Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000, www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-13613/2023

05 октября 2023 года

г. Челябинск

 Резолютивная часть решения объявлена 05 октября 2023 года. Решение в полном объеме изготовлено 05 октября 2023 года. 

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П., при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной  ответственностью «Завод строительных материалов» к Межрайонной инспекции  Федеральной налоговой службы № 10 по Челябинской области, при участии в деле в  качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно  предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о  признании недействительным решения № 16-30/6 от 23.09.2022 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения,  

при участии в судебном заседании представителей: от ответчика – ФИО2 (доверенность от 20.12.2022, служебное удостоверение), ФИО3  (доверенность от 20.12.2022, диплом от 27.06.2003, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 20.12.2022, диплом от 03.06.2003, служебное удостоверение), от  третьего лица – ФИО4 (доверенность от 14.12.2022, диплом от 03.06.2003,  служебное удостоверение);  

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Завод строительных материалов»  (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «ЗСМ») обратилось в  Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной инспекции  Федеральной налоговой службы № 10 по Челябинской области (далее – ответчик,  налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 16-30/6 от  23.09.2022 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных  требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной  налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, управление).  

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что универсальные  передаточные документы, подтверждающие произведенные расходы по приобретению  ТМЦ и право на применение налоговых вычетов по НДС, представлены. Операции по  оприходованию ТМЦ отражены в учете, ТМЦ использованы в деятельности,  направленной на получение дохода. Инспекцией не представлены достаточные  доказательства невозможности поставки спорными поставщиками ТМЦ в адрес  Общества. Руководителями спорных контрагентов указано на самостоятельность  ведения деятельности организациями, материалы проверки не содержат доказательств  умышленных действий налогоплательщика. ООО «ЗСМ» не знало и не должно было  знать о том, что поставщики относятся налоговым органом к категории «проблемных»  организаций. На налогоплательщика не могут быть возложены неблагоприятные  последствия действий контрагентов.  

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что по  результатам выездной налоговой проверки инспекцией установлено умышленное  создание налогоплательщиком формального документооборота с целью получения  необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям по поставке товара с  контрагентами ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ».  Реальность сделок отсутствовала. Необходимая продукция имелась у Общества и  приобрелась у реальных поставщиков, с которыми сложились длительные  хозяйственные отношения. В рамках предпроверочного анализа и к выездной  налоговой проверке Обществом представлялись разные пакеты документов по спорным  контрагентам, а именно повторно представлен пакет документов, в котором частично  изменено содержание договоров поставки, в транспортных накладных изменены данные  о водителях, транспортных средствах, перевозчиках, что также указывает на умысел  Общества в совершении налогового правонарушения.  

В судебном заседании представители инспекции и управления против доводов  заявления возражали, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.  

Налогоплательщик, надлежащим образом извещенный о времени и месте  судебного заседания путем направления в его адрес копии определения о назначении  судебного заседания заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной  информации на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области, в  судебное заседание явку своих представителей не обеспечил.  

Рассмотрев поступившее непосредственно перед началом судебного заседания  повторное ходатайство налогоплательщика об отложении судебного разбирательства  (мотивированное состоянием здоровья представления) арбитражный суд не нашел  оснований для его удовлетворения.  

Так, арбитражным судом ранее уже удовлетворено ходатайство  налогоплательщика об отложении судебного разбирательства (мотивированное  возможностью представления дополнительных доказательств в виде контррасчета налога  на прибыль и обеспечения явки свидетелей для целей их допроса), предоставив  налогоплательщику тем самым дополнительное время на срок практически 1,5 месяца.  

При этом, в определении Арбитражного суда Челябинской области от 22.08.2023  об удовлетворении ходатайства налогоплательщика и отложении судебного  разбирательства налогоплательщику предложено представить дополнительные  доказательства в определенный срок.  

Однако, налогоплательщик своими процессуальными правами ни в  установленный судом срок, ни к дате очередного судебного заседания не воспользовался  (ст.ст. 9, 41, 65 АПК РФ).  

Вместо этого, от налогоплательщика вновь непосредственно перед началом  судебного заседания 05.10.2023 поступило рассматриваемое ходатайство.  

