Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город  Волгоград

« 15 » февраля 2021 г.

                                  Дело № А12-16216/2020

Резолютивная  часть   решения объявлена 08 февраля 2021 г.

Полный текст  решения изготовлен 15 февраля 2021 г.  

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Куропятниковой Т.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кобзаревой Ю.В., рассмотрев  в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Департамента муниципального имущества администрации Волгограда (400066, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Стиль» (344010 

<

...> ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о признании права отсутствующим, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Управления Росреестра по Волгоградской области  (400001, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Департамента по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда (400066, обл. Волгоградская, г. Волгоград, пр.им. В.И. Ленина, д.15, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Администрации Дзержинского района Волгограда (400075 

<

...> ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «ЖБИ-7» (400075, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

при участии в судебном заседании: 

от истца – ФИО2, представитель по доверенности №42 от 30.07.2020, ФИО3, представитель по доверенности  №44 от 30.07.2020, 

от ответчика – ФИО4, представитель по доверенности №1-Ю от 06.02.2020, 

от третьих лиц: от Администрации Дзержинского района Волгограда – ФИО5, представитель по доверенности №Д/26-20 от 16.10.2020, от Департамента по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда – ФИО6, представитель по доверенности №Д10/20 от 25.06.2020, от общества с ограниченной ответственностью «ЖБИ-7»  - ФИО7, представитель по доверенности  от 29.01.2021,  

от Управления Росреестра по Волгоградской области, ФИО1   – представители не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,

установил:

Департамент муниципального имущества администрации Волгограда (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Стиль» (далее – ответчик) о признании отсутствующим права собственности на сооружение – бассейн с кадастровым номером 34:34:030022:335, площадью 976,3 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области,  Департамент по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда, Администрация Дзержинского района Волгограда, ФИО1, общество с ограниченной ответственностью «ЖБИ-7» (далее – третьи лица).  

Истец основывает исковые требования на том, что у ответчика зарегистрировано право собственности на объект, который не является в силу природных свойств объектом недвижимости. 

Ответчик возражает против удовлетворения заявленных требований в полном объеме. 

Третьи лица - Департамент по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда, Администрация Дзержинского района Волгограда поддерживают позицию истца, полагают заявленные требования подлежащими удовлетворению.

Третьи лица - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, общество с ограниченной ответственностью «ЖБИ-7» при вынесении решения полагаются на усмотрение суда. 

Треть лицо – ФИО1 позицию по существу заявленных требований не высказал, отзыв на исковое заявление не представил.

Третьи лица - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, ФИО1  явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично путем  размещения,  в соответствии   с   частями 1, 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ),    информации о времени  и месте судебного заседания  в  информационно-телекоммуникационной  сети «Интернет»   на официальном   сайте Арбитражного суда Волгоградской области в разделе «Картотека Судебных дел».  

Поскольку присутствие в судебном заседании лица, участвующего в деле, или его представителей относится к правам сторон, а не к обязанностям, а также с учетом надлежащего извещения  о времени и месте судебного заседания, суд считает возможным на основании статьи 123, 156 АПК РФ  рассмотреть  дело в отсутствие представителей третьих лиц.  

До рассмотрения дела по существу от истца, в порядке статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поступило ходатайство об уточнении исковых требований, а именно Департамент муниципального имущества просит обязать ООО «Стиль»  освободить земельный участок, с кадастровым номером №34:34:030022:503, расположенный по адресу: 

<

...>,  путем демонтажа (сноса) объектов, расположенных на нем. 

Указанное ходатайство, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, судом к рассмотрению не принимается,  поскольку фактически истцом заявлено новое самостоятельное требование, что противоречит положениям ст.49 АПК РФ. 

Рассмотрев материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства и оценив их по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению.                         

В соответствии с положениями статьи 11 Земельного кодекса РФ к полномочиям органов местного самоуправления в области земельных отношений относятся резервирование земель, изъятие, в том числе путем выкупа, земельных участков для муниципальных нужд, установление с учетом требований законодательства Российской Федерации правил землепользования и застройки территорий городских и сельских поселений, территорий других муниципальных образований, разработка и реализация местных программ использования и охраны земель, а также иные полномочия на решение вопросов местного значения в области использования и охраны земель.

Согласно пункту 2 статьи 3.3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЭ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органом местного самоуправления городского округа в отношении земельных участков, расположенных на территории городского округа.

