СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки, 24 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск Дело № А45-26554/2023 резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2025 года.  

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2025 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Лопатиной Ю.М., судей Апциаури Л.Н.,  

 ФИО1,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем Касьян В.Ф. (до перерыва), секретарем Крючковой Е.А. (после перерыва), рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО3 ( № 07АП-9200/2024(1,2)) на решение от 25 октября 2024 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-26554/2023 (судья Гребенюк Д.В.) по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (город Бердск, Новосибирской области, ОГРНИП 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (город Бердск, Новосибирской области, ОГРНИП 

<

***>) о взыскании убытков.  

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Берег» (ОГРН 

<

***>).  

При участии в судебном заседании: от истца - ФИО4 по доверенности № 54АА4691943 от 26.06.2023; от иных лиц - без участия (извещены). 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, ответчик) о взыскании убытков в размере 2 170 098 рублей 35 копеек.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Берег» (далее – ООО «Берег», третье лицо).  

Решением от 25 октября 2024 года Арбитражного суда Новосибирской области с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО2 взысканы убытки в размере 651 029 рублей 51 копейки, расходы по уплате государственной пошлины по иску в размере 10 155 рублей. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано. С ИП ФИО2 в пользу ИП ФИО3 взысканы расходы на оплату судебной экспертизы в размере 38 500 рублей. В результате судебного зачета с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО2 взысканы убытки в размере 622 684 рубля 51 копейки.  

Не согласившись с указанным решением, ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в котором просит решение изменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.  

По мнению заявителя апелляционной жалобы, ответственность за вред, причиненный имуществу истца, должен нести собственник здания, в котором произошел пожар; условия договора аренды между ФИО3 и ООО «Берег» имели бы значение, если обязанность по возмещению вреда была возложена на собственника, только при рассмотрении регрессного требования. Заявитель указывает на несогласие с выводами суда о том, что протекание крыши не способствовало пожару, полагает, что экспертами установлено, что попадание воды на электропроводку из-за протекания крыши является наиболее вероятной причиной короткого замыкания, которое привело к пожару.  

Также, с апелляционной жалобой обратилась ИП ФИО3, в которой просит решение изменить в части возложения на ответчика пропорциональной ответственности и размера убытков с понесенными расходами на экспертизу и принять в этой части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме с возмещением ответчику понесенных расходов на судебную экспертизу в недостающей части в размере 16 500 (55 000 – 38 500).  

В обоснование апелляционной жалобы заявитель привел следующие доводы: - взыскание задолженности ФИО3 как индивидуального предпринимателя недопустимо в виду прекращения ее статуса 18.09.2023; - отказав ответчику в допросе свидетелей и специалиста, суд нарушил принципы состязательности и равноправия сторон, полноты, всесторонности и объективности рассмотрения дела; - скрутки электрических проводов широко используются при монтаже электропроводки; факт того, что скрутки были не пропаяны, судом не установлен; влияние скруток на возникновение пожара экспертом не установлено и это необоснованно не принято судом; - размер убытков принят судом без надлежащей оценки представленных доказательств; акт с  

приложением не подтверждает размер понесенных убытков, поскольку имущество инвентаризировано в одностороннем порядке и первичные документы складского учета в материалы дела не представлены; на товар не имеется надлежаще оформленных документов в подтверждение его стоимости при приобретении; факт принадлежности истцу оборудования не подтвержден  

ИП ФИО2 представил в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на апелляционную жалобу ИП ФИО3, в котором просит ее оставить без удовлетворения, отмечая, что судом обосновано отказано в допросе свидетелей и специалиста; причиной пожара могло послужить искрение в месте плохого электрического контакта (в соединениях, на клеммах электроприборов и аппаратов); убытки истца подтверждаются отчетом об оценке стоимости материального ущерба № 6147 от 31.03.2023, подготовленный ООО «Центр оценки», актом о наличии товарных остатков, АО «ПФ «СКБ Контур» был предоставлен полный отчет о товарных остатках истца на 25.03.2023.  

В судебном заседании 20.01.2025 объявлялся перерыв, после перерыва судебное заседание продолжено 27.01.2025.  

Ответчик, третье лицо, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, явку своих представителей не обеспечили.  

