ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3895/2021

г. Челябинск

12 мая 2021 года

Дело № А07-11774/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 мая 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Рогожиной О.В., Румянцева А.А.,    

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.02.2021 по делу № А07-11774/2018.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 15.10.2019, срок действия 3 года).

ФИО2 (далее – истец, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Башкирская Битумная Компания» (далее - ООО «ББК», ответчик) о взыскании 9 435 000 руб. действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «ББК».

В ходе рассмотрения дела в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО4 и ФИО5

Решением суда от 18.02.2021 в иске отказано.

С решением суда не согласился истец, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просил решение отменить, иск удовлетворить.

Заявитель указал, что в рамках дела назначено проведение экспертизы по определению рыночной стоимости нематериального актива. Определение рыночной стоимости регулируется Федеральным законом от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ» (далее – Закон об оценочной деятельности). Однако данный документ не использовался экспертом в ходе проведения исследования. К заключению эксперта приложены документы, подтверждающие ее право осуществлять деятельность в определенных областях, однако документы, подтверждающие право осуществления оценочной деятельности, отсутствуют. Следовательно, у эксперта отсутствуют специальные познания для осуществления исследования по первому вопросу.

В деле имеется отчет независимой оценки ИП ФИО6, в котором определена стоимость актива в размере 26,7 млн. руб. В случае не согласия с заключением, отраженным в отчете независимой оценки, эксперт имел право привлечь для экспертизы иного оценщика. В заключении отсутствуют материалы привлеченного эксперта-оценщика.  В связи с чем, в отношении ответа на первый вопрос следует руководствоваться либо имеющимся отчетом об оценке, либо  в рамках назначенной экспертизы провести дополнительные мероприятия по подтверждению или опровержению данной стоимости. Возникают вопросы о заинтересованности эксперта в исходе дела, поскольку выводы не соответствуют материалам дела. Несмотря на изложенное, суд посчитал заключение эксперта допустимым доказательством.

В заключении эксперта приведены нормативные акты, использованные им. Между тем, экспертиза проводилась по арбитражному делу, а нормы АПК РФ не были использованы экспертом, указано на применение норм Гражданского процессуального кодекса РФ, который не применим к делу. Указанное не учтено судом.

Поскольку оборотно-сальдовая ведомость, анализ счетов и отчеты по проводкам эксперту не были представлены, чистые активы общества должны быть указаны в отчетности в разделе 3 «Отчета об изменениях капитала». По мнению заявителя, сославшегося на данные бухгалтерского баланса, чистые активы составляют 22 136 тыс. руб. Податель отмечает, что экспертом не был произведен расчет чистых активов на основании того, что обществом не были представлены регистры бухгалтерского учета. Данные об отсутствии задолженности учредителей в уставный капитал подтверждаются актом приема-передачи от 05.08.2013 и актом оценки от 05.08.2013. Что свидетельствует о нарушении требований законодательства при заполнении отчета об изменениях капитала, об отсутствии взаимосвязи показателей форм бухгалтерской отчетности, но не может свидетельствовать об отсутствии нематериального актива. Если увеличение уставного капитала произошло (что отражено в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, далее – ЕГРЮЛ), факт отсутствия задолженности участников перед обществом подтвержден документально, в связи с чем, существует актив, который был внесен в счет вклада в уставный капитал, пропорционален размеру последнего.

Эксперт указал, что не установлено расходование денежных средств на приобретение или создание актива, в деле отсутствуют документы, подтверждающие, что проект является объектом интеллектуальной деятельности, а общество имеет исключительные права. Ссылаясь на пункт 11 приказа от 27.12.2007 № 153н (ПБУ 14/2007), податель считает, что поскольку актив внесен в счет вклада в уставный капитал общества, его фактической стоимостью признается его денежная оценка, согласованная участниками организации (в соответствии с актом оценки от 05.08.2013) – 22 млн. руб.