В соответствии со ст. 1 Закона Волгоградской области № 136-ОД от 26.12.2016 г. «О перераспределении полномочий между органами местного самоуправления городского округа - город-герой Волгоград и органами государственной власти Волгоградской области по распоряжению земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, и признании утратившими силу отдельных законов Волгоградской области» распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, в городе Волгограде, за исключением земельных участков, предоставленных для строительства, осуществляется администрацией Волгограда.

Согласно Положению о департаменте муниципального имущества администрации Волгограда, утвержденного решением Волгоградской городской Думы от 22.03.2017 № 55/1585 «О даче согласия администрации Волгограда на реорганизацию департамента муниципального имущества администрации Волгограда и департамента земельных ресурсов администрации Волгограда в форме присоединения департамента земельных ресурсов администрации Волгограда к департаменту муниципального имущества администрации Волгограда» к полномочиям Департамента муниципального имущества относится осуществление полномочий собственника по управлению, владению, пользованию и распоряжению земельными участками, в том числе полномочия продавца, арендодателя.

Таким образом, Департамент  муниципального имущества администрации Волгограда, является уполномоченным лицом по обращению в Арбитражный суд Волгоградской области с настоящим исковым заявлением. 

Как установлено в судебном заседании, и подтверждается материалами дела, в Департамент поступило обращение ООО «Поволжский металлоцентр 2015» по вопросу предоставления в собственность земельного участка с кадастровым № 34:34:030022:18, учетным № 3-53-7, площадью 31 750 кв.м. с разрешенным использованием: производственная деятельность базы по адресу: Волгоград, ул. Бетонная, 11а.

В рамках рассмотрения обращения выявлено, что на земельном участке с кадастровым № 34:34:030022:18 расположено сооружение-бассейн, принадлежащее на праве собственности ООО «Стиль».

Право собственности ООО «Стиль» зарегистрировано на сооружение - бассейн с кадастровым №34:34:030022:335 площадью 976,3 кв.м., назначение складское по адресу: 

<

...> (запись регистрации 34-34-01/230/2013-136 от 21.10.2013).

Изначально право собственности было зарегистрировано за ФИО1,  на основании декларации об объекте от 18.09.2013.

Указанный выше объект сооружение - бассейн с кадастровым №34:34:030022:335 не может отвечать требованиям, предъявляемым к объектам недвижимого имущества, однако право собственности на него зарегистрировано.

В пункте 1.9 кадастрового паспорта от 20.08.2012 указано, что разрешения на строительство сооружения-бассейна не требуется в соответствии с подпунктом 3 пункта 17 статьи 51 Градостроительного кодекса РФ, так как оно является сооружением вспомогательного использования.

Из документов, находящихся в распоряжении истца не следует, что спорный объект создавался для самостоятельного использования, а технический учет объекта не может служить достаточными доказательствами отнесения его к объектам недвижимого имущества.

Определения таких сооружений, а также критериев, по которым они признаются вспомогательными, в законодательстве нет. В то же время Ростехнадзор приводит два разноплановых критерия, которым они должны отвечать: 

- это сооружения пониженного уровня ответственности по ранее действовавшему ГОСТ 27751-88. К ним относятся небольшие склады, летние павильоны, парники, теплицы и иные подобные сооружения;

- наличие на земельном участке основного здания или сооружения, по отношению к которому это сооружение выполняет вспомогательную или обслуживающую функцию. Например, это могут быть мобильные сборно-разборные и контейнерные здания и склады, гаражи, блокпосты для охраны объектов и другие подобные сооружения.

По мнению Росреестра, к числу объектов капстроительства вспомогательного использования (п. 1 Письма от 13.04.2020 N 3215-АБ/20):

относятся здания, строения, сооружения, не имеющие самостоятельного хозяйственного назначения и предназначенные для обслуживания главного объекта капстроительства. Размещение таких объектов должно быть предусмотрено проектной документацией. Исключение составляет случай, когда решение о создании объекта принято в процессе эксплуатации ранее созданных главных объектов капстроительства;

не относятся объекты капстроительства, имеющие одинаковую функцию с главными объектами.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.01.2012 №4777/08 указано, что объекты, которые хотя прочно связаны с землей, но не имеют самостоятельного функционального назначения, не признаются недвижимостью. Соответствующие сооружения рассматриваются в качестве улучшения того земельного участка, для обслуживания которого возведены, а потому следуют юридической судьбе.

Документы, свидетельствующие о том, что сооружение - бассейн с кадастровым №34:34:030022:335 создавался как объект недвижимости,  для самостоятельного использования отсутствуют.