При этом, каких-либо документальных доказательств в подтверждение  поступившего ходатайства налогоплательщиком не представлено.  

В судебном заседании представители инспекции и управления возражали против  удовлетворения ходатайства налогоплательщика за его необоснованностью,  дополнительно указав на удаленность инспекции от места проведения судебного  заседания, которая, несмотря на отсутствие явки налогоплательщика, во все без  исключения судебные заседания обеспечивала явку своих представителей.  

При условии надлежащего извещения сторон объявление перерыва или  отложение судебного заседания является не обязанностью, а правом суда,  предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и  всестороннего исследования доказательств по делу (ст.ст. 158 и 163 АПК РФ).  

При рассмотрении соответствующего ходатайства суд учитывает конкретные  обстоятельства и рассматривает представленные стороной доказательства.  

Суд вправе отклонить ходатайство, если сочтет возможным рассмотреть дело по  существу по имеющимся в материалах дела доказательствам.  

Отложение судебного разбирательства по ходатайству стороны при отсутствии  обоснованных мотивов и соответствующего документального подтверждения влечет  необоснованное увеличение сроков рассмотрения дела и затягивание судебного  процесса.  

В данном случае, поскольку не могут рассматриваться в качестве уважительных  причин для отложения судебного разбирательства необходимость согласования с  вышестоящим органом (иным лицом) вопроса о подаче в суд соответствующего  заявления, нахождение представителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки,  смена руководителя (болезнь, нахождение в длительной командировке, отпуске), а также  иные внутренние организационные причины юридического лица, следует заключить, что  невозможность участия в судебном заседании конкретного представителя не является  препятствием к реализации стороной по делу ее процессуальных прав.  

Учитывая изложенное в совокупности с тем, что явка налогоплательщика не  признана судом обязательной, доказательств невозможности обеспечения явки иного  представителя либо руководителя организации не представлено, в повторном  ходатайстве налогоплательщика об отложении судебного разбирательства не указаны  документально подтвержденные основания, при наличии которых рассмотрение дела в  настоящем судебном заседании не представляется возможным, что исключает  возможность удовлетворения ходатайства налогоплательщика об отложении судебного  разбирательства.  

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав  материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил  следующие обстоятельства.  

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле,  инспекцией проведена выездная налоговая проверка по вопросам соблюдения  законодательства о налогах и сборах за период деятельности с 01.01.2018 по 31.12.2020,  по результатам которой составлен акт № 16-30/3 от 05.08.2022, проведены  дополнительные мероприятия налогового контроля, и, с учетом письменных  возражений, вынесено решение № 16-30/6 от 23.09.2022 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого  налогоплательщик привлечен к ответственности по п.п. 1 и 3 ст. 122 НК РФ за неуплату  налога на прибыль организаций в виде штрафа в сумме 690 915,14 руб.,  налогоплательщику предложено уплатить: НДС в сумме 5 476 390 руб., налог на  прибыль организаций в сумме 7 734 145 руб., пени в сумме 6 863 024,88 руб.  

Применив мораторий на начисление пени, инспекцией вынесено решение № 1612/001371 от 30.03.2023 о внесении изменений в решение о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого  предложенные налогоплательщику к уплате пени составили в общей сумме 5 988 487,41  руб.  

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области   № 16-07/007767@ от 29.12.2022, вынесенным по результатам рассмотрения  апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции  утверждено.  

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик  обратился в арбитражный суд.  

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи,  

арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по  следующим основаниям.  

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными  ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия)  органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают,  что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не  соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и  законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,  незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для  осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.  

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта  закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших  основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный  правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ).  

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан  самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено  законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть  выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.  

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями,  рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.  

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в  результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора)  или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит  признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет  взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).  

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут  взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых  взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).  

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные  доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст.  270 НК РФ).  

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты  (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные)  налогоплательщиком.  

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты,  оценка которых выражена в денежной форме.  

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты,  подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями  делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого  были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно  подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией,  приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в  соответствии с договором).  