Внесение нематериального актива в уставный капитал по своей правовой природе отличается от договора купли-продажи, поскольку приобретается статус участника такого общества с правами и обязанностями, предусмотренными законом и учредительными документами общества.  Заявитель сослался на пункт 8 ПБУ 5/01, пункт 9 ПБУ 6/01, пункт 11 ПБУ 14/2007, пункт 14 ПБУ 19/02, отметил, что не верно утверждение о невозможности извлечения выгоды ввиду того, что сам объект построен, а проект не пригоден для строительства подобной установки в каком-либо другом месте. По мнению подателя, проект можно осуществить в другом месте, взяв его за основу с доработкой к современным условиям и с учетом необходимых корректировок, связанных с привязкой к местности, что значительно дешевле, чем заказ нового проекта, что подтвердил ФИО5 

Вывод об отсутствии реальной ценности у компакт-диска опровергается письменными объяснениями самого Сельского о том, что ценность была определена заключением эксперта ФИО6 и решением общего собрания участников. 

Указывая на положения Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), заявитель отмечает, что при выходе участника из общества его доля в уставном капитале определяется на основании данных бухгалтерской отчетности и для годовой бухгалтерской отчетности является календарный год.

В решении отмечено, что правообладателем полезной модели является Сельский, ФИО2 и ФИО4 не являлись правообладателями, обратного не доказано. Однако заявитель отметил, что это он не утверждал, поскольку право собственности на НМА имело общество. Акт передачи от 05.08.2013 (переданный из личного архива истца) имеется в деле, в нем имеется подпись истца, в связи с чем, актив передан всеми членами общества, об акте от 05.08.2013 Сельский утверждал, что полноту передаваемой интеллектуальной собственности проверил, подтверждает полную комплектность.

Податель отметил, что на момент передачи дел новому директору ФИО4 на расчетном счете имелись средства в сумме около 16 тыс. руб., которые им были сняты, истрачены на неизвестные истцу нужды, значительная часть средств была потрачена на командировочные расходы ФИО4, за данный период ни истец, ни Сельский не получали денежные средства от общества в виде зарплаты.

До внесения в уставный капитал стоимости НМА уставный капитал общества составлял 200 тыс. руб., внесенных учредителями, доля истца составляет 85 тыс. руб., что судом не учтено.

 Посредством системы «Мой арбитр» ответчик представил отзыв с приложением доказательств отправки от 24.04.2021. В приобщении отзыва отказано, поскольку не исполнена обязанность по заблаговременному раскрытию доводов с учетом момента принятия жалобы к производству (18.03.2021) и сроков, установленных определением для раскрытия отзыва (не позднее 20.04.2021) (статьи 9, 65, 262 АПК РФ).

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель подателя жалобы доводы жалобы поддержал в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей. 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела,  ООО «ББК», зарегистрировано в качестве юридического лица при создании 23.01.2013, о чем в сведения ЕГРЮЛ была внесена запись за государственным регистрационным номером 2130280058490, уставный капитал (по состоянию на 30.10.2013) значится в размере 22,2 млн. руб.

Участниками общества являлись:

- ФИО2 с размером доли в уставном капитале 42,5%, номинальной стоимостью 9 435 000 руб.;

- Мазитов Риф Фидавиевич - 42,5% (номинальной стоимостью 9 435 000 руб.);

- ФИО5 - 15% (номинальной стоимостью 3 330 000 руб.).

Согласно акту оценки интеллектуальной собственности от 05.08.2013, участники общества составили акт о передаче участниками в качестве вклада в счет увеличения уставного капитала общества права пользования объектом интеллектуальной собственности (НМА-проект «Установка переработка углеводородного сырья»), рыночной стоимостью 26 700 000 руб., определенной на основании отчета №22-13 от 24.07.2013 независимого оценщика – ИП ФИО6 («Некоммерческое партнерство «Саморегулируемая организация «Кадастр-оценка», регистрационный номер №00461 в реестре оценщиков НП «СРО «Кадастр-оценка» от 26.07.2011). Данное имущество было оценено участниками общества в размере 22 000 000 руб.

