СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6084/2023(3,4)-АК

Дело №А60-27260/2021

06 февраля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 февраля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,  

судей                                 Макарова Т.В., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии:

от заявителя жалобы - кредитора общества с ограниченной ответственностью Инженерный Центр «Новые Решения»: ФИО2, доверенность от 05.05.2022, удостоверение адвоката; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и кредитора общества с ограниченной ответственностью Инженерный Центр «Новые Решения»

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 24 ноября 2023 года

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО4 о взыскании с ФИО3 в пользу должника 10 237 970,08 руб. убытков и взыскании с ФИО5 в пользу должника 84 127 руб. убытков,

вынесенное в рамках дела №А60-27260/2021

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Тректоп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «ГарантСтройСервис» (ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО6, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2021 принято к производству заявление ФНС России в лице ИФНС России по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга (далее – уполномоченный орган, налоговый орган) о признании общества с ограниченной ответственностью «Тректоп» (далее – ООО «Тректоп», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2022 ООО «Тректоп» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

Публикация о введении в отношении должника конкурсного производства произведена в газете «КоммерсантЪ» от 02.04.2022 №57(7258).

05.08.2022 конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с бывшего руководителя ООО «Тректоп» ФИО3 (далее – ФИО3) убытков в размере 10 237 970,08 руб. 

Определением арбитражного суда от 12.08.2022 заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков принято к производству и назначено к рассмотрению в судебных заседаниях. 

05.08.2023 в арбитражный суд поступило еще одно заявление конкурсного управляющего ФИО4, в котором он просил взыскать солидарно с бывшего руководителя ООО «Тректоп» ФИО3 и бухгалтера ФИО5 (далее - ФИО5) убытки в общем размере 84 127 руб. 

Определением арбитражного суда от 12.08.2022 заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков принято к производству; назначено судебное заседание по проверке обоснованности указанного заявления.

Определением арбитражного суда от 20.12.2022 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в рассмотрении заявления конкурсного управляющего  в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «ГарантСтройСервис» в лице конкурсного управляющего ФИО6.

Определениями арбитражного суда от 02.02.2023 в порядке статьи 130 АПК РФ оба заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

До рассмотрения требований по существу конкурсный управляющий ФИО4 уточнил заявленные требования, в связи с чем, просил взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО5 убытки в размере 10 322 097,08 руб. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от  24.11.2023 с ФИО3 в пользу ООО «Тректоп» взыскано 10 237 970,08 руб. убытков; с ФИО5 в пользу ООО «Тректоп» взыскано 84 127 руб. убытков.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 и один из конкурсных кредиторов должника общество с ограниченной ответственностью Инженерный Центр «Новые Решения» (далее – ООО Инженерный Центр «Новые Решения») обратились с апелляционными жалобами.

В своей апелляционной жалобе ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, просит обжалуемый судебный акт отменить, вынести новый об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование своей позиции указывает на недоказанность конкурсным управляющим совокупности условий, необходимых для взыскания убытков. Полагает, что суд первой инстанции необоснованно критически отнесся к представленным ФИО3 в материалы дела доказательствам; кроме того, считает, что суд неправомерно возложил на ФИО3 обязанность по доказыванию обстоятельств, которые подлежат доказыванию конкурсным управляющим, при этом, сам факт совершения апеллянтом каких-либо противоправных действий в разрез интересам предприятия управляющим не доказан, а вывод о его противоправном основан исключительно на обстоятельствах ненадлежащего исполнения или неисполнения ФИО3 своих процессуальных обязанностей перед судом и своих процедурных обязанностей в рамках процедуры банкротства. По сути, ФИО3 наказан за свою бытовую нерасторопность, которой обладает в силу своего преклонного возраста, что является несправедливым и не соответствует целям правосудия.

