Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А24-1840/2020

г. Владивосток

24 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 ноября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 ноября 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.М. Синицыной,

судей Д.А. Глебова, С.Б. Култышева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления архитектуры, градостроительства и земельных отношений администрации Петропавловск-Камчатского городского округа,

апелляционное производство № 05АП-5991/2020,

на решение от 12.08.2020 судьи Е.Ю. Лебедевой 

по делу № А24-1840/2020 Арбитражного суда Камчатского края, 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Моризо Кофе» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Управлению архитектуры, градостроительства и земельных отношений администрации Петропавловск-Камчатского городского округа – муниципальное учреждение (ИНН4101131945, ОГРН 

<

***>),

третьи лица: Администрация Петропавловск-Камчатского городского округа, акционерное общество «Корпорация развития Дальнего Востока», Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю,

о расторжении договоров аренды, о взыскании неосновательного обогащения, о взыскании убытков,

при участии:

от истца: ФИО2 по доверенности от 04.12.2019;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 10.02.2020;

от третьих лиц: не явились,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Моризо Кофе» (далее – истец, ООО «Моризо Кофе») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к Управлению архитектуры, градостроительства и земельных отношений администрации Петропавловск-Камчатского городского округа - муниципальное учреждение (далее – ответчик, Управление), в котором просило: 

- расторгнуть договоры аренды от 30.07.2018 №126/18, от 27.02.2019 №25/19 в связи с невозможностью использования земельных участков 41:01:0010113:3692, 41:01:0010113:3721 по назначению; 

- взыскать неосновательное обогащение в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 30.07.2018 №126/18 в сумме 7 963 рубля 65 копеек; 

- взыскать неосновательное обогащение в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 22.06.2018 №89/18 в сумме 81 807 рублей 45 копеек; 

- взыскать неосновательное обогащение в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 24.07.2018 №123/18 в сумме 26 448 рублей 68 копеек; 

- взыскать неосновательное обогащение в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 27.02.2019 №25/19 в сумме 52 703 рубля 03 копейки; 

- взыскать убытки в сумме 1 749 945 рублей.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 08.06.2020 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требований относительно предмета спора, привлечены Администрация Петропавловск-Камчатского городского округа, акционерное общество «Корпорация развития Дальнего Востока», Управление Федеральной службы исполнения наказаний по Камчатскому краю.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 12.08.2020 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой, с учетом дополнений к ней, просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что вывод суда о фактической невозможности осуществления строительства на земельных участках с кадастровыми номерами 41:01:0010113:3692 и 41:01:0010113:3721, в связи с нахождением данных участков в 100-метровой санитарно-защитной зоне планируемого к строительству объекта, сделан на основе недопустимых доказательств. Полагает, что в границах спорных земельных участков отсутствуют как санитарно-защитная, так и охранная режимная зоны. В частности, ссылается на то, что в Едином государственном реестре недвижимости (далее – ЕГРН) такие сведения не содержатся. Считает, что СП 247.1325800.2016. Свод правил. Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденный приказом Минстроя России от 15.04.2016 №245/пр (далее – СП 247.1325800.2016) носит не обязательный, а рекомендательный характер. Считает, что судом сделан ошибочный вывод о том, что договор аренды земельного участка от 22.06.2018 №89/18 был расторгнут по соглашению сторон в связи с нахождением земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:362 в 100-метровой санитарно-защитной зоне, поскольку причиной такого расторжения явился раздел арендуемого земельного участка по добровольному заявлению ООО «Моризо Кофе». Полагает, что, удовлетворяя требование о взыскании убытков по выполнению проектных работ, суд должен был разрешить вопрос о передаче оригиналов проектной документации Управлению, поскольку неразрешение данного вопроса приводит к неосновательному обогащению на стороне общества в виде использования результата интеллектуальной деятельности.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2020 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 17.11.2020.

До начала судебного заседания через канцелярию суда от истца поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ был приобщен к материалам дела. В отзыве истец просил оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Также через канцелярию суда от ответчика поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе, которые были приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.

В заседание суда 17.11.2020 третьи лица, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, не явились, в связи с чем на основании статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие указанных лиц.

Представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, которые совпадают с текстом апелляционной жалобы, имеющейся в материалах дела, решение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель истца против доводов апелляционной жалобы возразил, обжалуемое решение счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы (с учетом дополнений) и отзыва на неё, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, 02.02.2018 между АО «КРДВ» (управляющая компания) и ООО «Моризо Кофе» (резидент) подписано соглашение об осуществлении деятельности резидента свободного порта Владивосток №СПВ-458/18 (далее – Соглашение), по условиям которого резидент в период с 2018 по 2021 реализует инвестиционный проект «Строительство транспортно-логистического центра» (пункт 1.1 Соглашения). 

Согласно пункту 1.4 Соглашения (в редакции дополнительного соглашения №1 о 05.06.2018) резидент осуществляет деятельность по реализации инвестиционного проекта в границах:

- части  земельного участка площадью 3500 кв.м с  кадастровым номером 41:01:010113:362, расположенного в районе шоссе Северо-Восточное;

- земельного участка площадью 5098 кв.м, в  кадастровом квартале 41:01:0010113, расположенного в районе шоссе Северо-Восточное;

- земельного участка площадью 1535 кв.м в кадастровом квартале 41:01:0010113, расположенного в районе шоссе Северо-Восточное;

- части земельного участка площадью 7691 кв.м, с кадастровым номером 41:01:0010113:330, расположенного в районе шоссе Северо-Восточное.

22.06.2018 между Администрацией ПКГО в лице Управления (арендодатель) и ООО «Моризо Кофе» (арендатор) заключен договор аренды №89/18 земельного участка с кадастровым номером 41:01:010113:362, площадью 0,5050 га для реализации инвестиционного проекта «Строительство транспортно-логистического центра» на срок до 02.02.2028. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 31.08.2018.

24.07.2018 между Администрацией ПКГО в лице Управления (арендодатель) и ООО «Моризо Кофе» (арендатор) заключен договор аренды №123/18 земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:3691, площадью 0,5098 га для реализации инвестиционного проекта «Строительство транспортно-логистического центра» на срок до 02.02.2028. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 19.09.2018.

30.07.2018 между Администрацией ПКГО в лице Управления (арендодатель) и ООО «Моризо Кофе» (арендатор) заключен договор аренды №126/18 земельного участка с  кадастровым номером 41:01:0010113:3692, площадью 0,1535 га для реализации инвестиционного проекта «Строительство  транспортно-логистического центра» на срок до 02.02.2028. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 27.09.2018.

Приказами Управления от 19.10.2018 №№1347/18, 1348/18, от 15.11.2018 №1493/18 по заявлениям ООО «Моризо Кофе» утверждены градостроительные планы земельных участков с кадастровыми номерами 41:01:0010113:3691, 41:01:0010113:3692 и 41:01:010113:362 соответственно

Приказом от 03.12.2018 №1669/18 земельный участок с кадастровым  номером 41:01:0010113:362 разделен на земельный участок 41:01:0010113:362:ЗУ1, в границах территориальной зоны к1, с видом разрешенного использования: земельные участки для хранения и обслуживания транспорта, площадью 3651 кв.м, и земельный участок 41:01:0010113:362:ЗУ2, в границах территориальной зоны к1, с видом разрешенного использования: земельные участки для хранения и обслуживания транспорта, площадью 1399 кв.м.

10.01.2019 вышеуказанные земельные участки поставлены на кадастровый учет с присвоением кадастровых номеров 41:01:0010113:3721 (земельный участок площадью 3651 кв.м) и 41:01:0010113:3722 (земельный участок площадью 1399 кв.м).

27.02.2019 между сторонами подписано соглашение о расторжении договора аренды от 22.06.2018 №89/18 с 10.01.2019 по взаимному соглашению сторон. Соглашение зарегистрировано в установленном законом порядке 23.04.2019.

27.02.2019 между Администрацией ПКГО в лице Управления (арендодатель) и ООО «Моризо Кофе» (арендатор) заключен договор аренды №25/19 земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:3721, площадью 0,3651 га для строительства автомобильной парковки в рамках реализации инвестиционного проекта «Строительство транспортно-логистического центра» на срок до 02.02.2028. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 23.04.2019.

