/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-39937/2017

г. Краснодар

14 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 февраля 2019 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Чесняк Н.В., судей Айбатулина К.К. и Кухаря В.Ф., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гайдуковой Н.В., с участием от истца – общества                                с ограниченной ответственностью «ДонЭнергоКабель» (ИНН 6154569493,                              ОГРН 1116154000742)  – Клепикова А.А. (доверенность от 25.01.2019),                                          от заинтересованного лица – Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области – Ясницкой Н.И. (доверенность от 29.07.2018), в отсутствие ответчика – акционерного общества «ЮгСпецавтоматика» (ИНН 6164063561, ОГРН 1026100664006) , извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев в судебном заседании, проводимом                с использованием систем видеоконферен-связи с Арбитражным судом Ростовской области, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДонЭнергоКабель» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2018   (судьи Гуденица Т.Г., Ефимова О.Ю., Филимонова С.С.) по делу                                № А53-39937/2017, установил следующее.

ООО «ДонЭнергоКабель» (далее – предприятие) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к АО «ЮгСпецавтоматика» (далее – общество) о взыскании 35 105 474 рублей 30 копеек задолженности по договору поставки от 14.09.2011 № 14/09 (уточненные в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требования; т. 1, л. д. 123, 124).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.02.2018 исковые требования удовлетворены, с общества в пользу предприятия взыскано также  42 308 рублей                              в  возмещение расходов по уплате государственной пошлины. Суд первой инстанции сослался на то, что наличие у ответчика задолженности перед истцом в заявленной                        в иске сумме подтверждено материалами дела. Иск заявлен в пределах срока исковой давности.

Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области                                   (далее – уполномоченный орган), как кредитор общества в деле о его банкротстве, обжаловало решение суда в апелляционный  суд.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 29.11.2018 решение отменено,                             в удовлетворении иска отказано. С предприятия в доход федерального бюджета взыскано 156 219 рублей  государственной пошлины.

В кассационной жалобе предприятие просит отменить постановление и оставить                   в силе решение суда первой инстанции. По мнению заявителя, суд апелляционной инстанции пришел  к ошибочным выводам о недоказанности поставки истцом ответчику товаров. Суд безосновательно отклонил ссылку истца на электронную переписку, подтверждающую действительность сделки, а также не дал правовой оценки протоколу осмотра доказательств. Договор поставки от 14.09.2011 № 14/09 не является мнимой сделкой. Выводы суда об отсутствии доказательств использования товара не обоснованы. Факт последующей ликвидации  ООО «Строй Максимум» и ООО «Наварро», производивших в 2011 – 2014 годах поставку товара предприятию для общества,                          не опровергает факта поставки. Выводы суда о недоказанности поставки касаются периода налоговой проверки  за 2012 – 2014 годы. В нарушение части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не вынес определение о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, не привлек к участию в деле налоговый орган в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, таким образом, не определен процессуальный статус заявителя апелляционной жалобы.

В отзыве  налоговый  орган выразил возражения  по доводам жалобы, просил оставить апелляционное постановление  в силе, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель  предприятия  поддержал доводы жалобы, представитель  уполномоченного органа высказал по ним возражения.

Изучив материалы дела, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Из материалов дела видно, что 14.09.2011 предприятие (продавец) и общество «ЮгСпецавтоматика» (покупатель) заключили договор поставки № 14/09 (далее – договор), по условиям которого покупатель поручает и обязуется оплатить, а продавец – поставить продукцию в количестве, номенклатуре, цене и в сроки, согласно спецификациям (пункт 1.1 договора). В соответствии с дополнительным соглашением                  от 31.05.2013 оплата по договору в сумме 35 105 474 рублей 40 копеек должна                                быть произведена до 31.12.2017.

Неисполнение обществом обязательств по оплате товара привело стороны                                 к судебному спору.

Суд первой инстанции удовлетворил иск исходя из того, что поставка                                      и задолженность подтверждены договором поставки от 14.09.2011 № 14/09,  товарными накладными, спецификациями,  счетами-фактурами и ответчиком не оспаривались.

Ссылаясь на положения пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» уполномоченный орган, указывая, что  судебным актом затронуты его права и законные интересы в деле о банкротстве, обжаловал  решение суда первой инстанции в апелляционном порядке.  Уполномоченный орган сослался на то, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.05.2018 по делу № А53-10684/2018 по заявлению ООО «СпецСервисПроект» общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его  открыто конкурсное производство                        по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Предприятие обратилось                              с заявлением о включении в реестр требований кредиторов  35 147 782 рублей                                    30 копеек, взысканной решением Арбитражного суда Ростовской области от 28.02.2018                     по делу № А53-39937/2017. Определением от 22.08.2018, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции от 12.10.2018, в рамках дела № А53-10684/2018 о банкротстве  общества требования уполномоченного органа включены во вторую                           и третью очереди реестра требований кредиторов должника.

