ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А48-6786/2020

г. Воронеж

25 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2023 года  Постановление в полном объеме изготовлено 25 июля 2023 года  

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сурненкова А.А., судей Серегиной Л.А., 

 ФИО1,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО2,  

при участии: 

от ФИО3: ФИО3, предъявлен паспорт  гражданина РФ; ФИО4 – представитель по доверенности от  01.09.2020, выданной сроком на пять лет, предъявлен паспорт гражданина РФ,  диплом о наличии высшего юридического образования;  

от ФИО5: ФИО4 – представитель по  доверенности от 17.07.2023, выданной сроком на три года, предъявлен  паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего юридического  образования;  

от ФИО6: ФИО4 – представитель по  доверенности от 19.01.2022, выданной сроком на пять лет, предъявлен  паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего юридического  образования;  

от ФИО7: ФИО8 – представитель  по доверенности от 17.03.2022, выданной сроком на три года, предъявлен  паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего юридического  образования;  

от Общества с ограниченной ответственностью «ПРОФИ»: ФИО9 С.В.  С.В. – представитель по доверенности от 15.03.2021, выданной сроком на три  года, предъявлен паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего  

юридического образования; ФИО10 – представитель по доверенности  от 10.01.2023, выданной сроком на три года; предъявлен паспорт гражданина  РФ, диплом о наличии высшего юридического образования;  

от Федеральной налоговой службы России в лице Управления  Федеральной налоговой службы России по Орловской области: ФИО11 –  представитель по доверенности от 16.04.2023, выданной сроком до 27.03.2024,  предъявлен паспорт гражданина РФ, диплом о наличии высшего  юридического образования;  

от Межрегиональной общественной организации инвалидов «Инвалиды  Органов внутренних Дел и Полиции»: представитель не явился,  доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;  

от Общества с ограниченной ответственностью «Инвестокнастрой»:  представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в  материалах дела;  

от Общества с ограниченной ответственностью «Унистрой»:  представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в  материалах дела;  

от Общества с ограниченной ответственностью «Михайловская Слобода  +»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются  в материалах дела;  

от Общества с ограниченной ответственностью «Инвестстрой»:  представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в  материалах дела;  

от Прокуратуры Орловской области: представитель не явился,  доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;  

от ФИО12: представитель не явился,  доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела,  

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования  системы видеоконференц-связи апелляционную жалобу ФИО3, ФИО6 на решение Арбитражного суда  Орловской области от 04.04.2023 по делу № А48-6786/2020 по исковому  заявлению 1) Общества с ограниченной ответственностью «ПРОФИ» (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>), 2) Федеральной налоговой службы  России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по  Орловской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к 1) ФИО3, 2) ФИО6, 3) ФИО5, 4) ФИО7, 5) Межрегиональной  общественной организации инвалидов «Инвалиды Органов внутренних Дел и  Полиции» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о привлечении к  субсидиарной ответственности,  

при участии в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных  требований относительно предмета спора: 1) Общества с ограниченной  ответственностью «Инвестокнастрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>), 2) Общества с ограниченной ответственностью «Унистрой»  

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 3) Общества с ограниченной  ответственностью «Михайловская Слобода +» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>), 4) Общества с ограниченной ответственностью «Инвестстрой»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 5) Прокуратуры Орловской  области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); 6) Управления  Министерства внутренних дел по Орловской области (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>), 7) ФИО12,  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ПРОФИ» (далее – истец 1,  ООО «ПРОФИ») 06.08.2020 обратилось в арбитражный суд с исковым  заявлением к ФИО3 (далее – ответчик 1), ФИО6 (далее – ответчик 2), ФИО5 (далее – ответчик  3) о привлечении к субсидиарной ответственности путем взыскания в  солидарном порядке 1 589 347 руб. 08 коп.  

26.02.2021 ФНС России в лице УФНС России по Орловской области  (далее – истец 2) обратилась в арбитражный суд с заявлением о  присоединении в дело ее требований, поданных в рамках искового заявления  о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве,  в размере 226 427 руб. 10 коп.  

К участию в деле в качестве соответчиков определением суда от  02.03.2021 привлечены ФИО7 (далее – ответчик 4),  Межрегиональная общественная организация инвалидов «Инвалиды Органов  внутренних Дел и Полиции» (далее – ответчик 5).  

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Общество с  ограниченной ответственностью «Инвестокнастрой», Общество с  ограниченной ответственностью «Унистрой», Общество с ограниченной  ответственностью «Михайловская Слобода +», Общество с ограниченной  ответственностью «Инвестстрой», Прокуратура Орловской области,  Управления Министерства внутренних дел по Орловской области, ФИО12.  

Решением Арбитражного суда Орловской области от 04.04.2023  привлечены ФИО3, ФИО6, ФИО5 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Инвестстрой» перед ООО  «ПРОФИ» и перед Федеральной налоговой службой России в лице  Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской области.  Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО6,, ФИО5 в пользу  ООО «ПРОФИ» 1 589 347 руб. 08 коп. Взыскано солидарно с ФИО3,  ФИО6, ФИО5 в пользу Федеральной налоговой службы России в  лице Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской  области 226 427 руб. 10 коп. Взыскано солидарно с ФИО3, ФИО6, ФИО5 в доход федерального бюджета РФ 34 158 руб. 00 коп.  государственной пошлины. В удовлетворении исковых требований к  

ФИО7,, Межрегиональной общественной организации инвалидов  «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции» отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3, ФИО6  обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с  апелляционной жалобой, в которой указывают на незаконность и  необоснованность решения Арбитражного суда Орловской области от  04.04.2023, в связи с чем просят его отменить и принять по делу новый  судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.  

В судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции иные  третьи лица не обеспечили явку своих полномочных представителей.  

Ввиду наличия у суда апелляционной инстанции доказательств  надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте  судебного разбирательства, апелляционные жалобы рассматривались в их  отсутствие в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Посредством использования системы видеоконференц-связи в судебном  заседании представитель ФИО3, ФИО6, ФИО5 поддержал  доводы, приведенные в апелляционной жалобе, считая решение незаконным и  необоснованным, принятым с нарушением норм материального и  процессуального права, без учета фактических обстоятельств дела, просил суд  обжалуемое решение отменить и принять по делу новый судебный акт.     

Посредством использования системы видеоконференц-связи в судебном  заседании представители ООО «ПРОФИ» возражали против доводов  апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в представленном суду  отзыве, считая обжалуемое решение законным и обоснованным, просили суд  оставить решение без изменения, а апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Посредством использования системы видеоконференц-связи в судебном  заседании представитель ФИО7 поддержал позицию ООО  «ПРОФИ», возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям,  изложенным в представленном суду отзыве, считая обжалуемое решение  законным и обоснованным, просил суд оставить решение без изменения, а  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Посредством использования системы видеоконференц-связи в судебном  заседании представитель Федеральной налоговой службы России в лице  Управления Федеральной налоговой службы России по Орловской области  поддержал позицию ООО «ПРОФИ», возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы, просил суд оставить обжалуемое решение без  изменения, жалобу – без удовлетворения.  

Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке  апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и  дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает  дело.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы,  отзывов на нее, заслушав пояснения представителей сторон посредством  

использования системы видеоконференц-связи в судебном заседании,  исследовав и оценив представленные доказательства, арбитражный  апелляционный суд считает, что решение Арбитражного суда Орловской  области от 04.04.2023 следует оставить без изменения, а апелляционную  жалобу - без удовлетворения по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  Общество с ограниченной ответственностью «Профи» обратилось в  Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании Общества с  ограниченной ответственностью «Инвестстрой» несостоятельным  (банкротом), определением Арбитражного суда Орловской области от  21.05.2019 в отношении ООО «Инвестстрой» возбуждено производство по  делу о несостоятельности (банкротстве) № А48-3792/2019. Определением  Арбитражного суда Орловской области от 06.09.2019 по делу № А483792/2019 в отношении ООО «Инвестстрой» введена процедура наблюдения,  временным управляющим утвержден ФИО13  

На основании определения суда от 06.09.2019 по делу № А48-3792/2019  требования ООО «Профи» включены в третью очередь реестра требований  кредиторов ООО «Инвестстрой» в размере 1 589 347,08 руб., из них: основной  долг в размере 1 565 367,17 руб., расходы по оплате госпошлины в размере  4088 руб. - в составе основной задолженности, проценты за пользование  чужими денежными требованиями в размере 19891,91 руб. - в составе  требований, учитываемых отдельно в реестре требований кредиторов и  подлежащих удовлетворению после погашения основной суммы  задолженности и причитающихся процентов. Указанная задолженность ранее  установлена решениями суда решения от 26.10.2017 по делу № А48-5259/2017,  от 27.07.2018 по делу № А48-6096/2017.  

Определением суда от 17.12.2019 по делу № А48-3792/2019 в третью  очередь реестра требований кредиторов ООО «Инвестстрой» включены  требования Федеральной налоговой службы России в лице Управления  Федеральной налоговой службы России по Орловской области в сумме 226  427,10 руб. в том числе основной долг - 147 627 руб., пеня - 37 046,10 руб.,  штраф - 41 754 руб.  

Таким образом, в ходе процедуры банкротства в реестр требований  кредиторов должника ООО «Инвестстрой» включены требовании в общей  сумме 1 815 774 руб. 18 коп.  

В рамках дела о банкротстве ООО «Инвестстрой» заявление о  привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ООО  «Инвестстрой» лиц не направлялось.  