Кредитор ООО Инженерный Центр «Новые Решения» в своей апелляционной жалобе просит обжалуемый судебный акт отменить в части отказа во взыскании с ФИО5 убытков на сумму 10 237 970,08 руб. солидарно с ФИО3 В обоснование своей позиции указывает на то, что, являясь единственный бухгалтером в организации, ФИО5 должна была быть осведомлена об осуществлении ФИО3 безосновательных операциях по систематическому выводу денежных средств со счета ООО «Тректоп» в течение продолжительного периода с 04.06.2018 по 14.10.2019 и на крупную сумму, превышающую 10 мил. руб., то есть тех средств, которые должны были быть направлены на исполнение должником обязательств перед кредиторами. Указанное свидетельствует о том, что действия ФИО3 и ФИО5 являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения супругов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2019 №305-ЭС19-13326 по делу №А40-131425/2016). Отмечает, что в действительности ФИО5 несла обязанность по осуществлению внутреннего контроля совершаемых фактов хозяйственной деятельности предприятия, однако не препятствовала руководителю в реализации сделок, не соответствующих интересам должника, то есть сознательно пособничала совершению ФИО3 незаконных операций, являлась их соисполнителем. 

До начала судебного заседания от ФИО5 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу кредитора ООО Инженерный Центр «Новые Решения», согласно которому просит определение суда в обжалуемой им части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Ко дню судебного заседания (24.01.2024) от ФИО3 поступило ходатайство об истребовании у общества с ограниченной ответственностью «Сибирская Энергетическая Компания» (далее – ООО «Сибирская Энергетическая Компания») (ИНН 

<

***>, адрес: ЯНАО, г.Новый Уренгой, ул.26 съезда КПСС, 80-70) оригиналов документов, переданных ФИО3 по договору уступки требования от 12.05.2021; у общества с ограниченной ответственностью «УралГеоСервис-РП» (далее – ООО «УралГеоСервис-РП») (620014, 

<

...>/8) оригинала договора перевода долга от 29.12.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «ГарантСтройСервис» (далее – ООО «ГарантСтройСервис») и обществом с ограниченной ответственностью «УралГеоСервис-РП» (далее – ООО «УралГеоСервис-РП»); у ООО «ГарантСтройСервис» (629300, ЯНАО, г.Новый Уренгой, Западная промзона, панель «Ж») оригиналов договоров займов, заключенных между ООО «ГарантСтройСервис» и ООО «Тректоп» за период с 01.01.2018 по 31.12.2019, и оригиналов документов, подтверждающих выдачу и возврат займов по указанным договорам займов.

В судебном заседании представитель кредитора ООО Инженерный Центр «Новые Решения» возразил против удовлетворения данного ходатайства.

Данное ходатайство судом апелляционной инстанции рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ, в его удовлетворении отказано ввиду следующего.

Согласно части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции были отклонены ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств и суд признает эти причины уважительными.

В пункте 29 постановления Пленума ВС РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу таких причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 АПК РФ, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Из материалов дела следует, что ходатайство об истребовании у ООО «Сибирская Энергетическая Компания» оригиналов документов, переданных ФИО3 по договору уступки требования от 12.05.2021; у ООО «УралГеоСервис-РП» оригинала договора перевода долга от 29.12.2019, заключенного между ООО «ГарантСтройСервис» и ООО «УралГеоСервис-РП»; у ООО «ГарантСтройСервис» оригиналов договоров займов, заключенных между ООО «ГарантСтройСервис» и ООО «Тректоп» за период с 01.01.2018 по 31.12.2019, и оригиналов документов, подтверждающих выдачу и возврат займов по указанным договорам займов в суде первой инстанции не заявлялось; объективные причины невозможности заявления данного ходатайства судом апелляционной инстанции не установлены, в связи с чем, руководствуясь вышеприведенными положениями АПК РФ и правовой позицией высшей инстанции, суд отказывает в его удовлетворении.