На основании указанного, уставный капитал общества был увеличен за счет дополнительного вклада участников до 22 200 000 руб., согласно протоколу ООО «ББК» №5 от 05.08.2013 «об утверждении итогов внесения дополнительных вкладов в уставной капитал».

По данным баланса за 2014 год (т. 2, л.д. 26-72), активы общества составляли 22 136 тыс. руб. (включая нематериальные поисковые активы на сумму 22 000 тыс. руб., прочие внеоборотные активы 99 тыс. руб., запасы 10 тыс. руб., НДС по приобретенным ценностям 10 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты 17 тыс. руб.), долгосрочные и краткосрочные обязательства составляют 0 руб.

В балансе отражено, что уставный капитал составляет 22 200 тыс. руб.

05.05.2015 ФИО2 заявил о своем выходе из общества. Данное заявление истца рассмотрено протоколом общего собрания участников общества от 06.05.2015, согласно которому принято решение об удовлетворении заявленного выхода из состава учредителей общества единогласным решением.

24.04.2018 в адрес общества истцом была направлена претензия с требованием о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале, поскольку устные переговоры сторон к результату, удовлетворяющему требования истца, не привели.

Поскольку требования истца обществом удовлетворены не были, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

ООО «ББК» с исковыми требованиями не согласилось, указав в возражениях, что согласно акту приема-передачи от 05.08.2013 №1 ФИО2 лишь принял НМА-проект «Установка переработка углеводородного сырья» от имени ООО «ББК», а передали его в общество ФИО4 и ФИО5 В пункте 1 акта приема-передачи от 05.08.2013 №1 указано, что в уставный капитал передано право пользования объектом, а не сам объект. Согласно отчету от 24.07.2013 № 22-13 производилась оценка именно права пользования.

В судебном заседании суда первой инстанции третье лицо ФИО5 дал пояснения, указав, что фактически уставный капитал был увеличен за счет передачи им обществу компакт-диска с проектом установки переработки углеводородного сырья, ранее уже построенного в Оренбургской области. При этом, ни ФИО2, ни ФИО4 не передавали ФИО5 денежные средства для оплаты своих долей в увеличенном уставном капитале и доля в компакт-диске им никогда не принадлежала, поскольку они за нее никому не заплатили. Участники общества договорились определить стоимость компакт-диска в размере 22 000 000 руб., хотя с точки зрения ликвидности он такой стоимости не имел. Реализовать указанный проект они не могли, так как он уже был реализован, а для строительства аналогичной установки в другом месте проект было необходимо переделывать в полном объеме. ФИО5 также пояснил, что поскольку компакт-диск не имел реальной ценности, при выходе в мае 2015 года из состава участников общества самого ФИО5, он не стал просить выплаты стоимости его доли. При этом на момент его выхода стоимость чистых активов была отрицательной, так как денежные средства на расчетном счете общества, равно как и имущество, отсутствовали. При этом, из пояснений ФИО5 следует, что он утратил интерес к данному патенту с момента его регистрации на себя и поддержание патента прекращено в связи с неуплатой пошлины с 30.09.2015. В результате чего, в настоящий момент полезной моделью можно пользоваться бесплатно.

Третье лицо ФИО4 в представленных суду пояснениях указал, что фактически уставный капитал был увеличен за счет передачи ФИО5 обществу компакт-диска с проектом установки переработки углеводородного сырья, ранее уже построенного в Оренбургской области. При этом ФИО4 и ФИО2 денежные средства для оплаты своих долей в увеличенном уставном капитале ФИО5 не передавались. Учредители определили стоимость компакт-диска в размере 22 000 000 руб., с целью постановки его на учет в налоговом органе, как нематериальный актив. Указанное предложение последовало от ФИО2 с целью повышения репутации общества при обращении в различные кредитные организации и организации по поддержке малого бизнеса за финансированием. Он же организовал предварительную оценку. Однако расчеты не оправдались. Бюджетное финансирование получено не было, а кредиты в банках оформлять не стали. Как указал ФИО4, в ноябре 2013 года его избрали директором, с целью самостоятельного развития, без привлечения кредитных и бюджетных средств. Однако 2014 год стал финансово неудачным для общества, положение которого стало убыточным, в связи с чем, ФИО5 и ФИО2 приняли решения о выходе из состава участников общества. Так, в начале мая 2015 года из числа участников общества вышел ФИО2, а в конце мая 2015 года - ФИО5 К тому времени денежные средства, которые были внесены на расчетный счет в январе 2013 г., уже были потрачены, главным образом – на заработную плату ФИО2

