АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №  А65-12994/2020

г. Казань

10 ноября 2020 года

Дата оглашения резолютивной части решения – 05 ноября 2020 года

Дата изготовления решения – 10 ноября 2020 года

 

Арбитражный суд Республики Татарстан 

в составе председательствующего судьи Сотова А.С.,

при  ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

истца - общества с ограниченной ответственностью "Самсон КФ", Республика Татарстан, Лаишевский район, с.Столбище, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ответчику - обществу с ограниченной ответственностью "Стелкон", г.Москва, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

при участии третьего лица – общество с ограниченной ответственностью «ПТК Ресурс – Металл», г.Казань

о взыскании 1 136 742 рублей 62 копеек неустойки и 

по встречному исковому заявлению 

общества с ограниченной ответственностью "Стелкон", г.Москва 

к обществу с ограниченной ответственностью "Самсон КФ", Лаишевский район, с.Столбище, 

о взыскании 851 940 рублей 72 копеек долга и 85 194 рублей неустойки, 

с участием представителей: 

от истца – ФИО2, руководитель, 

от ответчика – ФИО3, по доверенности от 17.06.2020г.,

от третьего лица – не явился, извещен 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Самсон КФ" (далее истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Стелкон" (далее ответчик) о взыскании 1 136 742 рублей 62 копеек договорной неустойки за просрочку исполнения договорных обязательств.

Ответчиком было предъявлено встречное исковое заявление о взыскании с истца 851 940 рублей 72 копеек долга и 85 194 рублей договорной неустойки за просрочку оплаты.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора было привлечено общество с ограниченной ответственностью «ПТК Ресурс – Металл».

В судебное заседание 05 ноября 2020г. третье лицо не явилось, представлен отзыв на исковое заявление, в котором содержится ходатайство третьего лица о рассмотрении дела в отсутствие представителя, в связи с чем дело рассмотрено в отсутствие третьего лица. 

Истец свои требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, встречный иск не признал.

Ответчик первоначальный иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве на иск, заявил о снижении размера неустойки, свои исковые требования поддержал.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей сторон, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 29 марта 2019г. между истцом (заказчик) и ответчиком (подрядчик) был заключен договор №58-СТЕ/77 по условиям которого ответчик взял на себя обязательства передать в собственность истца согласованные в спецификации изделия (стеллажные конструкции) и осуществить их монтаж на объекте истца, а истец – поставленные изделия принять и оплатить (т.1 л.д. 12-15).

Конкретный перечень поставляемых изделий, количество их стоимость и порядок оплаты, сроки поставки и монтажа были согласованы сторонами в спецификации от 29 марта 2019г., являющейся приложением №1 к рассматриваемому договору (т.1 л.д. 16).

Так, общая стоимость договора составляла 8 519 407 рублей 20 копеек, в том числе, стоимость монтажа оборудования – 800 000 рублей и доставки – 576 000 рублей.

Оплата договора предусматривалась поэтапная, 50%, 40 и 10% от договорной цены в зависимости от наступления определенных в спецификации событий.

Срок поставки и монтажа изделий был установлен до 19 июля 2019г., начало монтажных работ – 01 июня 2019г., срок установки платформы мезонина – 08 июля 2019г.

Из первоначального искового заявления следует, что срок поставки и монтажа оборудования ответчиком был нарушен. В нарушение условий договора ответчик начал производить поставку изделий для монтажа платформы мезонина только 03 июня 2019г., а последняя поставка изделий для монтажа была произведена 13 июля 2019г.

Таким образом, по мнению истца, ответчиком была допущена просрочка поставки изделий с 02 июня 2019г. по 13 июля 2019г. (42 дня), за что истцом начислена договорная неустойка в размере 1 789 075 рублей 51 копеек.

Также, истец полагает, что ответчиком допущена просрочка выполнения монтажных работ, где монтажные работы должны были быть завершены в течение 49 календарных дней с даты утверждения акта осмотра стеллажного оборудования – 29 июля 2019г., то есть до 16 сентября 2019г., но монтажные работы до настоящего времени ответчиком не завершены.