Представитель кредитора ООО Инженерный Центр «Новые Решения» доводы своей апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемой им части настаивал, против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3 возражал. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и указывалось выше, 04.06.2021 на основании заявления уполномоченного органа в отношении ООО «Тректоп» возбуждено настоящее дело о банкротстве; решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.03.2022 ООО «Тректоп» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В ходе осуществления своей деятельности конкурсным управляющим  было установлено, что в период с 04.06.2018 по 14.10.2019 с расчетного счета ООО «Тректоп», открытого в публичном акционерном обществе «Сбербанк» (далее – ПАО «Сбербанк», (№407028***********975) бывшим руководителем должника ФИО3 с использованием карты Visa Business Platinum 4274991041602153 были сняты наличные денежные средства на общую сумму 10 237 970,08 руб. для своих личных целей (оплата покупок в магазинах, на заправках, кафе, в аптеках и пр.).

         Помимо этого, используя свои должностные полномочия, ФИО3 оформил на имя ФИО5 дебетовую карту Visa Business Platinum 4274991063083415, в последующим в период с 12.09.2019 по 24.09.2019 осуществив операции по расходованию и снятию со счета ООО «Тректоп» (№407028***********975) денежных средств в общем размере 84 127 руб. для своих личных целей (оплата покупок в магазинах, на заправках, кафе, в аптеках и пр.). 

Ссылаясь на отсутствие каких-либо доказательств оприходования снятых с расчетного счета должника денежных средств, возвращения или использования их в хозяйственной деятельности ООО «Тректоп», конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с ФИО3 и ФИО5 убытков в размере 10 322 097,08 руб.

Рассмотрев требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО3 к ответственности в виде убытков на сумму  10 237 970,08 руб., ФИО5 – на сумму 84 127 руб. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Ответственность, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). Согласно указанной норме права под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу статей 15 и 1064 ГК РФ для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать совокупность следующих необходимых элементов: наличие и размер убытков, противоправность поведения их причинителя, а также наличие причинно-следственной связи между соответствующим противоправным поведением и убытками.

Основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков к руководителям хозяйственных обществ предусмотрены пунктом 3 статьи 53 и пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Так, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться, в частности, в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В силу пункта 7 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 к указанным преимуществам может быть отнесено получение выгоды из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Принимая во внимание положения статьи 65 АПК РФ, конкурсный управляющий обязан доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение ФИО3 и ФИО5

Как указывалось выше, в качестве основания для возникновения у должника и его кредиторов убытков конкурсным управляющим было указано на необоснованное осуществление бывшим руководителем ООО «Тректоп» ФИО3 с использованием карты Visa Business Platinum 4274991041602153 в период с 04.06.2018 по 14.10.2019 операций по расходованию и снятию со счета должника денежных средств в общей сумме 10 237 970,08 руб. и отсутствием документов, подтверждающих законность расходование данных денежных средств в целях осуществления хозяйственной деятельности предприятия. 

Из материалов дела, сведений из единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) усматривается, что, начиная с 07.04.2014, руководителем и единственным участником (учредителем) ООО «Тректоп» с долей участия в  уставном капитале в размере 100%  является ФИО3 

В подтверждение правомерности совершенных операций ФИО3 представил в материалы дела копии договоров займа, договоров уступки требования, приходных кассовых ордеров и иных сохранившихся в его распоряжении документов, из которых следует хронология развития событий. 

Так, в период с 13.06.2018 по 27.09.2019 ООО «Тректоп» было выдано 90 займов ООО «ГарантСтройСервис», директором которого является ФИО7, на общую сумму 9 402 000 руб. 

29.12.2019 с согласия ООО «Тректоп» была произведена замена должника с ООО «ГарантСтройСервис» (ИНН 

<

***>) на ООО «УралГеоСервис-РП» (ИНН 

<

***>). 

01.05.2021 между ООО «Тректоп» в лице ФИО3 и ФИО3 был подписан договор уступки права требования к должнику ООО «УралГеоСервис-РП». 