В связи с наличием разногласий между сторонами спора относительно стоимости доли, подлежащей выплате истцу как лицу, вышедшему из состава участников общества, судом на основании статьи 82 АПК РФ определением от 11.12.2018 по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «КонтурГарантАудит» в лице ФИО7 (сертификат соответствия №008230 сроком 25.09.2013 по 24.09.2019 «Исследование записей бухгалтерского учета», сертификат соответствия №008231 сроком 25.09.2013 по 24.09.2019 «Исследование показателей финансового состояния и финансово-экономической деятельности хозяйствующего субъекта», действительный член НП СРО «Национальное Объединение судебных экспертов», НП «Палата судебных экспертов», л.д.89-95, т.2, л.д.53-65, т.3).

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

- какова рыночная стоимость нематериального актива, находящегося на балансе ООО Башкирская битумная компания» - проект установки переработки углеводородного сырья в Тюльганском районе Оренбургской области по состоянию на 31.12.2014?

- какова действительная стоимость доли ФИО2 (без учета НДС), составляющая 42,5% в уставном капитале ООО Башкирская битумная компания», с учетом балансовой стоимости чистых активов ООО Башкирская битумная компания» по состоянию на 31.12.2014?

В ходе производства экспертизы экспертом было заявлено ходатайство о предоставлении необходимых для дачи заключения следующих документов: оборотно-сальдовую ведомость ООО «ББК» по состоянию на 31.12.2014; анализ счетов 01, 08, 04,51, 60, 62 ООО «ББК» по состоянию на 31.12.2014; отчеты по проводкам по сч. 01,08, 04, 51, 60, 62 ООО «ББК» по состоянию на 31.12.2014».

В связи с непредставлением сторонами и налоговым органом вышеназванных документов, судебное заседание неоднократно откладывалось.

Согласно ответу налоговых органов, а именно МРИ ФНС №33 по РБ и МРИ ФНС №40 по РБ, представление запрашиваемых экспертом документов не представляется возможным по причине их отсутствия (т.3, л.д.16).

Согласно заключению эксперта №30/09/2019 от 30.09.2019 (т. 3, л.д.33-51), определить рыночную стоимость нематериального актива проекта «Установка переработки углеводородного сырья в Тюльганском районе Оренбургской области по состоянию на 31.12.2014 по материалам дела Арбитражного суда Республики Башкортостан №А07-11774/2018 эксперту не представилось возможным.

В исследовательской части заключения эксперта по первому вопросу экспертизы, экспертом установлено, что согласно отчету оценщика ФИО6 рыночная стоимость НМА - Проект «Установка переработки углеводородного сырья» составляет 26 700 000,00 руб., однако объект НМА - проекта «Установка переработки углеводородного сырья» в приложении к отчету отсутствует, а также в материалах арбитражного дела, в связи с чем, определить рыночную стоимость нематериального актива - проекта «Установка переработки углеводородного сырья в Тюльганском районе Оренбургской области» по состоянию на 31.12.2014 не представилось возможным.

Проводя исследование по вопросу определения действительной стоимости чистых активов ООО «Башкирская битумная компания» по состоянию на 31.12.2014, эксперт указал, что поскольку оборотно-сальдовая ведомость, анализ счетов и отчеты по проводкам эксперту не были предоставлены, чистые активы ООО «Башкирская Битумная Компания» должны быть указаны в отчетности в разд. 3 «Отчета об изменениях капитала».