Определением Арбитражного суда Орловской области от 17.02.2020  производство по делу по делу № А48-3792/2019 о несостоятельности  (банкротстве) ООО «Инвестстрой» прекращено в связи с отсутствием  имущества.  

После прекращения производства по делу о банкротстве ООО «Профи»  обратилось в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением о  привлечении бывшего руководителя должника ФИО3, учредителей  

должника ФИО5 и ФИО6 солидарно к субсидиарной  ответственности по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.11  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (неисполнение обязанности по  передаче документов конкурсному управляющему, совершение сделок), по  тем же основаниям налоговым органом подано заявление о присоединении в  дело его требований. В дальнейшем ООО «Профи» предъявило также  требования о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно с  ФИО24 к бывшим участникам ООО «Инвестстрой»  ФИО7 и МООИ «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции».  

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой  инстанции правомерно исходил из следующего.  

На основании статьи 225.1. АПК РФ арбитражные суды рассматривают  дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им  или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией,  в том числе спорам, связанным с ответственностью лиц, входящих или  входивших в состав органов управления и органов контроля юридического  лица.  

Глава III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», регулирующая  ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве,  внесена в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Федеральным законом №  266-ФЗ от 29.07.2017 и действует с 30.07.2017.  

Как усматривается из материалов дела, ООО «Инвестстрой» создано  21.03.2016, его учредителями являлись ФИО7 (доля в уставном  капитале - 50 %, 5 000 руб.) и ФИО6 (доля в уставном капитале - 50 %, 5  000 руб.)  

12.04.2016 уставной капитал общества увеличен до 12 800 руб. (решение  общего собрания учредителей ООО «ИнвестСтрой» от 31.03.2016), в состав  участников общества включены: ФИО5 (доля в уставном капитале10,94 %, 1 400 руб.); Межрегиональная общественная организации инвалидов  «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции» (доля в уставном капитале10,94 %, 1 400 руб.); ФИО7 (доля в уставном капитале - 39,06 %, 5 000  руб.); ФИО6 (доля в уставном капитале - 39,06 %, 5 000 руб.).  

31.03.2017 ФИО7 вышел из состава участников общества  (заявление о выходе из общества от 22.03.2017, решение общего собрания  учредителей ООО «ИнвестСтрой» от 22.03.2017), его доля в уставном  капитале в размере 39,06 % передана ООО «ИнвестСтрой». 27.12.2017  Межрегиональная общественная организации инвалидов «Инвалиды Органов  внутренних Дел и Полиции» вышла из состава участников общества  (заявление о выходе из общества от 13.12.2017, решение общего собрания  учредителей ООО «ИнвестСтрой» от 13.12.2017), доля вышедшего участника  в размере 10,94 % передана ООО «ИнвестСтрой».  

После выхода из общества ФИО7 и МООИ «Инвалиды Органов  внутренних Дел и Полиции» состав участников ООО «Инвестстрой»  оставался неизменным: ФИО6 (39,06 % доли), ФИО14  

Павел Юрьевич (10,94 % доли) и ООО «Инвестстрой» (50 % доли); размер  уставного капитала - 12 800 руб.; генеральным директором общества с  момента его образования (21.03.2016) является ФИО3 (супруг  ФИО6 – участника общества и отец ФИО5 – участника  общества).  

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности  ответчиков истец 1 указал, что данные лица, являясь участниками, имели  возможность давать ООО «Инвестстрой» обязательные для исполнения  указания или иным образом определять его действия. Кроме того, ФИО24 являются одной семьей (супруги и их ребёнок ДД.ММ.ГГГГ г.р.).  

В отношении ответчика 1 соистцы указали, что в силу положений  подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве указанный ответчик  является контролирующим лицом ООО «Инвестстрой» в связи с наличием у  него полномочий руководителя общества.  

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет  субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Согласно п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения  конкурсного производства или прекращения производства по делу о  банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14  настоящего Федерального закона и требования которого не были  удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11  настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с  иском вне рамок дела о банкротстве.  

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона  под контролирующим должника лицом понимается физическое или  юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года,  предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их  возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником  указания или возможность иным образом определять действия должника, в  том числе по совершению сделок и определению их условий.  

На основании п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность  определять действия должника может достигаться:  

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов  управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения;  

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника,  основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином  специальном полномочии;  

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности  главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в  подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности,  предоставляющей возможность определять действия должника);  

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или  членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния  на руководителя или членов органов управления должника иным образом.  

В п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве указано, что пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если  это лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором  должника, членом ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо  имело право назначать (избирать) руководителя должника;  

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения  лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Согласно ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств документы бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения  о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате  чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Руководителем должника на момент совершения сделок по отчуждению  имущества 11.12.2017 являлся ФИО3; участниками должника являлись  ФИО6 с долей 39,06%; ФИО5 с долей 10,94%; ООО «Инвестстрой»  с долей 39,06%; МООИ «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции» с  

долей 10,94% (13.12.2017 общественной организацией подано заявление о  выходе из состава участников общества).  

Таким образом, ФИО3, ФИО6, ФИО5 с учетом выхода  из состава участников МООИ «Инвалиды органов внутренних дел и полиции»  и передачи части доли (10,94%) участия ООО «Инвестстрой», в результате  чего общество с 25.12.2017 стало обладателем 50% доли, в силу п.п. 2 п. 4 ст.  61.10 Закона о банкротстве стали контролировать деятельность общества, в  силу своего должностного положения и родственных связей имели права  давать обязательные для исполнения должником указания или возможность  иным образом определять действия должника, в том числе по совершению  сделок и определению их условий.  

Участники ООО «Инвестстрой» ФИО6 (супруга ФИО3 и  мать ФИО5) и ФИО5 (сын ФИО25) получили  возможность самостоятельно распоряжаться 100% долей общества (39,06%  доля ФИО6 +10,94% доля ФИО5 +50% доля ООО  «Инвестстрой»).  

В соответствии с п. 3.2. ст. 64 Закона о банкротстве не позднее  пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель  должника обязан предоставить временному управляющему и направить в  арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных  прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую  деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно  руководитель должника обязан информировать временного управляющего об  изменениях в составе имущества должника.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца  четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о  банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению  арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или  по ее передаче управляющему (абз.1).  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой  или искажением документации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), необходимо учитывать следующее.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также  невозможность определения основных активов должника и их  идентификации; невозможность выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать  данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях  пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания  принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа  

этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и  потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами  данных органов.  

Из материалов дела № А48-3792/2019 следует, что обязанность,  установленную п. 3.2. ст. 64 Закона о банкротстве по передаче документации  временному управляющему, руководитель ООО «Инвестстрой» ФИО3  не исполнил. Указанное обстоятельство подтверждается анализом  финансового состояния должника, подготовленным временным  управляющим.  

Из материалов дела усматривается, что в связи с тем, что руководитель  должника не исполнил обязанность, предусмотренную ст. 64 Закона о  банкротстве и не представил ни в суд, ни временному управляющему  бухгалтерские и иные документы, касающиеся деятельности должника,  временным управляющим ООО «Инвестстрой» ФИО13 был  подготовлен анализ финансового состояния должника, заключение об  отсутствии признаков преднамеренного банкротства без учета данных  документов (временным управляющим была использована информация,  предоставленная МРИ ФНС России № 9 по Орловской области (бухгалтерская  отчетность, сведения об открытых счетах в кредитных организациях), данные  учредительных и регистрационных документов; материалы судебных  процессов).  

Факт не передачи ответчиком документации должника арбитражному  управляющему не оспорен, доказательства их надлежащей передачи не  представлены.  

Факты наличия или отсутствия имущества, в том числе дебиторской  задолженности должника, его имущественных прав, которые не подлежат  регистрации в государственных реестрах, сведениями о которых не  располагают регистрирующие органы, не могли быть проверены конкурсным  управляющим надлежащим образом ввиду отсутствия переданных ему  бывшим руководителем должника документов общества. Взыскание  дебиторской задолженности в отсутствие документов первичного  бухгалтерского учета, подлежащих передаче управляющему, также  невозможно. Основания для оспаривания сделок в отсутствие переданных  документов должника, также не могли быть надлежащим образом проверены  и установлены управляющим в связи с неисполнением обязанности ответчика  по передаче документов.  

При этом по данным последней бухгалтерской отчетности за 2016 год,  представленной в налоговый орган 27.03.2017, активы ООО «Инвестстрой»  составляли 1 671 тыс. руб., в т.ч. дебиторская задолженность - 1 561 тыс. руб.,  денежные средства и денежные эквиваленты - 110 тыс. руб.  

Таким образом, как видно из представленных документов, у должника  имелись активы, за счет реализации которых возможно было бы пополнение  конкурсной массы должника.  

В связи с тем, что временному управляющему документы,  подтверждающие вышеуказанные показатели переданы не были, при  

рассмотрении отчета временного управляющего последним было заявлено  ходатайство о прекращении процедуры в связи с отсутствием имущества.  Определением Арбитражного суда Орловской области от 17.02.2020 по делу   № А48-3792/2019 процедура банкротства в отношении ООО «Инвестстрой»  прекращена.  

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что в  результате неправомерных действий руководителя должника (ФИО3)  арбитражный управляющий был лишен возможности провести в дальнейшем  в конкурсном производстве инвентаризацию дебиторской задолженности и  принять меры по ее взысканию.  