При повторном рассмотрении спорных взаимоотношений предприятия  и общества, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что предприятие не доказало реальность исполнения договора, в том числе фактическую поставку товара и его получение обществом, и, соответственно,  возникновение у общества задолженности                    в отыскиваемом размере.

Отменяя решение суда первой инстанции, апелляционный суд исходил из следующего.

Решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25                            по Ростовской области от 14.11.2016 № 856 общество привлечено к ответственности                   за совершение налогового правонарушения в виде начисления дополнительных  налогов, пеней и штрафов. 

Решением суда от 31.10.2017, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 02.04.2018 и постановлением окружного суда от 09.06.2018 по делу № А53-5482/2017, признано недействительным решение инспекции в части начислении 15 618 рублей налога на имущество, соответствующих пеней и штрафа.                         В удовлетворении остальной части требований отказано, признаны подтвержденными установленные налоговым органом обстоятельства мнимости поставки товара в адрес должника. 

Суды пришли к выводу, что уполномоченный орган доказал участие общества                          в формальном документообороте с ООО «СпецСервисПроект», ООО «ДонЭнергоКабель»                 и ООО «НИЭК "Аудит безопасности"» в отсутствие реальных хозяйственных операций                 с данными организациями в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде незаконного возмещения НДС из бюджета и уменьшения налоговой базы по налогу                     на прибыль, в том числе в виде неотражения внереализационного дохода от процентов                   по договорам займа с физическими лицами.

Таким образом, приняв во внимание установленные в рамках дела № А53-5482/2017  обстоятельства, суд апелляционной инстанции  посчитал, что действия общества и его контрагентов в спорный период были направлены на формирование документооборота при отсутствии реальности хозяйственных операций с целью получения необоснованной налоговой выгоды и фиктивной задолженности для контроля процедуры банкротства должника. Так, оформление документооборота, имитирующего совершение хозяйственных операций, осуществлено посредством привлечения в качестве контрагентов 1 звена взаимозависимых (подконтрольных) по отношению к обществу                   лиц – истца, ООО «СпецСервисПроект» и ООО «НИЭК "Аудит безопасности"», которые фактически не осуществляли реальную хозяйственную деятельность, не представили документы по взаимоотношениям с обществом и доказательства приобретения товаров для последующей реализации обществу, их размещения на складе, транспортировки                      от поставщиков и последующей транспортировки в адрес общества; в бухгалтерской отчетности предприятия не отражена выручка  от реализации товара в адрес общества.

Ссылаясь на разъяснения, изложенные в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», а также на правовую позицию  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 07.02.2012 № 11746/11,                         суд апелляционной инстанции  в отсутствие доказательств реального исполнения спорного договора счел возможным квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Кодекса). 

Суд апелляционной инстанции исследовал и оценил представленные предприятием  документы, в том числе подлинники договора поставки и товаро-сопроводительных документов, а также копию нотариально удостоверенного осмотра доказательств – интернет-сайта, электронной переписки по вопросу заключения договоров поставки спорного товара,  и указал, что названные документы не подтверждают реальности поставки товара предприятием обществу и не опровергают выводы налогового органа, поддержанные в судебных актах по делу № А53-5482/2017.

Суд округа соглашается с выводами суда апелляционной инстанции и отклоняет доводы кассационной жалобы по следующим основаниям.

Вступивший в законную силу судебный акт, подтверждающий обоснованность требований кредитора к должнику, является основанием для вынесения арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника определения о включении этих требований                        в реестр (пункт 3 статьи 4, статьи 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Следовательно, решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении предприятия в реестр требований кредиторов общества. 

В условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда судебный спор разыгрывается должником и «дружественным» с ним кредитором с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр и последующего участия в распределении конкурсной массы. В связи с тем, что интересы сторон такого спора совпадают, их процессуальная деятельность направлена                   не на установление истины, а на решение иных задач. При этом в отсутствие столкновения интересов сторон и состязательности в доказывании суд лишен возможности предвидеть реальную цель истца и ответчика, а значит и выполнить задачи судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – Кодекс).

При таких обстоятельствах активность вступившего в дело конкурирующего кредитора при содействии арбитражного суда (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 Кодекса) позволяет эффективно пресекать формирование фиктивной задолженности                     и прочие подобные злоупотребления и не допускать недобросовестных лиц                                     к распределению конкурсной массы.

