АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ  

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001 

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru  

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-7329/2016

30 января 2018 года

г. Улан-Удэ

 

Резолютивная часть решения оглашена 23.01.2018 г. 

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Урмакшинова В. К.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в  судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью  «Читинская медицинская компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с  ограниченной ответственностью «Медцентр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о  взыскании 14064000 руб. 00коп.,  

при участии: от истца: ФИО2, представитель по доверенности; 

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности;  от третьего лица: не явился, извещен,  

установил:

В рамках дела № А40-125510/16-98 общество с ограниченной ответственностью  «Дельрус-Забайкалье» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы к обществу с ограниченной  ответственностью «Медцентр» о взыскании 14064000 руб. 00 коп. – задолженности по  договору клинической апробации № 645 от 03.12.2014 г.  

 Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07 октября 2016 г. дело передано по  подсудности в Арбитражный суд Республики Бурятия.  

 Определением от 11 января 2017 г. принято уточнение наименования истца -  ООО «Читинская медицинская компания».  

Определением от 17 февраля 2017 года производство по делу приостановлено до  получения заключения, назначенной по заявлению истца о фальсификации доказательств  (акта-приема передачи оборудования от 23.06.2015 г.), экспертизы.  

 Определением от 19 июня 2017 года производство по делу возобновлено в связи с  получением заключения экспертов.  

Определением от 08 августа 2017 года суд привлек к участию в деле в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,  ФИО4.  

Определением от 13 октября 2017 года производство по делу приостановлено до  получения результатов назначенной, по заявлениям ответчика и третьего лица заявления о  фальсификации доказательств, экспертизы.  

Определением от 13 декабря 2017 года производство по делу возобновлено в виду  поступления в суд экспертного заключения.  

Истец в судебном заседании поддержал заявленное требование о взыскании с  ответчика 3312773 руб. – суммы убытков, представляющих собой стоимость полученного  ответчиком от истца на определенный срок в пользование и не возвращенного имущества.  

При этом истец указывает, что по акту приема-передачи демонстрационного  оборудования от 09.12.2014 года, подписанному ответчиком без замечаний и возражений, в  соответствии с условиями договора клинической апробации № 645 от 03.12.2014 года  ответчику передано оборудование и инструментарий.  

Согласно пунктам 1.1, 1.2. договора № 645 от 03.12.2014 года имущество передавалось  ответчику во временное пользование для проведения клинической апробации с целью  определения эффективности использования аппаратов в медицинской практике.  

Факт получения демонстрационного оборудования по договору клинической  апробации ответчиком не оспаривается.  

Согласно пункта 2.1. договора клинической апробации № 645 от 03.12.2014 года  согласованным сроком для апробации принятого оборудования и инструментария является  период с 22.10.2014 года по 22.06.2015 года.  

Пунктом 2.2. договора определено, что по истечении срока апробации ООО  «МедЦентр» возвращает имущество ООО «Дельрус-Забайкалье».  

В соответствии с условиями, указанными в спецификации к договору, которая в силу  пункта 1.1. договора является его неотъемлемой частью, общая стоимость передаваемого  имущества составляет 3 312 773 (три миллиона триста двенадцать тысяч семьсот семьдесят  три) евро. В спецификации, представленной ответчиком в материалы дела, аналогичная  стоимость имущества указана в рублях.  

Учитывая имеющиеся расхождения в указании валюты для определения стоимости  оборудования в спецификации, представленной сторонами по делу, истец скорректировал  

размер заявленного требования в соответствии с редакцией приложения 1 Спецификацией к  договору клинической апробации № 645 от 03.12.2014 года до 3312773 руб.  

Спорный договор, заключенный между истцом и ответчиком, по мнению истца,  гражданским законодательством не предусмотрен, однако по своей правовой сути он  отвечает правилам о безвозмездном пользовании, отношения по которому регулируются  главой 36 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с п. 1 ст. 689 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору  безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется  передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне  (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в котором  она получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договора.  