В порядке части 6 статьи 121, частей 3, 5 статьи 156, части 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся участников процесса.  

В судебном заседании представитель истца доводы своей апелляционной жалобы поддержал, против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3 возражал.  

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, доводы апелляционных жалоб и отзыва, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда по приведенным в жалобе доводам, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела, ФИО3 является собственником нежилого здания, площадью 326,4 кв.м., этажность 1, с кадастровым номером 54:32:010612:29, расположенного по адресу: 

<

...>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 15.05.2023.  

Указанный объект был передан по договорам аренды нескольким арендаторам, в том числе ИП ФИО2 и ООО «Берег».  

25.03.2023 обнаружен пожар в помещении пекарни (арендатор ООО «Берег»), расположенной в здании по адресу: 

<

...>.  

В результате пожара огнем уничтожена кровля здания на площади 550 кв.м. 

В помещении пекарни повреждено электрооборудование, предметы быта, отделка стен, межэтажное перекрытие на площади 20 кв.м.  

В помещении магазина (арендатор ИП ФИО2) повреждено электрооборудование, предметы быта, отделка стен, межэтажное перекрытие и продовольственные товары на площади 50 кв.м., в результате чего истцу. причинены убытки в размере 2 170 098 рублей 35 копеек.  

Истец обратился к ответчику с требованием о возмещении ущерба, причиненного пожаром, которое оставлено без удовлетворения.  

Полагая, что стоимость уничтоженного имущества, расходы на восстановление или ремонт поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные связанные с пожаром убытки подлежат возмещению, ИП ФИО2 обратился в арбитражный суд к ИП ФИО3 с настоящим иском.  

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности обстоятельств для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности.  

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции находит основания для отмены судебного акта, при этом исходит из следующих норм права и обстоятельств по делу.  

По общему правилу, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором (статья 210 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  

было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.  

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).  

Согласно разъяснениями, изложенным в пункте 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.  

При этом по смыслу закона противоправным является любое нарушение субъективных прав (кредитора, потерпевшего), если должник, причинитель вреда не управомочен на такое поведение. Причинно-следственная связь должна быть прямой и непосредственной, то есть необходимо доказать, что именно действия ответчика привели к наступлению для истца негативных последствий. При установлении причинной связи между нарушением прав заявителя и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.  

Таким образом, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наличие убытков, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер убытков.  

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении в совокупности всех указанных элементов.  

В свою очередь ответчик, возражающий против удовлетворения иска, должен доказать отсутствие его вины, так как в соответствии с пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации именно это обстоятельство служит основанием освобождения от ответственности.  

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В данном случае, из материалов дела следует, что собственником здания, которое передано в аренду ИП ФИО2 и ООО «Берег», является ФИО3  

Помещение в здании получено ООО «Берег» по договору аренды от 31.03.2021 с ИП ФИО3  

Факт пожара 25.03.2023 в здании, принадлежащем ФИО3, в помещении, арендуемом ООО «Берег», лицами, участвующими в деле не оспаривается.  

Для определения причины пожара была назначена пожарно-техническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту Федерального государственного бюджетного учреждения судебно-экспертного учреждения Федеральной противопожарной службы «Испытательная лаборатория по Новосибирской области» (далее – ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Новосибирской области»).  

В техническом заключении № 30-3-4-2023 эксперта ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Новосибирской области» по результатам исследования объектов, изъятых с места пожара указано: «На представленном фрагменте аккумуляторной батареи, имеются оплавления, определить природу образования, которых не представляется возможным, требуется исследование всех материалов и обстоятельств происшествия. На остальных электропроводах и фрагментах электрооборудования следов работы электросети в аварийных пожароопасных режимах не обнаружено. Автоматы защиты фрагмента электрического распределительного щита находятся во включенном положении. Автоматы защиты фрагмента электрического распределительного щита находятся в разных положениях во включенном положении и в обесточенном состоянии.»  

Для определения причины пожара, назначено пожарно-техническое исследование, производство которой поручено эксперту ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Новосибирской области».  