За нарушение сроков выполнения монтажных работ за период с 17 сентября 2019г. по 13 февраля 2020г. (150 дней) истец также начисляет договорную неустойку в размере 6 389 555 рублей 40 копеек.

Но поскольку договором размер неустойки ограничен, истец просит взыскать с ответчика неустойку за просрочку поставки и монтажа изделий в размере 962 693 рублей 01 копеек, что составляет 11,3% от цены договора.

Также, в рамках первоначального иска истец просит взыскать с ответчика договорную неустойку за нарушение сроков передачи товаросопроводительных документов на поставленные изделия всего в размере 174 049 рублей 61 копеек.

В рамках встречного искового заявления ответчик просит взыскать с истца задолженность за поставленный товар и монтажные работы в размере 851 940 рублей 72 копеек и договорную неустойку за просрочку оплаты в размере 85 194 рублей.

Рассматриваемый договор суд квалифицирует как смешанный с элементами договора поставки (в части поставки изделий) и подряда (в части монтажных работ), регулируемого параграфом 1 и 3 главы 30 и главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ).

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно части 1 статьи 509 ГК РФ поставка товара осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товара покупателю, являющемуся стороной договора поставки.

По общему правилу, доказательством поставки товара, то есть его передачи продавцом и получение покупателем может подтверждаться товарной накладной, подписанной уполномоченными лицами с печатью или штампом покупателя.

Согласно части 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Частью 1 статьи 720 ГК РФ установлено, что заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Доказательством выполнения работ, по общему правилу, является подписанный сторонами акт приемки выполненных работ.

По смыслу пункта 4.2. договора каждая отгрузка изделий должна оформлятся универсальным передаточным документом, товарно-транспортной накладной, транспортной накладной и иными товаросопроводительными документами.

Согласно пункту 4.3. договора моментом перехода к заказчику (истцу) права собственности на изделия является дата поставки, которая определяется универсального передаточного документа и товарно-транспортной накладной, подтверждающей передачу изделий заказчику.

В рассматриваемом случае факт поставки изделий, перечисленных в спецификации от от 29 марта 2019г. на сумму 7 143 407 рублей 20 копеек сторонами не оспаривался.

В частности, поставка подтверждается представленными в материалы дела товарно-транспортными накладными №851 от 31 мая 2019г., №1129 и №1516 от 22 июня 2019г., №1313 от 03 июля 2019г. и №1346 от 11 июля 2019г., №1384 от 20 июля 2019г., №1433 и №1437 от 02 августа 2019г., №1590 от 17 сентября 2019г., №1618 от 24 сентября 2019г. №1629 от 28 сентября 2019г. и №3574 от 07 ноября 2019г.(т.1 л.д. 21-62), а также универсальным передаточным документом №1437 от 21 ноября 2019г. на сумму 7 143 407 рублей 20 копеек (т.2 л.д. 60-61).

Доставка изделий на объект истца сторонами также не оспаривалась, стоимость доставки составила 576 000 рублей, что подтверждается универсальным передаточным документом №1436 от 21 ноября 2019г. (т.2 л.д. 62).

Возражая против первоначального иска и в обоснование встречного иска ответчик указывал, что не только поставил весь предусмотренный договором объем изделий, но и смонтировал его на объекте истца. 

В подтверждение выполнения монтажных работ ответчик представил односторонний акт сдачи-приемки выполненных работ №СТЕ00002411 от 21 ноября 2019г. на сумму 800 000 рублей.

Истец факт выполнения ответчиком монтажных работ не отрицал, но полагает, что они были выполнены ответчиком не полностью и с недостатками, для устранения которых было привлечен иной подрядчик – третье лицо. 

В подтверждение недостатков истец представил акт о текущем состоянии объекта от 20 ноября 2019г., подписанный представителем ответчика (т.2 л.д. 126-128).

По смыслу пунктов 4.6. – 4.9. договора завершение монтажных работ оформляется актом сдачи-приемки выполненных работ и об окончании этих работ истец уведомляет ответчика, в том числе  по факсу или электронной почте. Заказчик обязан в установленный срок явится на объект к месту монтажа для приемки работ и подписания акта сдачи-приемки, а в случае обоснованного отказа от приемки изделий или работ должен быть составлен двухсторонний акт с перечнем всех необходимых доработок и сроков их устранения. Необоснованный отказ заказчика от приемки поставленных изделий и монтажных работ не освобождает его от их оплаты.

