АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Дело №А27-2538/2022

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

12 декабря 2023 г.                                                                                               г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 5 декабря 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 12 декабря 2023 г.

 

Арбитражный суд Кемеровской области в составе 

 

судьи

Беляевой Л.В.,

при ведении протокола заседания секретарем  

ФИО1,  

рассмотрев в открытом  судебном заседании с участием представителей

истца по доверенности от 22.11.2021                                             ФИО2,

ответчика по доверенности № 2от 01.01.2023                                ФИО3,

дело по исковому заявлению публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс", г. Междуреченск (ОГРН: 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "ТФМ-спецтехника", г. Новокузнецк (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

о взыскании 118 646 000 руб. убытков (с учетом уточнений)

третьи лица, не заявляющее самостоятельных требований - ООО «Челябинский завод по производству коксохимической продукции (ООО «Мечел Кокс»)

публичное акционерное общество «Магнитогорский металлургический комбинат», г. Магнитогорск (ОГРН 

<

***>, ИНН7414003633)

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее - ПАО «Южный Кузбасс», истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ТФМ-Спецтехника» (далее - ООО «ТФМ-Спецтехника», ответчик) о взыскании 118 646 000 руб. убытков.

Требования мотивированы неисполнением ответчиком обязательств по договору от 20.07.2018 №1104 ЮК/18 в феврале 2019 года в части добычи угля, вследствие чего истец понес убытки в виде упущенной выгоды.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 05.10.2022 исковые требования удовлетворены, с ООО «ТФМ-спецтехника» в пользу ПАО «Южный Кузбасс» взыскана упущенная выгода в размере 118 646 000 руб., расходы на проведение экспертизы в размере 380 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2022 решение от 05.10.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-2538/2022 по делу № А27-2538/2022 отменено, принят по делу новый судебный акт. В удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.04.2023 решение от 05.10.2022 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 20.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-2538/2022 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Представитель ответчика иск оспорил, указав, что взыскание неустойки за невыполнение планируемых объемов работ в трехкратном размере (дело № А27-12052/2023) полностью покрывает возможные имущественные потери истца, включая любые убытки. В период действия договора подряда на выполнение комплекса горных работ № 1104 ЮК/18 от 20.07.2018 ПАО «УК «Южный Кузбасс» неоднократно допускало нарушение срока оплаты работ, что явилось причиной отсутствия возможности приобретения запасных частей для оборудования, необходимого для выполнения работ. Истцом не доказано, что допущенное ответчиком нарушение являлось единственным препятствием для получения упущенной выгоды. Соглашения с ООО «Мечел-Кокс» не подтверждают приготовления истца на поставку 87 945 тн. концентрата угля. Истцом не доказана причинно-следственная связь.

Представитель истца, сославшись на презумпции, изложенные в Определении СКЭС РС РФ от 06.02.2023 № 305-ЭС22-15150, указал, что отсутствие сделок как таковых позволяет взыскивать упущенную выгоду, поскольку выгода предполагается исходя из специфики предпринимательства - получения дохода от собственной профессиональной деятельности. Как профессиональный участник рынка обогащения угля ПАО «Южный Кузбасс» был готов и способен перевезти и обогатить весь не добытый ООО «ТФМ-Спецтехника» уголь (55,04 т.тн.), также как перевез и обогатил весь добытый ответчиком уголь (54,96 т.тн.). Производственных мощностей, созданных ресурсов было достаточно. Неисполнение ответчиком обязательств по добыче привело к невозможности отгрузить уголь в рамках договорных отношений с ООО «Мечел-Кокс». При этом, обязательства перед ООО «ММК» выполнены. За спорный период (февраль 2019 года) неустойка не взыскивалась, что следует из решения по делу № А27-12532/2020. 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам. 

Согласно части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьям 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

Как установлено судами, 20.07.2018 между ПАО «Южный Кузбасс» (заказчик) и ООО «ТФМ-Спецтехника» (подрядчик) заключен договор подряда на выполнение комплекса горных работ № 1104 ЮК/18, по условиям которого подрядчик обязуется по заданию заказчика выполнять горно-выемочные работы по добыче каменного угля открытым способом в объемах, указанных в нарядах-заданиях заказчика. Горно-выемочные работы включают в себя: подготовку вскрышных пород (бурение, взрывание), экскавацию вскрышных пород, навалов и угля, перевозку грузов карьерными самосвалами, отвалообразование, содержание автодорог на отведенном участке в пригодном для эксплуатации состоянии, электроснабжение участка согласно акту осуществления технологического присоединения.