Факт невозможности идентификации имущества должника и  установления его места нахождения вследствие неисполнения руководителем  ООО «Инвестстрой» обязательств по передаче документации временному  управляющему и суду существенным образом затруднил проведение  процедуры, в том числе, по достоверной оценке наличия активов должника  (дебиторской задолженности), вследствие чего требования кредиторов  должника остались непогашенными.  

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

Достаточных и достоверных доказательств невозможности  предоставления указанных документов ФИО3 в процессе  рассмотрения дела в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено суду.  

Материалами дела установлено, что руководитель ООО «Инвестстрой»  не передал арбитражному управляющему бухгалтерские и иные документы,  отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения  наблюдения.  

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие,  несет риск наступления последствий такого своего поведения.  

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности  у руководителя должника предполагается и является обязательным  требованием закона, то бремя доказывания отсутствия вины,  добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц  возлагается на этих лиц, так как причинение ими вреда должнику и его  кредиторам презюмируется. При этом конкурсный управляющий либо  кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов  гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи  1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.  

Не передача ответчиком бухгалтерской и иной документации должника,  печатей, штампов, материальных и иных ценностей арбитражному  управляющему является самостоятельным основанием для привлечения его к  субсидиарной ответственности.  

Как указано в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  

невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких  сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и  61.3 настоящего Федерального закона;  

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие  обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения  либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый  государственный реестр юридических лиц на основании представленных  таким юридическим лицом документов.  

Понятие существенного вреда следует из п. 23 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения  сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если  данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К  числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для  него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно  являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что  значительно влияют на деятельность должника, например, сделки,  отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных  обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью  и т.д.).  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно  убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том  числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от  рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по  рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил  возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений  хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

В рамках процедуры наблюдения временным управляющим в анализе  финансового состояния должника установлены сделки по отчуждению  имущества:  

1) Соглашение об уступке права требования (цессии) от 11.12.2017,  заключенное между ООО «Инвестстрой» (в лице ФИО3) и ФИО6, о передаче в её собственность объектов долевого строительства - жилые  помещения, расположенные по адресу г. Орел, территория ограниченная  улицами Дмитрия Блынского, Раздольной, ФИО15, ФИО16: 3-х  двухкомнатных квартир и 1-й однокомнатной, общей площадью 216,07 кв.м  по договору участия в долевом строительстве жилья № 09-МС от 20.09.2017.  Цена сделки 6 437 480 руб.;  

2) Соглашение об уступке права требования (цессии) от 11.12.2017,  заключенное между ООО «Инвестстрой» (в лице ФИО3) и ФИО6, о передаче в её собственность объектов долевого строительства - жилых  помещений, расположенные по адресу г. Орел, территория ограниченная  улицами Дмитрия Блынского, Раздольной, ФИО15, ФИО16: 1  однокомнатной квартиры (общей площадью 36,41 кв.м) по договору участия в  долевом строительстве жилья № П-05 от 10.02.2017. Цена сделки 1 064 280  руб.  

Денежные средства в общей сумме по двум сделкам в размере 7 501 760  руб. на расчетный счет должника не поступили.  

При этом на дату совершения данных сделок у должника существовала  задолженность перед ООО «Профи» на основании судебного акта от  26.10.2017 по делу № А48-5259/2017 в размере 1 630 022,88 руб. Впоследствии  на основании данного судебного акта кредитор обратился с заявлением в  Арбитражный суд Орловской области о признании ООО «Инвестстрой»  несостоятельным (банкротом).  

Данные сделки для должника являются существенными с точки зрения  причинения вреда кредиторам, поскольку по состоянию на конец 2016 года  (далее отчетность обществом не представлялась) активы должника составили  1 671 тыс.руб., в т.ч. дебиторская задолженность - 1 561 тыс.руб., денежные  средства и денежные эквиваленты - 110 тыс.руб., основные средства  отсутствуют.  

Более того, выгодоприобретателями по данным сделкам являются  участник должника ФИО6 (участник ООО «Инвестстрой», в её пользу  произведено отчуждение) и ФИО3 (супруг ФИО6, директор ООО  «Инвестстрой», подписавший соглашения), а также ФИО5 – участник  ООО «Инвестстрой», совершеннолетний на момент совершения сделок сын  вышеуказанных лиц. Все указанные лица образуют единую семью.  

3) участнику ООО «Инвестстрой» ФИО6 по расчетному счету   № 

<

***> Банк ПАО «КУРСКПРОМБАНK» в период с  08.09.2017 по 12.04.2018 выдано под отчет 6 464 500,00 руб. Возвращено  подотчетных сумм 6 700,00 руб. Иная информация о возврате денежных  средств на расчетный счет предприятия отсутствует. Документы о  потраченных денежных суммах не предоставлены.  

4) участнику ООО «Инвестстрой» ФИО6 по расчетному счету   № 

<

***> ПАО Сбербанк России в период с 03.11.2016 по  10.11.2017 выдано под отчет и за материалы 6 494 000,00 руб. Информация о  возврате денежных средств на расчетный счет предприятия отсутствует.  Документы о потраченных денежных суммах не предоставлены.  

5) директором ООО «Инвестстрой» ФИО3 по расчетному счету   № 

<

***> ПАО Сбербанк России в период с 07.11.2016 по  05.03.2018 снято наличными через банкомат по карте 2 191 070,00 руб.  Информация о возврате денежных средств на расчетный счет предприятия  отсутствует. Документы о потраченных денежных суммах не предоставлены.  

Отчуждение имущества в размере 7 501 760 руб. при доказанности  отсутствия иного имущества, равно как и документов, подтверждающих его  наличие, а также вывод денежных средств общества ответчиками по делу, не  позволили обществу произвести расчет с кредиторами.  

Проведенный анализ указанной группы сделок позволил временному  управляющему сделать вывод о том, что эти сделки заключены в преддверии  банкротства и привели к неспособности юридического лица в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам:  направлены на выведение активов, т.е. осуществлены сделки по отчуждению  имущества должника, не являющиеся сделками купли-продажи,  направленные на замещение имущества должника менее ликвидным  имуществом (денежные средства не поступили на расчетный счет должника);  заключена сделка купли-продажи, осуществляемая с имуществом должника,  заключенная на заведомо невыгодных для должника условиях.  

Таким образом, совершение указанных сделок уменьшило его активы на  общую сумму 22 651 330 руб., возникла ситуация полной утраты возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Сделки от 11.12.2017 по уступке ООО «Инвестстрой» прав требования по  передаче в собственность объектов долевого строительства на общую сумму 7  501 760 руб. в пользу ФИО6 следует квалифицировать как, во-первых,  совершенные с предпочтением, так как на момент их заключения общество  имело обязательства перед налоговым органом и обязательства перед ООО  «Профи», срок исполнения которых наступил ранее, чем по тем сделкам, на  которые ссылается ответчик и за которые, по его версии, был осуществлен  расчет с ФИО6 за выполненные на работы; во-вторых,  контролирующим лицом по указанным сделкам по признаку извлечения  прибыли является ФИО6  

Доводы ответчиков 1,2 о том, что указанное лицо не имело достаточного  количества долей в уставном капитале организации являются  несостоятельными, поскольку после выхода из состава участников общества  ФИО7 (31.03.2017) для достижения кворума для решения любого  вопроса, входящего в компетенцию общего собрания участников общества,  были необходимы голоса ФИО6, так как доля ФИО7 перешла  к той же самой организации, и участники общества ФИО26  получили возможность распоряжаться 89,06% доли общества (36,06(ФИО6)+10,94(ФИО5)+39,06(доля ФИО7, оставшаяся в обществу  после его выхода)). Кроме того, ФИО6 получила от ООО «Инвестстрой»  денежные средства и имущественные права требования передачи жилых  помещений в нарушение законной очередности удовлетворения требований  кредиторов ООО «Инвестстрой» в тот период, когда у ООО «Инвестстрой»  имелись неисполненные и просроченные обязательства перед налоговым  органом и ООО «Профи», следовательно, в результате совершения сделок с ее  участием она получила удовлетворение своих требований, чего не произошло  

бы при добросовестном поведении участников и руководителя ООО  «Инвестстрой».  

Так, ответчики, настаивая на реальном существовании субподрядных  обязательств между ООО «Инвестстрой» и ФИО6, сослались на  следующие доказательства: акт выполненных работ за период с 17.01.2017 по  30.10.2017 к договору субподряда № 2 на сумму 12 700 800 руб.; акт  выполненных работ за период с 17.04.2017 по 31.08.2017 к договору  субподряда № 5 на сумму 250 000 руб.; акт выполненных работ за период с  26.06.2017 по 15.07.2017 к договору подряда № 16 на сумму 650 000 руб.; акт  выполненных работ за период с 11.10.2017 по 03.11.2017 к договору  субподряда № 18 на сумму 400 000 руб.; акт выполненных работ за период с  11.10.2017 по 03.11.2017 к договору субподряда № 17 на сумму 200 000 руб.  

На основании указанных актов 15.07.2017, 31.08.2017, 30.10.2017 и  03.11.2017 у ООО «Инвестстрой» возникли обязательства по оплате работ,  выполненных ФИО6  

Вместе с тем, срок исполнения обязательств ООО «Инвестстрой» перед  ООО «Профи» по договору подряда от 10.02.2017 № 17 наступил 23.05.2017,  по договору подряда от 31.03.2017 № 18 – 02.06.2017.  