17.07.2019 общество обратилось к Управлению с просьбой предоставить исчерпывающий ответ о возможности строительства капитального объекта (транспортно-логистический комплекс) на участках с кадастровыми номерами: 41:01:0010113:3690, 41:01:0010113:3691, 41:01:0010113:3692 и 41:01:0010113:3721.

Ответным письмом от 05.08.2019 №01-8-01/5427/19 Управление сообщило о невозможности осуществления строительства на спорных земельных участках, в связи с их попаданием в охранную зону.

Письмом от 01.08.2019 №01-08-01/5369/19 Управление направило копию Протокола совещания о возможности размещения объектов капитального строительства в границах санитарно-защитной зоны проектируемого объекта капитального строительства «Следственный изолятор уголовно-исполнительной системы» от 12.07.2019.

Согласно данному Протоколу было установлено, что в 1994 году земельный участок с кадастровым номером 41:01:0010113:136 был выделен под строительство следственного изолятора. Строительство объектов капитального строительства в границах 100-метровой полосы от территории СИЗО не допускается. Резиденты свободного порта Владивосток не имеют возможности реализовать инвестиционные проекты, а также понесут убытки, поскольку на земельных участках, попадающих в границы санитарно-защитной зоны, проводятся земляные и планировочные работы.

28.08.2019 общество обратилось к Управлению с заявлением о расторжении договоров аренды от 30.07.2018 №126/18, от 27.02.2019 №25/19 в связи с невозможностью использования земельных участков для строительства транспортно-логистического центра.

Письмом от 20.09.2019 №01-08-01/6783/19 Управление направило обществу соглашения о расторжении вышеуказанных договоров и акты приема-передачи арендуемых земельных участков, согласно которым предложило считать договоры расторгнутыми с 28.08.2019 по взаимному согласию сторон, а состояние земельных участков соответствующим целевому назначению и разрешенному использованию.

Письмом от 27.01.2020 №3 общество повторно обратилось в Управление с заявлением о расторжении вышеуказанных договоров в связи с невозможностью использования земельных участков по назначению, а также с требованием о возврате уплаченной арендной платы и возмещении убытков.

Письмом от 27.01.2020 №01-08-01/13329/20 Управление повторно направило обществу проекты соглашений о расторжении вышеуказанных договоров и актов приема-передачи земельных участков в первоначальной редакции.

Письмом от 10.03.2020 №01-020201/2182/20 Управление отказало обществу в выдаче разрешения на строительство объекта капитального строительства «Инвестиционный проект «Строительство транспортно-логистического центра» в районе шоссе Северо-Восточное. 1 этап строительства «Здание логистического центра», расположенного на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:3691, по причине, в том числе, несоответствия проектируемого объекта капитального строительства ограничениям, установленным земельным законодательством, так как земельный участок частично расположен в границах зоны с особыми условиями использования территории.

Полагая, что Управлением спорные земельные участки переданы в состоянии, не позволяющим их использовать по целевому назначению – строительству транспортно-логистического центра, общество обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с настоящим иском. 

Относительно требований о расторжении договоров аренды от 30.07.2018 №126/18, от 27.02.2019 №25/19, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Согласно пункту 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 

1) при существенном нарушении договора другой стороной; 

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. 

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В силу пункта 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Из смысла вышеуказанных положений следует, что при предъявлении требований о досрочном расторжении договора истцу необходимо доказать следующие обстоятельства: 

- нарушение стороной условий договора, которые являются существенными по смыслу пункта 2 статьи 450 ГК РФ; 

- соблюдение истцом досудебного порядка досрочного расторжения договора в соответствии со статьей 452 ГК РФ.

На основании пункта 2 статьи 620 ГК РФ по требованию арендатора договор аренды может быть досрочно расторгнут судом, в том числе, в случаях, когда переданное арендатору имущество имеет препятствующие пользованию им недостатки, которые не были оговорены арендодателем при заключении договора, не были заранее известны арендатору и не должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора.

Как следует из содержания искового заявления, истец просит расторгнуть спорный договор в связи с невозможностью использования земельных участков 41:01:0010113:3692, 41:01:0010113:3721 по целевому назначению – строительству транспортно-логистического центра по причине расположения участков в границах 100-метровой охранной зоны планируемого к строительству объекта «следственного изолятора на 300 мест». 