В техническом заключении № 47-3-4-2023 от 11.08.2023 эксперта ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Новосибирской области» (эксперт ФИО5) отражено, что очаг пожара расположен на площади, прилегающей к центральной части северной стены помещения кабинета в пекарне, расположенной в здании по адресу: 

<

...>, причиной пожара в данном случае послужило возгорание горючих веществ и материалов, находившихся в очаге пожара от теплового воздействия, образованного в результате аварийного пожароопасного режима работы электропроводов и (или) электрооборудования.  

При этом экспертом исключена на основании проведенного исследования версия причины возникновения пожара, связанная с возгоранием веществ и материалов, от теплового воздействия источника зажигания малой мощности (тлеющее табачное изделие).  

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.04.2023 установлено, что причиной пожара послужило возгорание горючих веществ и материалов, находившихся в очаге пожара от теплового воздействия, образованного в результате аварийного пожароопасного режима работы электропроводов и (или) электрооборудования.  

В связи с необходимостью установления причин пожара, механизма распространения пожара, от ответчика поступило ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.  

Определением от 26.04.2024 по делу назначена судебная пожарно-техническая экспертиза, ее проведение поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Пожарно-техническая экспертиза и безопасность» ФИО6.  

Перед экспертом поставлены следующие вопросы: 

1) Какова причина возникновения 25.03.2023 пожара в здании, расположенном по адресу: 

<

...>; где располагался очаг возгорания?  

2) Каков механизм распространения пожара и от чего он зависел? 

3) Какие обстоятельства способствовали распространению горения из очага пожара?  

4) Имелись ли нарушения норм и правил пожарной безопасности при эксплуатации зданий собственником и арендаторами? При положительном ответе на вопрос, указать мог ли возникнуть пожар при условии соблюдения требований противопожарной безопасности собственником и арендаторами зданий по адресу: 

<

...>?  

По результатам проведенного исследования в материалы дела поступило заключение эксперта № 080/2024, которое содержит следующие выводы:  

наиболее вероятна причина пожара, связанная с аварийным режимом работы электрооборудования, на каком конкретно электрооборудовании произошел аварийный режим, установить невозможно, что конкретно привело к возникновению аварийного режима, установить невозможно. Возможно, к возникновению аварийного режима могло привести протекание крыши над кабинетом и попадание воды на электропроводку. Возникновение пожара от непотушенного табачного изделия маловероятно, но полностью его исключить нельзя;  

быстрому распространению горения, вероятно, способствовали деревянное потолочное перекрытие, деревянные несущие конструкции элементов крыши, щели в перекрытии, открытые двери между помещениями.  

По вопросу 4 в части наличия нарушений норм и правил пожарной безопасности при эксплуатации зданий собственником и арендаторами экспертом указано следующее.  

Из протокола осмотра: «Во всех комнатах помещения пекарни отсутствуют огнетушители. Таблички (указатели) об эвакуационных выходах, датчики пожарной сигнализации».  

Отсутствие огнетушителей является нарушением пункта 60 Правил противопожарного режима в Российской Федерации. Нарушение данных требований никак не повлияло на возникновение пожара, т.к. люди на момент возникновения пожара в пекарне отсутствовали, пожар был обнаружен уже развившимся, никто не мог ликвидировать загорание до того как оно перешло в пожар.  

Отсутствие элементов оповещения и управления эвакуацией («таблички (указатели) об эвакуационных выходах») является нарушением требований пункта 17 таблицы 2 нормативного документа по пожарной безопасности СП 3.13130.2009. Данное нарушение так же никак не повлияло на возникновение пожара, система оповещения и управления эвакуацией предназначена только для информирования людей, находящихся в здании, о возникновении пожара и направлении движения по путям эвакуации.  

Отсутствие пожарных извещателей («датчиков пожарной сигнализации») говорит об отсутствии в целом системы пожарной сигнализации.  

Согласно пункту 48 таблицы 3 СП 486.1311500.2020, системой пожарной сигнализации оборудуются все помещения административного назначения. Согласно пункту 4.10 СП 468.1311500.2020, указанные помещения оборудуются системами пожарной сигнализации во всех зданиях независимо от назначения здания, в состав которого они входят. Помещение «кабинет» имеет признаки помещения административного назначения, следовательно, оно должно было быть оборудовано  

системой пожарной сигнализации с выводом сигнала о пожаре в помещение с постоянным пребыванием людей (обычно совмещаются пожарная и охранная сигнализации). Те же требования содержатся и в ранее действовавших СП 5.13130.2009.  