Согласно п. 2 ст. 252 НК РФ расходы в зависимости от их характера, а также  условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика  подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и  внереализационные расходы.  

Таким образом, при решении вопроса о возможности принятия к учету расходов в  

целях исчисления налога на прибыль необходимо исходить из реальности этих расходов,  произведенных для приобретения товаров (работ, услуг), экономической оправданности  их несения, их надлежащего документального подтверждения и взаимосвязи расходов с  осуществлением предпринимательской деятельности налогоплательщика.  

Нормой ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ предусмотрено, что  каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным  документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми  оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в  основе мнимых и притворных сделок.  

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей  исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные  налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием  для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании  имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение  товаров (работ, услуг) фактически понесены.  

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на  добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на  территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая  налоговой ставке процентная доля налоговой базы.  

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую  сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171  НК РФ налоговые вычеты.  

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов- фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров  (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.  

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для  принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом  сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны  быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером  организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным  распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени  организации.  

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка,  установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия  предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.  

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового  вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном  существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в  соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ,  услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.  

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов  первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ,  услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении  итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных  поставщиками.  

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01   № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета  предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально  понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).  

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его  назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же  судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик.  

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения  налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в  результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких  фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или)  бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.  

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств,  предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям)  налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего  уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ  при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью  совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет  (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом,  являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом,  которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или  закону.  

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего  арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что  представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом  оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в  целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если  налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах,  неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых  выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные  сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том  числе налоговые, последствия.  

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы  недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в  гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции  создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем  представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара  (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг)  неустановленного происхождения от номинального контрагента).  

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью  сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или  же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие  одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.  

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях,  если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их  действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные  разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).  Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена  налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или  иной экономической деятельности (п. 3 Постановления № 53).  

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать  подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих  обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком  

указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема  материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров,  выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для  достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу  отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств,  производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для  целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно  связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также  требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с  товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном  налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления № 53).  

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин  (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки  обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в  результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.  Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в  качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной  целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно  или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять  реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения  может быть отказано (п. 9 Постановление № 53).  

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 №  169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности  налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки  должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными,  не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав  налогоплательщиком.  

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим  движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно  заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.  

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от  27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл.  21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права  на налоговые вычеты сумм НДС, уплаченного контрагентам при приобретении товаров  (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует  обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары  (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить  реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям  с которым заявлена налоговая выгода.  

Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции  об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью  получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам поставки товара со спорными  контрагентами, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок.  

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что основным видом  деятельности ООО «ЗСМ» является обработка металлов и нанесение покрытий на  металлы.  

В книгах покупок ООО «ЗСМ» за 2018-2020 годы отражены счета-фактуры  (УПД), полученные от ООО «ТПК «МАЯК» на общую сумму 29 985 781,50 руб., в т.ч.  НДС 4 574 102,27 руб.  

В адрес ООО «ЗСМ» ООО «ТПК «МАЯК» поставляло товар: «Труба ф219х6.0  

длина 8000-12000 (ТУ)»; «Труба ф159х6.0 длина 8000-12000»; «Труба ф219х6.0 длина  8000-12001»; «Труба ф159х6.0 длина 11600 (ГОСТ10705-80)», «Труба d159*6 длинна  8000-12000».  

В книгах покупок ООО «ЗСМ» за 2018-2020 годы отражены счета-фактуры  (УПД), полученные от ООО «ЧПС», на общую сумму 5 025 000,00 руб., в т. ч. НДС - 766  525,42 руб. В адрес ООО «ЗСМ» ООО «ЧПС» поставляло трубы разных марок и  диаметров.  

В книгу покупок ООО «ЗСМ» включен УПД на реализацию «Труба ф 159х6,0  8000-12000» от ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» на сумму 890 000 руб., в том числе НДС - 135  762,71 руб.  