Таким образом, спорный объект по своему характеру не относится к объектам недвижимого имущества в смысле придаваемом соответствующему понятию ст. 130 ГК РФ, в связи с чем истец обратился с настоящим исковым заявлением  в суд.

Из представленных Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области,  материалов регистрационного дела в отношении спорного объекта, также усматривается, что регистрация была произведена на основании договора купли – продажи спорного объекта,   согласно которому  отчуждаемое имущество принадлежит  продавцу на праве собственности на основании  декларации об  объекте  недвижимого имущества от 18.09.2013. 

Однако из документов, имеющихся в материалах дела, не усматривается  какой объект является основным к указанному вспомогательному объекту. 

Статьей 2 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" (далее - Закон N 384-ФЗ) установлено, что под сооружением понимается результат строительства, представляющий собой объемную, плоскостную или линейную строительную систему, имеющую наземную, надземную и (или) подземную части, состоящую из несущих, а в отдельных случаях и ограждающих строительных конструкций и предназначенную для выполнения производственных процессов различного вида, хранения продукции, временного пребывания людей, перемещения людей и грузов.

Согласно части 10 статьи 4 Закона N 384-ФЗ к зданиям и сооружениям пониженного уровня ответственности относятся:  здания и сооружения вспомогательного использования, связанные с осуществлением строительства или реконструкции здания или сооружения.

Аналогичный подход к определению статуса объектов вспомогательного использования сложился в судебной практике. Так, например, из определения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 3 декабря 2012 г. N ВАС-15260/12, определений Верховного Суда Российской Федерации от 11 марта 2015 г. N 308-ЭС15-1282, от 10 декабря 2018 г. N 306-ЭС18-20002 следует, что объекты вспомогательного использования предназначены для обслуживания основного объекта и критерием для отнесения строений и сооружений к вспомогательным является наличие на земельном участке основного здания, строения или сооружения. 

Минстроем России согласована следующая позиция (письмо от 16 марта 2020 г. N 9394-ДВ/08):

учитывая, что под объектами вспомогательного использования следует понимать объекты, предназначенные для обслуживания и эксплуатации основного объекта и не имеющие возможности самостоятельного использования для иной деятельности, представляется, что возведение таких объектов возможно при наличии на земельном участке основного объекта, для обслуживания которого планируется возведение объекта вспомогательного использования.

Таким образом, к числу объектов капитального строительства вспомогательного использования, по мнению Росреестра, могут относиться здания, строения, сооружения, не имеющие самостоятельного хозяйственного назначения и предназначенные для обслуживания другого (главного) объекта капитального строительства.

Градостроительным кодексом Российской Федерации определено понятие некапитальных строений, сооружений как строений, сооружений, не имеющих прочной связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строений, сооружений (в том числе киоски, навесы и другие подобные строения, сооружения) (пункт 10.2 статьи 1 ГрК РФ).

Принимая во внимание положения статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), некапитальные строения и сооружения, являясь объектами строительства, объектами недвижимости не являются.

Таким образом, строения, сооружения вспомогательного использования в зависимости от их соответствия положениям статьи 130 ГК РФ могут являться или не являться объектами недвижимости.

Согласно сложившейся судебной практике (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 2.4 Обзора судебной практики по вопросам, возникающим при рассмотрении дел, связанных с садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями, за 2010 - 2013 годы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 2 июля 2014 г., Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13 апреля 2016 г., пункт 25 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 ноября 2016 г.) вопрос об отнесении конкретного имущества к недвижимому должен разрешаться на стадии его создания (в соответствии с положениями ГрК РФ, применяемыми в отношении объектов капитального строительства), а также с учетом наличия самостоятельного назначения этого имущества (по отношению к земельному участку, на котором такое имущество расположено) и способности выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав.

Согласно пункту 3 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее - Градостроительный кодекс) выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

При этом частью 1 статьи 55 Градостроительного кодекса предусмотрено, что разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, соответствие построенного, реконструированного объекта капитального строительства градостроительному плану земельного участка или в случае строительства, реконструкции линейного объекта проекту планировки территории и проекту межевания территории, а также проектной документации.

Исходя из системного толкования данных норм гражданского и градостроительного законодательства следует вывод о том, что при возведении вспомогательного объекта законодательством не предусмотрена необходимость получения застройщиком разрешения на строительство, а следовательно и разрешения на ввод в эксплуатацию объекта по окончании строительных работ. Право собственности на объекты вспомогательного назначения регистрируется в упрощенном порядке на основании декларации, подтверждающей создание таких объектов и содержащей их техническое описание, без представления в регистрирующий орган разрешений на строительство и последующий ввод в эксплуатацию.

