ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-111972/2022

31 августа 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена   29 августа 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  31 августа 2023 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Новиковой Е.М., судей Богдановской Г.Н., Савиной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем ФИО1,

при участии:  

от истца – ФИО2 по доверенности от 05.12.2022, ФИО3 по доверенности от 17.08.2021,

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 09.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-21575/2023) публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания – Россети» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.05.2023 по делу № А56-111972/2022, принятое по иску

публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания – Россети»

к обществу с ограниченной ответственностью «Распределительная сетевая компания «Региональные электрические сети»

о взыскании,

установил:

публичное акционерное общество «Федеральная сетевая компания – Россети» (далее – истец, сетевая организация) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Распределительная сетевая компания «Региональные электрические сети» (далее – ответчик, заявитель) фактически понесенных расходов в размере 1 016 930 руб. 15 коп. на осуществление технологического присоединения по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 03.12.2015 № 500/ТП-М7 (далее – договор). 

Судом первой инстанции принято к совместному рассмотрению с первоначальным иском встречное исковое заявление, в котором ответчик просил взыскать с истца по первоначальному иску 409 111 руб. 75 коп. неосновательного обогащения, удерживаемого истцом в составе платежей ответчика по договору, и процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 16 835 руб. 23 коп., начисленных с 23.07.2022 по 03.02.2023, с последующим начислением процентов за пользование чужими денежными средствами с 04.02.2023 по день фактической уплаты задолженности.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.05.2023 в удовлетворении первоначальных требований отказано; встречные исковые требования удовлетворены частично: с истца в пользу ответчика взысканы денежные средства в размере 423 133 руб. 63 коп, в том числе задолженность в размере 409 111 руб. 75 коп. и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 14 021 руб. 88 коп; проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные с 04.02.2023 по дату фактического исполнения основного обязательства, составляющего 409 111 руб. 75 коп, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды; судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 443 руб.

Не согласившись с решением, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, исковые требования удовлетворить.

В судебном заседании представители истца поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ).

Как следует из материалов дела, между сторонами заключен договор, по условиям которого сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя, находящихся по адресу: Ленинградская область, Всеволожский район, коммунальноскладская зона «Ковалево», уч.4, а именно: ПС 110 кВ с двумя кабельными линиями электропередачи 110 кВ к двум ячейкам 110 кВ ПС 330 кВ Ржевская со следующими характеристиками – максимальная мощность 56,322 МВт, присоединенная (трансформаторная) мощность 126 МВА (2х63 МВА), класс напряжения в точках присоединения 110 кВ с определенным распределением максимальной мощности по точками присоединения, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств заявителя, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им энергопринимающих устройств, а заявитель обязался оплатить расходы (плату) на технологическое присоединение в соответствии с условиями договора.

Перечень мероприятий по технологическому присоединению и распределение обязанностей между сторонами по их выполнению определены в технических условиях от 08.10.2015 № 313/ТУ-М7 (в редакции изменений от 18.02.2019 № 1), являющихся согласно пункту 1.2 договора неотъемлемой частью договора. Техническими условиями в пункте 3.12 определено, что реализацию мероприятий, указанных в пунктах 1.3-1.6, с учетом требований раздела 2 технических условий, включая разработку проектной документации, выполняет сетевая организация или заявитель по выбору последнего при заключении договора об осуществлении технологического присоединения. Пунктом 1.3 технических условий предусмотрено расширение ОРУ 110 кВ Ржевская на две ячейки с укомплектованием необходимым первичным и вторичным оборудованием для присоединения КЛ 110 кВ по пункту 1.2. 

Договор по требованию сетевой организации расторгнут в судебном порядке – решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.07.2022 по делу № А56-40329/2022.

Из расчета истца его расходы на реализацию мероприятий по договору составляют 2 918 349 руб. 61 коп. и состоят из фактически понесенных расходов по подготовке и выдаче технических условий на технологическое присоединение в сумме 1 492 307 руб. 71 коп., включая НДС 20 процентов, и фактически понесенных расходов по титулу «Расширение ОРУ 110 ПС 330 кВ Ржевская на две линейные ячейки для присоединения ПС 110 кВ ООО «РСК «РЭС» (договор от 03.12.2015 № 500/ТПМ7)» в сумме 1 426 041 руб. 90 коп.