Согласно разделу 3 «Отчета об изменениях капитала», чистые активы ООО «ББК» по состоянию на 31.12.2014 составляют 0,00 руб. (см. лист 60, том 2).

Экспертом установлено, что действительная стоимость доли ФИО2 в ООО «ББК» по состоянию на 31.12.2014 составляет 0,00 руб., а именно «Чистые активы» – 0,00 руб., «Доля участника в уставном капитале » - 42,5% = 0,00 руб.

Заключение №30/09/2019 от 30.09.2019 сделано экспертом на основании представленных Арбитражным судом Республики Башкортостан материалов дела №А07-11774/2018.

По результатам исследования экспертом СД-диска электронного проекта «установка переработки углеводородного сырья», направленного эксперту по дополнительному ходатайству судом, эксперт установил наличие в нем папок с рабочими чертежами. Папка «ОВОС» «тит.лист»: указано ООО «Нефтегазпроект», заказчик ООО «Новейшие технологии», объект «Установка переработки углеводородного сырья» 10 тыс.тонн/год по сырью в Тюльганском районе Оренбургской области и т д.

Экспертом установлено, что информация на представленном СД диске следующая: рабочие чертежи выполнены в соответствии с заданием на проектирование о комплексных инженерных изысканиях, выполненных «Росгипроводхоз»; в основных записях чертежей указано «Установка переработки углеводородного сырья» 10 тыс.тонн/год по сырью»; заказчик проекта ООО «Новейшие технологии»; проект выполнен ООО «Нефтегазпроект»; иные фамилии Щелкова, Машковский, ФИО8, Лихтер.

Экспертом отмечено, что на СД-диске отсутствует какая-либо информация об ООО «Башкирская Битумная компания».

В ходе рассмотрения дела истец заявил ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы с проставлением перед экспертом тех же вопросов.

В обоснование заявленного ходатайства истец указал, что у эксперта ФИО7, производившего экспертизу, отсутствуют специальные познание для осуществления исследования по первому вопросу, а именно определения рыночная стоимость нематериального актива, находящегося на балансе ООО «Башкирская битумная компания» - проект установки переработки углеводородного сырья в Тюльганском районе Оренбургской области по состоянию на 31.12.2014. Кроме того, в заключении отсутствуют материалы привлеченного эксперта-оценщика, а для такого рода выводов в соответствии с Законом об оценочной деятельности необходимы специальные познании и аттестация.

По мнению истца, в отношении ответа на первый вопрос, относительно рыночной стоимости нематериального актива, следует руководствоваться имеющимся в деле отчетом оценщика ФИО6, составленного в рамках действующего законодательства, либо в рамках назначенной экспертизы, провести дополнительные мероприятия по подтверждению или опровержению данной стоимости, уполномоченным на это экспертом ФИО7

Истец также указал, что экспертом ФИО7 в заключении сделан вывод о том, что чистые активы ООО «Башкирская битумная компания» по состоянию на 31.12.2014 составляют 0 руб. на основании того факта, что в разделе 3 «Отчета об изменениях капитала» данный раздел не заполнен. Указанный факт, по мнению истца, свидетельствует о нарушении требований действующего законодательства при заполнении отчета об изменениях капитала, а также об отсутствии взаимоувязки показателей форм бухгалтерской отчетности и не может свидетельствовать об отсутствии нематериального актива.

Ответчик возражал относительно заявленного истцом ходатайства по доводам, изложенным в письменной позиции.