Однако термин "объект капитального строительства" является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому он не может подменять собой правовую категорию "объект недвижимого имущества", имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание.

С целью установления истины по делу, судом была назначена  судебная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Бюро землеустройства и экспертизы», эксперту ФИО8. 

На разрешение эксперта поставлены  следующие вопросы:

1.Имеются ли у объекта – сооружения – бассейна, с кадастровым номером 34:34:030022:335, площадью 976,3 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> признаки капитального строительства (прочная связь с землей, инженерные коммуникации и т.п.)?

2.Возможно ли перемещение объекта без причинения несоразмерного ущерба по его назначению? 

3. Является ли объект – сооружение – бассейн, с кадастровым номером 34:34:030022:335, площадью 976,3 кв.м, расположенный по адресу: 

<

...> сооружением вспомогательного  назначения на текущий момент и на момент его возведения или имеет самостоятельное назначение?

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (часть 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является всего лишь одним из доказательств, исследуемых наряду с другими доказательствами по делу. 

Таким образом, процессуальный статус заключения судебной экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеется заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке арбитражным судом наравне с другими представленными доказательствами.

В соответствии с частями 1, 3, 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Частью 1 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дает заключение в письменной форме и подписывает его. Материалы и документы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Если эксперт при проведении экспертизы установит обстоятельства, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение. В распоряжение эксперта были предоставлены материалы настоящего арбитражного дела. 

В рассматриваемом случае представленное в материалы дела заключение эксперта отвечает требованиям, предъявляемым к составлению такого рода документам, содержит сведения об эксперте, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации о даче заведомо ложного заключения. Данное заключение содержит исследовательскую часть с описанием процесса исследования, оценка результатов исследований, выводы и их обоснование. Выводы эксперта являются полными, ясными, обоснованными, не имеют противоречий. Экспертное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств по настоящему делу.

Доказательств его порочащих не представлено.   

Довод ответчика о том, что заключение является ненадлежащим доказательством, суд отклоняет, поскольку он, сам по себе в отсутствие доказательств, порочащих экспертное заключение, является субъективным мнением ответчика. 

Оспаривая выводы судебной экспертизы по настоящему делу, ответчик не представил соответствующие доказательства ее недостоверности вследствие некомпетентности эксперта, его заинтересованности, неполноты представленных для ее проведения материалов или по иным основаниям. 

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий. 

Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. 

Согласно заключению эксперта, у объекта  - сооружения – бассейна имеются признаки капитального строительства – прочная связь с землей, инженерные коммуникации. Перемещение его  без причинения несоразмерного  ущерба по его назначению невозможно. Объект на момент его возведения и на текущий момент не является  сооружением вспомогательного назначения. При этом  самостоятельного  назначения не имеет.

Экспертом было установлено, что  объект исследования расположен  на застроенной территории в промышленной зоне. Представляет собой открытую площадку для хранения  и разгрузки сыпучих материалов из железнодорожных вагонов.  Эксперт пришел к выводу, что это часть  бывшего механизированного склада заполнителей для производства железобетонных изделий (ЖБИ). Заполнителем являются сыпучие материалы. Склады заполнителей классифицируют по способу выгрузки материалов, по конструкции систем загрузки, по способу хранения и по типу емкости для хранения. 

 По способу хранения  подразделяются на открытые, закрытые и полузакрытые. Конструкция склада  эстакадно – траншейного  типа предназначена для ускорения разгрузки вагонов, хранения и транспортировки сыпучих материалов. Основные конструкции склада выполнены из железобетонных конструкций, толщиной от 0,2  до 0,4 м.  

Площадь разгрузочной площадки составила 1001 кв.м, в том числе площадь всего объекта  976 кв.м. 

Правая подпорная стенка бассейна удерживает  проходящий вдоль  железнодорожный путь. Площадка  бетонная, для увеличения емкости склада по его периметру построены подпорные стенки из железобетонных плит. 

Помимо исследования экспертного заключения, непосредственно эксперт был допрошен в судебном заседании. 

Бассейн, по мнению эксперта являлся частью  единого комплекса  - склада наполнителей, который обеспечивал накопление и последующее транспортирование и который в настоящее время разрушен. 