В соответствии с представленными договорами поставки от 26.04.2018 № 16, от  17.07.2018 № 41, от 10.04.2018 № 10/04-3 поставщики - ООО «ТПК «МАЯК» (в договоре  указан недостоверный адрес и ИНН ООО «ТПК «МАЯК»), ООО «ЧПС», ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ» передают в адрес Покупателя - ООО «ЗСМ» - Товар. Продукция  поставляется партиями.  

Ассортимент, размеры, количество, марка, качество, сроки и условия поставки,  вид транспорта, цена товара, реквизиты грузоотправителя и реквизиты получателя  товара согласовываются сторонами в спецификациях, которые являются неотъемлемой  частью договора.  

Согласно условиям договоров товар отгружается на основании заявок,  транспортировка товара от Поставщика в адрес Покупателя на выбор: или силами  Поставщика, или самовывозом или иным способом, при этом выбранное условие  закрепляется в спецификации, где отражаются: условия поставки, вид используемого  транспорта, реквизиты грузоотправителя и грузополучателя.  

ООО «ЗСМ» не представило заявки и сертификаты соответствия в отношении  товаров, указанных в спецификациях спорных контрагентов.  

Инспекцией установлено, что у ООО «ЗСМ» по контрагентам ООО «ТПК  «МАЯК», ООО «ЧПС» отсутствует документальное подтверждение грузоперевозки  лицами (водителями), отраженными в транспортных накладных, представленных ООО  «ЗСМ» в подтверждение доставки труб от спорных контрагентов, в частности, доставки  трубы на территорию ООО «ЗСМ».  

В УПД, представленных ООО «ЗСМ» по сделкам с ООО «ТПК «МАЯК», ООО  «ЧПС», отражено, что трубы передают руководители контрагентов, а получает -  руководитель ООО «ЗСМ» ФИО5  

При этом в ходе проведенных допросов материально ответственные лица  Общества указали, что не помнят случаев приема товара директором ООО «ЗСМ».  Обычно ТМЦ принимали начальник производства ФИО6, мастер ФИО7, менеджер ФИО8  

ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» не перевыставило в адрес ООО «ЗСМ» затраты по  доставке трубы, не предусмотренные договором поставки, что не соответствует обычной  деловой практике и подтверждает отсутствие фактического приобретения и доставки  товара в адрес Общества.  

При этом представленные ООО «ЗСМ» по финансово-хозяйственным  взаимоотношениям с ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» УПД и транспортная накладная не  содержат все необходимые показатели, подтверждающие реальность поставки «трубы ф  159х6,0 8000-12000», поскольку в данных документах отсутствует информация,  позволяющая идентифицировать спорную сделку, а именно, отсутствуют данные о датах  погрузки и разгрузки, имеются разночтения об адресе погрузки, о грузоотправителе.  

Представленная Обществом товарная накладная по контрагенту ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ» не позволяет идентифицировать лиц, которые осуществляли отпуск,  

грузоперевозку, прием трубы, их подписи и расшифровки подписей.  

Согласно данным, отраженным в товарной накладной ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ»  в разделе 6 «Прием груза», товар для ООО «ЗСМ» отгружен с адреса: Троицкий 

<

...>.  

То есть, отгрузка трубы якобы осуществлялась непосредственно из офисного  помещения, площадь которого составляла 14 кв. м. (адрес регистрации ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ»), что фактически, учитывая объемы и размер трубы, невозможно.  

С апреля 2018 года ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» по адресу, заявленному в  учредительных документах: 

<

...>, не  находилось.  

ООО «ЗСМ» представило сертификат качества № 08-7743 на материалы (труба), в  котором реквизиты и печать ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» отсутствуют.  

Согласно данным сертификата качества грузоотправителем указано ПАО  «Северский трубный завод», грузополучатель - ООО «Складской комплекс Трубной  Металлургической Компании».  

Однако, от этих организаций инспекцией получены ответы о том, что договорных  отношений с ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» не было, что опровергает закуп Обществом  трубы у ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ».  

Инспекцией установлено несовпадение наименований трубы в первичных  документах по приобретению (УПД) от ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ» и в бухгалтерских регистрах Общества, что свидетельствует о  формальном отражении данных спорных контрагентов и ТМЦ в бухгалтерском учете.  