В силу статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

На основании пункта 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

Согласно пункту 1 статьи 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору, в том числе, потребовать досрочного расторжения договора.

Согласно пункту 2 статьи 31 ЗК РФ орган местного самоуправления по заявлению гражданина или юридического лица либо по обращению предусмотренного статьей 29 настоящего Кодекса исполнительного органа государственной власти обеспечивает выбор земельного участка на основе документов государственного кадастра недвижимости с учетом экологических, градостроительных и иных условий использования соответствующей территории и недр в ее границах посредством определения вариантов размещения объекта и проведения процедур согласования в случаях, предусмотренных федеральными законами, с соответствующими государственными органами, органами местного самоуправления, муниципальными организациями.

Апелляционным судом установлено, что, действительно, при заключении спорных договоров аренды арендодателем не было отражено, что арендуемые земельные участки находятся в пределах 100-метровой охранной и санитарно-защитной зон, либо наличие в отношении данных участков каких-либо иных ограничений (обременений). 

Однако впоследствии из ответов самого Управления арендатору стало известно о расположении земельных участков с кадастровыми номерами 41:01:0010113:3691, 41:01:0010113:3692, 41:01:0010113:3721 в границах 100-метровой охранной зоны, а также 100-метровой санитарно-защитной зоны планируемого к строительству объекта -- следственного изолятора на 300 мест.

Из материалов дела и пояснений лиц, участвующих в деле, усматривается, что на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:136, являющимся смежным с земельными участками, арендованными истцом, планируется строительство следственного изолятора на 300 мест, что соответствует виду разрешенного использования данного участка. 

В частности, приказом Управления от 03.07.2018 №572/18 был утвержден градостроительный план земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:136 для целей строительства объекта СИЗО согласно приложению. При этом ранее решением Городской Думы Петропавловск-Камчатского городского округа от 26.12.2009 №697-р был утвержден градостроительный план данного земельного участка №41-301-000-87 от 02.06.2010.

В силу пункта 7.7 СП 247.1325800.2016 территория СИЗО должна быть удалена от жилых, общественных производственных и прочих строений на расстояние не менее 100 метров.

Кроме того, постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 25.09.2007 №74 утверждены санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» (далее – СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03, пунктом 7.1.12 которых предусмотрено, что в объекты СИЗО относятся к IV классу опасности, в отношении которых устанавливается санитарно-защитная зона в 100 метров.

Согласно пунктам 5.1-5.2 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 в санитарно-защитной зоне не допускается размещать: жилую застройку, включая отдельные жилые дома, ландшафтно-рекреационные зоны, зоны отдыха, территории курортов, санаториев и домов отдыха, территории садоводческих товариществ и коттеджной застройки, коллективных или индивидуальных дачных и садово-огородных участков, а также другие территории с нормируемыми показателями качества среды обитания; спортивные сооружения, детские площадки, образовательные и детские учреждения, лечебно-профилактические и оздоровительные учреждения общего пользования.

В санитарно-защитной зоне и на территории объектов других отраслей промышленности не допускается размещать объекты по производству лекарственных веществ, лекарственных средств и (или) лекарственных форм, склады сырья и полупродуктов для фармацевтических предприятий; объекты пищевых отраслей промышленности, оптовые склады продовольственного сырья и пищевых продуктов, комплексы водопроводных сооружений для подготовки и хранения питьевой воды, которые могут повлиять на качество продукции.

На основании изложенных технических норм, строительство транспортно-логистического центра на территории арендуемых земельных участков, расположенных в границах 100-метровых охранной и санитарно-защитной зон, не представляется возможным, что исключает использование арендатором таких участков в соответствии с условиями заключенных договоров аренды. 

Довод апеллянта о том, что спорные земельные участки не расположены в границах санитарно-защитной и охранной режимной зон, подлежит отклонению как противоречащий материалам дела и нормам действующего законодательства.

Тот факт, что в ЕГРН сведения о расположении данных земельных участков в границах охранной и санитарно-защитной зон не указаны, не отменяет обстоятельства фактического наличия таких зон на данных территориях.

