ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А72-12489/2019

г. Самара

28 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 апреля 2022 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Львова Я.А., Мальцева Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

с участием в судебном заседании: 

от ФИО2 - представители ФИО3, ФИО4, по доверенности от 30.10.2021, 

от ФИО5 – представитель ФИО6, по доверенности от 24.05.2021,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 20.12.2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела № А72-12489/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ВРЕМЯ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 02.08.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Время» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>). 

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 26.10.2020 (резолютивная часть решения объявлена 21.10.2020) ООО «Время» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО7, члена Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада». 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.12.2020 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада». Сведения о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника опубликованы в газете «КоммерсантЪ» №209 от 14.11.2020. 

Конкурсный управляющий ФИО7 обратилась с заявлением (с учетом принятых судом уточнений) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором просила привлечь бывших руководителей ООО «Время» ФИО5, ФИО2, единственного участника ООО «Время» к субсидиарной ответственности по обязательства должника. 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 21.12.2021 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО8.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 20.12.2021 заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВРЕМЯ». В остальной части заявление оставлено без удовлетворения. Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего ООО «ВРЕМЯ» о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 22.03.2022. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, приобщен к материалам дела в соответствии со ст. 262 АПК РФ. 

От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения, приобщены к материалам дела, в соответствии со ст. 81 АПК РФ. 

От ФИО2 поступили дополнительные пояснения, приобщены к материалам дела, в соответствии со ст. 81 АПК РФ.

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 судебное заседание отложено.

От конкурсного управляющего поступили письменные пояснения, приобщены к материалам дела, в соответствии со ст. 81 АПК РФ. 

От ФИО5 поступили возражения, на письменные пояснения конкурсного управляющего, приобщены к материалам дела. 

От ФИО2 поступили дополнительные объяснения к апелляционной жалобе и возражения на письменную позицию конкурсного управляющего, приобщены к материалам дела. 

Представителем ФИО2 заявлено ходатайства об обязании конкурсного управляющего, провести совместный осмотр базы, а также об истребовании доказательства в Российском союзе автостраховщиков, Управлении ГИБДД УМВД России по Ульяновской области, данное ходатайство не подлежит удовлетворению, поскольку было рассмотрено судом первой инстанции.

Представителем ФИО2 также заявлено ходатайство о приостановлении производства и отложении судебного разбирательства, в связи с подачей жалобы на действия конкурсного управляющего ФИО8, арбитражного управляющего ФИО7, выразившихся в не проведении инвентаризации Упаковочной машины МТУ «Вектор-600»; бездействие конкурсного управляющего ФИО8, арбитражного управляющего ФИО7, выразившихся в не проведении совместного с ФИО2 осмотра базы по адресу: Ульяновская область, г. Ульяновск, поселок Лесная ФИО9, литер В10, взыскании с конкурсного управляющего ФИО8, арбитражного управляющего ФИО7 убытков в солидарном порядке в размере 341 388 руб., обязании конкурсного управляющего ФИО8, арбитражного управляющего ФИО7 провести совместно с ФИО2 осмотр базы по адресу: Ульяновская область, г. Ульяновск, поселок Лесная ФИО9, литер В10 для выявления и учета Упаковочной машины МТУ «Вектор-600».

Суд, совещаясь на месте, определил отказать в удовлетворении ходатайства о приостановлении и отложении судебного разбирательства, подлежит отклонению ввиду отсутствия достаточных процессуальных оснований, в соответствии со ст.ст.158, 143 АПК РФ.

Представители ФИО2 апелляционную жалобу поддержали, просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представитель ФИО5 апелляционную жалобу поддержал, просил определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Согласно ч.1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п.1 ст.32 Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что руководителями ООО «Время» с 22.06.2016 по 05.06.2017 являлся ФИО5, с 06.06.2017 (согласно решения участника №5/2017) являлся ФИО2 (внесены сведения в ЕГРЮЛ 19.06.2017).

Конкурсный управляющий указывает, что неплатежеспособность должника возникла в связи с наличием задолженности:

перед ПАО "АК БАРС" БАНК - с 11.09.2018;

перед УФНС России - за 3, 4 квартал 2018 года, 1,2 квартал 2019 года;

перед ПАО "МРСК Волги" - с 23.07.2019;

-перед ФИО10 - 10.06.2017 - по займу, по просроченному платежу по лизингу - с 31.03.2018;

перед ООО "Пластупак" - с 10.01.2018;

перед ООО "Производственная Компания" - с 26.02.2018;

перед ООО "Мир ароматов" - с 26.06.2019.