12.05.2021 между ФИО3 и ООО «Сибирская Энергетическая Компания» (ИНН 

<

***>) был заключен договор уступки требования, по условиям которого право требования к ООО «УралГеоСервис-РП» перешло к ООО «Сибирская Энергетическая Компания». 

Со стороны ООО «Сибирская Энергетическая Компания» указанный договор был подписан ФИО7 

12.05.2021 подписан акт приема-передачи оригиналов документов, включая договоры цессии, договоры займа и квитанции. 

Со стороны ООО «Сибирская Энергетическая Компания» данный акт был подписан ФИО7 

22.05.2023 в ответ на претензию ФИО3 в адрес последнего поступило письмо ООО «Сибирская Энергетическая Компания», в котором сообщалось о том, что договор уступки права требования от 12.05.2021 является незаключенным ввиду отсутствия у ФИО7 на дату его подписания соответствующих полномочий на совершение данных действий.

Таким образом, по первоначальным займам произошла замена должника, а также первоначального кредитора цепочкой договоров цессии, при этом последний из этих договоров (договор уступки требования от 12.05.2021) подписан лицом, не имеющим полномочий на дату подписания договора цессии

Вместе с тем, суд первой инстанции обоснованно критически отнесся к поступившим со стороны ФИО3 доказательствам, поскольку оригиналы указанных документов в материалы дела представлены не были, разумных объяснений причин отсутствия этих документов в бухгалтерии ООО «Тректоп» ответчиком приведено не было, равно как и не представлено доказательств отражения данных операций в отчетности должника.

Как разъяснено в абзаце 8 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление ВАС РФ от 30.07.2013 №62), директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В обоснование разумности своих действий по заключению договоров займа ФИО3 указал на то, что выдавал займы с целью получения прибыли и имел разумные ожидания на возврат денежных средств ввиду длительного знакомства с руководителем ООО «ГарантСтройСервис» ФИО7, а все последующие действия в виде цепочки переуступок, были совершены с целью возврата денежных средств.

По мнению конкурсного управляющего, действия ФИО3 как руководителя организации, напротив, в значительной степени отличаются от действий, совершаемых руководителем организации в хозяйственной деятельности при аналогичных условиях, и не имеют под собой какого-либо логического или экономического обоснования.

Установив, что изначальные условия договоров займа являлись очевидно невыгодными для организации, поскольку предполагали получение прибыли только через 7 лет, по истечении срока договора, без получения каких-либо промежуточных процентов в течение указанного периода, то есть, фактически, денежные средства выбывали из хозяйственного оборота общества на длительный период без возможности получения какого-либо дохода за счет этих денежных средств, при этом, такие действия совершены без учета волатильности экономической ситуации, среднегодовой инфляции в Российской Федерации (за 2022 год инфляция составила 11,77%), а также иных макроэкономических факторов, которые фактически нивелируют доходность выданных займов к моменту их теоретического погашения, суд первой инстанции правомерно заключил, что в данном случае цель извлечения прибыли совершаемыми ответчиком действиями была не оправдана, а условия сделок невыгодно отличались от условий, на которых совершаются аналогичные сделки, верно указав на то, что избрание наличного способа передачи денежных средств между юридическими лицами, при условии наличия у организаций расчетных счетов, а также с учетом местоположения организаций, которые находятся в разных регионах (адрес заемщика: ООО «ГарантСтройСервис» 629300, Ямало-Ненецкий Автономный округ, г.Новый Уренгой, панель «ж», адрес заимодавца: 620043, 

<

...> д.108-2) представляется нецелесообразным для целей заключения спорных договоров займа, на которые ссылается ответчик, при том, что систематическая передача крупных денежных сумм по договорам займа без получения возврата также не отвечает экономическим интересам юридического лица.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание изложенное, арбитражный суд первой инстанции сделал правильный вывод о недоказанности ответчиком обоснованности и экономической целесообразности совершенных им действий по предоставлению займов, по последовательной уступке права требования, а также реальности заемных отношений между сторонами.