Обществом в течение 2018 года велся бухгалтерский учет по оприходованию  трубы в различных единицах измерения (кг, метры).  

ООО «ЗСМ» отражает в бухгалтерском учете поступления труб, приобретенных у  спорных контрагентов, в более ранние даты, чем в документах этих поставщиков.  

При этом, по реальным контрагентам информация в учете отражается в  соответствии с первичными документами поставщиков.  

В отношении контрагентов ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ» инспекцией установлено следующее:  

- отсутствие имущества, необходимого для ведения хозяйственной деятельности,  контрагенты не обладали необходимыми для осуществления деятельности трудовыми  ресурсами, у контрагентов отсутствовали в собственности (аренде) помещения для  складирования и хранения трубы;  

- контрагенты ООО «ЧПС», ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» не находились по  заявленным в ЕГРЮЛ адресам;  

- основной заявленный вид деятельности контрагентов не соответствует  оказанному для ООО «ЗСМ»;  

- уплата налогов в минимальном размере. Так, ООО «ТПК «МАЯК» представило  декларации за 1-4 кварталы 2018 года, за 1, 2 кварталы 2019 года (с нулевыми  показателями), за 3, 4 кварталы 2019 года декларации не представлены. Последняя  налоговая декларации по НДС представлена ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» 17.01.2019 за 4  квартал 2018 года нулевая. За 2019-2020 годы налоговые декларации по НДС и налогу на  прибыль ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» не представлены. ООО «ЧПС» представляло  налоговые декларации по НДС за 2018 год с минимальными суммами, подлежащими  уплате в бюджет, декларации за 2019 год представлены с нулевыми показателями;  

- короткий временной промежуток действия расчетных счетов ООО «ТПК  «МАЯК», ООО «ЧПС»;  

- ООО «ЧПС» исключено из ЕГРЮЛ 05.11.2020; 

- в результате анализа банковских выписок ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС»,  

ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ» и книг покупок не установлено закупа трубы для её  последующей реализации в адрес налогоплательщика,  

- через расчетные счета ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ» и далее по цепочке контрагентов обналичиваются денежные средства,  в том числе через физических лиц;  

- спорные контрагенты в рамках ст. 93.1 НК РФ не представили документы,  подтверждающие факт совершения хозяйственных операций по сделкам с ООО «ЗСМ»;  

- во всех УПД на поставку трубы от имени ООО «ТПК «МАЯК» отражен ИНН, не  соответствующий полученному при регистрации;  

- наличие у налогоплательщика реальных поставщиков трубы в период поставки  товара спорными контрагентами;  

- представление ООО «ЗСМ» в рамках предпроверочного анализа и к выездной  налоговой проверке разных пакетов документов по спорным контрагентам, а именно:  повторно представлен пакет документов, в котором частично изменено содержание  договоров поставки, в транспортных накладных изменены данные о водителях,  транспортных средствах, перевозчиках (Директор ООО «ЗСМ» ФИО9 по  данному факту пояснил, что точной информацией о внесении изменений  (корректировки) в документы по финансово-хозяйственным взаимоотношениям со  спорными контрагентами он не обладает, только слышал, что корректировки вносили  менеджер ФИО8 и главный бухгалтер ФИО10, все изменения в  документы внесены по адресу регистрации и осуществления деятельности ООО «ЗСМ»:  

<

...>),  

- ООО «ТПК «МАЯК» представило подложные документы в целях получения  лицензии на осуществление деятельности по заготовке, хранению, переработке и  реализации лома черных и цветных металлов в отсутствие работников, в том числе в  части наличия квалифицированного персонала;  

- в ходе проверки ООО «ЗСМ» не раскрыло информацию и не представило  документы о реальных поставщиках трубы «ф 2019х6,0 и ф 159х6,0».  

Инспекцией проведен сравнительный анализ поступления труб в адрес ООО  «ЗСМ» и списания в состав готовой продукции (стр. 179-203 акта налоговой проверки,  стр. 171-196 решения).  