Более того, указанный довод ответчика противоречит его же собственной правовой позиции, которая была изложена в переписке с истцом, а именно:

- в письме от 12.07.2019 №01-08-01/4848/19, в котором Управление отказало обществу в предоставлении в аренду земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:3690 для строительства транспортно-логистического центра, поскольку земельный участок расположен в 100-метровой охранной зоне смежного земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:136;

- в Протоколе совещания от 12.07.2019, в котором было установлено, что резиденты свободного порта Владивосток не имеют возможности реализовать инвестиционные проекты, а также понесут убытки, поскольку на земельных участках, попадающих в границы санитарно-защитной зоны, проводятся земляные и планировочные работы;

- в письме от 05.08.2019 №01-8-01/5427/19, в котором Управление сообщило о невозможности осуществления строительства на спорных земельных участках в связи с их попаданием в охранную зону;

- в письме от 10.03.2020 №01-020201/2182/20, в котором Управление отказало обществу в выдаче разрешения на строительство объекта на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:3691, по причине частичного расположения земельного участка в границах зоны с особыми условиями использования территории.

В указанных письмах Управление в обоснование своей позиции также ссылалось на пункт 7.7 СП 247.1325800.2016, пункты 5.1-5.2, 7.1.12 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03, в связи с чем последующее утверждение ответчика о том, что данные нормы не подлежат применению к спорным правоотношениям, оценивается судом как недобросовестное поведение последнего. 

Так, одним из проявлений принципа добросовестности (статья 1 ГК РФ) является принцип эстоппеля, содержание которого связано с недопустимостью противоречивого и непоследовательного поведения участника правоотношений, ущемляющего интересы других участников правоотношений. При наличии обстоятельств, свидетельствующих о нарушении данного принципа, суд должен отказать в защите соответствующему лицу, поскольку последнее утрачивает право ссылаться на какие-либо факты или обстоятельства в связи со своим предыдущим поведением.

Как было установлено выше, Учреждение на протяжении всего времени до возбуждения настоящего дела в переписке с арендатором неоднократно выражала позицию о невозможности использования арендуемых обществом участков для осуществления строительства транспортно-логистического центра в соответствии с целями договоров аренды, ссылаясь на нахождение таких участков в санитрно-защитной и охранной зонах. 

Таким образом, дальнейшее процессуальное поведение Управления, выраженное в заявлении доводов об отсутствии санитарно-защитной и охранной зон в границах спорных земельных участков, не может быть признано добросовестным в аспекте ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, 

На основании изложенного, все доводы и ссылки Управления, обосновывающие позицию о том, что спорные земельные участки могли быть использованы для целей расторгаемых договоров (строительство транспортно-логистического центра), не принимаются судом апелляционной инстанции.

Материалами дела подтверждается, что общество неоднократно обращалось в адрес Управления с предложением о расторжении договоров аренды от 30.07.2018 №126/18, от 27.02.2019 №25/19 в связи с невозможностью использования земельных участков для строительства транспортно-логистического центра (письма от 28.08.2019, от 27.01.2020 №3).

Однако Управление отказалось от расторжения указанных договоров по причине указанной истцом, неоднократно представляя для подписания соглашения о расторжении вышеуказанных договоров и акты приема-передачи арендуемых земельных участков, согласно которым предлагало считать договоры расторгнутыми с 28.08.2019 по взаимному согласию сторон, а состояние земельных участков соответствующим целевому назначению и разрешенному использованию

Следовательно, истец при отсутствии согласия на подписание указанных соглашений и актов в редакции ответчика надлежащим образом исполнил предусмотренную пунктом 2 статьи 452 ГК РФ обязанность досудебного порядка досрочного расторжения договоров.

При изложенных обстоятельствах заявленные требования в части расторжении договоров аренды от 30.07.2018 №126/18, от 27.02.2019 №25/19 признаются апелляционной коллегией обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В отношении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения в виде уплаченной арендной платы по договорам аренды от 30.07.2018 №126/18, от 22.06.2018 №89/18, от 24.07.2018 №123/18, от 27.02.2019 №25/19, апелляционная коллегия установила следующее.

Статьей 8 ГК РФ предусмотрено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, а также вследствие неосновательного обогащения.