Пунктами 2.6.1, 2.6.2 договора от 20.07.2018 установлена обязанность подрядчика выполнять работы на основании месячного наряда-задания надлежащим образом и в установленные сроки.

Нарядом-заданием на выполнение комплекса горнотранспортных услуг на февраль 2019 года, подписанным сторонами без замечаний, предусмотрено выполнение работ по добыче угля в объеме 110 т.тн.

Всего в феврале 2019 года ООО «ТФМ-Спецтехника» добыто 54,96 т.тн угля, что подтверждено актом маркшейдерского замера за февраль 2019 года.

Таким образом, истец считает, что подрядчиком не выполнены работы в части добычи угля в феврале 2019 года в объеме 55,04 т.тн (110 т.тн - 54,96 т.тн), из которого ПАО «Южный Кузбасс» должно было получить 44 т.тн угольного концентрата марки ОС путем его обогащения на Центральной обогатительной фабрике «Сибирь».

Между ПАО «Южный Кузбасс» (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью «Мечел-Кокс» (ООО «Мечел-Кокс», покупатель) заключен договор поставки угольной продукции N 1443ЮК/15 от 07.12.2015 (далее - договор от 07.12.2015), согласно условиям которого ПАО «Южный Кузбасс» обязуется поставлять ООО «Мечел-Кокс» угольную продукцию, а ООО «Мечел-Кокс» принимать и оплачивать продукцию.

Сторонами заключено Соглашение N 3/19 к договору от 07.12.2015, датированное 28.02.2019,  в соответствии с которым поставщик в марте 2019 года обязался поставить покупателю концентрат каменного угля марки ОС в объеме 18,8 т.тн. на условиях поставки "СРТ-станция назначения" по цене 10 070 руб. за 1 тн. (в том числе стоимость транспортировки - 1 420 руб.).

Также ПАО «Южный Кузбасс» заключено Соглашение N 3-2/19 к договору от 07.12.2015, датированное 02.03.2019  согласно которому поставщик в марте 2019 года обязался поставить покупателю концентрат каменного угля марки ОС в объеме 44,8 т.тн. по цене 10 070 руб. за 1 тн. на условиях поставки "СРТ-станция назначения" (в том числе стоимость транспортировки - 1 420 руб.).

Истец отмечает, что всего на март 2019 года было запланировано к отгрузке 63,6 т.тн, однако, в марте 2019 года поставлено в адрес ООО «Мечел-Кокс» 24,14 т.тн угольного концентрата марки ОС, недопоставка составила 39,46 т.тн.

Заключением судебной экспертизы размер неполученной прибыли от продажи угольного концентрата в связи с невыполнением ответчиком по договору подряда на выполнение комплекса горных работ от 20.07.2018 N 1104 ЮК/18 объемов работ по добыче угля, согласованных нарядом-заданием на февраль 2019 года, установлен в сумме 118 646 000 руб.

Указывая на неисполнение ответчиком обязательств по договору в феврале 2019 года в части объема добычи угля и возникновение вследствие этого убытков в виде упущенной выгоды, связанной с недопоставкой в заявленном объеме, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

По правилу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков истец должен представить доказательства, подтверждающие неправомерность действий ответчика, причинно-следственную связь между поведением ответчика и возникшими убытками, размер убытков.

При недоказанности любого из этих элементов в возмещении убытков должно быть отказано.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановления N 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункты 4 - 5 статьи 393 ГК РФ, пункты 3 - 5 постановления N 7).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то, как указано в пункте 14 постановления N 25 следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена кредитором вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником.

При этом объективная сложность доказывания убытков, в том числе в форме упущенной выгоды, их размера, равно как и причинно-следственной связи, не должна снижать уровень правовой защищенности участников экономического оборота при необоснованном посягательстве на их права. Отказ в иске о возмещении упущенной выгоды не может быть основан на том, что истец не представил доказательства, которые бы подтверждали получение дохода в будущем не с вероятностью, а с безусловностью (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.02.2023 N 305-ЭС22-15150).

Принимая на себя обязательства по добыче грунта в согласованном объеме ответчик должен был предвидеть, что добыча в меньшем объеме повлечет утрату возможности использования указанного грунта по назначению, в том числе его поставку, учитывая специфику деятельности истца и длительные взаимоотношения сторон, из которых следует, что истец, действуя разумно и предусмотрительно, сделал бы все необходимые приготовления к использованию всего запланируемого объема добытого грунта в своей предпринимательской деятельности, доход от которой мог быть получен, по крайней мере, в размере, который является средним (типичным) для данного вида деятельности, в связи с чем возникновение упущенной выгоды у истца в данной ситуации является обстоятельством, которое ответчик предвидел или мог разумно предвидеть при заключении договора и согласовании конкретного объема добычи как вероятное последствие неисполнения и ненадлежащего исполнения своих обязательств.