Следовательно, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что в  результате заключения ООО «Инвестстрой» с ФИО6 вышеуказанных  сделок по передаче последней прав требования на общую сумму 7 501 760  руб. ФИО6 было оказано предпочтение перед ООО «Профи»,  обязательство по оплате выполненных работ перед которым возникло у ООО  «Инвестстрой» ранее, чем обязательство по выплате выполненных работ  ФИО6  

Кроме того, согласно пункту 23.1 Устава ООО «Инвестстрой» сделки, в  совершении которых имеется заинтересованность Исполнительного органа  или участника Общества, имеющего совместно с его аффилированными  лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов  участников, не могут совершаться Обществом без согласия общего собрания  участников. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении  Обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети,  полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и  усыновленные и (или) их аффилированные лица являются стороной сделки  или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с Обществом.  

Пунктом 23.3 Устава ООО «Инвестстрой» предусмотрено, что решение о  совершении Обществом сделки, в совершении которой имеется  заинтересованность, принимается общим собранием участников Общества  большинством голосов от общего числа голосов участников Общества, не  заинтересованных в ее совершении.  

Вышеуказанные сделки совершались без одобрения общего собрания  участников ООО «Инвестстрой», что является нарушением требований  законодательства об обществах с ограниченной ответственностью.  

В силу абзацев 1, 6 п. 23 постановления Пленума ВС РФ № 53 согласно  подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция  

доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок)  может быть применена к контролирующему лицу, если данной, сделкой  (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок  относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно  к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно  убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на  деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных  сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о  том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить  из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на  условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника  сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате  совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять  одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших  ему ранее весомый доход.  

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для  доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред  кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в  том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей  61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае  на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки,  так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения  подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов  указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.  

В рамках настоящего дела следует учитывать, что вышеприведенные  сделки совершены не просто с оказанием предпочтения какому-либо  кредитору, но с оказанием предпочтения участнику общества, имеющего  заинтересованность в их заключении.  

Сделки совершены в период после вынесения судебного решения по делу   № А48-5259/2017 о взыскании задолженности с ООО «Инвестстрой» в пользу  ООО «Профи» (т.е. после 26.10.2017), но до вступления судебных актов в  законную силу (т.е. до 22.02.2018 – дата принятия Постановления  Девятнадцатым арбитражным апелляционным судом по делу), из чего следует  их явная направленность на причинение вреда кредитору - ООО «Профи», так  как после совершения этих сделок у должника не осталось имущества, за счет  которого могли бы быть погашены требования кредитора, срок исполнения  которых наступил ранее, чем у заинтересованного кредитора ФИО6,  которой указанными сделками было оказано предпочтение.  

В отношении задолженности ООО «Инвестстрой» перед налоговым  органом судом области установлено, что обществом в налоговый орган были  представлены декларации и расчеты: по налогу, взимаемому с  налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения  доходы, уменьшенные на величину расходов (в том числе минимальный  налог, зачисляемый в бюджеты субъектов Российской Федерации) за 2017 год  

по срокам уплаты: 02.04.2018 на сумму 450 руб., 02.04.2018 на сумму 146 769  руб.; по страховым взносам на обязательное медицинское страхование  работающего населения, зачисляемые в бюджет Федерального фонда  обязательного медицинского страхования за 2016 год на сумму 1 224 руб.  (остаток задолженности - 408 руб.).  

Указанная задолженность не была оплачена после установленного срока  уплаты, в связи с чем, налоговым органом на основании ст. 75 Налогового  кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) были начислены пени на  сумму 37046,10 руб., в т.ч. по налогу, взимаемому с налогоплательщиков,  выбравших в качестве объекта налогообложения доходы, уменьшенные на  величину расходов, - 36983,92 руб., по страховым взносам на обязательное  медицинское страхование - 62,18 руб.  

Кроме того, за совершение налоговых правонарушений должник был  привлечен к ответственности решениями: № 149 от 16.01.2019 на сумму  штрафа 1 000 руб.; № 49 от 14.01.2019 на сумму штрафа 1 000 руб.; № 3105 от  02.10.2018 на сумму штрафа 4 000 руб.; № 3106 от 02.10.2018 на сумму  штрафа 6 000 руб.; № 862/1 от 03.04.2019 на сумму штрафа 400 руб.; № 1060 от  29.04.2019 на сумму штрафа 29 354 руб.  

В связи с неисполнением должником обязанности по своевременной  оплате налогов, пени и штрафа налоговым органом в соответствии со ст.ст.  45, 69 НК РФ в адрес должника были выставлены требования об уплате  налога, сбора, пени, штрафа: № 109214 от 15.08.2018 на сумму налога 450 руб.;   № 20965 от 25.10.2018 на сумму штрафа 4 000 руб.; № 20966 от 25.10.2018 на  сумму штрафа 6 000 руб.; № 116174 от 04.12.2018 на сумму 146 856,41 руб., в  т. ч. налог - 146 769 руб., пени - 87,41 руб.; № 549 от 24.01.2019 на сумму пени  19 752,86 руб.; № 2387 от 13.02.2019 на сумму пени 1 217,01 руб.; № 15859 от  13.03.2019 на сумму штрафа 1 000 руб.; № 15861 от 13.03.2019 на сумму  штрафа 1 000 руб.; № 24045 от 09.05.2019 на сумму штрафа 400 руб.; № 26784  от 18.06.2019 на сумму штрафа 29 354 руб.  

В связи с неисполнением в установленный срок указанных требований  налоговый орган в соответствии со ст. 46 Налогового кодекса Российской  Федерации вынес решения о взыскании налога, сбора, пени, штрафа за счет  денежных средств на счетах налогоплательщика: № 67558 от 11.09.2018,   № 72843 от 21.11.2018, № 72844 от 21.11.2018, № 843 от 15.01.2019, № 3101 от  14.02.2019, № 9069 от 20.03.2019, № 9885 от 09.04.2019, № 9674 от 09.04.2019,   № 14153 от 05.06.2019, № 18259 от 02.09.2019 на указанные в требованиях  суммы.  

В связи с отсутствием оплаты было приняты решения, и вынесены  постановления по ст. 47 НК РФ о взыскании налога (сбора), а также пени и  штрафов за счет имущества должника: № 57400015559 от 19.09.2018 на сумму  налога 450 руб.; № 18681 от 07.12.2018 на сумму 10 000 руб.; № 991 от  31.01.2019 на сумму 146 856,41 руб., в т. ч. налог - 146 769 руб., пени - 87,41  руб.; № 1890 от 25.02.2019 на сумму пени 19 752,86 руб.; № 6569 от 05.04.2019  на сумму пени 1 217,01 руб.; № 8708 от 13.05.2019 на сумму штрафа 2 ООО  руб.; № 13255 от 20.06.2019 г. на сумму штрафа 400 руб. На основании  

указанных постановлений службой судебных приставов возбуждены  исполнительные производства.  

Таким образом, на дату совершения сделок директор общества ФИО3 и участники общества ФИО6, в пользу которой произведено  отчуждение имущества общества, знали или должны были знать о  необходимости оплаты налогов и взносов в установленном законом порядке.  

Кроме того, стоимость отчужденного имущества более чем в четыре раза  превышает сумму требований истцов по настоящему делу, что дополнительно  свидетельствует о недобросовестных действиях ФИО3 и ФИО6,  направленности их действий на оказание предпочтения заинтересованному  кредитору организации и приведению организации к банкротству в связи с  заведомой невозможностью погашения задолженности перед  добросовестными и не аффилированными с ООО «ИнвестСтрой»  кредиторами.  

Указанные в отчете временного управляющего факты выдачи ФИО6 и ФИО3 денежных средств с расчетных счетов ООО  «Инвестстрой», открытых в ПАО «Курскпромбанк» и ПАО «Сбербанк  России» для осуществления ФИО6 расчетов по ее личным  обязательствам свидетельствуют о существенном отклонении финансовой  дисциплины организации от минимальных стандартов хозяйственного  оборота.  

Данные мероприятия свидетельствуют о том, что ООО «Инвестстрой»  имело характер фирмы-прослойки между ООО «Унистрой» и ФИО6,  на счетах ООО «Инвестстрой» аккумулировались денежные средства,  которые затем снимались и обналичивались для расчетов с ФИО6, как  физическим лицом, и ее контрагентами, что свидетельствует о  недобросовестности действий участников и директора ООО «Инвестстрой»,  направленных на причинение вреда ООО «Инвестстрой» и его кредиторам.  

Изложенный в отзыве и объяснениях представителя ФИО3 и  ФИО6 довод о том, что денежные средства со счетов ООО  «Инвестстрой» снимались ФИО6 для выплаты в наличной форме  физическим лицам, привлеченным ею для выполнения строительных и  отделочных работ на объекте ООО «УниСтрой», правомерно отклонен судом  области, как несостоятельный, ввиду следующего.  

Так, в судебном заседании 15.08.2022 в результате рассмотрения  заявления ФИО7 о фальсификации гражданско-правовых договоров,  представленных в материалы дела представителем ФИО3 и ФИО6, данные договоры исключены представителем ответчиков 1, 2 из числа  доказательств по делу.  

Представителем ФИО3 и ФИО6 указано, что на основании  данных договоров физические лица выполняли работы в целях исполнения  субподрядных обязательств ФИО6 перед ООО «Инвестстрой».  