Отсутствие системы пожарной сигнализации привело к позднему обнаружению пожара, когда он перешел уже в развившуюся фазу. При этом, отсутствие данной системы могло повлиять на процесс возникновения пожара только в одном случае: данная система могла обнаружить загорание от непотушенного табачного изделия в фазе тления еще до того, как тление перешло в пожар, и, следовательно способствовать исключению перехода тления в пожар.  

 Судебный эксперт в заключении указал, что не знает, откуда ФИО5 взял, что соединение проводов в пекарне было выполнено посредством скруток (техническое заключение № 47-3-4-2023, стр. 9).  

Соединение проводов посредством скруток является нарушением пункта 2.1.21 Правил устройства электроустановок, который гласит: «Соединение, ответвление и оконцевание жил проводов и кабелей должны производиться при помощи опрессовки, сварки, пайки или сжимов (винтовых, болтовых и т. п.) в соответствии с действующими инструкциями, утвержденными в установленном порядке». Соединение проводов посредством скруток может привести к возникновению пожароопасных больших переходных сопротивлений в местах скруток и, соответственно, возникновению пожара. Т.к. конкретный аварийный режим работы, приведший к пожару, установлен не был, невозможно сказать как могло наличие скруток повлиять на возникновение пожара.  

Между тем эксперт отметил, что Правила устройства электроустановок не входят в перечень и не являются нормативным документом по пожарной безопасности, следовательно, не применяются для оценки соответствия требованиям пожарной безопасности. Кроме этого, письмом Минэнерго России от 23.03.2023 № 05-1798 было указано, что Правила устройства электроустановок не были зарегистрированы Минюстом России, в связи с чем, не подлежат обязательному применению.  

В судебном заседании 16.09.2024 был опрошен эксперт ФИО6, в качестве свидетеля заслушан ФИО5 – эксперт ФГБУ СЭУ ФПС «Испытательная пожарная лаборатория» по Новосибирской области», проводивший досудебное исследование.  

ФИО5 подтвердил содержащиеся в техническом заключении сведения о наличии скруток в соединении проводов, предоставил суду доступ к фотоматериалам, которые обозревались в судебном заседании.  

После их обозрения эксперт ФИО6 согласился с доводом ФИО5 о наличии скруток.  

Эксперт ФИО6 в судебном заседании 16.09.2024 пояснил, что полностью не исключает возможность возгорания от табачного изделия, однако такая причина маловероятна, объективных причин для такого вывода не имеется. ФИО5 исключил такую причину возгорания, как непогашенное табачное изделие.  

Оценив экспертное заключение, досудебные исследования, приняв во внимание пояснения экспертов, суд первой инстанции пришел к выводу, что наиболее вероятной причиной пожара послужило возгорание горючих веществ и материалов, находившихся в очаге пожара от теплового воздействия, образованного в результате аварийного пожароопасного режима работы электропроводов и (или) электрооборудования, очаг пожара был расположен на площади, прилегающей к центральной части северной стены помещения кабинета в пекарне, расположенной в здании по адресу: 

<

...>.  

В части 1 статьи 38 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» установлено, что ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут: собственники имущества; руководители федеральных органов исполнительной власти; руководители органов местного самоуправления; лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом, в том числе руководители организаций; лица, в установленном порядке назначенные ответственными за обеспечение пожарной безопасности; должностные лица в пределах их компетенции.  

Таким образом, можно сделать вывод, что ответственность за нарушение правил пожарной безопасности возлагается на лицо, владеющее, пользующееся или распоряжающееся имуществом на законных основаниях, то есть таким лицом может быть, как арендодатель, так и арендатор (Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2006 года, утвержденный постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2006 (далее – Обзор).  

Частью 2 статьи 616 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.  

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» разъяснено, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит  

возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 названного Кодекса).  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре, а также в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.12.2014 № 2906-О, поскольку стороны в договоре аренды могут сами урегулировать вопрос об объеме обязанностей в области обеспечения правил пожарной безопасности, к ответственности за нарушение этих правил должно быть привлечено лицо, которое не выполнило возложенную на него обязанность.  