Помимо этого, возражая на доводы конкурсного управляющего, ФИО3 также ссылается на наличие трудовых отношений с ООО «Тректоп», которыми были обусловлены спорные перечисления денежных средств.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено и материалами дела подтверждено, что 07.04.2014 между ФИО3 и  ООО «Тректоп» был заключен трудовой договор, по условиям которого ФИО3 принят на должность директора, размер должностного оклада работника  составляет 50 000 руб. в месяц.

Дополнительным соглашением от 01.01.2018 к трудовому договору от 07.04.2014 ежемесячный оклад работника был увеличен до 100 000 руб., а также предоставлено  право работника расходовать денежные средства на личные нужды с корпоративной  банковской карты, привязанной к расчетному счету ООО «Тректоп».

В пункте 2 дополнительного соглашения от 01.01.2018 установлено, что работник вправе расходовать на  личные нужды денежные средства с корпоративной банковской карты, привязанной к  расчетному счету ООО «Тректоп», в счет начисленной и невыплаченной заработной платы, о чем составляются ежемесячные акты о зачете израсходованных денежных средств в счет выплаты заработной платы.

На основании соглашения от 31.03.2019 трудовой договор от 07.04.2014 между ООО «Тректоп» и ФИО3 был расторгнут. 

По условиям представленного к материалы дела договора уступки требования (цессии) от 01.05.2021, заключенного между ООО «Тректоп» (цедент) в лице ФИО3 и ФИО3 (цессионарий), цедент (первоначальный кредитор) уступает, а цессионарий (новый кредитор) принимает требования к должнику ООО «УралГеоСервис-РП» на основании договора перевода долга от 29.12.2019, заключенного между ООО «ГарантСтройСервис» и ООО «УралГеоСервис-РП».

Из содержания договора уступки требования (цессии) от 01.05.2021 следует, что по договору перевода долга от 29.12.2019 осуществлена передача обязательств от ООО «ГарантСтройСервис» к ООО «УралГеоСервис-РП» по возврату займов и процентов по заключенным ООО «ГарантСтройСервис» и ООО «Тректоп» договорам займов, заключенных и исполненных со стороны ООО «Тректоп». 

В соответствии с пунктом 4 договора уступки требования (цессии) от 01.05.2021 в качестве платы за уступаемое требование по договору стороны прекращают обязательство ООО «Тректоп» перед ФИО3 по выплате задолженности по заработной плате за период с 07.04.2014 по 31.03.2019, а также компенсаций за не использованные отпуска и процентов в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Способ ведения бухгалтерского учета указывается в учетной политике организации.

Согласно статье 8 Закона о бухгалтерском учете принятая организацией учетная политика утверждается приказом или распоряжением лица, ответственного за организацию и состояние бухгалтерского учета.

Приказом Минфина РФ от 31.10.2000 №94н «Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению» утвержден счет 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда», который предназначен для обобщения информации о расчетах с работниками организации по оплате труда (по всем видам оплаты труда, премиям, пособиям, пенсиям работающим пенсионерам и другим выплатам), а также по выплате доходов по акциям и другим ценным бумагам данной организации. 

По дебету счета 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда» отражаются выплаченные суммы оплаты труда, премий, пособий, пенсий и т.п., доходов от участия в капитале организации, а также суммы начисленных налогов, платежей по исполнительным документам и других удержаний. Начисленные, но не выплаченные в установленный срок (из-за неявки получателей) суммы отражаются по дебету счета 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда» и кредиту счета 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами» (субсчет «Расчеты по депонированным суммам»).