После их исключения из числа доказательств правовые основания для  снятия денежных средств со счетов ООО «ИнвестСтрой» у ФИО6  отсутствуют.  

Кроме того, в материалах дела имеются представленные Прокуратурой  Орловской области объяснения физических лиц, указанных представителем  ФИО3 и ФИО6 в качестве работников, выполнявших работы, за  которые ФИО6 выплачивала им денежные средства, снятые со счетов  ООО «Инвестстрой». Из этих объяснений следует, что договоры с данными  гражданами ни ФИО6, ни ООО «Инвестстрой» не были заключены  (л.д. 125-137, т. 10).  

В материалы дела ответчиками 1, 2 (ФИО25) представлены  расходные кассовые ордера от 23.03.2018 на 163 000-00 руб., от 28.11.2017 на  466 000 руб., от 08.03.2018 на 455 000 руб., от 22.07.2018 на 325 000 руб., от  01.10.2018 на 100 000 руб., от 19.08.2018 на 115 000 руб., от 15.08.2018 на 382  000 руб., от 28.09.2018 на 410 000 руб., от 19.07.2018 на 416 000 руб., от  28.11.2018 на 345 000 руб., от 30.11.2018 на 115 000 руб., от 10.04.2018 на 410  000 руб., от 15.04.2018 на 415 000 руб., от 09.06.2018 на 520 000 руб., от  17.05.2018 на 328 000 руб., от 12.06.2018 на 210 000 руб. (л.д. 106-121, т. 8,  л.д. 93-94, т. 9).  

Представителем ответчиков 4, 5 (ФИО7 и МООИ «Инвалиды  Органов внутренних Дел и Полиции») заявлено о фальсификации данных  доказательств, арбитражный суд в порядке ст. 161 АПК РФ перешел к  рассмотрению ходатайства о фальсификации доказательств, предупредил лиц,  представивших доказательства и заявивших о фальсификации доказательств,  об уголовной ответственности по ст. ст. 303, 306 УК РФ.  

Заявленные в рамках ходатайства о фальсификации доказательств  ходатайства о проведении экспертизы по расходным кассовым ордерам  представитель ответчика 4, 5 не поддержал, в связи с чем суд их не  рассматривал.  

В процессе проверке факта фальсификации доказательств судом на  основе представленных Прокуратурой Орловской области объяснений  граждан, указанных в расходных кассовых ордерах в качестве получателей  денежных средств за выполнение строительных работ на объектах: 

<

...> поз. 4; 

<

...> по гражданско-правовым договорам с ФИО6, установлено, что ФИО17, ФИО18, ФИО19 и ФИО20 однозначно опровергают факт получения  денежных средств, указанных в расходных кассовых ордерах, представленных  в материалы дела ФИО6, на общую сумму 1 753 000 руб. При этом  ФИО17 не помнит, подписывал ли он представленный ему на  обозрение расходный кассовый ордер, остальные лица отвергают факт  подписания ими вышеуказанных платежных документов.  

Изложенное однозначно опровергает достоверность расходных кассовых  ордеров от 08.04.2018 № 23 сумму 405 000 руб., от 23.03.2018 сумму 163 000  руб., от 08.03.2018 № 11 сумму 455 000 руб. и от 22.03.2018 № 34 сумму  730 000 руб., следовательно, денежные средства в сумме 1 753 000 рублей  были выведены ФИО6 из ООО «Инвестстрой» без правовых  оснований, а заявление о фальсификации в части расходных кассовых ордеров  от 08.04.2018 № 23 сумму 405 000 руб., от 23.03.2018 сумму 163 000 руб., от  

08.03.2018 № 11 сумму 455 000 руб. и от 22.03.2018 № 34 сумму 730 000 руб.  арбитражный суд первой инстанции правомерно признал обоснованным и  подлежащим удовлетворению, а данные расходные кассовые ордера  сфальсифицированными доказательствами, которые не могут быть положены  в основу судебного решения.  

В удовлетворении остальной части заявления о фальсификации  доказательств правомерно отказано, поскольку имеющиеся материалы дела не  позволяют сделать однозначного вывода о фальсификации спорных  документов.  

Изложенное свидетельствует о том, что у ФИО6 отсутствовали  какие-либо договорные и иные отношения с лицами, для оплаты услуг  которых ею со счетов ООО «Инвестстрой» снимались денежные средства, в  связи с чем её действия были направлены на неправомерное изъятие  имущества у ООО «Инвестстрой».  

Данные действия совершены с использованием ФИО6 ее  полномочий как соучредителя и участника ООО «ИнвестСтрой» и  направлены на причинение ущерба интересам кредиторов данной  организации, так как, учитывая значительность отчужденных денежных  средств и отсутствие оснований для их изъятия у ООО «Инвестстрой»,  указанные действия обусловили дальнейшее неисполнение обязательств  организации перед кредиторами и ее банкротство.  

В результате неправомерных действий ФИО3, как директора, ООО  «Инвестстрой» и ФИО6, как соучредителя и участника данной  организации, в пользу ФИО6 как выгодоприобретателя незаконно  отчуждено имущество ООО «Инвестстрой» путем снятия денег со счетов  организации ФИО6 без правовых оснований, передачи права  требования передачи жилых помещений по договорам цессии, заключенных с  оказанием ФИО6 незаконного предпочтения перед требованиями иных  кредиторов ООО «Инвестстрой» - налогового органа и ООО «Профи».  

При этом арбитражный суд первой инстанции правомерно отклонил  доводы ответчиков 1, 2 об исполнении по ранее совершенных ООО  «Инвестстрой» сделок с ООО «Инвестокнастрой» путем встречного  исполнения в виде расчета за оказанные услуги и выполненные работы  «квадратными метрами», как не подтвержденные доказательствами.  

В отношении требований ООО «ПРОФИ» к ФИО7 и МООИ  «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции» арбитражный суд считает их  необоснованными по тем основаниям, что указанные лица вышли или  находились в процессе выхода из участников ООО «Инвестстрой» на момент  совершения сделок цессии ООО «Инвестстрой» 11.12.2017. Так, 31.03.2017  ФИО7 вышел из состава участников общества, представив заявление о  выходе из общества от 22.03.2017, его доля в уставном капитале в размере  39,06 % передана ООО «Инвестстрой»; 27.12.2017 Межрегиональная  общественная организации инвалидов «Инвалиды Органов внутренних Дел и  Полиции» вышла из состава участников общества (заявление о выходе из  

общества от 13.12.2017), доля вышедшего участника в размере 10,94 %  передана ООО «Инвестстрой».  

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что  ФИО7 и МООИ «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции» не  могли влиять на решения общества, а также не были контролирующими  должника лицами по смыслу п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой  инстанции о том, что наравне с директором ООО «Инвестстрой» ФИО3 привлечению к субсидиарной ответственности подлежат участники  должника ФИО5 и ФИО6 как выгодоприобретатели и лица,  осуществляющие непосредственный контроль за деятельностью должника.  

В соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер  субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен  совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра  требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам,  оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества  должника. Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за  три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также  после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  Постановление № 53) само по себе участие в органах должника не  свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение  из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о  банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует  опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия  должника.  

Пунктом 4 статьи 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось  контролирующим должника лицом, если это лицо:  

1) являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором  должника, членом ликвидационной комиссии;  

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными  лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  

половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо  имело право назначать (избирать) руководителя должника.  

ФИО3, ФИО6, ФИО5 с учетом выхода из состава  участников ФИО7, МООИ «Инвалиды органов внутренних дел и  полиции» и передачи части доли (10,94%) участия ООО «Инвестстрой» - в  совокупности после передачи данное общество с 25.12.2017 обладает 50%  доли участия, которая подконтрольна вышеуказанным лицам в силу своего  должностного положения и родственных связей, имели права давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным  образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и  определению их условий. Участники ООО «Инвестстрой» ФИО6  (супруга ФИО3 и мать ФИО5) и ФИО5 (сын ФИО25) получили возможность самостоятельно распоряжаться с  31.03.2017 89,06% доли общества, с 27.12.2017 – 100% долей общества  (39,06% доля ФИО6 +10,94% доля ФИО5 +50% доля ООО  «Инвестстрой»).  

При этом вопреки доводам ответчиков 1, 2 , 3 ФИО5 (участник  общества, сын ФИО3 и ФИО6) на момент совершения сделок  цессии от 11.12.2017 ООО «Инвестстрой» был совершеннолетним участником  общества, мог влиять на принятие решений о заключении таких сделок, мог  оспаривать их как участник общества по основаниям крупности или  совершении заинтересованностью, но не сделал этого.  

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не  противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат  применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об  обязательствах вследствие причинения вреда.  

Согласно абзацу первому статьи 1080 Гражданского кодекса лица,  совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.  

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных  могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность  этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть  принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе  соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых  вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного  окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве»).  

В рассматриваемом случае судом области установлено соучастие  ФИО24 в совершении действий, направленных на вывод  активов ООО «Инвестстрой», повлекших причинение вреда кредиторам  общества.  

К несовершеннолетним детям контролирующих лиц неприменима  презумпция контролирующего выгодоприобретателя (подпункт 3 пункта 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве) в силу объективных особенностей  отношений несовершеннолетних детей и их родителей, которым обычно  присущи, с одной стороны, стремление родителей оградить детей от  негативной информации, с другой стороны, повышенный уровень доверия  детей к своим родителям.  