Таким образом, сам по себе факт пожара в здании не означает, что именно собственник здания (ФИО3) должна безусловно отвечать за возникновение пожара в отсутствие незаконности бездействий, являющихся причиной возгорания в арендуемых истцом помещениях.  

Следовательно, в предмет исследования входит вопрос о том, какой объем обязательств по содержанию и эксплуатации помещений собственником возложен на арендатора, а какой объем оставлен за собой.  

Как следует из материалов дела, ИП ФИО3 (арендодатель), являясь собственником здания, на основании договора аренды от 31.03.2021 с учетом договоров от 22.11.2017, от 01.11.2019 передало ООО «Берег» во временное владение и пользование помещение общей площадью 149,98 кв.м. (помещения по плану с № 1 по № 14), инвентарный номер 2036-001, литер А, А1, А2, А3, Б, этажность: 1, кадастровый номер 54:32:010612:29, расположенное по адресу: 

<

...>, для предпринимательской деятельности.  

Согласно пункту 1.2 договора аренды настоящий договор вступает в силу с 31.03.2021 и заключен на неопределённый срок.  

По условиям пунктов 2.2.3, 2.2.4, 2.2.15, 3.1, 3.8, 3.9, 3.10 договора ООО «Берег» приняло на себя и за свой счет исполнять обязательства по обеспечению всех требований пожарной безопасности, охраны труда, производственной санитарии, контрольно-кассовой дисциплины, нормы и предписания контролирующих организаций с назначением ответственных лиц, необходимые средства, механизмы, приспособления и т.д., поддерживать помещения объекта, электросети в исправном состоянии, при необходимости производить текущий ремонт, за свой счет надлежащим образом и в надлежащие сроки обслуживать, эксплуатировать, контролировать работоспособность и  

функциональность электросетей и другую инженерную инфраструктуру, в том числе системы вентиляции, пожара охранной сигнализации и пожаротушения, нести ответственность (в том числе перед третьими лицами) вследствие несоблюдения указанных требований и действующего законодательства. По окончании рабочего дня, уходя будут выключаться все нагревательные приборы, механизмы и электроприборы, имеющиеся на рабочем месте в арендуемом объекте, на арендованных площадях не будут допускаться курение, проживание или нахождение в нерабочее время граждан. Организовать и обеспечивать соблюдение и исполнение режима противопожарной безопасности. Обеспечивать безопасность работ по содержанию и эксплуатации электрических, тепловых и иных технических установок в соответствии правилами технической эксплуатации, правилами пожарной безопасности и иной нормативно-технической документацией в соответствии со своим видом деятельности. Нести имущественную и административную ответственность за несоблюдение норм и правил пожарной безопасности, норм электробезопасности, также за аварийные ситуации по эксплуатации электропроводки, системы пожарной сигнализации.  

В договорах от 22.11.2017, от 01.11.2019 на ООО «Берег» также была возложена обязанность по поддержанию помещений объекта, электросети и прочих систем в исправном состоянии, при необходимости по проведению текущего и капитального ремонта.  

Помещения находись в аренде у ООО «Берег» с 2017 года. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что анализ приведенных положений договора аренды позволяет сделать вывод, что обязанность по надлежащему содержанию помещений и соблюдению правил пожарной безопасности последовательно была передана от собственника к арендатору. Распределение таким образом объема обязательств по содержанию и эксплуатации здания не противоречит действующему законодательству, а позволяет арендатору непосредственно самому определять тот объем мероприятий, который ему надлежит выполнить для соответствия арендуемого помещения требованиям пожарной безопасности. При этом, суд исходил из того, что все участники спорных правоотношений осуществляют предпринимательскую деятельность, направленную на извлечение прибыли, чему способствует минимизация производственных расходов: для арендатора – это снижение размера арендной платы, для собственника помещений – это снижение расходов на содержание, эксплуатацию здания и поддержание его в состоянии, пригодном для сдачи в аренду.  

Вместе с тем, суд первой инстанции, установив наличие скруток в соединении проводов, что является нарушением пункта 2.1.21 Правил устройства электроустановок, который гласит: «Соединение, ответвление и оконцевание жил проводов и кабелей должны 16 А45-26554/2023 производиться при помощи опрессовки, сварки, пайки или сжимов (винтовых, болтовых и т. п.) в соответствии с действующими инструкциями, утвержденными в установленном порядке», пришел к выводу, что за наличие скруток, которые могут быть допущены при строительстве объекта и прокладке электрических проводов, отвечает собственник, поскольку скрутки, как правило, имеют скрытый характер, их наличие при визуальном осмотре определено быть не может.  