Судом первой инстанции установлено, что на дату прекращения полномочий ФИО5 не только не возникла обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом, но и еще не наступил срок возврата самого займа по договору от 05.07.2016 №16/045, что исключает возможность привлечения его к субсидиарной ответственности.

Согласно заявлению ФИО10 о включении в реестр требований кредиторов, задолженность последней в размере 21 520 954,86 руб. возникла из договора уступки прав требования №17/004, согласно которому к ФИО10 перешло право требования к ООО "Время" исполнения обязательства по возврату заемных средств по договору займа №16/045 от 05.07.2016, заключенного между ИП ФИО11 и ООО "Время". Таким образом, первоначальным кредитором являлось аффилированное лицо - единственный участник ООО "Время" - контролирующее лицо ФИО11 на стороне займодавца.

В рамках обособленного спора №А72-12489-3/2019 установлено, что 31.05.2016 между ФИО10 (Займодавец) и ФИО11 (Заемщик) заключен договор займа, согласно которому Займодавец обязуется передать Заемщику в собственность наличные денежные средства в размере 11 500 000 руб. под проценты в размере 26% годовых от суммы займа, а Заемщик обязуется возвратить указанную сумму денег (выплатить кредит) и уплатить Займодавцу проценты за пользование чужими денежными средствами в сроки и в порядке, указанные в договоре. Передача денежных средств подтверждается собственноручной распиской Заемщика (п. 1.1, 1.2 договора).

05.07.2016 между ФИО10 (Займодавец) и ФИО11 (Заемщик) заключен договор займа, согласно которому Займодавец передает Заемщику в собственность денежные средства в размере: 5 500 000 руб. под проценты в размере 26% годовых от суммы займа, а Заемщик обязуется возвратить указанную сумму денег (выплатить кредит) и уплатить Займодавцу проценты за пользование чужими денежными средствами в сроки и в порядке, указанные в договоре. Передача денежных средств подтверждается собственноручной распиской Заемщика (п. 1.1, 1.2 договора).

05.07.2016 между ИП ФИО11 (Заимодавец) и ООО "ВРЕМЯ" (Заемщик) заключен договор займа №16/045, согласно которому Заимодавец передает Заемщику в собственность денежные средства в сумме 18 500 000 руб. под проценты в размере 10% годовых, а Заемщик обязуется возвратить указанную сумму денег в сроки и в порядке, указанные в договоре (п. 1.1 договора).

Доказательств того, что предоставленное финансирование по договору займа №16/045 не является компенсационным, в материалы дела не представлено, в связи с чем презюмируется, что финансирование предоставлено в ситуации имущественного кризиса.

Таким образом, судебным актом установлено, что предоставленные по договорам от 31.05.2016 и от 05.07.2016 заемные средства в последующем были переданы в качестве займа должнику (ООО "ВРЕМЯ") по договору от 05.07.2016. Установлено, что денежные средства были переданы в ситуации имущественного кризиса должника.

Вместе с тем, как указано правомерно судом первой инстанции, наличие задолженности перед отдельными кредиторами не означает неплатежеспособность должника.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд, является гражданско-правовой, поэтому привлечение данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Правовыми основаниями для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности являются не только вина указанного лица, но и причинно-следственная связь между его действиями и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания согласно статьи 65 АПК РФ, должно подтверждаться (доказываться) лицом, обратившимся с соответствующими требованиями в суд.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670 (3)).

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2013 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве и негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности, тем более при осуществлении деятельности по управлению и эксплуатации жилищного фонда.

В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед отдельными кредиторами за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2019 следует, что размер обязательств должника не превышал размера активов должника ни по состоянию на 31.12.2017, ни на 31.12.2018, ни на 31.12.2019.

Конкурсным управляющим не обосновано, каким образом приведенная им задолженность перед отдельным кредитором повлияла на возникновение признаков объективного банкротства в то временной период, который указан управляющим в обоснование своих требований.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно не усмотрено оснований для привлечения ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности за нарушение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Относительно требований конкурсного управляющего о привлечении к ответственности ФИО11 судом первой инстанции установлено следующее.