Вместе с тем, изложенное не исключает возможность использования  родителями личности детей в качестве инструмента для сокрытия  принадлежащего родителям имущества от обращения на него взыскания по  требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного родителями  данным кредиторам.  

В частности, родители могут оформить переход права собственности на  имущество к детям лишь для вида, без намерения создать соответствующие  правовые последствия, совершив тем самым мнимую сделку.  

Мнимая сделка ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса). 

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее  формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на  движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или  доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества,  при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя  управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой  сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности  на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как  ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса.  

Процессуальный закон относит к прерогативе истца формулирование  предмета и оснований иска. В рассматриваемом случае спор о признании  договоров дарения мнимыми сделками и о применении последствий их  недействительности на разрешение суда первой инстанции уполномоченным  органом не передавался.  

Кроме того, даже если суд придет к выводу об отсутствии признаков  мнимости у сделки, возможность применения мер ответственности не  исключается на основании статьи 1064 Гражданского кодекса.  

Фактически, УФНС России по Орловской области и ООО «Профи»  просили взыскать с ФИО5 денежные средства как с причинителя вреда.  

Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника  до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание  невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет  имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника, в том  числе путем приобретения их имущества родственниками по действительным  безвозмездным сделкам, не являющимся мнимыми, о вредоносной цели  которых не мог не знать приобретатель. При этом не имеет правового  

значения, какое именно имущество контролирующих лиц освобождается от  притязаний кредиторов на основании подобной сделки - приобретенное за  счет незаконно полученного дохода или иное, поскольку контролирующее  лицо отвечает перед кредиторами всем своим имуществом, за исключением  того, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание  (статья 24 Гражданского кодекса).  

В этом случае возмещение причиненного кредиторам вреда ограничено  по размеру стоимостью имущества, хотя и сменившего собственника, но, по  сути, оставленного в семье (статья 1082 Гражданского кодекса).  

Несмотря на то, что основания требований кредиторов к  контролирующим лицам (создание необходимых причин банкротства) и  приобретшим их имущество родственникам (создание невозможности  полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц) не совпадают,  требования кредиторов к ним преследуют единую цель - возместить в полном  объеме убытки (статья 15 Гражданского кодекса), поэтому обязательства  контролирующих лиц и упомянутых родственников являются солидарными  (статья 1080 Гражданского кодекса), что также позволяет исключить  возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавших  кредиторов.  

Такой подход соответствует разъяснениям, изложенным в Определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от  23.12.2019 № 305-ЭС19-13326 по делу № А40-131425/2016.  

В период, когда ФИО6 получала денежные средства под отчет от  ООО «Инвестстрой» и не возвратила их в последующем (с 03.11.2016 по  12.04.2018), ФИО6 перечислила на счет ФИО5 денежные средства  на общую сумму 237 769 руб., при этом ФИО5, родившийся ДД.ММ.ГГГГ,  достиг к моменту начала перечислений семнадцатилетнего возраста и его  дееспособность определялась по правилам статьи 26 Гражданского кодекса, в  дальнейшем он стал совершеннолетним, и переводы денежных средств от  ФИО6 продолжались.  

Как усматривается из материалов дела, 22.11.2018 ФИО5 приобрел  у ФИО21 земельный участок с кадастровым номером  57:10:0560101:609, а также жилой дом площадью 143,7 кв.м, расположенный  на данном земельном участке. Стоимость приобретенных объектов  недвижимости составила 1 000 000 руб., денежные средства переданы в  момент подписания договора. 23.04.2019 ФИО5 приобрел у ФИО22  транспортное средство - автомобиль GEELY EMGRAND (FE-1) г\н  М9610Н48, 2014 г.в., за 320 000 руб.  

Вопреки доводам ответчиков 1, 2, 3 (В-ных) и прокурора о том, что  вышеназванные объекты недвижимости и транспортное средство  приобретены ФИО5 за счет денежных средств, полученных в  результате продажи ранее принадлежавшего ему дома и земельного участка,  судом установлено, что из ООО «Инвестстрой» денежные средства и  имущество в ранее установленном размере было выведено ФИО24 в целях обогащения семьи, в результате чего довод об источнике  

приобретения ФИО5 земельного участка в 2018 г. и автомобиля в  2019 г. является несостоятельным с учетом того, что деньги относятся с  точки зрения квалификации объектов гражданских прав к имуществу,  определенному родовыми признаками, при том, что факт вывода денежных  средств и имущества из общества установлен судом.  

Вместе с тем, вопреки доводу прокурора о незначительности суммы  переведенных ФИО6 ФИО5 денежных средств по банковским  картам, их размер - 237 769 руб. превышает размер задолженности ООО  «Инвестстрой», и, соответственно, В-ных перед бюджетом РФ, т.е.  непогашенной задолженности перед налоговым органом (226 427 руб. 10  коп.), что в рамках предмета рассматриваемого спора делает эту сумму  значительной как для кредитора, так и для должников, поскольку в ином  случае этот долг перед налоговым органом мог быть погашен ФИО6  или ФИО5 в любое время.  

Как следует из материалов дела, а также из определения суда о принятии  обеспечительных мер от 04.03.2021 по настоящему делу усматривается, что  ФИО5 является титульным собственником значительной части  имущества в виде автомобиля и части жилого дома кадастровой стоимостью 1  052 941,80 руб. При этом наличие у ФИО6 договора от 30.01.2020  участия в долевом строительстве жилья № ОР-ГР68-184 само по себе не  свидетельствует, что её право требования по договору составляет большую  часть обеспечительных мер.  

Имеющаяся в материалах дела видеозапись в подтверждение  использования ФИО3 автомобиля GEELY EMGRAND (FE-1),  зарегистрированным собственником которого является его сын – ФИО5,  свидетельствует о том, что имуществом, зарегистрированным на каждого  члена семьи в отдельности, пользуется вся семья.  

При таких обстоятельствах, правомерен вывод суда первой инстанции о  том, что освобождение ФИО5 от субсидиарной ответственности, а его  имущества от обращения взыскания со стороны кредиторов его родителей,  приведёт к фактическому освобождению родителей совершеннолетнего  ФИО5 – ФИО25 от исполнения деликтных обязательств,  что, в свою очередь, приведет к невозможности реального исполнения  судебного акта по настоящему делу.  

С учетом изложенного в результате действий контролирующих должника  лиц ФИО3 (директора ООО «Инвестстрой»), ФИО6, ФИО5 (участников ООО «Инвестстрой») кредиторам должника причинен вред:  ООО «Профи» в размере 1 589 347 руб. 08 коп., Федеральной налоговой  службе России в лице УФНС России по Орловской области – 226 427 руб. 10  коп.  

При таких обстоятельствах исковые требования УФНС России по  Орловской области правомерно удовлетворены в полном объеме, а исковые  требования ООО «Профи» - в части привлечения к субсидиарной  ответственности ФИО3, ФИО6,  ФИО5 по обязательствам ООО «Инвестстрой», в части  

требований к ФИО7, МООИ «Инвалиды Органов внутренних Дел и  Полиции» требования ООО «Профи» не подлежат удовлетворению.  

Расходы по государственной пошлине в соответствии со ст. 110  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерно  отнесены на ответчиков – ФИО3, ФИО6, ФИО5.  

При подаче искового заявления в суд истцу ООО «Профи» на основании  определения суда от 25.08.2020 предоставлена отсрочка оплаты  государственной полшины, УФНС России по Орловской области  освобождено от оплаты государственной полшины в силу ч. 1 ст. 333.37  Налогового кодекса РФ за подачу иска и заявления о принятии  обеспечительных мер, которое было удовлетворено судом 04.03.2021,  вследствие чего государственная пошлина в размере 31 158 руб. 00 коп. (за  подачу исков) и 3 000 руб. (за подачу впоследствии удовлетворенного  заявления о принятии обеспечительных мер), а всего 34 158 руб. 00 коп.  правомерно взысканиа с ФИО3, ФИО6, ФИО5 в доход федерального бюджета РФ  солидарно.  

Довод заявителей апелляционной жалобы о том, что в материалах дела  отсутствуют доказательства того, что не передача документации временному  управляющему повлияло на проведение процедур банкротства, подлежит  отклонению, как несостоятельный, по следующим основаниям.  

В соответствии с п. 3.2. ст. 64 Закона о банкротстве не позднее  пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель  должника обязан предоставить временному управляющему и направить в  арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных  прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую  деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно  руководитель должника обязан информировать временного управляющего об  изменениях в составе имущества должника.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 24 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве», в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца  четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о  банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению  арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или  по ее передаче управляющему (абз.1).  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой  или искажением документации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), необходимо учитывать следующее.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  контролирующих должника, его основных контрагентов, а также  

невозможность определения основных активов должника и их  идентификации; невозможность выявления совершенных в период  подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать  данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях  пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания  принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа  этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и  потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами  данных органов.  

Из материалов дела № А48-3792/2019 следует, что обязанность,  установленную п. 3.2. ст. 64 Закона о банкротстве по передаче документации  временному управляющему, руководитель ООО «Инвестстрой» ФИО3  не исполнил. Указанное обстоятельство подтверждается анализом  финансового состояния должника, подготовленным временным  управляющим.  