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.  

Вопреки доводам истца и выводам суда, из материалов дела не следует влияние скруток на возникновение пожара; экспертами данное обстоятельство достоверно не установлено.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что с учетом длительности аренды ООО «Берег» помещений, доказательств того, что скрутки в соединении проводов в помещении, где произошло возгорание, были выполнены собственником, либо носили скрытый характер, из материалов дела не следует.  

Помещения в аренду были приняты арендаторами с исправными системами электроснабжения, о чём указано в актах приёма передачи.  

Таким образом, именно арендатор допускал эксплуатацию электропроводки со скрутками.  

К тому же по установленным судом разграничениям и с возложенными на арендатора условиями договоров аренды обязанностей, скрытый характер по контролю и использованию электропроводки с электрооборудованием, прямая обязанность исключительно самих арендаторов, которая должна была ими осуществляться с проведением инструментального контроля периодичностью не реже чем раз в три года (с ИП ФИО2 договор от 01.09.2019 - пункты 2.2.3, 2.2.8; с ООО «Берег» договор от 31.03.2021 - пункты 2.2.4, 2.2.15, 3.9, договор от 01.11.2019 - пункты 2.2.4, 2.2.17, 3.9, договор от 22.11.2017; пункты 2.2.4, 7, 26 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей (ПТЭЭП), утв. Приказами Минэнерго России от 13.01.2003 № 6 и от 12.08.2022г. № 811).  

Согласно приведённым требованиям, для безопасного использования и контроля электропроводки и электрооборудования, арендаторы обязаны были проводить первичные и последующие испытания, в том числе при размещении и использовании своего электрооборудования и освещения, в соответствии с самостоятельно определёнными ими  

целями использования на арендуемых площадях. Арендаторы обязаны были производить и плановые профилактические испытания электропроводки с периодичностью не реже одного раза в три года. Выполнение таких обязанностей арендаторами позволяло выявить любые недостатки и риски в работе электропроводки и электрооборудования для исключения работы в аварийном режиме.  

Несмотря на принятые договором обязательства, такие мероприятия арендаторами не проводились и доказательства в материалы дела не представлены, из чего следует вывод о нарушении именно арендаторами обязательных требований при контроле и эксплуатации электропроводки и иного электрооборудования.  

Оценив представленные в дело доказательства, учитывая пояснения экспертов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обязательные элементы для гражданско-правовой ответственности ФИО3 судом не установлены, а соответственно по основаниям пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность по возмещению вреда, в том числе и пропорциональная, не может быть возложена на ответчика.  

В этой связи, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в полном объеме.  

Доводы ИП ФИО2 о том, что за причиненные истцу убытки должна отвечать ФИО3 как собственник здания, подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права.  

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 05.06.2002 № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» дал разъяснения, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Правовое значение имеет установление того, возник бы пожар и был бы причинен ущерб имуществу третьих лиц в отсутствие нарушений, выявленных судами. Данное обстоятельство определяет наличие причинной связи между выявленными у собственника нарушениями и наступившими в результате пожара последствиями.  

При отсутствии таких обстоятельств, отсутствует состав для возникновения обязательства по возмещению вреда и правовые основания для привлечения к гражданско-правовой ответственности, так как это противоречит положениям статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Указывая на необходимость возложения ответственности на ФИО3, истец также указывает на наличие протекания крыши.  

Вместе с тем, из материалов дела невозможно установить факт протекания крыши в помещении, арендуемом ООО «Берег», в том числе и намокание стены, возле которой произошло возгорание. Доказательства обращения ООО «Берег» к ФИО3 по факту протекания в арендуемых им помещениях крыши не представлены.  

В соответствии с частью 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.  

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных предпринимателем требований.  

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 110, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 25 октября 2024 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-26554/2023 отменить, принять по делу новый судебный акт.  

В иске отказать. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 10 000 рублей в счет возмещения судебных расходов по апелляционной жалобе.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме, путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Ю.М. Лопатина  

Судьи Л.Н. Апциаури  

 ФИО1