По результатам анализа установлено, что трубы, поставка которых по документам  оформлена от имени ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК «ТЕХНОСТАЛЬ»,  отражены Обществом в документах (требования-накладные) и регистрах бухгалтерского  учета на счетах 10.01, 20.01 для списания на готовую продукцию (производство свай из  труб), которая впоследствии была реализована в адрес ООО «НЕФТЕГАЗМОТНАЖ».  

При этом у Общества имелось достаточное количество аналогичных труб,  приобретённых у реального поставщика ООО «МЕТАЛЛСНАБ-УРАЛ», документально  подтвердившего закуп данного товара у производителя труб.  

ООО «ЗСМ» не представило документы (акты на списание потерь,  производственные отчеты с указанием норм потребности в трубе, техническую  документацию заказчика с требованиями к готовой продукции), подтверждающие  потребность в трубе, приобретенной у ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ», фактическое использование соответствующей трубы в  производственной деятельности предприятия.  

Реальность сделок поставки товара отсутствовала. 

Таким образом, с учетом совокупности полученных в ходе проверки  доказательств установлено, что ООО «ТПК «МАЯК», ООО «ЧПС», ООО ТК  «ТЕХНОСТАЛЬ» не являлись поставщиками трубы в адрес ООО «ЗСМ», объективных  свидетельств поступления трубы налогоплательщику не имеется, сделки отражены в  

бухгалтерском и налоговом учете формально, с намерением искусственно занизить  налоговые обязательства.  

Кроме того, в ходе выездной налоговой проверки установлено нарушение  Обществом ст. 252 НК РФ, выразившееся в неправомерном принятии к учету  документально не подтвержденных расходов в общей сумме 8 246 332 руб., так как  согласно представленным Обществом первичным документам (УПД, требования,  накладные), регистрам бухгалтерского и налогового учета Обществом в состав расходов  включено приобретение труб в отсутствие подтверждающих документов, что послужило  основанием для привлечения налогоплательщика к ответственности по п. 1 ст. 122 НК  РФ.  

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении  налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.  

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным. 

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и  собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика  на получение необоснованной налоговой выгоды.  

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что:  

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве поставщиков  товара не имели реальной возможности их поставки, поскольку обладают всеми  признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организаций материальных  активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления  реальной предпринимательской деятельности, отсутствия доказательств использования  ими привлеченных ресурсов, складских помещения для хранения значительного  количества специфичного товара, представления налоговой отчетности в налоговые  органы с минимальными либо с нулевыми показателями),  

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не  исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы,  подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара,  

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара,  сопровождающаяся применением схемы «задвоения» товарного потока в виде наличия  реального потока товара от реальных поставщиков и искусственным документальным  формированием нереального потока товара с участием спорных контрагентов без их  встраивания в цепочку реальных сделок,  

- отсутствовал источник возникновения, факт приобретения спорными  контрагентами и дальнейшей транспортировки товара для его последующей реализации  налогоплательщику,  

- наличествовали показания сотрудников налогоплательщика, опровергнувших  факты получения товара лицом, указанным от имени налогоплательщика в первичных  документах,  

- имела место нетипичность хозяйственной деятельности налогоплательщика со  спорными контрагентами по отношению к реальным контрагентам налогоплательщика  (надлежащий пакет документов в отношении реальных поставщиков, включая  документы о транспортировке и сертификации товара, при отсутствии такового в  отношении спорных контрагентов, сопровождающееся недостоверностью ведения  налогоплательщиком бухгалтерского учета в виде отражения поступления товара от  спорных контрагентов ранее дат его поставки),  

- наличествовали существенные недостатки и противоречия в представленных  налогоплательщиком на проверку первичных документах (в том числе указание  несуществующих данных, отсутствие дат отгрузки и разгрузки, несоответствия в адресах  погрузки и наименованиях грузоотправителей, иные), что сопровождалось  

представлением налогоплательщиком одних и тех же документов различного  содержания,  

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной  налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки  формально участвовавших посредников (с учетом наличия у налогоплательщика прямых  хозяйственных отношений с реальными поставщиками товара и остатков  соответствующего товара),  

- использовалась схема движения денежных средств при согласованности  действий, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их  последующим обналичиванием.  