Пункт 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве введен Законом №266-ФЗ от 29.07.2017, который вступил в действие 30.07.2017.

С учетом указанного конкурсным управляющим временного периода, когда возникал обязанность по обращению с заявлением в суд, нормы статьи 9 Закона о банкротстве не могут быть применены к ФИО11

Соответственно, требования о привлечении ФИО11 к субсидиарной ответственности правомерно  признаны судом первой инстанции необоснованными.

Кроме того, конкурсный управляющий также указал на основания привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО2 за неисполнение обязанностей по передаче документов, а также совершение сделок по продаже наиболее ликвидного имущества (транспортных средств) с аффилированными лицами в период руководства ФИО5

Оставляя заявление конкурсного управляющего должника без удовлетворения в части совершения ФИО5, ФИО2 неправомерных сделок, суд первой инстанции указал следующее.

В рамках обособленного спора №А72-12489-6/2019 установлено, что транспортные средства ЗИЛ-130, 1983 г.в., гос. номер С393ЕМ73, ГАЗ 5312 ГЗСА - 950, ХТН531200К1248497, 1989 г.в., гос. номер 

<

***> ЗИЛ 474100, гос. номер 

<

***> ПАЗ 32050R, 1999 г.в., гос. номер 

<

***> УАЗ 3303, гос. номер 

<

***> на момент вступления его в должность директора отсутствовали; остальные транспортные средства были проданы (в подтверждение представлены договоры купли-продажи от 31.05.2018, от 06.12.2018, от 17.08.2018).

ФИО5 указано, что транспортное средство ЗИЛ-130, 1983 г.в., было снято с учета 20.06.2015.

Из ответа УФНС России по Ульяновской области от 15.07.2021 №18-21/12048 следует, что должник владел указанными конкурсным управляющим транспортными средствами в период 2016-2020 гг., за исключением транспортного средства ЗИЛ-130, гос. номер С393ЕМ73 (снят с регистрационного учета 20.06.2015).

Конкурсным управляющим представлены акты осмотра залогового оборудования от 18.05.2020, от 04.06.2021, из которых следует, что упаковочная машина МТУ Вектор-600 не обнаружена у должника.

Таким образом, факт реализации части транспортных средств из указанного управляющим перечня установлен судебным актом. Одно из указанных управляющим транспортных средств выбыло из владения должника до вступления ФИО5 в должность руководителя.

Доказательств того, что транспортные средства были реализованы по заведомо заниженным ценам, в материалы дела не представлено.

Из анализа указанных обстоятельств по делу следует, и правомерно установлено судом первой инстанции, что сделки по отчуждению транспортных средств не оказали существенное влияние на деятельность должника и не привели к банкротству последнего, а также то, что отсутствие упаковочной машины МТУ Вектор-600 явилось необходимой причиной банкротства должника. Доказательств того, что отсутствие указанного оборудования явилось следствием действий лиц, в отношении которых подано заявление о привлечении к ответственности, конкурсным управляющим должника не представил.

На основании изложенного, доводы конкурсного управляющего должника в отзыве на апелляционную жалобы о наличии указанных оснований для привлечения ФИО5, ФИО2 к субсидиарной ответственности, по совершенным сделкам, и не передаче транспортных средств и упаковочной машины МТУ Вектор-600, судебной коллегией отклоняются, в связи с тем, что не являются основаниями поданной ФИО2 апелляционной жалобы.

Устанавливая наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 в части не передачи документов, касающейся дебиторской задолженности, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

Согласно п. 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя, в том числе, бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №53) по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Указанные положения законодательства не исключают возможность привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия, совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах), статья 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.).

Пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ №53 установлено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ №53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Согласно ч. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии со ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В силу ч. 1 ст. 50 Закона об ООО общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации,  уставом общества,   внутренними документами  общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Согласно п. 1, 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Как указано в п. 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 ГК РФ). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Статьей 6 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" установлено, что экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

В соответствии с требованиями ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В ходе судебного разбирательства бывшим руководителем ООО «Время» ФИО2 были переданы документы о деятельности должника, на что указывает и сам конкурсный управляющий.

