзавод» и ООО «Тигода»   были задействованы в реализации 

единого бизнес-плана кредитования группы компаний «Мариинский спиртзавод».

Из материалов дела следует, что компания ООО  «Тигода»  в указанной группе рассматривалось в качестве головной компании холдинга по производству винных напитков в упаковке тетра пак. При этом Банк предоставляет финансирование, ООО  «Тигода» - занимается сбытом продукции, а ООО «Мариинский спиртзавод» - производством.

ООО «Тигода», ООО «Мариинский спиртзавод», ФИО11, ФИО3, ФИО12., ООО «Южные вина», ООО «Сирокко» рассматривались Банком как группа взаимосвязанных заемщиков на всем протяжении предоставления указанным лицам финансирования. К названной группе относились и аффилированные с ее участниками лица.

Банк указывает, что в письме от 17.12.2012 ООО «Мариинский спиртзавод» просит Банк внести изменения в кредитные договоры и договоры поручительства в связи с изменением показателей поставок с ООО «Тигода». ООО «Тигода» в письме от 04.02.2013 просит Банк пролонгации кредита в связи с задержками поставок от ООО «Мариинский спиртзавод».

Аналогичные письма направлялись в 2011 и 2012 годах.

Данные письма ООО «Тигода» и ООО «Мариинский спиртзавод» направляли Банку с целью продолжения получения финансирования. Финансирование в рамках вышеуказанного бизнес-плана Банком предоставлено в полном объеме в соответствии с его условиями.

Факты реализации бизнес-плана подтверждает и сам должник. Продукция ООО «Мариинский спиртзавод» реализовывалась через ООО «Тигода» в 2010-2013 годах.

То, что в дальнейшем бизнес-план не был реализован в полном объеме, не может рассматриваться как лишающее Банк того, на что он рассчитывал при предоставлении кредитов и получении поручительств связанных компаний и лиц.

Довод подателя жалобы о том, что заявление подано с исключительно противоправной целью ущемления прав иных кредиторов должника, что не соответствует требованиям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, отклоняется судом апелляционной инстанции, исходя из следующего.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

Поскольку согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, обязанность доказывания того, что сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, лежит на арбитражном управляющем.

Подателем жалобы не доказана недобросовестность и злоупотребление правом со стороны Банка. Заключение оспариваемых договоров не могло негативно отразиться на обязательствах должника перед иными кредиторами, поскольку в результате данных сделок ООО «Мариинский спиртзавод» получило экономическую выгоду в виде разницы между процентами, подлежащими уплате Банку, а должнику - ООО «Тигода» будет погашать задолженность за счет маржинальности поставок от завода.

Ссылки подателя жалобы и уполномоченного органа на аффилированность банка с должником через гр. ФИО7, который являлся генеральным директором должника в период с 19.06.14 -22.03.18, генеральным директором ООО «Тигода» в период с 01.02.13 по 26.08.13, в 2014 г. состоял в штате ООО «Тигода», в 2013 году согласно справкам 2-НДФЛ в 2013 году числился  в штате ПАО «Балтийский инвестиционный банк», а также на то, что в первые два договора были заключены 11.03.13 и 20.03.14 и в этот период Банк  с 27.10.10 по 06.11.14 являлся учредителем должника с долей голосов 5%, и в связи с этим Банк имел возможность оказывать влияние на деятельность должника, апелляционным судом отклоняются, поскольку   недобросовестность Банка  и злоупотребление им правом при заключении спорных договоров не доказана.

Напротив заключение сделок в рамках группы компаний «Мариинский спиртзавод» преследовало единую цель реструктуризации задолженности и  осуществлялось в целях инициированной взаимозависимыми компаниями улучшения финансового положения взаимосвязанных компаний группы, а следовательно, имело разумную экономическую цель. В результате совершенных сделок у должника возникло право требования оплаты задолженности по кредитным договорам от ООО «Тигода», а последнее имело право зачесть часть своей задолженности к должнику, если им будут погашены кредитные обязательства должника. Должник в качестве возмездного предоставления от Банка получил на льготных условиях банковскую гарантию для участия в торгах, уменьшение процентной ставки по уже действующим кредитам и пролонгацию срока по ним до 2017 года. Оплата по всем цессиям была пролонгирована до конца 2019 года, тем самым действия Банка были направлены на стимулирование погашения имеющейся задолженности путем установления нового срока для оплаты, уменьшения объема ежемесячной задолженности, отказ от применения мер ответственности, что не противоречит закону (Определение Верховного Суда РФ от 27.12.16 по делу №305-ЭС16-12298 по делу №А40-120254/2015).

Доводы подателя жалобы о том, что должник и ООО «Тигода» имели на момент заключения цессий просроченные обязательства перед Банком документально не подтверждены и данное обстоятельство отрицается Банком. В этой связи неправомерно не учитывать интересы должника и ООО «Тигода» в отрыве от общих интересов компаний группы «Мариинский спиртзавод» и их взаимных расчетов. Подателем жалобы и уполномоченным органом не доказана недобросовестность и злоупотребление правом со стороны Банка. Заключение спорных договоров цессии не могло негативно отразиться на обязательствах должника перед иными кредиторами, поскольку в результате данных сделок материнская компания группы – ООО «Мариинский спиртзавод» получило экономическую выгоду в виде разницы между процентами, подлежащими уплате Банку, а ему, как предполагали участники группы компаний, ООО «Тигода» будет погашать задолженность за счет маржинальности поставок завода.

Следовательно, у Банка отсутствовала цель получения преимущественного удовлетворения и причинения вреда кредиторам.

В частности, из материалов дела не следует, что  притязающие на активы должника 2014 года кредиторы заявили какие-либо возражения в отношении спорных сделок; ООО «Тигода» в 2013 году имело выручку в 66 млн. руб. и валюту баланса 367 680 000 руб.; должник в 2013 году имел валюту баланса 1 011 619 000 руб., в 2014 – 1 192 677 000 руб. 

Указанное не свидетельствует о заведомой неплатежеспособности должника при принятии на себя обязательств иных участников группы компаний при их надлежащем обеспечении активами всей группы компаний «Мариинский спиртзавод».

Не истребование долга должником от ООО «Тигода» не может являться следствием действий Банка, поскольку является следствием  указанного выше внутригруппового интереса.

Из материалов дела следует, что увеличение задолженности ООО «Мариинский спиртзавод», приведшее к банкротству, возникло не в связи с  недобросовестными действиями Банка, а в результате неспособности должника исполнить свои обязательства перед аффилированным с ним ООО «Южный аграрий».

Таким образом, при направленности совокупности сделок (договоры цессии, изменения кредитных договоров, договоров поручительства, договоров залога) на реструктуризацию долга компаний группы «Мариинский спиртзавод», в целях защиты экономических интересов объединяющей их группы, не достижение компаниями группы этой цели не может быть обоснованно злоупотреблением правом со стороны Банка.

При изложенных выше обстоятельствах, апелляционный суд пришел к выводу о том, что податель жалобы в соответствии с положениями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказал наличие признаков злоупотребления правом со стороны Банка (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2018 по делу № А53-2505/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий А.Н. Стрекачёв

СудьиД.В. Емельянов

Н.В. Сулименко