Ответчик в установленный договором срок полученное на апробацию оборудование  истцу не вернул. В ответ на письменное требование от 04.02.2016 года истца о возврате  принятого по договору клинической апробации № 645 от 03.12.2014 года оборудования и  инструментария, ответчик сообщил, что спорное оборудование и инструментарий (22  наименования) у него не числится.  

В части представленного ответчиком акта приема-передачи демонстрационного  оборудования от 23.06.2015 года, согласно которому оборудование и инструментарий,  полученные ответчиком по договору клинической апробации № 645 от 03.12.2014 г., были  возвращены истцу, последний заявил о фальсификации данного документа.  

 Согласно сведениям, указанным в данном акте демонстрационное оборудование,  поименованное в документе было получено от имени ООО «Дельрус-Забайкалье»  ФИО4  

В соответствии с заключением эксперта № 326/6-3-3.2 от 18.05.2017 время выполнения  оттиска печати ООО «Дельрус-Забайкалье» в акте приема-передачи демонстрационного  оборудования от 23.06.2015 года, не соответствует указанной в нем дате - 23.06.205 года.  Состояние материалов письма оттиска печати ООО «Дельрус-Забайкалье» в акте  соответствует штрихам, возраст которых на начало исследования не более 12 месяцев.  

Согласно выводам эксперта представленный в материалы дела акт приема-передачи  демонстрационного оборудования от 23.06.2015 года был подписан ФИО4 от  имени ООО «Дельрус-Забайкалье» не ранее марта 2016 года.  

Полномочия ФИО4 как директора ООО «Дельрус-Забайкалье» прекращены с  03.10.2015 г. (протокол очередного общего собрания участников ООО «Дельрус-Забайкалье»  от 03.10.2015 года № 01-15).  

В связи с этим, следует признать что, представленный в материалы дела акт приема- передачи демонстрационного оборудования от 23.06.2015 года, согласно которому  оборудование и инструментарий, полученные ответчиком по договору клинической  апробации № 645 от 03.12.2014 г., были возвращены истцу в полном объеме, является  сфальсифицированным, поскольку данный документы был изготовлен после получения от  ООО «Читинская медицинская компания» претензии о возврате полученного по договору  оборудования исключительно для неисполнения обязательств по возврату данного  оборудования.  

В части доводов ответчика, третьего лица о том, что спорное оборудование в  настоящий момент находится у третьего лица - ФИО4 истец указывает, что  оборудование, поименованное в спецификации по договору, было передано истцом  ответчику в безвозмездное пользование на срок с 22.10.2014 года по 22.06.2015 года, т.е. на  шесть месяцев. По истечению указанных сроков ответчик истцу имущество не вернул.  

Имущественный интерес к возврату своего оборудования был выражен Истцом в  требовании от 04.02.2016 г.  

Учитывая полученный письменный ответ на претензию о том, что исполнение  обязательства по возврату медицинского оборудования невозможно, истец обратился в суд с  иском о взыскании стоимости данного оборудования.  

Со ссылкой на положения ст.ст. 309, 310, 398, п.2 ст.405 Гражданского кодекса  Российской Федерации, п.23 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского  кодекса Российской Федерации", истец полагает возможным отказаться от принятия  исполнения обязательства по возврату оборудования и потребовать в судебном порядке  взыскать стоимость этого оборудования.  

Истец не согласен принять медицинское оборудование у третьего лица - ФИО4 в настоящее время, ввиду того, что по истечении двух лет после наступления  обязанности по возврату данного оборудования интерес к этому имуществу у истца утрачен.  

Истец полагает, что поведение Ответчика и третьего лица в судебном споре после  получения результатов судебной экспертизы, в ходе которой был установлен факт  фальсификации одного из доказательств по делу, представленного ответчиком,  свидетельствует о злоупотреблении стороной по делу процессуальными правами.  

Действия ответчика по оспариванию имеющихся подписей на договоре клинической  апробации № 645 от 03.12.2014 года, оригинал которого представлен истцом; действия  третьего лица по оспариванию срока давности нанесения реквизитов (подписей и печатей) на  

договор клинической апробации № 645 от 03.12.2014 года, оригинал которого представлен  ответчиком, являются недобросовестными и направлены не на защиту прав указанных лиц, а  осуществляются в целях избежания гражданско-правовой ответственности.  