Из материалов дела усматривается, что в связи с тем, что руководитель  должника не исполнил обязанность, предусмотренную ст. 64 Закона о  банкротстве и не представил ни в суд, ни временному управляющему  бухгалтерские и иные документы, касающиеся деятельности должника,  временным управляющим ООО «Инвестстрой» ФИО13 был  подготовлен анализ финансового состояния должника, заключение об  отсутствии признаков преднамеренного банкротства без учета данных  документов (временным управляющим была использована информация,  предоставленная МРИ ФНС России № 9 по Орловской области (бухгалтерская  отчетность, сведения об открытых счетах в кредитных организациях), данные  учредительных и регистрационных документов; материалы судебных  процессов).  

Факт не передачи ответчиком документации должника арбитражному  управляющему не оспорен, доказательства их надлежащей передачи не  представлены.  

Факты наличия или отсутствия имущества, в том числе дебиторской  задолженности должника, его имущественных прав, которые не подлежат  регистрации в государственных реестрах, сведениями о которых не  располагают регистрирующие органы, не могли быть проверены конкурсным  управляющим надлежащим образом ввиду отсутствия переданных ему  бывшим руководителем должника документов общества. Взыскание  дебиторской задолженности в отсутствие документов первичного  бухгалтерского учета, подлежащих передаче управляющему, также  невозможно. Основания для оспаривания сделок в отсутствие переданных  документов должника, также не могли быть надлежащим образом проверены  и установлены управляющим в связи с неисполнением обязанности ответчика  по передаче документов.  

При этом по данным последней бухгалтерской отчетности за 2016 год,  представленной в налоговый орган 27.03.2017, активы ООО «Инвестстрой»  

составляли 1 671 тыс. руб., в т.ч. дебиторская задолженность - 1 561 тыс. руб.,  денежные средства и денежные эквиваленты - 110 тыс. руб.  

Таким образом, как видно из представленных документов, у должника  имелись активы, за счет реализации которых возможно было бы пополнение  конкурсной массы должника.  

В связи с тем, что временному управляющему документы,  подтверждающие вышеуказанные показатели переданы не были, при  рассмотрении отчета временного управляющего последним было заявлено  ходатайство о прекращении процедуры в связи с отсутствием имущества.  Определением Арбитражного суда Орловской области от 17.02.2020 по делу   № А48-3792/2019 процедура банкротства в отношении ООО «Инвестстрой»  прекращена.  

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о том, что в  результате неправомерных действий руководителя должника (ФИО3)  арбитражный управляющий был лишен возможности провести в дальнейшем  в конкурсном производстве инвентаризацию дебиторской задолженности и  принять меры по ее взысканию.  

Факт невозможности идентификации имущества должника и  установления его места нахождения вследствие неисполнения руководителем  ООО «Инвестстрой» обязательств по передаче документации временному  управляющему и суду существенным образом затруднил проведение  процедуры, в том числе, по достоверной оценке наличия активов должника  (дебиторской задолженности), вследствие чего требования кредиторов  должника остались непогашенными.  

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.  

Достаточных и достоверных доказательств невозможности  предоставления указанных документов ФИО3 в процессе  рассмотрения дела в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено суду.  

Материалами дела установлено, что руководитель ООО «Инвестстрой»  не передал арбитражному управляющему бухгалтерские и иные документы,  отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения  наблюдения.  

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие,  несет риск наступления последствий такого своего поведения.  

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности  у руководителя должника предполагается и является обязательным  требованием закона, то бремя доказывания отсутствия вины,  добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц  возлагается на этих лиц, так как причинение ими вреда должнику и его  кредиторам презюмируется. При этом конкурсный управляющий либо  кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов  гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи  1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.  

Не передача ответчиком бухгалтерской и иной документации должника,  печатей, штампов, материальных и иных ценностей арбитражному  управляющему является самостоятельным основанием для привлечения его к  субсидиарной ответственности.  

При этом, ссылка на то, что вся бухгалтерская документация должника  находится у третьего лица - руководителя ООО «Инвестстрой +» ФИО23, судом апелляционной инстанции не принимается, как не влекущая  отмену оспариваемого решения суда как законного и обоснованного  судебного акта, поскольку не основана на материалах дела. При этом,  обязанность по ведению и хранению первичных учетных документов  возложена непосредственно на руководителя организации, в силу  Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»  (статьи 6, 7, 13 - 15, 29) и от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью».  

Обращение ФИО3 в правоохранительное органы по данному  факту правового значения не имеет в связи с отсутствием соответствующего  процессуального документа по факту расследования уголовного дела –  приговора суда.  

Довод заявителей апелляционной жалобы о том, что вся дебиторская  задолженность, которая имелась у должника фактически, ранее взыскана, а  иная задолженность отсутствует, разница между взысканной задолженностью  и учтенной в бухгалтерской отчетности (20 768 руб.) заявитель объясняет  технической ошибкой в бухгалтерской отчетности должника, подлежит  отклонению, как заявленный голословно и не основанный на материалах дела.  

При этом, в связи с тем, что руководителем должника временному  управляющему, арбитражному суду расшифровка дебиторской  задолженности по балансу не представлена, соотнести дебиторов, указанных в  отзывах (в последующем в апелляционной жалобе) с дебиторами, указанными  в бухгалтерской отчетности должника, не представляется возможным.  

Предположения об обстоятельствах дела не могут влечь отмену  законного и обоснованного судебного акта.  

Довод заявителей апелляционной жалобы о том, что материалам дела не  доказан факт контроля ФИО6 и ФИО5 в отношении  деятельности ООО «Инвестстрой», подлежит отклонению, как  противоречащий фактическим обстоятельствам дела.  

Из материалов дела следует, что руководителем должника на момент  совершения сделок по отчуждению имущества 11.12.2017 являлся ФИО3; участниками должника являлись ФИО6 с долей 39,06%; ФИО5 с долей 10,94%; ООО «Инвестстрой» с долей 39,06%; МООИ  «Инвалиды Органов внутренних Дел и Полиции» с долей 10,94% (13.12.2017  общественной организацией подано заявление о выходе из состава участников  общества).  

Таким образом, ФИО3, ФИО6, ФИО5 с учетом выхода  из состава участников МООИ «Инвалиды органов внутренних дел и полиции»  и передачи части доли (10,94%) участия ООО «Инвестстрой», в результате  

чего общество с 25.12.2017 стало обладателем 50% доли, в силу п.п. 2 п. 4 ст.  61.10 Закона о банкротстве стали контролировать деятельность общества, в  силу своего должностного положения и родственных связей имели права  давать обязательные для исполнения должником указания или возможность  иным образом определять действия должника, в том числе по совершению  сделок и определению их условий. Участники ООО «Инвестстрой» ФИО6 (супруга ФИО3 и мать ФИО5) и ФИО5 (сын ФИО25) получили возможность самостоятельно распоряжаться 100%  долей общества (39,06% доля ФИО6 +10,94% доля ФИО5 +50%  доля ООО «Инвестстрой»).  

При этом, ФИО5 (участник общества, сын ФИО3 и ФИО6) на момент совершения сделок цессии от 11.12.2017 ООО «Инвестстрой»  был совершеннолетним участником общества, мог влиять на принятие  решений о заключении таких сделок, мог оспаривать их как участник  общества по основаниям крупности или совершении заинтересованностью, но  не сделал этого.  

Как следует из материалов дела, а также из определения суда о принятии  обеспечительных мер от 04.03.2021 по настоящему делу усматривается, что  ФИО5 является титульным собственником значительной части  имущества в виде автомобиля и части жилого дома кадастровой стоимостью 1  052 941,80 руб. При этом наличие у ФИО6 договора от 30.01.2020  участия в долевом строительстве жилья № ОР-ГР68-184 само по себе не  свидетельствует, что её право требования по договору составляет большую  часть обеспечительных мер.  

Имеющаяся в материалах дела видеозапись в подтверждение  использования ФИО3 автомобиля GEELY EMGRAND (FE-1),  зарегистрированным собственником которого является его сын – ФИО5,  свидетельствует о том, что имуществом, зарегистрированным на каждого  члена семьи в отдельности, пользуется вся семья.  

При таких обстоятельствах освобождение ФИО5 от субсидиарной  ответственности, а его имущества от обращения взыскания со стороны  кредиторов его родителей, приведёт к фактическому освобождению  родителей совершеннолетнего ФИО5 – ФИО25 от  исполнения деликтных обязательств, что, в свою очередь, приведет к  невозможности реального исполнения судебного акта по настоящему делу.  

Довод заявителей апелляционной жалобы о недоказанности мнимости  сделок по выдаче наличных денежных средств в качестве оплаты работы  специалистов, осуществлявших строительные и отделочные работы на  объектах строительства, подрядчиком на которых было ООО «Инвестстрой»,  со ссылкой на акты выпаленных работ и справки по форме КС-3, подлежит  отклонению ввиду следующего.  

Так, в судебном заседании 15.08.2022 в результате рассмотрения  заявления ФИО7 о фальсификации гражданско-правовых договоров,  представленных в материалы дела представителем ФИО3 и ФИО14  

Т.А., данные договоры исключены представителем ответчиков 1, 2 из числа  доказательств по делу.  

Представителем ФИО3 и ФИО6 указано, что на основании  данных договоров физические лица выполняли работы в целях исполнения  субподрядных обязательств ФИО6 перед ООО «Инвестстрой».  

После их исключения из числа доказательств правовые основания для  снятия денежных средств со счетов ООО «ИнвестСтрой» у ФИО6  отсутствуют.  