Из обстоятельств дела следует, что 16 декабря 2019г. по электронной почте, вместе с иными документами, ответчик направил истцу акт сдачи-приемки выполненных работ №СТЕ00002411 от 21 ноября 2019г.  от подписания которого истец отказался, что отражено в письменном мотивированном отказе №1753 от 20 декабря 2019г. (т.2 л.д. 129-133)

Вместе с тем, как указывает истец 20 ноября 2019г. с участием представителя ответчика был составлен акт о текущем состоянии объекта – мезонинной конструкции. 

Также, акт сдачи-приемки выполненных работ №СТЕ00002411 от 21 ноября 2019г. на сумму 800 000 рублей, паспорт на стеллажное оборудование были направлены в адрес истца 06 февраля 2020г. (т.2 л.д. 63, 65-70, 75-76), на которое истец также ответил мотивированным отказом исх.№124 от 21 февраля 2020г. (т.2 л.д. 134-140).

Оценив указанные обстоятельства суд приходит к выводу, что фактически работы были предъявлены к приемке истцу 16 декабря 2019г. путем направления акта приемки по электронной почте, что договором допускается.

Вместе с тем, в мотивированном отказе исх.№1753 от 20 декабря 2019г. не содержится перечня конкретных недостатков выполненных ответчиком работ, отсутствуют такие сведения и в мотивированном отказе №124 от 21 февраля 2020г., в которых истец больше указывает на недостатки самой процедуры приемки работ. В частности, истец указывает, что представители ответчика не явились на объект для приемки работ. 

Возражая против недостатков указанных в акте от 20 ноября 2019г. истец указал, что установка нащельных планок и противооткатных упоров, о которых указывается в акте как недостаток работ, рассматриваемым договором предусмотрено не было, а отсутствие остальных элементов, указанных в акте и расцениваемые истцом как недостатки (отсутствие балок и полок) должны быть допоставлены по дополнтельному соглашению, которое между сторонами заключено не было.

Как указывалось выше, в рамках первоначального иска истец просит взыскать с ответчика договорную неустойку за нарушение сроков поставки изделий начисленных за период с 02 июня 2019г. по 13 июля 2019г. и их монтажа за период с 17 сентября 2019г. по 13 февраля 2020г.

Однако, из содержания условий спецификации следует, что изделия должны быть поставлены и полностью смонтированы на объекте в срок до 19 июля 2019г. включительно, а поскольку поставку и монтаж изделий выполнял непосредственно ответчик, то применение ответственности за нарушение отдельно сроков поставки и монтажа является необоснованным. 

Также, сторонами подтверждается, что при исполнении договора по вине истца выполнение работ было приостановлено с 18 июля 2019г. по 29 июля 2019г. (12 дней).

Таким образом, просрочка исполнения обязательства со стороны ответчика по надлежащему выполнению своих обязательств была допущена с 30 июля 2019г. по 16 декабря 2019г. (139 дней).

Согласно статьям 330 и 331 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.

Пунктом 5.1. рассматриваемого договора предусмотрена ответственность подрядчика (ответчика) за нарушение срок поставки и/или монтажа изделий в виде неустойки (пени) в размере 0,5% от общей стоимости договора, но не более 11,3% от общей стоимости договора.

Неустойка за период с 30 июля 2019г. по 16 декабря 2019г. составляет 5 920 987 рублей 17 копеек, что превышает установленный договором предел ответственности подрядчика – 962 693 рублей 01 копеек (11,3% от цены договора).

При таких обстоятельствах обоснованной является неустойка за нарушение сроков поставки и монтажа изделий в размере 962 693 рублей 01 копеек.

В рамках первоначального иска истец также просит взыскать с ответчика неустойку за нарушение сроков предоставления товаросопроводительных документов в размере 174 049 рублей 61 копеек.