Исходя из фактических обстоятельств дела и предполагая добросовестность поведения  и разумность действий участников правоотношений, истец считает доказанными и  установленными факт заключения договора клинической апробации № 645 от 03.12.2014  года между истцом и ответчиком, а также факт того, что медицинское оборудование было  предоставлено последнему в рамках данного договора; факт ненадлежащего исполнения  ответчиком обязательства по возврату оборудования истцу.  

Таким образом, в рассматриваемом случае подлежит применению договорная  ответственность, установленная п. 4.2. договора клинической апробации, а также п. 2 ст. 405  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Ответчик с заявленным требованием не согласился, учитывая, что по заявлению истца  о фальсификации ответчик исключил из числа доказательств акт приема-передачи  оборудования от 23.07.2015 г., учитывая собственное заявление о фальсификации  предоставленных истцом договора и акта приема-передачи оборудования от 09.12.2014 г., с  учетом выводов эксперта (подписи от имени ответчика совершены не ФИО5,  подписи от имени истца отсутствуют – факсимильное изображение ФИО4),  пояснения третьего лица, полагает, что договорные отношения между сторонами  отсутствуют. При отсутствии договорных отношений подлежат применению положения гл.  60 ГК РФ.  

Поскольку наличие спорного имущества в натуре установлено и сторонами не  оспаривается, требование о взыскании его стоимости с ответчика удовлетворено быть не  может.  

Привлеченный к участию в качестве третьего лица ФИО4 (до 03.10.2015 г.  руководитель истца) заявляет, что в декабре 2014 г. между истцом и ответчиком не  заключался договор клинической апробации № 645 от 03.12.2014 г. Представленный истцом  экземпляр договора со стороны ответчика не подписывался и не исполнялся. Медицинское  оборудование передавалось истцом ответчику без документального оформления данного  факта. Возврат оборудования ответчиком также производился без документального  оформления.  

В настоящее время спорное оборудование находится у третьего лица, который в  момент передачи оборудования ответчику и его возврата ответчиком являлся единоличным  исполнительным органом истца.  

Третье лицо не может передать оборудование истцу, потому как истец не желает этого.  

Заявленное ответчиком ходатайство о приостановлении производства по делу до  рассмотрения по существу Центральным районным судом гор. Читы иска Мартынова А.В. к  ООО «Читинская медицинская компания» об обязании забрать спорное демонстрационное  оборудование судом отклонено, в виду отсутствия данных о наличии подобного спора в  производстве указанного суда.  

Исследовав представленные материалы, выслушав представителей сторон, суд  приходит к следующим выводам.  

На основании ч. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право  которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если  законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или  повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это  лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было  нарушено (упущенная выгода).  

Возмещение убытков - мера гражданско-правовой ответственности и ее применение  возможно лишь при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков,  должно доказать факт причинения вреда ответчиком, противоправность действий  причинителя вреда, размер понесенных убытков, причинно-следственную связь между  противоправным поведением причинителя вреда и наступившими вредными последствиями.  

В силу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое  лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на  основание своих требований и возражений.  

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом заявлений сторон о  фальсификации доказательств, представленные в материалы дела доказательства, в том  числе экземпляры договора клинической апробации № 645 от 03.12.2014 г. предоставленные  истцом и ответчиком, акт приема-передачи демонстрационного оборудования от 09.12.2014г.  предоставленный истцом, акт приема-передачи демонстрационного оборудования от  23.06.2015 г. предоставленный ответчиком, заключения экспертов № 326/6-3-3.2 от  18.05.2017 г., № 1909/7-3-1.1, № 1921/7-3-3.1 от 11.12.2017 г., с учетом последующего  заявления ответчика об исключении из числа доказательств по делу ранее представленных  им акта приема-передачи демонстрационного оборудования от 23.06.2015 г., договора  клинической апробации № 645 от 03.12.2014 г., суд приходит к выводу об обоснованности  

заявлений о фальсификации упомянутых доказательств и как следствие о необходимости  исключения их из числе доказательств по делу.  