К таким выводам эксперт пришел опираясь на многолетний опыт работы, знание конструкций подобных складов. В пользу довода, приведенного экспертом, говорит наличие  подземных  коммуникаций для транспортировки сыпучих материалов, наличие вдоль объекта железнодорожного пути. 

В настоящее время склада, или иного основного объекта, по отношению к которому спорный объект являлся бы вспомогательным на земельном участке по адресу ул.Бетонная , 13, в г.Волгограде не существует. 

В связи с чем, экспертом сделан вывод о том, что данный  объект не является вспомогательным объектом. 

Исходя из описания его технических характеристик, суд приходит к выводу, что   объект - бассейн, площадью   976 кв.м., представляет собой  углубление в земле (яму) которая обложена  бетонными плитами. Объект не имеет самостоятельного функционального назначения и является объектом вспомогательного использования по отношению к земельному участку, на котором он расположен.

Спорное сооружение фактически представляет собой покрытие земельного участка, которое не имеет самостоятельного функционального назначения и не может признаваться самостоятельным объектом.

Критерием отнесения к объектам недвижимости тех объектов, которые представляют собой покрытие земельного участка, его замощение и ограждение является возможность их самостоятельного хозяйственного использования либо при отсутствии такового - вхождение в состав комплекса имущества, для обслуживания которого данные площадки предназначены.

Доказательств наличия в собственности ответчика комплекса зданий и сооружений, в материалы дела не предоставлено. При этом право собственности зарегистрирован на бассейн как на самостоятельный объект недвижимости. 

Замощение относится к вспомогательным элементам сооружений (площадка для плотины, мостовое полотно для моста, настил для эстакады, верхнее покрытие автомобильной дороги). Покрытие (замощение) из бетона, асфальта, щебня и других твердых материалов обеспечивает чистую, ровную и твердую поверхность, но не обладает самостоятельными полезными свойствами, а лишь улучшает полезные свойства земельного участка, на котором оно находится. Покрытие (площадка), улучшающее свойства земельного участка используется совместно со зданиями, строениями или сооружениями, дополняет их полезные свойства при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности собственника зданий и сооружений. При этом твердое покрытие (площадка) имеет вспомогательное, а не основное значение по отношению к остальному недвижимому имуществу, входящему в такой имущественный комплекс.

Постановлением Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.01.2012 № 4777/08, разъяснено, что объекты, которые хотя прочно связаны с землей, но не имеют самостоятельного функционального назначения, не признаются недвижимостью. Соответствующие сооружения рассматриваются в качестве улучшения того земельного участка, для обслуживания которого возведены, а потому следуют его юридической судьбе.

Сама по себе укладка на части земельного участка определенного покрытия, в том числе из бетонных плит, для целей складирования, удобства разгрузки, его благоустройства или иных подобных целей не создает нового объекта недвижимости, а представляет собой улучшение полезных свойств земельного участка, на котором выполнено такое замощением.

Таким образом, «замощение бетонными плитами» как объект - сооружение не имеет самостоятельного функционального назначения, создано исключительно в целях улучшения качества земель и обслуживает только земельный участок, на котором расположено, поэтому является его неотъемлемой частью и не может относиться к недвижимому имуществу.

При этом, имущество, обладающее таким признаком, как физическая связь с землей, может быть признано недвижимостью лишь в том в случае, если оно создано как объект недвижимости в установленном законом и иными правовыми актами в порядке с получением необходимых разрешений и соблюдением градостроительных норм и правил на земельном участке, предоставленном именно под строительство возведенных объектов.

Помимо неразрывной связи с землей спорные объекты должны обладать самостоятельным функциональным назначением, при этом государственная регистрация права собственности на эти объекты сама по себе не является доказательством отнесения их к объектам недвижимости.

В соответствии с пунктом 3 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

Под объектом вспомогательного назначения следует понимать постройки, предназначенные для обслуживания и эксплуатации основного объекта и не имеющие возможности самостоятельного использования для иной деятельности.

При этом, отсутствуют сведения о том, по отношению к какому объекту недвижимости спорные объекты выполняют вспомогательные функции. Документы, разрешающие строительство и подтверждающие ввод в эксплуатацию спорных строений и сооружений, а также основного объекта недвижимости органом местного самоуправления ответчику не выдавалось, в связи с чем, у регистрирующего органа не могло возникнуть обязанностей по государственной регистрации права собственности.