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства,  свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной  возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе  налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные  налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения  относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.  

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой  проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном  документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не  получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой  экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС и расходов по налогу на  прибыль.  

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства,  дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС,  сформированного организациями, участвовавшими в транзитном перечислении  денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым  бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным  документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность,  что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.  

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком  формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика  реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае  очевидно превалировала над экономической.  

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных  отношений спорных контрагентов, не обусловлены разумными экономическими  причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания  формального документооборота, хозяйственные операции.  

При этом, инспекцией не только приведены внешние характеристики спорных  контрагентов, указывающие на сомнения в ведении ими реальной предпринимательской  деятельности, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки  доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с  очевидностью этого для него, сопровождающаяся активным участием  налогоплательщика в умышленном создании формального документооборота  исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды.  

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными  инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась  следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной»  ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона,  но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой  выгоды.  

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства,  свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений  налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные  контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с  целью получения необоснованной налоговой выгоды.  

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что  налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от  имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции.  

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от  имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и  которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную  минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал  противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных  последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения  налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.  

Соответственно, довод налогоплательщика об отсутствии умысла и его вины в  совершении налогового правонарушения не принимается.  

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния  налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как  совершенные с умыслом.  

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения,  доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при  выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.  

Действительно, как верно указано налогоплательщиком, инспекция не вправе  оценивать экономическую целесообразность принимаемых хозяйствующими субъектами  решений, однако это имеет правовое значение лишь в том случае, если по результатам  налоговой проверки не установлены обстоятельства, свидетельствующие о  необоснованности получения налоговой выгоды.  

В обратном случае, инспекция вправе оценивать действия налогоплательщика, в  том числе, и на предмет наличия разумных экономических причин и намерений  получить реальный экономический эффект в результате реальной предпринимательской  деятельности, как правомочная при таких обстоятельствах оценивать обоснованность  получения налоговой выгоды.  

Ссылка налогоплательщика на то, что представленные на проверку первичные  документы составлены по установленной форме и подписаны уполномоченными  лицами, что является доказательством реальности сделок, не принимается, поскольку  представление налогоплательщиком всех необходимых в соответствии с НК РФ  документов в обоснование налоговой выгоды само по себе не может являться  безусловным доказательством наличия реальных хозяйственных операций без проверки  достоверности сведений, содержащихся в указанных документах, а потому при решении  инспекцией вопроса правомерности получения налогоплательщиком налоговой выгоды  учитываются результаты проведенных налоговыми органами проверок достоверности и  непротиворечивости представленных документов, а также организаций-контрагентов.  

Довод налогоплательщика о том, что представление инспекции аналогичного  пакета документов различного содержания объясняется ошибками, допущенными  лицом, ответственного у налогоплательщика за ведение бухгалтерского и налогового  учета, подлежит отклонению, как находящийся за пределами предмета исследования по  настоящему делу.  

Кроме того, именно на налогоплательщика действующим законодательством  возложена обязанность по достоверному ведению бухгалтерского и налогового учета в  

соответствии с фактически произведенными хозяйственными операциями. При этом,  риски отсутствия со стороны налогоплательщика в этой части надлежащего контроля не  могут быть переложены на бюджет.  

Ссылка налогоплательщика на судебные акты по делу № А76-7058/2018 не  принимается, поскольку налоговые последствия для налогоплательщика судом в  приведенном судебном споре не рассматривались.  

Доводы налогоплательщика о недоказанности инспекций отсутствия у него  потребности в приобретении спорного товара и о неправомерности произведенного  инспекцией расчета расхода товара не принимаются, поскольку в соответствии со ст. 252  НК РФ для целей уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль расходы должны  быть реально понесены, связаны с производственной деятельностью, подтверждены  оформленными в соответствии с законодательством РФ документами, с возможностью  достоверного установления параметров таких расходов.  