Суд, ссылаясь на положения статей 82, 87 АПК РФ, отказал в удовлетворении ходатайства, посчитал, что само по себе, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении повторной экспертизы не создает обязанности суда по ее безусловному назначению. Оценив заключение эксперта №30/09/2019 от 30.09.2019, суд пришел к выводу об отсутствии сомнений в обоснованности представленного заключения, поскольку каких-либо противоречий в выводах эксперта не усматривается, специальность и квалификация эксперта подтверждена представленными в материалы дела соответствующими документами, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Доводы истца об отсутствии у эксперта ФИО7 специальных познаний для осуществления исследования определения рыночной стоимости нематериального актива, отклонены судом, поскольку согласно представленных в материалы дела документов о квалификации эксперта, эксперт ФИО7 имеет высшее экономическое, юридическое образование, стаж работы по экономической специальности более 20 лет, являющаяся аттестованным аудитором, сертифицированным судебным экспертом. Суд посчитал, что фактически ходатайство истца о назначении повторной экспертизы обусловлено его несогласием с результатами судебной экспертизы.

В ходе рассмотрения дела было удовлетворено ходатайство ответчика о вызове эксперта в судебное заседание для дачи пояснений по заключению эксперта. Эксперт ФИО7 в судебном заседании подтвердила выводы экспертизы, ответив на вопросы участников процесса и суда.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из необоснованности заявленных требований.

Апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 14 Закона об обществах с ограниченной ответственностью действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Порядок определения стоимости чистых активов утвержден приказом Министерства финансов РФ от 28.08.2014 № 84н.

Согласно пунктам 4-6 названного Порядка, стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. Объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются. Принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций.  Принимаемые к расчету обязательства включают все обязательства организации, за исключением доходов будущих периодов, признанных организацией в связи с получением государственной помощи, а также в связи с безвозмездным получением имущества.

Формально, исходя из данных баланса за 2014 год, стоимость чистых активов составляет 22 136 тыс. руб. (учитывая размер активов в сумме 22 136 тыс. руб. – размер обязательств, составляющий 0 руб.). Сведений о задолженности учредителей баланс не содержит.

В связи с чем, размер действительной стоимости доли истца мог бы составить 9 407,8 тыс. руб.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, данным в подпункте «в» пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 90, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

В рассматриваемом случае, между сторонами имеется спор относительно наличия и стоимости актива - права пользования на нематериальный актив - проект установки переработки углеводородного сырья в Тюльганском районе Оренбургской области, учитывая, что именно право пользования проектом было внесено в уставный капитал общества.

Согласно протоколу № 4 от 08.07.2013 общего собрания участников ООО «ББК», общество увеличивает свой уставной капитал до 22 200 000,00 рублей. Дополнительные вклады, подлежащие внесению участниками в уставный капитал, распределяются: ФИО2 – 9 435 000,00 руб. (42,5 %), ФИО4 - 9 435 000,00 руб. (42,5 %), ФИО5 – 3 330 000,00 руб. (15 %). Срок передачи дополнительного вклада в уставный капитал до 09.08.2013.

Согласно протоколу № 5 от 05.08.2013 общего собрания участников ООО «ББК», дополнительные вклады в уставный капитал внесены согласно акту приема-передачи от 05.08.2013. Доли в уставном капитале распределены: ФИО2 – 9 435 000,00 руб. (42,5 %), ФИО4 - 9 435 000,00 руб. (42,5 %), ФИО5 – 3 330 000,00 руб. (15 %).

Согласно протоколу № 5 от 05.08.2013, был утвержден акт оценки интеллектуальной собственности, вносимый в уставный капитал, а также был утвержден устав общества в новой редакции.

Согласно акту № 1 приема – передачи от 05.08.2013, участники ООО «ББК» (ФИО2, ФИО4, ФИО5) передали, а общество приняло в уставный капитал ООО «ББК» право пользования объектом интеллектуальной собственности (НМА - Проект «Установка переработки углеводородного сырья») (отчет № 22-13 от 24.07.2013 независимого оценщика – ИП ФИО6).