Пунктом 4.2. рассматриваемого договора предусмотрено, что при каждой отгрузке изделий подрядчик (ответчик) предоставляет заказчику (истцу) универсальный передаточный документ, товарно-транспортную накладную, транспортную накладную и иные товаросопроводительные документы, оформленные в соответствии с налоговым законодательством.

Из материалов дела следует, что каждая отгрузка изделий (с 31 мая по 07 ноября 2019г.) оформлялась соответствующей товарно-транспортной накладной, отражающей дату фактической поставки (т.1 л.д. 21-62), но цена (стоимость) поставленных изделий в этих накладных не отражалась.

Впоследствии ответчик оформил на поставленные изделия универсальный передаточный документ №1437 от 21 ноября 2019г. на поставку изделий на сумму 7 143 407 рублей 20 копеек и услуг по их доставке №1438 от 21 ноября 2019г. на сумму 576 000 рублей (т.2 л.д. 60-62).

Из указанного следует, что при каждой поставке изделий универсальный передаточный документ или товарная накладная не составлялись, а указанные универсальные передаточные документы были направлены ответчиком истцу лишь 06 февраля 2020г. и 13 февраля 2020г. истцом получены (т.2 л.д. 76).

Пунктом 5.4. рассматриваемого договора предусмотрено, что в случае непредоставления подрядчиком (ответчиком) товаросопроводительных документов, предусмотренных пунктом 4.2. договора, заказчик (истец) вправе требовать с подрядчика неустойку в размере 0,1% от суммы поставки за каждый день непредоставления документов до момента их фактического предоставления.

Ответчик факт отсутствия универсальных передаточных документов при непосредственной поставке изделий не отрицал, но полагал, что это не могло повлечь для истца каких-либо неблагоприятных последствий.

Суд приходит к выводу, что как и любое иное обязательство, дополнительное обязательство предоставить товаросопроводительные документы в соответствии со статьей 329 и 330 ГК РФ может быть обеспечено неустойкой, поскольку гражданское законодательство исключений для данного вида обязательств не содержит и обеспечение его неустойкой не является не совместимым с характером этого обязательства, в связи с чем стороны в рассматриваемом договоре и предусмотрели ответственность за его нарушение в виде неустойки (пени).

При этом, подписывая договор с подобной ответственностью, ответчик, действуя добросовестно и осмотрительно, должен был позаботится о своевременной передаче истцу соответствующих документов – универсальных передаточных документов или товарных накладных. 

Исходя из содержания пункта 4.2. соответствующие документы должны были предоставляться непосредственно при каждой поставке изделий.

Таким образом, требование о взыскании неустойки за нарушение сроков предоставления товаросопроводительных документов является обоснованным, но подлежит частичному удовлетворению в связи со следующим.

Расчет неустойки истцом представлен в исковом заявлении и из него следует, что неустойка рассчитывается истцом по 13 февраля 2020г. – дату получения документов от ответчика.

Однако, их материалов дела видно, что универсальные передаточные документы были направлены ответчиком в адрес истца 06 февраля 2020г., следовательно, обязательство по предоставлению документов считается ответчиком исполненным в момент их направления и после пересчета обоснованной является неустойка за нарушение сроков предоставления товаросопроводительных документов в размере 162 243 рублей 27 копеек, в связи с чем первоначальный иск в указанной части подлежит частичному удовлетворению.

Ответчик ходатайствовал о снижении взыскиваемой по первоначальному иску неустойки по статье 333 ГК РФ.

Постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации  от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" установлено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

В то же время суд принимает во внимание, что отказ во взыскании согласованной договорной неустойки за указанное нарушение может стимулировать его стороны к неисполнению взятых на себя обязательств, что является недопустимым.

Таким образом, суд приходит к выводу, что поскольку неустойка носит компенсационный характер, ее размер, с учетом обстоятельств рассматриваемого дела является чрезмерным, неустойка взыскивается за нарушение не денежного обязательства, а взыскиваемая неустойка за просрочку предоставления товаросопроводительных документов является дополнительным обязательством. 