Однако, в данном случае, инспекцией с учетом проведенного анализа (стр. 179203 акта налоговой проверки, стр. 171-196 оспоренного решения) установлено, что  заявленные сделки не обладали признаком реальности, налогоплательщиком  документально не подтверждена потребность в количестве товара, заявленного как  приобретенного у спорных контрагентов, доказательств использования спорного товара  в производственной деятельности налогоплательщика (в том числе акты на списание,  производственные отчеты с указанием норм потребности в трубе, техническая  документация заказчика с требованиями к готовой продукции, иные документы)  инспекции не представлялось.  

Само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете  налогоплательщика, на что сослался налогоплательщик, не опровергает выводов  инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих  хозяйственных операций.  

Тем более, что указанное обстоятельство (отсутствие потребности в спорном  товаре) не явилось единственным и основополагающим для постановки указанных выше  выводов инспекции, равно как и учитывалось ею в совокупности с целым массивом  иных доказательств, собранных в ходе налоговой проверки.  

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его  мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорных контрагентов подлежат  отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный  характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены  лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует  об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания  денежных средств.  

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией не проведены исчерпывающие  мероприятия налогового контроля, не допрошено достаточное количество свидетелей, а  показания опрошенных – неверно истолкованы инспекцией, указанных выше выводов  инспекции, основанных на всей совокупности собранных в ходе налоговой проверки  доказательств, не опровергает.  

Ссылка налогоплательщика на адвокатские опросы не принимается, поскольку  отсутствуют процессуальные основания для признания таких документов надлежащими  доказательствами. В силу положений ст.ст. 64, 68, 75, 88 АПК РФ, а также разъяснений,  изложенных в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от  04.04.2006 № 100-О, протокол опроса, проведенного адвокатом в соответствии с  положениями Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской  Федерации, не может быть признан допустимым доказательством при рассмотрении дела  арбитражным судом и установлении обстоятельств, которые могут быть подтверждены  

определенными доказательствами, ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном  законодательстве такого средства доказывания как составленные адвокатом письменные  пояснения свидетеля.  

Не принимается ссылка налогоплательщика об отсутствии возможности нести  ответственность за своих контрагентов на всех стадиях уплаты налога в бюджет,  поскольку именно налогоплательщиком заявлены сделки со спорными контрагентами, а  потому негативные последствия в этой части не могут быть переложены на бюджет РФ.  

При этом, именно налогоплательщик, вступая в подобные хозяйственные  отношения, несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых  договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований  налогового законодательства он лишается возможности провести налоговые вычеты  либо уменьшить налогооблагаемую прибыль ввиду отсутствия надлежаще оформленных  первичных документов, подтверждающих реальные хозяйственные операции.  

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств  исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются  судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании  налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации,  позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской  (иной экономической) деятельностью.  

Возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства,  установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную  трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о  недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом,  налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства,  свидетельствующие об отсутствии у хозяйственных операций признака реальности и об  участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях  получения необоснованной налоговой выгоды.  

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств,  полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная  совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых  претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью  доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках  мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая  совокупность доказательств инспекцией представлена.  

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в  удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.  

Кроме того, в ходе выездной налоговой проверки инспекцией установлено  неправомерное принятие налогоплательщиком к учету документально не  подтвержденных расходов в общей сумме 8 246 332 руб., поскольку  налогоплательщиком в нарушение положений ст. 252 НК РФ, в состав расходов при  исчислении налогооблагаемой прибыли включено приобретение товара (труб) в  отсутствие подтверждающих документов, что правомерно послужило основанием для  доначисления налога на прибыль в размере 1 649 267 руб., соответствующих пени и  штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ.  

Доводов о незаконности оспоренного решения в этой части налогоплательщиком  не приведено, что исключает возможность признания недействительным решения  инспекции в этой части.  

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным оспоренного  решения инспекции у арбитражного суда не имеется.  

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания  оспоренного ненормативного акта недействительным, что исключает возможность  удовлетворения требования налогоплательщика.  

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные  расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.  

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в  Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы  через Арбитражный суд Челябинской области.  

Судья А.П. Свечников