Аналитический учет по счету 70 «Расчеты с персоналом по оплате труда» ведется по каждому работнику организации

Применительно к рассматриваемому случаю, суд первой инстанции, исходя из того, что добросовестный руководитель общества, получая под отчет денежные средства и расходуя их на нужды предприятия, при оставлении своей должности предпримет все необходимые и разумные старания с целью исключить в дальнейшем любые материальные притязания к нему в отношении израсходованных средств, между тем, со стороны ФИО3 документального подтверждения учета указанных расходов в бухгалтерских документах руководимого им общества представлено не было, равно как и не представлено доказательств перечисления в бюджет Российской Федерации налога на доход физических лиц с полученной заработной платы, а также не дано пояснений, каким образом после подписания актов сверки происходило исчисление размера налоговых отчислений; принимая во внимание, что в рамках настоящего дела о банкротстве определением от 29.08.2022 суд обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему ФИО4 информацию с приложением оригиналов документов, при этом, часть истребованных документов, в том числе дополнительное соглашение от 01.01.2018 к трудовому договору от 07.04.2014, акты расчетов по заработной плате от 15.10.2019, от 28.02.2019, 31.10.2018, 30.09.2018, 31.08.2018, 31.07.2018, 30.06.2018, была представлена ответчиком в материалы дела только после обращения управляющего в арбитражный суд с заявлениями о взыскании убытков с руководителя должника; учитывая, что расходование денежных средств должника в отсутствие доказательств экономической целесообразности такого расходования, неосуществление должного контроля над операциями по счету, влечет ответственность руководителя должника пришел к обоснованному выводу о доказанности наличия совокупности условий для взыскания с ФИО3 убытков в размере 10 237 970,08 руб., в связи с чем, удовлетворил требования в данной части. 

Отказывая в солидарном привлечении к ответственности в виде убытков на сумму 10 237 970,08 руб. ФИО5, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, свидетельствующих о совместном характере действий  ФИО3 и ФИО5, в частности, которые могут их согласованность, скоординированность, а также единой цели, направленной на причинение вреда обществу. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания убытков с ФИО5 в данной части. 

Изложенные в апелляционной жалобе кредитора ООО Инженерный Центр «Новые Решения» о доказанности согласованности и скоординированности действия ФИО3 и ФИО5 и направленности их на реализацию общего противоправного намерения супругов с указанием на то, что, являясь единственный бухгалтером в организации, ФИО5 должна была быть осведомлена об осуществляемых ФИО3 незаконных операциях по систематическому выводу денежных средств со счета ООО «Тректоп» в течение продолжительного периода с 04.06.2018 по 14.10.2019 и на крупную сумму, превышающую 10 млн. руб., то есть тех средств, которые должны были быть направлены на исполнение должником обязательств перед кредиторами судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащим отклонению в силу следующего.

Согласно абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (абзац первый пункта 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53).

При этом, пункт 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 указывает на основания солидарного привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а не на основания солидарной ответственности за причинение убытков.

В рассматриваемой случае, с учетом заявленного предмета и оснований требований, вопрос о совместном доведении должника до фактического банкротства судом первой инстанции не исследовался, поскольку установление обстоятельств доведения должника до банкротства при рассмотрении требования о взыскании с контролирующих должника лиц убытков не требуется. 

При этом, указания суда первой инстанции на то, что ФИО5 являлась единственным бухгалтером ООО «Тректоп», связаны с обоснованием наличия у нее специального статуса, позволяющего быть субъектом ответственности в виде взыскания убытков, при этом, данное обстоятельство, в отсутствие доказательств наличие в действиях лица таких элементов состава как противоправность и вина, само по себе о причинении ФИО5 совместно с ФИО3 вреда должнику не свидетельствует. 

Конкурсный управляющий также просил взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО5 убытки в размере 84 127 руб., ссылаясь в обоснование своей позиции на оформление ФИО3 с использованием своих должностных полномочий на имя ФИО8 дебетовой карты Visa Business Platinum 4274991063083415, с которой в период с 12.09.2019 по 24.09.2019 были осуществлены операции по расходованию и снятию денежных средств. 

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в обособленном споре, не оспаривается, что в период с 2016 года по 2020 год ФИО5, являющаяся супругой руководителя должника ФИО3, была официально трудоустроена в ООО «Тректоп» в должности бухгалтера.