Сам по себе факт регистрации объекта как недвижимого имущества, в отрыве от его физических характеристик, в ЕГРП не является препятствием для предъявления иска о признании зарегистрированного права отсутствующим по мотиву неправомерного отнесения объекта к недвижимому имуществу.

Объекты, которые хотя прочно связаны с землей, но не имеющие самостоятельного функционального назначения, не признаются недвижимостью. Соответствующие сооружения рассматриваются в качестве улучшения того земельного участка, для обслуживания которого возведены, а потому следуют его юридической судьбе.

Земельный участок, на котором расположен спорный объект недвижимости, с кадастровым номером 34:34:030022:18, площадью 31750 кв.м., с видом разрешенного использования  для объектов  общественно  - делового значения.  

На земельном участке располагаются объекты недвижимого имущества с кадастровыми номерами 34:34:030022:482, 34:34:030022:483, 34:34:030022:483, 34:34:030022:484, 34:34:030022:485, 34:34:030022:486, 34:34:030022:487, 34:34:030022:488, 34:34:030022:489, принадлежащие ООО  Поволжский Металлоцентр 2015».  Каких либо объектов недвижимости, принадлежащих ответчику на земельном участке не имеется. 

Из указанного земельного  участка в свое время был  образован земельный участок  с кадастровым номером 34:34:030022:503. 

Согласно градостроительному заключению земельный участок с кадастровым номером 34:34:030022:503, предназначен  для эксплуатации сооружения – бассейн,  с кадастровым номером 34:34:030022:335, площадью 976,3 кв.м.  На момент составления градостроительного заключения также было указано, что в границах земельного участка объекты капитального строительства отсутствуют. 

В отсутствие на  земельном участке склада, иного здания, сооружения, для строительства которого был предоставлен спорный участок, регистрация права собственности на бассейн - вспомогательное сооружение, без основного объекта незаконна.

Однако, так как спорный объект бассейн не имеет самостоятельного хозяйственного назначения, не является отдельным объектом гражданского оборота, выполняя лишь обслуживающую функцию по отношению к соответствующему земельному участку, необходимость государственной регистрации права собственности на него не может быть признана обоснованной. В связи с отсутствием у бассейна качеств самостоятельного объекта недвижимости,  право собственности на него не подлежит регистрации независимо от его физических характеристик и наличия отдельных элементов, обеспечивающих прочную связь этого сооружения с соответствующим земельным участком.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). 

Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление от 29.04.2010 N 10/22) указано, что в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующим. 

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим по смыслу пункта 52 постановления от 29.04.2010 N 10/22 является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством. К таким случаям, в частности, относится государственная регистрация права собственности на объект, являющийся движимым имуществом. 

В этой ситуации нарушением прав истца является сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на имущество, которое не обладает признаками недвижимости. При подобных обстоятельствах нарушенное право истца восстанавливается исключением из реестра записи о праве собственности ответчика на объект. В пункте 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", разъяснено следующее. 

Согласно пункту 1 статьи 130 ГК РФ к недвижимым вещам относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Вещь является недвижимой либо в силу своих природных физических свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 Кодекса), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 Кодекса). По смыслу статьи 130 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. 

При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости. Таким образом, при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам. 

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.04.2016 N 308-ЭС15-15218, именно проверка наличия у спорного объекта таких признаков осуществляется судами первой и апелляционной инстанций, которые в  пределах предоставленных процессуальных полномочий оценивают имеющиеся в деле доказательства.

Между тем, по смыслу статьи 130 ГК РФ прочная связь с землей, наличие технического и кадастрового учета объекта не являются единственными признаками, по которым объект может быть отнесен к недвижимости. 

Вопрос о том, является ли конкретное имущество недвижимым, должен разрешаться с учетом назначения этого имущества и обстоятельств, связанных с его созданием. 

Для признания недвижимым имущества, как объекта гражданских прав, необходимо подтверждение того, что такой объект был создан именно как недвижимость в установленном законом и иными правовыми актами порядке с получением необходимой разрешительной документации и с соблюдением градостроительных норм и правил. В соответствии с пунктом 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации к объектам капитального строительства относятся здания, строения, сооружения, объекты, строительство которых не завершено, за исключением временных построек, киосков, навесов и других подобных построек. 