Кроме того, в материалах дела имеются представленные Прокуратурой  Орловской области объяснения физических лиц, указанных представителем  ФИО3 и ФИО6 в качестве работников, выполнявших работы, за  которые ФИО6 выплачивала им денежные средства, снятые со счетов  ООО «Инвестстрой». Из этих объяснений следует, что договоры с данными  гражданами ни ФИО6, ни ООО «Инвестстрой» не были заключены  (л.д. 125-137, т. 10).  

В материалы дела ответчиками 1, 2 (ФИО25) представлены  расходные кассовые ордера от 23.03.2018 на 163 000-00 руб., от 28.11.2017 на  466 000 руб., от 08.03.2018 на 455 000 руб., от 22.07.2018 на 325 000 руб., от  01.10.2018 на 100 000 руб., от 19.08.2018 на 115 000 руб., от 15.08.2018 на 382  000 руб., от 28.09.2018 на 410 000 руб., от 19.07.2018 на 416 000 руб., от  28.11.2018 на 345 000 руб., от 30.11.2018 на 115 000 руб., от 10.04.2018 на 410  000 руб., от 15.04.2018 на 415 000 руб., от 09.06.2018 на 520 000 руб., от  17.05.2018 на 328 000 руб., от 12.06.2018 на 210 000 руб. (л.д. 106-121, т. 8,  л.д. 93-94, т. 9).  

Представителем ответчиков 4, 5 (ФИО7 и МООИ «Инвалиды  Органов внутренних Дел и Полиции») заявлено о фальсификации данных  доказательств, арбитражный суд в порядке ст. 161 АПК РФ перешел к  рассмотрению ходатайства о фальсификации доказательств, предупредил лиц,  представивших доказательства и заявивших о фальсификации доказательств,  об уголовной ответственности по ст. ст. 303, 306 УК РФ.  

Заявленные в рамках ходатайства о фальсификации доказательств  ходатайства о проведении экспертизы по расходным кассовым ордерам  представитель ответчика 4, 5 не поддержал, в связи с чем суд их не  рассматривал.  

В процессе проверке факта фальсификации доказательств судом на  основе представленных Прокуратурой Орловской области объяснений  граждан, указанных в расходных кассовых ордерах в качестве получателей  денежных средств за выполнение строительных работ на объектах: 

<

...> поз. 4; 

<

...> по гражданско-правовым договорам с ФИО6, установлено, что ФИО17, ФИО18, ФИО19 и ФИО20 однозначно опровергают факт получения  денежных средств, указанных в расходных кассовых ордерах, представленных  в материалы дела ФИО6, на общую сумму 1 753 000 руб. При этом  ФИО17 не помнит, подписывал ли он представленный ему на  

обозрение расходный кассовый ордер, остальные лица отвергают факт  подписания ими вышеуказанных платежных документов.  

Изложенное однозначно опровергает достоверность расходных кассовых  ордеров от 08.04.2018 № 23 сумму 405 000 руб., от 23.03.2018 сумму 163 000  руб., от 08.03.2018 № 11 сумму 455 000 руб. и от 22.03.2018 № 34 сумму  730 000 руб., следовательно, денежные средства в сумме 1 753 000 рублей  были выведены ФИО6 из ООО «Инвестстрой» без правовых  оснований, а заявление о фальсификации в части расходных кассовых ордеров  от 08.04.2018 № 23 сумму 405 000 руб., от 23.03.2018 сумму 163 000 руб., от  08.03.2018 № 11 сумму 455 000 руб. и от 22.03.2018 № 34 сумму 730 000 руб.  арбитражный суд первой инстанции правомерно признал обоснованным и  подлежащим удовлетворению, а данные расходные кассовые ордера  сфальсифицированными доказательствами, которые не могут быть положены  в основу судебного решения.  

В удовлетворении остальной части заявления о фальсификации  доказательств правомерно отказано, поскольку имеющиеся материалы дела не  позволяют сделать однозначного вывода о фальсификации спорных  документов.  

Изложенное свидетельствует о том, что у ФИО6 отсутствовали  какие-либо договорные и иные отношения с лицами, для оплаты услуг  которых ею со счетов ООО «Инвестстрой» снимались денежные средства, в  связи с чем её действия были направлены на неправомерное изъятие  имущества у ООО «Инвестстрой».  

Данные действия совершены с использованием ФИО6 ее  полномочий как соучредителя и участника ООО «ИнвестСтрой» и  направлены на причинение ущерба интересам кредиторов данной  организации, так как, учитывая значительность отчужденных денежных  средств и отсутствие оснований для их изъятия у ООО «Инвестстрой»,  указанные действия обусловили дальнейшее неисполнение обязательств  организации перед кредиторами и ее банкротство.  

В результате неправомерных действий ФИО3, как директора, ООО  «Инвестстрой» и ФИО6, как соучредителя и участника данной  организации, в пользу ФИО6 как выгодоприобретателя незаконно  отчуждено имущество ООО «Инвестстрой» путем снятия денег со счетов  организации ФИО6 без правовых оснований, передачи права  требования передачи жилых помещений по договорам цессии, заключенных с  оказанием ФИО6 незаконного предпочтения перед требованиями иных  кредиторов ООО «Инвестстрой» - налогового органа и ООО «Профи».  

При этом арбитражный суд первой инстанции правомерно отклонил  доводы ответчиков 1, 2 об исполнении по ранее совершенных ООО  «Инвестстрой» сделок с ООО «Инвестокнастрой» путем встречного  исполнения в виде расчета за оказанные услуги и выполненные работы  «квадратными метрами», как не подтвержденные доказательствами.  

Доводы апелляционной жалобы о недоказанности факта причинения  вреда кредиторам действиями контролирующих должника лиц, со ссылкой на  

то, что имущественное благосостояние ФИО5 начало формироваться за  5 лет до создания ООО «Инвестстрой», отклоняются судебной коллегией,  поскольку опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами.  

В рамках процедуры наблюдения временным управляющим в анализе  финансового состояния должника установлены сделки по отчуждению  имущества на общую сумму в размере 7 501 760 руб., которые так и не  поступили на расчетный счет должника.  

При этом на дату совершения данных сделок у должника существовала  задолженность перед ООО «Профи» на основании судебного акта от  26.10.2017 по делу № А48-5259/2017 в размере 1 630 022,88 руб. Впоследствии  на основании данного судебного акта кредитор обратился с заявлением в  Арбитражный суд Орловской области о признании ООО «Инвестстрой»  несостоятельным (банкротом). Данные сделки для должника являются  существенными с точки зрения причинения вреда кредиторам, поскольку по  состоянию на конец 2016 года (далее отчетность обществом не  представлялась) активы должника составили 1 671 тыс.руб., в т.ч. дебиторская  задолженность - 1 561 тыс.руб., денежные средства и денежные эквиваленты110 тыс.руб., основные средства отсутствуют. Отчуждение имущества в  размере 7 501 760 руб. превышала 25% от стоимости всего принадлежащего  должнику имущества. Более того, выгодоприобретателями по данным  сделкам являются участник должника ФИО6 (участник ООО  «Инвестстрой», в её пользу произведено отчуждение) и ФИО3 (супруг  ФИО6, директор ООО «Инвестстрой»).  

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о том, что в результате действий контролирующих должника лиц  ФИО3 (директора ООО «Инвестстрой»), ФИО6, ФИО5  (участников ООО «Инвестстрой») кредиторам должника причинен вред: ООО  «Профи» в размере 1 589 347 руб. 08 коп., Федеральной налоговой службе  России в лице УФНС России по Орловской области – 226 427 руб. 10 коп.  

Доводы апелляционной жалобы о наличии оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности ФИО7 и МООИ «Инвалиды Органов  внутренних Дел и Полиции», подлежат отклонению, как несостоятельные,  поскольку указанные лица вышли или находились в процессе выхода из  участников ООО «Инвестстрой» на момент совершения сделок цессии ООО  «Инвестстрой» 11.12.2017.  

Так, 31.03.2017 ФИО7 вышел из состава участников общества,  представив заявление о выходе из общества от 22.03.2017, его доля в уставном  капитале в размере 39,06 % передана ООО «Инвестстрой»; 27.12.2017  Межрегиональная общественная организации инвалидов «Инвалиды Органов  внутренних Дел и Полиции» вышла из состава участников общества  (заявление о выходе из общества от 13.12.2017), доля вышедшего участника в  размере 10,94 % передана ООО «Инвестстрой».  

Таким образом, ФИО7 и МООИ «Инвалиды Органов внутренних  Дел и Полиции» не могли влиять на решения общества, а также не были  

контролирующими должника лицами по смыслу п. 2 ст. 61.10 Закона о  банкротстве.  

Аргументированных доводов, основанных на представленных  доказательствах, позволяющих согласиться с позицией заявтелей  апелляционной жалобы, апелляционная коллегия не усматривает.  

Судом первой инстанции установлены все обстоятельства, имеющие  значение для дела, всесторонне и полно исследованы представленные  доказательства, правильно применены нормы материального права,  регулирующие спорные правоотношения.  

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в  соответствии со статьей 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены  судебного акта, допущено не было.  

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и  отмены решения Арбитражного суда Орловской области от 04.04.2023 не  имеется.  

Расходы по государственной пошлине в сумме 3 000 руб. за  рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителей.  

Руководствуясь ст. ст. 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Орловской области от 04.04.2023 по делу   № А48-6786/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3, ФИО6 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный  срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья А.А. Сурненков  

 Судьи Л.А. Серегина 

 ФИО1