Как указывалось ранее, основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков к руководителям хозяйственных обществ предусмотрены пунктом 3 статьи 53 и пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Так, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться, в частности, в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае, оценивая степень вовлеченности ФИО5 в деятельность должника, а также степень влияния на принимаемые решения, судом первой инстанции верно исходил из того, что данное лицо являлось единственным бухгалтером ООО «Тректоп» в период с 2016 года по 2020 год; в ее обязанности входили учет и систематизация всей финансовой деятельности организации, в связи с чем, она должна была знать обо всех совершаемых должником операциях, в том числе о систематическом снятии денежных средств с счетов ООО «Тректоп», а также о направлениях расходования денежных средств, поскольку в отсутствие в организации главного бухгалтера, обязанность по осуществлению внутреннего контроля совершаемых фактов хозяйственной деятельности и уведомление руководителя о сделках, не соответствующих интересам должника, лежит на единственном бухгалтере организации.

Таким образом, являясь бухгалтером должника в период с 2016 года по 2020 год, ФИО5 была наряду с руководителем должника ответственна за финансово-хозяйственную деятельность ООО «Тректоп».

Принимая во внимание изложенное, оценив представленные в материалы дела документы в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав сведения, содержащиеся в них, суд первой инстанции, установив отсутствие в материалах дела надлежащих и достаточных доказательств использования в хозяйственной деятельности должника либо возврата в кассу общества денежных средств в общем размере 84 127 руб., пришел к обоснованному выводу о том, что расходование денежных средств должника в отсутствие доказательств экономической целесообразности такого расходования, равно как и использование именной корпоративной банковской карты в личных целях, влечет ответственность ФИО5, занимавшей в спорный период должность бухгалтера, как держателя карты. 

При этом, не усматривая оснований для солидарного привлечения ответчиков к ответственности в виде убытков в размере 84 127 руб., суд первой инстанции правильно исходил из того, что дебетовая карта Visa Business Platinum 4274991063083415 была оформлена на имя ФИО5, использование денежных средств с данной карты осуществляла именно ФИО9, при этом, таким образом, совершая спорные операции, являясь держателем карты и осуществляя ее использование, покупая товары и оплачивая услуги, именно ФИО5, являлась выгодоприобретателем, в связи с чем, именно ею причинен вред должнику, что, является основанием для взыскания с нее лично в пользу ООО «Тректоп» убытков в размере необоснованно израсходованных денежных средств организации в личных целях. 

Апелляционные жалобы не содержат доводов по оспариванию определения суда в данной части, следовательно, оснований для переоценки соответствующих выводов суда судебная коллегия не усматривает.

При определении размера убытков суд первой инстанции установил, что общий размер обязательств должника составляет: 10 127 871,90 руб. (3 595 249,25 руб. основной долг, требования третьей очереди (штрафы) в сумме 278 869,55 руб., мораторные проценты в сумме 1 176 089 руб., текущие платежи в сумме 156 357,30 руб.; требования, обеспеченные залогом, в сумме 4 921 306 руб.), вместе с тем, размер ответственности бывшего руководителя должника за причинение убытков должнику не ограничен размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, принимая во внимание принцип полного возмещения вреда, установленный пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ; в случае полного погашения требований кредиторов в результате поступления в конкурсную массу денежных средств в возмещение убытков, не исключено восстановление платежеспособности должника.

В связи с изложенным, следует признать, что оспариваемый судебный акт соответствует нормам действующего законодательства права, сделанные в нем выводы - обстоятельствам дела, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку они направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом первой инстанции, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства. 

При таких обстоятельствах, оснований для отмены обжалуемого определения суда, с учетом рассмотрения спора арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционных жалобах, не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителями не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного суда Свердловской области от 24 ноября 2023 года по делу № А60-27260/2021  оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Т.В. Макаров 

 

Т.С. Нилогова