С учетом этого, суд считает возможным уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ  за нарушение сроков поставки и монтажа до 225 297 рублей 47 копеек, что соответствует сумме процентов, рассчитанных за представленный истцом период, но исходя из ключевой ставки Банка России и до 50 000 рублей неустойки за нарушение сроков предоставления товарораспорядительных документов, поскольку такой размер неустойки, по мнению суда обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон и не влечет ущемление имущественных прав сторон.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы истца по государственной пошлине в размере 24 114 рублей 34 копеек относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, но исходя из признанной судом обоснованным размера неустойки. 

В рамках встречного искового заявления истец просит взыскать с ответчика 851 940 рублей 72 копеек долга и 85 194 рублей неустойки (т.2 л.д. 3-5).

Как указывалось выше, общая цена договора составляет 8 519 407 рублей 20 копеек, где 7 143 407 рублей 20 копеек стоимость изделий, стоимость монтажа оборудования – 800 000 рублей и доставки – 576 000 рублей.

Оплата договора предусматривалась поэтапная, 50% от стоимости договора должно быть выплачено в течение пяти банковских дней с момента подписания сторонами договора, 40% от договорной цены – в течение пяти банковских дней с момента уведомления о готовности изделий к отрузке и 10% от договорной цены  - в течении пяти банковских дней с момента подписания акта сдачи-приемки выполненных работ при условии предоставления исполнителем полного комплекта первичных документов.

В рамках встречного иска ответчик просит взыскать с истца остаток задолженности по договору -  851 940 рублей 72 копеек, что составляет 10% от цены договора и является последним платежом.

Поскольку факт выполнения ответчиком своих договорных обязательств материалами дела подтверждается, требование о взыскании 851 940 рублей 72 копеек является обоснованным.

Ответчик также просит взыскать с истца договорную неустойку за просрочку оплаты работ в размере 85 194 рублей, рассчитанную за период с 26 ноября 2019г. по 27 июля 2020г.

Судом установлено, что работы были предъявлены к приемке истцу 16 декабря 2019г. и в течении 5 банковских дней, то есть до 23 декабря 2019г. должны были быть оплачены истцом.

Однако, также установлено, что необходимые для оплаты документы, обозначенные в спецификации – универсальные передаточные документы, были направлены ответчиком в адрес истца только 06 февраля 2020г., следовательно, остаток задолженности должен быть выплачен истцом в срок до 13 февраля 2020г. и начисление неустойки является обоснованным с 14 февраля 2020г. по 27 июля 2020г.

Пунктом 5.2. договора предусмотрено, что в случае неисполнения заказчиком (истцом) своих обязательств по оплате он выплачивает исполнителю (ответчику) пеню в размере 0,5% от неоплаченной в срок суммы за каждый день задержки, но не более 10% от этих сумм.

Таким образом, требование встречного иска о взыскании неустойки является обоснованным, но подлежит частичному удовлетворению в размере 69 859 рублей 08 копеек.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы ответчика по государственной пошлине по встречному иску относятся на истца пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

В связи с изложенным, руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Республики Татарстан,  

 

Р Е Ш И Л :

первоначальное исковое заявление удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Стелкон", г.Москва, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Самсон КФ", Республика Татарстан, Лаишевский район, с.Столбище, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) всего 299 411 рублей 81 копеек, из них 225 297 рублей 47 копеек за нарушение сроков поставки и монтажа, 50 000 рублей неустойки за нарушение сроков предоставления товарораспорядительных документов и 24 114 рублей 34 копеек судебных расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части первоначального иска отказать.

Встречное исковое заявление удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Самсон КФ", Республика Татарстан, Лаишевский район, с.Столбище, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стелкон", г.Москва, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) всего 943 185 рублей 97 копеек, из них 851 940 рублей долга, 69 859 рублей 08 копеек неустойки и 21 386 рублей 89 копеек судебных расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части встречного иска отказать.

Произвести зачет удовлетворенных исковых требований и в окончательном виде взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Самсон КФ", Республика Татарстан, Лаишевский район, с.Столбище, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стелкон", г.Москва, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 643 774 рублей 16 копеек.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

 

Председательствующий судья                                                                     А.С. Сотов