По правилам пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Из анализа вышеназванной нормы права, а также правовой позиции, изложенной в Информационном письме Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 №49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно трех обстоятельств: 

- имеет место приобретение или сбережение имущества, то есть увеличение стоимости собственного имущества, за счет другого лица; 

- отсутствие правовых оснований для приобретения или сбережения имущества;

- размер неосновательного обогащения. 

Недоказанность хотя бы одного из перечисленных элементов является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании неосновательного обогащения.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как было указано выше, истец в обоснование своих требований  в данной части ссылается на то, что в отсутствие у него, как арендатора,  возможности использовать арендованные земельные участки в соответствии с условиями договоров, у Управления, как арендодателя, отсутствовали основания для взыскания арендной платы.

Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (статья 1103 Кодекса).

Факт уплаты ООО «Моризо Кофе» арендных платежей по указанным договорам аренды подтверждается соответствующими платежными поручениями и ответчиком по существу не оспаривается. 

В то же время, как было установлено выше, общество не могло использовать арендованные земельные участки с кадастровыми номерами 41:01:0010113:3691, 41:01:0010113:3692, 41:01:0010113:3721 согласно целям, предусмотренным указанными договорами (строительство транспортно-логистического центра). 

Относительно земельного участка с кадастровым номером 41:01:010113:362 (предмет договора аренды №89/18 от 22.06.2018), коллегия установила, что данный участок Приказом от 03.12.2018 №1669/18 был разделен на земельные участки, которым, впоследствии, были присвоены кадастровые номера 41:01:0010113:3721 и 41:01:0010113:3722. 

Из письма от 01.03.2019 №01-08-01/909/19 следует, что Управление на основании пункта 17 статьи 39.16 ЗК РФ отказало обществу в предоставлении земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:3722 в аренду для строительства автомобильной парковки, поскольку земельный участок предназначен для размещения объекта местного значения – магистрали районного значения.

Следовательно, земельный участок с кадастровым номером 41:01:010113:362, арендованный обществом по договору  аренды №89/18 от 22.06.2018, также не мог быть использован согласно цели данного договора.

Однако пунктом 1 статьи 615 ГК РФ предусмотрено, что арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, - в соответствии с назначением имущества.

Из системного толкования положений пункта 1 статьи 611, пункта 1 статьи 614, пункта 1 статьи 615 ГК РФ следует, что договор аренды носит взаимный характер, то есть невозможность пользования арендованным имуществом по обстоятельствам, не зависящим от арендатора, освобождает последнего от исполнения его обязанности по внесению арендной платы.

Согласно правовым позициям, отраженным в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2015, и в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, арендатор не обязан вносить арендную плату за период, в который он был лишен возможности пользоваться объектом аренды по не зависящим от него обстоятельствам, поскольку из положений статей 606 и 611 ГК РФ следует, что основная обязанность арендодателя состоит в обеспечении арендатору возможности пользования вещью в соответствии с ее назначением. Применительно к договору аренды земельного участка арендатор должен иметь возможность осуществлять использование этого участка в соответствии с той целью, для которой он был ему предоставлен.

Поскольку уплаченные обществом арендные платежи по спорным договорам были уплачены в отсутствие у арендатора возможности осуществлять использование этого участка в соответствии с той целью, для которой он был ему предоставлен, то указанные платежи по смыслу статей 1102, 1103 ГК РФ оцениваются коллегией в качестве неосновательного обогащения Управления.

Проверив произведённый истцом расчёт неосновательного обогащения, суд признаёт его обоснованным, арифметически верным в сумме 7 963 рубля 65 копеек в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 30.07.2018 №126/18, сумме 81 807 рублей 45 копеек в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 22.06.2018 №89/18, в сумме 26 448 рублей 68 копеек в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 24.07.2018 №123/18, в сумме 52 703 рубля 03 копейки в виде уплаченной арендной платы по договору аренды от 27.02.2019 №25/19. 

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия приходит к выводу, что истцом доказана необходимая совокупность юридических фактов для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения в заявленном размере.

Требования о взыскании 1 749 945 рублей убытков подлежат удовлетворению в силу следующего.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенного права является возмещение убытков. 