В соответствии со статьей 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Положения изложенной нормы призваны регулировать внесудебный порядок возникновения права собственности на вещь, вновь созданную лицом в установленном законодательством порядке. Право собственности на такую вещь возникает в силу факта создания ее в установленном порядке и не требует признания возникновения права в судебном порядке. Для возникновения права на вновь созданный объект недвижимости необходима совокупность юридических фактов: предоставление земельного участка для строительства объекта, получение разрешения на строительство, соблюдение градостроительных, строительных, природоохранных и других норм, установленных законодательством при возведении объекта. 

Статьей 219 ГК РФ установлено, что право собственности на вновь созданное недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации. 

По смыслу названных положений право собственности может быть зарегистрировано в государственном реестре прав лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав (постановление Президиума Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации от 24.09.2013 N 1160/13). 

Понятие "недвижимость" является правовой категорией, поэтому признание объекта недвижимым в качестве объекта гражданских прав невозможно на том лишь основании, что оно прочно связано с землей и на него оформлен технический паспорт. Проведение в отношении таких объектов технического и кадастрового учета является следствием, а не причиной распространения на конкретный объект правового режима недвижимого имущества и осуществление в отношении него технического учета автоматически не может служить основанием для признания объекта недвижимостью. 

Кроме того, сама по себе государственная регистрация объекта не определяет статус объекта как недвижимого, поскольку для этого необходимо наличие определенных признаков. Признание объекта недвижимым в качестве объекта гражданских прав на том лишь основании, что он прочно связан с землей и на него оформлен технический паспорт, невозможно. 

Для признания имущества недвижимым необходимо представить доказательства возведения его в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной документации и соблюдения градостроительных норм и правил. 

Вместе с тем, право собственности (право хозяйственного ведения и оперативного управления) может быть зарегистрировано в едином государственном реестре лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав. Объекты, не имеющие самостоятельного хозяйственного назначения и выполняющие лишь обслуживающую функцию по отношению к соответствующему земельному участку и находящимся на нем зданиям, не могут быть признаны недвижимостью независимо от их физических характеристик и наличия отдельных элементов, обеспечивающих прочную связь этих сооружений с таким земельным участком.

По смыслу норм действующего законодательства под объектом вспомогательного использования следует понимать постройки, предназначенные для обслуживания и эксплуатации основного объекта и не имеющие возможности самостоятельного использования для иной деятельности. Возможность осуществлять строительство объектов и сооружений вспомогательного использования без получения разрешения на строительство законодатель связывает с их особым назначением (вспомогательным).

Основными критериями определения таких объектов как объектов вспомогательного использования являются принадлежность объектов к виду сооружений пониженного уровня ответственности, отсутствие необходимости получения разрешительной документации на их строительство и наличие основного объекта недвижимого имущества, по отношении к которому объект является вспомогательным и для обслуживания которого он построен, а также невозможность самостоятельного использования для иной деятельности.

В свою очередь, как отметил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 24.09.2013 № 1160/13, требования о государственной регистрации прав установлены только в отношении недвижимости как категории гражданского права. Если объект является вспомогательным и не имеет самостоятельного назначения, такие объекты не могут рассматриваться в качестве отдельных гражданских прав.

Отсутствие у объекта признаков недвижимости, в соответствии с пунктом 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 №10/22 является основанием для удовлетворения иска о признании отсутствующим права собственности на него как на недвижимость.

Объект, принадлежащий на праве собственности ответчику по своим характеристикам, относится к объектам вспомогательного назначения. Между тем, как было отмечено ранее, на земельном участке отсутствует какой-либо объект отвечающий признакам недвижимого имущества и имеющего самостоятельное назначение, по отношению к которому спорный объект является вспомогательным.

При этом,  само по себе наличие коммуникаций, в виде  подземных  коммуникаций для транспортировки сыпучих материалов, также  не является безусловным основанием отнесения объекта к разряду капитальных. 

Доводы ответчика о том, что в настоящее время объект используется в качестве резервуара для хранения сыпучих  материалов, в собственности ответчика есть  объекты недвижимости,  которые располагаются на ином земельном участке, также не могут служить основанием для признания спорного объекта – объектом недвижимости. 

Кроме того, правомерность приобретения спорного объекта не является определяющим критерием  для отнесения объекта к недвижимому имуществу. Предметом гражданско-правовых договоров могут являться как движимые вещи, так и объекты недвижимости. 

Согласно п.1 ст. 39.20 Земельного кодекса РФ исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду имеют граждане, юридические лица, являющиеся собственниками зданий, сооружений, расположенных на таких земельных участках.