Размер платы за технологическое присоединение рассчитан в соответствии с приказом ФСТ России от 11.09.2012 № 209-э/1 «Об утверждении методических указаний по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям» по формуле с применением стандартизированной тарифной ставки, утвержденной приказом ФСТ России от 23.12.2014 № 2387-э «Об утверждении платы за технологическое присоединение энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к объектам единой национальной (общероссийской) электрической сети ОАО «ФСК ЕЭС» в виде формулы» и составляет 1 611 372 руб. 42 коп., кроме того НДС 290 047 руб. 04 коп., что суммарно с НДС 18% составляет 1 901 419 руб. 46 коп (пункт 3.1 договора). 

Материалами дела подтверждено и не оспаривается сторонами, что заявитель оплатил сетевой организации указанную сумму по платежному поручению от 18.04.2017 № 543.

Истец, полагая, что 1 016 930 руб. 15 коп. фактически понесенных расходов на осуществление технологического присоединения по договору подлежат взысканию с ответчика,  обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

Обращаясь с встречным исковым заявлением, ответчик указал, что в связи с расторжением договора ответчик имеет встречные требования к истцу о возврате неправомерно удерживаемой и оплаченной ему ответчиком части платы (превышающей суму расходов на подготовку и выдачу ТУ) по договору в период его реализации в размере 409 111 руб. 75 коп.

Повторно рассмотрев дело по правилам статьи 268 АПК РФ, исследовав письменные доказательства и доводы апелляционной жалобы, апелляционная  коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ 2Об электроэнергетике» (далее – Закон № 35-ФЗ), пунктом 6 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.

По договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

В свою очередь, заказчик вносит сетевой организации плату по договору об осуществлении технологического присоединения, а также разрабатывает проектную документацию в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, и выполняет технические условия, касающиеся обязательств заказчика (пункт 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ и пункты 16, 17 Правил № 861). 

Технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрическим сетям представляет собой комплекс мероприятий и осуществляется на основании возмездного договора, заключаемого сетевой организацией с обратившимся к ней лицом (заявителем).  По условиям этого договора сетевая организация обязана реализовать мероприятия, необходимые для осуществления такого технологического присоединения, а заявитель обязан помимо прочего внести плату за технологическое присоединение (пункт 4 статьи 23.1, пункт 2 статьи 23.2, пункт 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ, подпункт «е» пункта 16, пункт 16(2), 16(4), 17, 18 Правил № 861).

В таком виде договор о технологическом присоединении по всем своим существенным условиям соответствует договору возмездного оказания услуг; из характера обязательств сетевой организации и заявителя следует, что к правоотношениям по технологическому присоединению применимы как нормы главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), так и общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III ГК РФ).

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик - оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу статей 15, 393 ГК РФ основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков являются доказанность факта нарушения стороной обязательств по договору, наличия убытков и причинной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору, а также размера убытков.

Сторона, заявившая об одностороннем отказе от исполнения договора в связи с существенным нарушением его условий со стороны контрагента, вправе предъявить ему требование о возмещении убытков, причиненных прекращением договора (пункт 1 статьи 393, пункт 3 статьи 450, пункт 5 статьи 453 ГК РФ).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков являются: установление факта нарушения стороной обязательств по договору; наличие причинной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением обязательств по договору; документально подтвержденный размер убытков, а также вина нарушившего обязательство, если вина в силу закона или договора является условием возложения ответственности за причинение убытков.

Обязанность по доказыванию совокупности этих обстоятельств возлагается на лицо, требующее взыскания убытков. Отсутствие доказательств наличия хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет недоказанность всего состава гражданско-правового института убытков и отказ в удовлетворении исковых требований.

В силу изложенных положений, бремя доказывания размера фактически понесенных расходов возлагается на истца (статья 65 АПК РФ).

Исходя из положений пункта 4 статьи 23.1 Закона №35-ФЗ, пункта 2 статьи 23.2, пункта 1 статьи 26 №35-ФЗ, подпункта «е» пункта 16, пунктов 16(2), 16(4), 17, 18 Правил № 861, пункта 1 статьи 424 ГК РФ, суд апелляционной инстанции отмечает, что цена (плата), уплачиваемая потребителями электрической энергии за технологическое присоединение к объектам единой национальной (общероссийской) электрической сети истца, является регулируемой.

Соответственно, расходы сетевой компании на исполнение договора с ответчиком предполагались к компенсации частично за счет полученной от ответчика платы за технологическое присоединение, частично – за счет иных источников, так как действующее нормативное регулирование предусматривает механизм учета расходов сетевой организации применительно к ситуации исполнения договоров об осуществлении технологического присоединения.