Между тем, доказательств передачи документации, касающейся дебиторской задолженности в сумме 35 985 973,90 руб., не представлено.

В структуре баланса на 31.12.2019 дебиторская задолженность занимает 42,50% активов, то есть составляет существенную долю активов должника, следовательно, не передача документации, касающейся дебиторской задолженности, существенно затрудняет формирование конкурсной массы и проведение процедуры банкротства.

ФИО2 не представлено каких-либо пояснений относительно того, предпринимались ли им меры по получению документации, касающейся дебиторской задолженности, по её взысканию.

Доводы ФИО2 со ссылками на копию акта приема-передачи дебиторской задолженности, подписанной ФИО12, ФИО13 и ФИО11, судом отклоняются, поскольку даже если такая передачи и имела место, эти обстоятельства не освобождают руководителя (ФИО2) от обязанностей по истребованию либо восстановлению первичных документов.

Доказательств того, что ФИО2 обращался к ФИО11, а последняя удерживала документацию должника, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о доказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 по ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Основанием для предъявления требований к ФИО5, связанных с нарушением обязанностей по передаче документов должника, управляющим указан отказ в требованиях к ФИО2 о передаче документов (спор №А72-12489-6/2019).

Доводы конкурсного управляющего о том, что отказ в требованиях к ФИО2 об истребовании документации (обособленный спор №А72-12489-6/2019) автоматически означает неисполнение обязанности по передаче документов ФИО5, судебной коллегией отклоняются как необоснованные.

Никаких доказательств того, что первичные документы о деятельности должника находятся у ФИО5 и последний препятствует в их получении, не представлено.

Как указано конкурсным управляющим, размер неподтвержденной документально дебиторской задолженности составляет 36 268 439 руб. 71 коп.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что дебиторская задолженность не имела никакой ценности для кредиторов, поскольку большая ее часть с просроченным сроком исковой давности, судебной коллегией отклоняется как необоснованный и основанный на предположении в отсутствие документального подтверждения.

Из представленной конкурсному управляющему должника оборотно-сальдовой ведомости по счету 60, 62 следует, что идентифицируются наименования дебитора и сумма задолженности, и отсутствуют сведения о ИНН и ОГРН в отношении кредиторов в общем размере 29 390 116,10 руб.

В отношении дебиторов в общем размере  7 796 704,07 руб. неверно отражена дебиторская задолженность, что установлено конкурсным управляющим должника после предоставления контрагентами документов, с фактическим отсутствием задолженности, при этом в отношении ряда контрагентов внесены сведения о прекращении деятельности.

В ходе конкурсного производства по результатам работы по взысканию дебиторской задолженности погашена задолженность в общем размере 26 921,90 руб.

Указанная в актах сверках за период 2016-2018 года на общую сумму 282 465,81 руб. не числится в оборотно-сальдовой ведомости по счетам №60, 62.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы о том, что конкурсный управляющий должника имел возможность направить претензии к крупным дебиторам, как ОП Ульяновское отделение Ульяновскэнерго ОАО (долг - 1 216 500 руб.), Мегафон ОАО (долг - 14 000 руб.), Мегафон Поволжье ПАО (долг 12 627,73 руб.), поскольку указанные контрагенты являются единственным в своем роде общественными организациями, ИНН и адреса которых возможно восстановить с помощью сведений ЕГРЮЛ, отклоняется судебной коллегией, поскольку указанное не освобождает бывшего руководителя должника от передачи полной первичной документации в обоснование дебиторской задолженности, иное ведет к невозможности формирования конкурсной массы должника.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 26.10.2021 о продлении конкурсного производства,  по состоянию на 20.08.2021 в конкурсную массу должника включены основные средства балансовой стоимостью 40 582,640 тыс. руб. (рыночная стоимость 40 237,900 тыс. руб.), в том числе 36 062, 233 тыс. руб. (рыночная стоимость 35 117,400 тыс. руб.) - в залоге; в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 23 097 733 руб., из них удовлетворены требования кредиторов на сумму 674 881 руб.; во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 476 665 руб. (удовлетворены в полном объеме).

В силу ч. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 20.12.2021 по делу № А72-12489/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                        Г.О. Попова

Судьи                                                                                                      Я.А. Львов

                   Н.А. Мальцев