В акте № 1 приема – передачи от 05.08.2013 отражено, что переданная интеллектуальная собственность в собственность ООО «Башкирская Битумная Компания» принадлежит участникам, не находится под арестом, не является предметом залога и свободно от любых прав третьих лиц. ООО «Башкирская Битумная Компания» приобретает право собственности на интеллектуальную собственность с момента подписания акта приема-передачи и подлежит передачи на баланс общества. Содержится отметка, что полноту передаваемой интеллектуальной собственности (проекта) проверил и подтверждает полную комплектность ФИО5, удостоверенная подписью последнего.

В акте в разделе «подписи сторон» указано, что передали – ФИО2 (подпись отсутствует), ФИО4 (подпись имеется) и ФИО5 (подпись имеется), принял - директор общества ФИО2 (имеется подпись), удостоверена  печатью организации.

Таким образом, анализ акта показал, что ФИО2 фактически не передавал право пользования данным проектом в виду отсутствия его подписи в акте.

Более того, акт передачи содержит противоречивую информацию – в уставный капитал передается право пользования проектом (пункт 1 акта), в пункте 2 отражено, что «интеллектуальная собственность» принадлежит участникам (не указано на каком праве и на основании какого факта), в пункте 3 содержится указание на приобретение обществом права собственности на интеллектуальную собственность, однако в силу положений статей 209, 218 Гражданского кодекса РФ указанное не возможно, поскольку передавался не сам объект (проект), а лишь право пользования им, иных оснований возникновения права собственности не приведено – акт о передаче права пользования не может расцениваться как сделка об отчуждении самого имущества.  

В акте об оценке содержится противоречивая информация. Отмечено, что право пользования объектом интеллектуальной собственности (проект…, рыночной стоимостью 26,7 млн. руб.), «данное имущество» оценивается участниками в размере 22 млн. руб.; право пользования объектом интеллектуальной собственности принадлежит участникам.

При этом, из документов, представленных ФИО5, следует, что исключительное право на патент на полезную модель № 91337 принадлежало ООО «Новейшие технологии» (именно данное лицо значится заказчиком проекта, выполненного ООО «Нефтегазпроект»), которое передано приобретателю ФИО5 (патентообладатель), государственная регистрация договора осуществлена 01.08.2013 № РД0128376.

Сведений о передаче патента ООО «Новейшие технологии» иному лицу, либо ФИО5 – иному лицу, не имеется.

Сам ФИО2 не обосновал основания приобретения им права пользования проектом.

В связи с чем, доводы об ином не соответствуют фактическим обстоятельства и представленным доказательствам. 

Отсутствие в отчетности сведений о задолженности учредителей по взносу в уставный капитал правового значения, при вышеуказанных обстоятельствах, не имеет.

Согласно отчету об оценке от 24.07.2013 (ИП ФИО6), рыночная стоимость объекта оценки – НМА проект «Установка переработки углеводородного сырья» по состоянию на 20.07.2013 составляет 26,7 млн. руб.

В задании на оценку (т.1, л.д. 89 или лист 7 отчета об оценке) отражено, что объектом оценки является НМА проект «Установка переработки углеводородного сырья», оцениваемые имущественные права – право собственности, цель и задачи оценки – определение рыночной стоимости для постановки НМА на баланс предприятия, предполагаемое использование результатов оценки – постановка НМА на баланс предприятия.

Таким образом, оценщиком определялась рыночная стоимость самого проекта, а не права пользования им. В связи с чем, данный отчет об оценке не может быть использован для целей определения стоимости права пользования данным проектом. Кроме того, цена определена на 20.07.2013, тогда как стоимость имущества должна определяться на 31.12.2014 (дату отчетности, предшествующей выходу истца из состава участников). 

Более того, из отчета об оценке следует, что оценщиком использовался исключительно затратный подход, сравнительный и доходные подходы не применялись.  Отказ от доходного подхода обоснован тем, что проект еще не реализован (из позиции Сельского следует, что проект реализован, объект возведен), в связи с чем, невозможно корректно определить размер дохода, который будет приносить установка углеводородного сырья. Отказ от сравнительного подхода обоснован тем, что рынок свободной продажи готовых проектов (объектов НМА) в России отсутствует, проекты разрабатываются конкретно под каждого заказчика с различными условиями осуществления проектов.