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские  права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными  правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не  предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского  законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие  неосновательного обогащения.  

В отсутствие данных о наличии заключенного между сторонами спора договора на  спорные отношения сторон распространяются положения гл.60 ГК РФ.  

Согласно п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без  установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или  сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано  возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество  (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109  настоящего Кодекса.  

Обязательства по неосновательному обогащению возникают при одновременном  наличии следующих признаков: отсутствие законных оснований приобретения имущества и  приобретение имущества за счет другого лица (потерпевшего).   

В соответствии с п. 1 ст. 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации  имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть  возвращено потерпевшему в натуре.  

В силу положений ст. 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации только в  случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное  имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость  этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим  изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость  немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.  

По смыслу названных статей возмещение стоимости имущества в случае  невозможности его возврата в натуре является самостоятельным способом защиты прав. При  этом наличие имущества в натуре и его готовность к передаче исключают возможность  предоставления за него денежной компенсации.  

Таким образом, учитывая, что обладающее признаками индивидуально-определенной  вещи спорное имущество (демонстрационное медицинское оборудование марки «Samsung  Medison») имеется в натуре, что подтверждается третьим лицом (ФИО4) и не  

оспаривается сторонами, в отсутствие доказательств невозможности возврата  неосновательного обогащения в натуре, выраженном отказе истца от обращения к ответчику  с требованием о возврате неосновательно сбереженного в натуре, в удовлетворении  требования истца о взыскании с ответчика денежных средств в сумме 3312773 руб. следует  отказать.  

Довод истца об отсутствии спорного имущества у ответчика и незаконности передачи  этого имущества ФИО4 не имеет правового значения применительно к предмету  заявленного иска, поскольку имущество имеется в натуре, индивидуализировано,  местонахождение его известно.  

Довод истца том, что спорное имущество было получено ответчиком на основании  определенного соглашения, предполагавшего выполнение определенных обязанностей в  будущем, что свидетельствует о наличии между ними договорных отношений, не позволяет  сторонам руководствоваться положениями не подписанного договора, в частности  применять установленную договором ответственность (п.4.2), оценивать действия сторон на  предмет соответствия положениям незаключенного договора.  

Также несостоятельным представляется довод истца о том, что отсутствуют основания  для признания договора незаключенным, поскольку последующие действия ответчика  подтверждают заключение спорного договора в силу статьи 438 ГК РФ.  

Согласно пункту 1 статьи 435 Гражданского кодекса Российской Федерации оферта  должна содержать предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение  лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым  будет принято предложение. Абзацем вторым вышеуказанной статьи, также установлено,  что оферта должна содержать существенные условия договора.  

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение  заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 Гражданского  кодекса Российской Федерации, в силу которого совершение лицом, получившим оферту, в  срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий  договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата  соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом,  иными правовыми актами или не указано в оферте.  

Однако из представленных суду материалов, пояснений сторон, третьего лица, выводов  экспертов следует, что текст договора не подписан лицом сделавшим оферту (директором  истца ФИО4). Таким образом, любые последующие действия ответчика в данном  случае нельзя считать акцептом в соответствии со статьей 438 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

В связи с изложенным, руководствуясь положениями ст.ст. 110, 167-171, 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью  «Читинская медицинская компания» отказать.  

 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Читинская медицинская  компания» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Медцентр» 31450 руб. 00  коп. – судебные расходы, связанные с проведением экспертизы.  

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Читинская медицинская  компания» из федерального бюджета 53756 руб. 13 коп. – сумму излишне уплаченной по  платежному поручению № 651 от 28.04.2016 г. государственной пошлины.  

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Четвертый  арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения (изготовления  его в полном объеме).  

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через  арбитражный суд Республики Бурятия.  

 Судья В. К. Урмакшинов