﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-5136/2019к1

г. Красноярск

09 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена «04» октября 2019 года. 

Полный текст постановления изготовлен         «09» октября 2019 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  -  Хабибулиной Ю.В.,

судей: Споткай Л.Е., Юдина Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Каверзиной Т.П.,

при участии:

от заявителя - Белослудцева Вадима Николаевича: Игнатова А.Ю., представителя по доверенности от 25.09.2019 серии 86 АА № 2792231,

от конкурсного управляющего должника - общества с ограниченной ответственностью «Красноярский завод Проппантов» Спирова Вячеслава Николаевича: Литвинова О.И., представителя по доверенности от 29.08.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Белослудцева Вадима Николаевича

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от 29 августа 2019 года по делу №А33-5136/2019к1, принятое судьёй Ерохиной О.В.,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Красноярский завод Проппантов» (ИНН 2443026756, ОГРН 1052443036250, далее – ООО «Красноярский завод Проппантов», должник) рассмотрено требование Белослудцева Вадима Николаевича (ИНН 450145750105, ОГРНИП 31845010003304, далее – Белослудцев В.Н., заявитель) о включении в реестр требований кредиторов.

Определением от 29.08.2019 в удовлетворении заявленного требования отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, Белослудцев В.Н. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить оспариваемый судебный акт, заявленное требование о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника – удовлетворить.

По мнению заявителя жалобы, суд первой инстанции в нарушение статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не учел установленные судом общей юрисдикции обстоятельства, в связи с чем, не применил подлежащие применению нормы Закона о банкротстве. Кроме того, заявитель жалобы полагает, что заявленные требования основаны на договорах займа и не носят корпоративный характер, заемные средства выдавались в процессе обычной хозяйственной деятельности; факт совершения займов в целях докапитализации оборотных активов для осуществления плана выхода должника из финансово-экономического кризиса не подтверждается материалами дела.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11 сентября 2019 года апелляционная жалоба принята к производству.

Материалами дела подтверждается надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом первой инстанции.

При изложенных обстоятельствах, в силу статей 121-123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы.

До начала исследования доказательств по делу представитель заявителя - Белослудцева В.Н. заявил письменное ходатайство о приобщении к материалам дела вышеуказанного дополнительного документа, а именно: копию постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2019 по делу А75-7281/2019.

Третий арбитражный апелляционный суд, в целях всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела, учитывая мнение конкурсного управляющего должником, на основании статей 9, 159, части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определил удовлетворить заявленное представителем заявителя ходатайство и приобщить к материалам дела дополнительный документ. 

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Белослудцев Вадим Николаевич обратился в арбитражный суд с требованием о включении в третью очередь реестра требований кредиторов задолженности в размере 200 606 577 рублей 16 копеек, в том числе 158 450 000 рублей – основной долг; 674 018 рублей 42 копейки – проценты по займам; 41 282 558 рублей 74 копейки – проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации; 200 000 рублей – судебные расходы.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из того, что требование вытекает из корпоративных обязательств, и не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции.

Основания и порядок предъявления кредиторами требований к должнику регламентирован положениями статьей 4, 71, 100 Закона о банкротстве.

Для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения (пункт 1 статьи 71 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В обоснование заявленных требований Белослудцев В.Н. ссылается на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Краснодарского края от 07.03.2019 по делу №А32-2723/2019 о взыскании с ООО «Красноярский завод Проппантов» в пользу ИП Белослудцева В.Н. задолженности в размере 200 406 577 рублей 16 копеек, в том числе: 158 450 000 рублей – основной долг, 674 018 рублей 42 копейки – проценты по займу, 41 282 558 рублей 74 копейки – проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также 200 000 рублей судебных расходов.

Из данного судебного акта следует, что между ООО «ПАРТНЕРойл» (заимодавец) и ООО «Красноярский Завод Проппантов» (заемщик) заключены договоры займа с условием о возврате суммы займа и процентов по займу в размере 0,01% годовых в срок до 31.01.2016 (с учетом дополнительных соглашений к договорам).

29.11.2018 ООО «Партнеройл» на основании договора цессии уступило права требования по договорам займа ИП Белослудцеву в полном объеме. Таким образом, на основании договора цессии к истцу перешло право требования уплаты ответчиком задолженности по договорам займа.

Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование) (пункт 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Факт установления задолженности возникшей в результате заключения договора уступки задолженности по договорам займа в судебном порядке не подлежит установлению в данном случае.

На основании вышеизложенного, подлежит отклонению довод апелляционной жалобы о том, что судом не приняты во внимание обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, как не обоснованный.

Судом первой инстанции установлено, что согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, участниками ООО «КЗП» являются            Гайсина А.В. с размером доли в уставном капитале 50% (с 27.05.2014), Елфимов В.С. с размером доли в уставном капитале 25% (с 27.05.2014) и Сурков А.В. с размером доли в уставном капитале 25% (с 27.05.2014).

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц единственным участником ООО «ПартнерОйл» является ООО «ИК «Траст».