В рамках применения затратного подхода оценщик определил стоимость в размере 25 246 667 руб., получив ее как среднее значение предложенных проектными организациями цен на услуги (приведены общие данные об организациях в виде наименований – ООО «Проект», ООО «ПищАгроСтройПроект», ООО «ЕвроТрейдУфа»; однако не приведены иные идентифицирующие признаки данных организаций – ИНН, ОГРН, адрес; отсутствуют сведения о том, из каких конкретно источников оценщиком получена информация о стоимости услуг данных организаций и применительно к каким конкретно услугам указана такая стоимость). Из отчета не следует, что оценщик обращался к организации, которая непосредственно готовила сам проект для целей установления затрат на изготовление проекта.

Учитывая изложенное, данный отчет очевидно не может быть использован в качестве обоснования стоимости права пользования проектом.

Поскольку оценка, приведенная в акте от 05.08.2013, фактически касается самого проекта (а не права пользования) и обоснована ссылками на вышеназванный отчет, то и стоимость, указанная в данном акте, также не может быть использована.

Более того, в силу пунктов 37-39 ПБУ 14/2007 (Положение по бухгалтерскому учету «Учет нематериальных активов», утв. приказом Министерства финансов РФ от 27.12.2007 № 153н), отражение в бухгалтерском учете организации операций, связанных с предоставлением (получением) права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (за исключением права использования наименования места происхождения товара), осуществляется на основании лицензионных договоров, договоров коммерческой концессии и других аналогичных договоров, заключенных в соответствии с установленным законодательством порядком (37). Нематериальные активы, предоставленные правообладателем (лицензиаром) в пользование (при сохранении исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации), не списываются и подлежат обособленному отражению в бухгалтерском учете у правообладателя (лицензиара). Начисление амортизации по нематериальным активам, предоставленным в пользование, производится правообладателем (лицензиаром) (38). Нематериальные активы, полученные в пользование, учитываются пользователем (лицензиатом) на забалансовом счете в оценке, определяемой исходя из размера вознаграждения, установленного в договоре (39).

Поскольку право пользования проектом, переданное обществу, должно отражаться только  на забалансовом счете, то и стоимость данного права пользования не может учитываться при расчете размера чистых активов (пункт 4 Порядка, утв. приказом Министерства финансов РФ от 28.08.2014 № 84н).

Кроме того, не представлены документальные доказательства фактической возможности использования данного проекта с учетом того, что он составлен в отношении установки для определенной территории, не раскрыты затраты на переработку данного проекта в целях возможности его использования обществом, последнее заявило о фактической невозможности его использования. В связи с чем, и ссылки на какую-либо ценность самого диска, содержащего проект, правового значения не имеют.

Следовательно, исковые требования удовлетворению не подлежали.

Ссылки на отсутствие компетенции у эксперта, исходя из положений Закона об оценочной деятельности, подлежат отклонению, учитывая, что проведение судебной экспертизы регламентировано иными положениями законодательства, в частности, об экспертной деятельности (Федеральный закон от 31.05.2001 № 73-ФЗ; постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23). В рассматриваемом случае к заключению эксперта приложены документы об образовании эксперта, свидетельствующие, как о наличии высшего экономического образования, так и о повышении экспертом квалификации как судебного эксперта в области исследования, относящейся к показателям финансового-экономического состояния субъектов экономической деятельности, исследования записей бухгалтерского учета.  

Иные доводы правового значения не имеют, поскольку не опровергают основного вывода суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения требований

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает правовых и фактических оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины  по апелляционной жалобе в силу статьи 110 АПК РФ относятся на заявителя жалобы.

     Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18.02.2021 по делу № А07-11774/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев  со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья       Л.В. Забутырина 

 

Судьи    О.В. Рогожина       

                                                                                                   А.А. Румянцев