На основании статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 5 статьи 453 ГК РФ если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Из смысла вышеуказанных норм и разъяснений следует, что истцу при предъявлении иска, обоснованного положениями статей 15 и 393 ГК РФ, необходимо доказать наличие совокупности условий договорной ответственности, а именно: факт наличия у него убытков и их размер, противоправность действий ответчика, выраженных в нарушении условий договора, а также наличие причинной связи между понесенными убытками и действиями ответчика. При этом недоказанность хотя бы одного из указанных условий ответственности является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как следует из содержания иска, требования общества в данной части обоснованы тем обстоятельством, что невозможность использовать арендованные земельные участки в соответствии с целями их предоставления привело к образованию убытков на стороне общества.

Указанные убытки выражены в несении обществом расходов в целях реализации инвестиционного проекта на спорных земельных участках, которые подтверждаются следующими документами:

- договор подряда на выполнение кадастровых работ от 25.05.2018 №25/КР, акт от 08.06.2018 №24, квитанция о приеме денежных средств от 08.06.2018 №000057, от 28.05.2018 №000053 на сумму 100 000 рублей;

- договор подряда на выполнение кадастровых работ от 13.11.2018 №64/КР, акт от 19.12.2018 №66, счет от 19.12.2019 №80, платежное поручение от 21.12.2018 №3 на сумму 40 000 рублей;

- договор технического присоединения от 12.11.2018 №ОТП-18-0070, платежное поручение от 19.11.2018 № 1 на сумму 9 945 рублей;

- договор на выполнение проектных работ от 07.11.2018 №1810-097, № 1810-101, платежные поручения от 22.11.2018 №2, от 25.12.2018 №4, от 29.01.2019 №5, от 21.02.2019 №6, от 25.03.2019 №10, от 26.04.2019 №12, от 31.05.2019 №13, от 25.06.2019 №9691, от 30.01.2020 №5, 6 на сумму 1 600 000 рублей.

Поскольку целесообразность указанных расходов была мотивирована убежденностью ответчика, что арендованные им земельные участки будут использованы согласно целям договоров аренды, то соответствующее нарушение ответчиком условий данных договоров, повлекло на стороне общества убытки на сумму данных расходов в размере 1 749 945 рублей. 

В свою очередь, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Тем самым, указанное правило устанавливает презумпцию вины причинителя вреда, которое предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Однако Управление ни в суде первой инстанции, ни в апелляционном суде доказательств, свидетельствующих об отсутствии своей вины в причинении заявленных убытков, не представило.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия приходит к выводу, что истцом, вопреки доводам ответчика, доказана необходимая совокупность юридических фактов для удовлетворения требований о взыскании убытков в заявленном размере.

Довод апеллянта о том, что удовлетворяя требование о взыскании убытков по выполнению проектных работ, суд должен был разрешить вопрос о передаче оригиналов проектной документации Управлению, подлежит отклонению как основанный на неверном толковании норм материального права. Каких-либо оснований для передачи таких документов, в том числе, предусмотренных статьей 1259 ГК РФ, не усматривается, так как Управление не являлось заказчиком данных работ. 

Ссылка на то, что такая проектная документация может быть реализована на других земельных участках, является необоснованной, так как указанные документы были подготовлены, основываясь на характерных особенностях именно спорных земельных участков. Более того, в своем письме от 16.09.2019 №01-08-01/6679/19 Управление отказало обществу в удовлетворении заявления о реализации инвестиционного проекта на ином земельном участке по предложению истца, иных вариантов замены объекта аренды не предоставило.

Апелляционная коллегия отмечает, что, в целом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая их, сводятся исключительно к несогласию с оценкой представленных в материалы дела доказательств, что не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта. 

Более того, аналогичные выводы по рассматриваемым в настоящем деле вопросам были сделаны судами первой, апелляционной и кассационной инстанций в рамках рассмотрения дела №А24-9446/2019.

Таким образом, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Вопрос о взыскании государственной пошлины по апелляционной жалобе судом не рассматривался, поскольку на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации апеллянт освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 12.08.2020 по делу №А24-1840/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.М. Синицына

Судьи

Д.А. Глебов

С.Б. Култышев