Наличие в ЕГРП записи о праве собственности ответчика, как на недвижимое имущество, накладывает на собственника соответствующего земельного участка, на котором оно находится, ограничения, обусловленные распространением на этот объект правового режима, установленного действующим законодательством для недвижимого имущества, в том числе по предоставлению под таким объектом земельного участка в пользование или в собственность, в соответствии с положениями земельного законодательства.

Кроме того, поскольку спорный объект, права на который в ЕГРП зарегистрированы как на недвижимость, не обладает соответствующими признаками недвижимой вещи, сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на такое имущество нарушает права собственника земельного участка, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последним имеющихся у него правомочий.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что спорное имущество не является объектом недвижимости, в связи с чем, право собственности на него было необоснованно зарегистрировано, а истцом  избран надлежащий способ защиты. 

Сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре прав, являются общедоступными (за исключением сведений, доступ к которым ограничен федеральным законом) и предоставляются органом, осуществляющим государственную регистрацию прав, по запросам любых лиц. Единый государственный реестр прав содержит информацию о существующих и прекращенных правах на объекты недвижимого имущества, данные об указанных объектах и сведения о правообладателях. Задача обеспечить стабильность оборота недвижимости диктует требования к Единому государственному реестру прав, в частности необходимость его публичной достоверности. Положения о ведении Единого государственного реестра прав предусматривают, что реестр состоит из отдельных разделов, содержащих записи о каждом объекте недвижимого имущества. Раздел открывается при начале регистрации прав на объект недвижимого имущества и идентифицируется кадастровым или условным номером данного объекта. Таким образом, для третьего лица наличие записи в реестре относительно объекта права собственности должно означать, что объект, запись о правах на который содержится в реестре, является  недвижимой вещью. Так как запись в реестре прав в отношении отсутствующего сооружения противоречит назначению реестра, указанный способ защиты права направлен в том числе и на защиту достоверности реестра. Очевидно, что государственная регистрация права собственности на некапитальный или отсутствующий объект не изменяет физических свойств объекта, а иск о признании права собственности отсутствующим в этом случае направлен не на прекращение права или констатацию его отсутствия, а на констатацию отсутствия оснований внесения записи о праве в реестр прав.

Учитывая, что в едином государственном реестре должны отражаться действительные права и ограничения (обременения) прав, наличие в нем записей о правах в отношении объектов, не являющихся недвижимым имуществом, противоречат принципам укрепления прав посредством государственной регистрации. Регистрация права собственности ответчика на спорный объект создает для истца необходимость учитывать интересы зарегистрированного правообладателя при различных формах пользования и распоряжения земельным участком, то есть создает угрозу нарушения публичных интересов, препятствует органам местного самоуправления в осуществлении функций и задач, установленных федеральным законом.

При подобных обстоятельствах нарушенное право истца в полном объеме восстанавливается посредством исключения из ЕГРП записи как о праве собственности ответчика на объект так и о самом спорном объекте, т.е. иск о признании права отсутствующим направлен на исключение из ЕГРП недостоверных сведений. 

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 АПК РФ,  а  также  положений  статей  65,  66  АПК РФ,  лицо,  не  реализовавшее  свои  процессуальные  права  на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий. 

В силу положений статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Такие обстоятельства, в случае принятия их арбитражным судом, не проверяются им в ходе дальнейшего производства по делу.

Таким образом, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, суд пришел  к выводу о том, что спорный объект не обладает признаками  недвижимой вещи, истцом избран надлежащий способ  защиты нарушенных прав, у суда отсутствуют основания для отказа в удовлетворении исковых требований.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса  РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

В соответствии со ст. 112 Арбитражного процессуального кодекса РФ  вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении. 

С учетом результатов рассмотрения спора, освобождения истца от уплаты государственной пошлины, расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления в размере 6 000 руб., за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер в размере 3 000 руб. по делу относятся на ответчика. 

Кроме того, с учетом результатов рассмотрения спора, а также проведения в рамках дела судебной экспертизы, стоимость которой, согласно счету экспертной организации составила 35 000 руб., судебные расходы за ее проведение также подлежат отнесению на ответчика.  

На  основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176    Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд, 

решил:

исковые  требования удовлетворить. 

Признать отсутствующим право собственности общества с ограниченной ответственностью «Стиль» на сооружение – бассейн с кадастровым номером 34:34:030022:335, площадью 976,3 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стиль» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Бюро землеустройства и экспертизы» судебные расходы за проведение судебной экспертизы в размере 35 000 руб. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стиль» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                                                       Т.В. Куропятникова