Так, согласно пункту 2 статьи 23.2 Закона № 35-ФЗ затраты на проведение мероприятий по технологическому присоединению, в том числе расходы сетевой организации на строительство и (или) реконструкцию необходимых для технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства, включаются в расходы сетевой организации, учитываемые при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии и (или) платы за технологическое присоединение. При этом не допускается включение расходов сетевой организации, учтенных при установлении тарифов на услуги по передаче электрической энергии, в состав платы за технологическое присоединение и расходов, учтенных при установлении платы за технологическое присоединение, в состав тарифов на услуги по передаче электрической энергии.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что из норм Закона № 35-ФЗ и Правил № 861 не следует обязанность заказчика в случае прекращения договора оплатить расходы исполнителя, превышающие стоимость мероприятий по технологическому присоединению, рассчитанную с применением регулируемой ставки тарифа.

Указанное соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 № 304-ЭС16-16246 по делу № А45-12261/2015, содержащем указание на то, что расходы, подлежащие возмещению сетевой компании со стороны заказчика, не должны превышать стоимость услуг, рассчитанную с применением ставки тарифа.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что судебной практикой выработан подход о том, неисполнение условий договора одной из сторон не должно ставить сторону в более благоприятное положение по сравнению с тем, в котором она бы находилась при условии его надлежащего исполнения. Обратное противоречило бы принципам добросовестности и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота.

Рассматриваемые в настоящем деле требования сетевой организации состоят во взыскании разницы между суммой её фактических затрат и суммой полученных от ответчика полных платежей по договору. Сетевая организация при надлежащем исполнении договора технологического присоединения не могла рассчитывать на получение от ответчика платы по договору, превышающей сумму, установленную договором. При этом истец не представил доказательств невозможности компенсации указанных затрат в последующих периодах тарифного регулирования, а также невозможности использовать результаты работ в дальнейшей деятельности.

Принимая во внимание, что первоначальные исковые требования противоречат вышеуказанному подходу, а также принципу разумности, предполагающему целесообразность осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей в своем интересе, суд первой инстанции обоснованно нашел требования истца по первоначальному иску не подлежащими удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что с указанной точки зрения, предлагаемая истцом модель правоотношений, которая исходит из обязанности заказчика компенсировать заранее не согласованные расходы сетевой организации на осуществление мероприятий по технологическому при невозможности заявителя осуществить присоединение заявленного объекта по любым обстоятельствам, по существу ведет к нарушению баланса интересов сторон договора.

Удовлетворяя встречные требования, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 ГК РФ), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (абзац второй пункта 4 статьи 453 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество 5 (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», положения пункта 4 статьи 453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. Таким образом, по смыслу пункта 4 статьи 453 ГК РФ, предварительный платеж подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения в случае расторжения договора и (или) прекращения предусмотренных им обязательств.

В соответствии со статьей 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В силу пункта 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. 

Как разъяснено в пункте 48 Постановления № 7, проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору; одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Проанализировав приведенные нормы права, изучив и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что документы, подтверждающие возврат указанных денежных средств заявителю сетевой организацией, в материалах дела отсутствуют, принимая во внимание, что право требования уплаченной суммы в качестве неосновательного обогащения у заявителя не могло возникнуть ранее даты расторжения договора при вступлении в законную силу 22.08.2022 судебного акта (решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-40329/2022), обоснованно нашел встречные требования подлежащими удовлетворению в части, взыскав 409 111 руб. 75 коп. неосновательного обогащения, 14 021 руб. 88 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23.08.2022 по 03.02.2023, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные с 04.02.2023 по дату фактического исполнения основного обязательства.

Относительно приведенной апеллянтом судебной практики апелляционная коллегия разъясняет, что, обстоятельства, установленные по данным делам не являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела (часть 2 статьи 69 АПК РФ). Таким образом, правовая позиция суда по другим делам, основанная на оценке иных доказательств, не влияет на оценку доказательств, при рассмотрении настоящего дела.

Установленные надлежащим образом и оцененные судом первой инстанции обстоятельства признаются арбитражным судом апелляционной инстанции необходимыми и достаточными для принятия именно такого решения, которое является предметом обжалования, в силу чего доводы апелляционных жалоб не влекут их удовлетворение.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 АПК РФ доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. С учетом изложенного решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по приведенным выше мотивам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобе в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.05.2023 по делу № А56-111972/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд                      Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.М. Новикова

Судьи

 

Г.Н. Богдановская

 Е.В. Савина