Как правило, в данном случае конкурирующему кредитору достаточно заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые подтверждали бы малую вероятность развития событий таким образом, на котором настаивает истец, либо которые с разумной степенью достоверности позволили бы                   суду усомниться в доказательствах, представленных должником и «дружественным» кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последних.

При этом суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований                по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих разумные возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26 постановления № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35).

Напротив, предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей кредиторов,                   так как такой кредитор по существу вынужден представлять доказательства, доступ                          к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения, либо подтверждать обстоятельства, которых не было. В то же время доказывание так называемых «отрицательных фактов» в большинстве случаев либо невозможно, так                     как несостоявшиеся события и деяния не оставляют следов, либо крайне затруднительно.

Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу статьи 9 Кодекса должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так                        и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т. п.) или иных источников формирования задолженности.

Законный интерес уполномоченного органа по наиболее полному удовлетворению своих требований к несостоятельному должнику реализовывается в том числе посредством недопущения в реестр сомнительных требований прочих кредиторов                           в установленном законом порядке. В связи с этим налоговый орган обратился                                      с апелляционной жалобой на решение суда первой инстанции как конкурирующий                        с предприятием кредитор в деле о банкротстве общества (пункт 24 постановления № 35). При этом уполномоченный орган приводил разумные доводы, ставящие под сомнение       сам факт поставки товара. Так, в частности, уполномоченный орган указывал                                   на отсутствие сведений о технических, организационных и материальных возможностях продавца  (предприятие не располагало товаром для реализации в адрес общества;                             у контрагента отсутствовали запасы товара на начало проверяемого периода; из выписок об операциях по расчетным счетам следовало, что предприятие  не перечисляло денежные средства в адрес поставщиков за приобретение товара для общества; товар                                       не приобретался и не реализовывался; заработная плата за работу  на предприятии никому не выплачивалась; арендная плата офисных и складских помещений также                                     не оплачивалась; не подтверждена транспортировка товара, поскольку  товарно-транспортные накладные не составлялись; сотрудники  общества не могли получить товар ввиду отсутствия как товара, так и самих складских помещений). Кроме того, в ходе проверки установлено, что все представленные документы (представленные обществом по взаимоотношениям с предприятием), договоры, счета-фактуры, товарные накладные подписаны неустановленными лицами, руководитель документы не подписывал. Предприятие представило документы по взаимоотношениям исключительно                                    с организациями, ликвидированными на момент представления документов в суд,                          по которым не могут быть проведены мероприятия налогового контроля. При этом никто из указанных поставщиков при ликвидации (реорганизации) никаких претензий по оплате дебиторской задолженности в адрес предприятия не предъявил. Руководитель предприятия Четверикова О.В. участвовала в  налоговой проверке общества посредством дачи пояснений по факту взаимоотношений предприятия с проверяемым обществом                      и отрицала приобретение товара у контрагентов, указанных в бухгалтерской отчетности предприятия,  для реализации  товара в адрес общества.

Налоговый орган также обоснованно сослался на одновременное обращение в суд                           с заявлениями о взыскании задолженности с общества, начало процедуры ликвидации должника и в последующем обращение предприятия в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Таким образом, доводы уполномоченного органа имели значение для рассматриваемого дела, так как при указанных им обстоятельствах суд пришел                                 к обоснованному выводу о мнимости договора, положенного в основу требований предприятия в деле о банкротстве.

Учитывая, что характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия, а также сокрытие действительного смысла сделки при обоюдном  интересе, то заявление подобных возражений, ставящих под сомнение обоснованность судебного решения, обязывало суд апелляционной инстанции потребовать от истца дополнительных объяснений и иных доказательств в опровержение позиции уполномоченного органа. Ввиду заинтересованности как истца, так и ответчика в сокрытии действительной цели сделки при установлении признаков мнимости повышается роль косвенных доказательств.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел                                 к правомерному  выводу о недоказанности истцом наличия задолженности по договору поставки от 14.09.2011 №14/09  и отменил решение от 28.02.2018. 

Кассационная жалоба не содержит доводов, опровергающих правильность выводов суда апелляционной и заявитель не указал на имеющиеся в материалах дела                                        и не исследованные судами доказательства, влияющие на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции полно и всесторонне исследовал и оценил представленные доказательства и приведенные уполномоченным органом доводы, установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применил нормы права.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены апелляционного  постановления  по приведенным в жалобе доводам отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление  Пятнадцатого  арбитражного апелляционного  суда   от   29.11.2018                      по  делу  №   А53-39937/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу –                                   без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

                                       Н.В. Чесняк

 

Судьи

К.К. Айбатулин

 

                                         В.Ф. Кухарь