Участниками ООО «ИК «Траст», по состоянию на 12.10.2015 являются Гайсина А.В. с размером доли в уставном капитале 50% (с 13.07.2015), Елфимов В.С. с размером доли в уставном капитале 25% (с 21.07.2015) и Сурков А.В. с размером доли в уставном капитале 25% (с 21.07.2015). По состоянию на 09.06.2014 участниками ООО «ИК «Траст» являлись Елфимов В.С. с размером доли в уставном капитале 50% (с 11.03.2013) и Сурков А.В. с размером доли в уставном капитале 50% (с 11.03.2013).

Таким образом, исходя из периода заключения вышеуказанных договоров займа с 09.06.2014 по 12.10.2015, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что в данный период времени имел место одинаковый состав участников должника и ООО «ПартнерОйл», единственным участником которого является ООО «ИК «Траст», участники которого в свою очередь сходны с участниками должника.

На основании вышеизложенного, подлежит отклонению довод жалобы об отсутствии у участников сделки признаков аффилированности, как противоречащий фактическим обстоятельствам дела.

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Правоотношения, связанные с участием в обществе с ограниченной ответственностью, регламентируются Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Статья 8 названного Федерального закона определяет права участников общества. К обязательствам должника перед его учредителями (участниками), вытекающим из участия в обществе, относятся обязательства, корреспондирующие корпоративным правам участников и регулируемые нормами корпоративного законодательства.

В соответствии с разъяснениями, данными Верховным Судом Российской Федерации в пункте 18 Обзора судебной практики № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

При рассмотрении требований аффилированных с должником лиц (учредителей (участников) должника), предъявляемых в делах о банкротстве, не может быть применен ординарный стандарт доказывания, при этом более строгий стандарт доказывания означает, что аффилированным кредиторам следует не только представлять ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть корпоративную природу обязательств, из которых она возникла. Цель судебной проверки таких требований состоит в исключении как у суда, так и у других участников дела о банкротстве любых разумных сомнений в наличии и размере долга, а также в его гражданско-правовой характеристике.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых, не аффилированных с должником) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения в реестр основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествовавший банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях, в данном случае беспроцентных) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай грядущего банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, отказав во включении такового в реестр.

При представлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В таком случае инициатор требования обязан раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Как следует из материалов дела, денежные средства должнику выдавались систематически на основании множественных и последовательных договоров займа. Из анализа рассмотренных договоров и фактов, установленных решением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.03.2019 по делу №А32-2723/2019 следует, что сроки возврата по договоров займа продлевались (окончательный срок возврата до 31 января 2016 года). 29.11.2018 ООО «Партнеройл» на основании договора цессии уступило права требования по договорам займа ИП Белослудцеву В.Н. в полном объеме, при этом займодавец - ООО «Партнеройл», учитывая нарушения заемщиком срока возврата денежных средств, требования о возврате денежных средств не заявлял.

Таким образом, из совокупности оснований заявленного требования (заемные денежные средства), судом первой инстанции сделан верный вывод о характере докапитализации оборотных средств должника через предоставление займов. Участники должника, используя правосубъектность подконтрольного им хозяйствующего субъекта – ООО «ИК «Траст», которое в свою очередь является единственным участником ООО «ПартнерОйл», восполняли недостаточность оборотного капитала ООО «Красноярский завод Проппантов». Обязательства ООО «Красноярский завод Проппантов» по договорам займа, заключенным с ООО «Партнеройл», только формально имеют гражданско-правовую природу. Их возникновение и существование было бы невозможно, если бы ООО «Партнеройл» не имело в составе участников ООО «ИК «Траст», участники которого входят в состав участников должника и имеют цель контроля финансирования и извлечения из этого прибыли.

Таким образом, с учетом всей совокупности обстоятельств по делу суд первой инстанции обоснованно признал, что ООО «Партнеройл» действовал не как обычный кредитор-займодавец, преследующий получение прибыли от дачи денежных средств в займ и требующий как разумный хозяйствующий субъект предпринимательской деятельности возврата таких средств посредством направления претензии, предъявления иска в суд и т.д., а в целях получения прибыли от деятельности ООО «Красноярский завод Проппантов». Сложившиеся между должником и ООО «Партнеройл» правоотношения по договорам займа носят корпоративный характер, представляют собой способ увеличения оборотных активов должника, без документального оформления увеличения уставного капитала должника.

Уступка прав требований, вытекающих из участия в обществе, не изменяет их правовой природы. Приобретатель прав имел возможность проверить контрагента, проверить экономическое состояние должника по договорам займа. При этом задолженность в размере 200 000 рублей судебных расходов, который понес заявитель в результате обращения в арбитражный суд с иском о взыскании задолженности, также не является в данном случае обоснованной по мотивам изложенным выше.

На основании изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требования Белослудцева Вадима Николаевича о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Красноярский завод Проппантов».

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, оснований для отмены не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 29 августа 2019 года по делу №А33-5136/2019к1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Л.Е. Споткай

 

Д.В. Юдин