Согласно пункту 2.4. договора заказчик обязан не позднее 14:00 часов первого числа месяца, следующего месяцем выполнения работ подрядчиком, предусмотренных нарядом-заказом, предоставить подрядчику документ по результатам исполнительной маркшейдерской съемки места ведения работ (на конец отчетного периода), с указанием фактически выполненных подрядчиком объемов работ, рассчитанных на основании пространственно-геометрических измерений (маркшейдерских съемок) объема горных пород, выполненных совместно маркшейдерской службой заказчика и представителем подрядчика и/или лица, им уполномоченного (содержащих подпись с его стороны), с учетом требований «Инструкции по маркшейдерскому учету объемов горных работ при добыче полезных ископаемых открытым способом» (РД 07-604-03). Уведомить подрядчика о проведении исполнительной маркшейдерской съемки за одни сутки до момента их проведения. Уведомление направляется по адресу электронной почты подрядчика, указанной в разделе 10 договора. В случае если подрядчик не прибудет для проведения съемки в указанное в уведомлении время, заказчик проводит исполнительную маркшейдерскую съемку в одностороннем порядке с предоставлением подрядчику результата.

В ходе судебного разбирательства сторонами не даны пояснения относительно соблюдения вышеуказанного порядка при проведении маркшейдерской съемки за февраль 2019 года. 

Акт маркшейдерского замера по филиалу ПАО «Южный Кузбасс» - УОДУ (разрез «Сибиргинский») участок «Пойменный» за февраль 2019 года не содержит даты его утверждения. 

Вместе с тем, представлен скрин электронной переписки о направлении указанного акта в адрес ответчика главным инженером ПАО «Южный Кузбасс» Разреза «Сибиргинский» ФИО4 на электронный адрес ООО «ТФМ-Спецтехника».      

Соглашение от 28.02.2019 № 3-19 фактически подписано со стороны ПАО «Южный Кузбасс» 13.03.2019, соглашение № 3-2/19 от 02.03.2019 фактически подписано 06.03.2019. 

Таким образом, заключая вышеуказанные соглашения, истец заведомо знал об объеме работ, фактически выполненных подрядчиком в феврале 2019 года.

В соответствии с пунктом 4 статьи 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Согласно пункту 1.1. договора подряда на выполнение комплекса горных работ N 1104 ЮК/18 предметом договора является выполнение горно-выемочных работ по добыче каменного угля открытым способом в объемах, указанных в нарядах-заданиях заказчика. Горно-выемочные работы включают в себя: подготовку вскрышных пород (бурение, взрывание), экскавацию вскрышных пород, навалов и угля, перевозку грузов карьерными самосвалами, отвалообразование, содержание автодорог на отведенном участке в пригодном для эксплуатации состоянии, электроснабжение участка.

При этом договором, заключенным с ООО «ТФМ-Спецтехника», а также нарядом-заданием, подписанным сторонами на февраль 2019 года, не предусмотрена обязанность ответчика по транспортировке и обогащению изъятого грунта.

Следовательно, транспортировка угля до Центральной обогатительной фабрики "Сибирь" и его обогащение являются самостоятельными процессами, не зависящими от исполнения обязательства ответчиком. Соответственно, сами по себе указанные процессы (транспортировка изъятого грунта, требующая наличия специального транспорта, трудовых ресурсов, и обогащение грунта в условиях собственного производства) каждый в отдельности и в совокупности друг с другом могут влиять на возможность получения планируемой выгоды независимо от объема извлеченного ответчиком угля.

В нарушение статьи 65 АПК РФ истцом не представлено доказательств наличия у него реальной возможности получения той выгоды, требование о которой он заявил в настоящем деле. Материалами дела не подтверждено, что выгода не получена именно вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязательства по договору (занижение объема добытого угля). Истцом не доказано, что с учетом требующихся транспортировки и обогащения угля им предпринимались все необходимые меры и приготовления к тому, чтобы соответствующую выгоду не упустить: доказательства того, что добытый в феврале уголь мог быть отправлен в виде готовой продукции (уголь, прошедший процесс обогащения) покупателю в марте 2019 года.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства во взаимосвязи и в совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности истцом того, что единственной причиной неисполнения обязательства по поставке угля в адрес ООО «Мечел-Кокс» и неполучения доходов от указанной сделки явилось неисполнение ООО «ТФМ-Спецтехника» обязательств по выполнению объемов добычи угля в феврале 2019 года. Доводы истца о наличии соответствующих производственных мощностей документально не подтверждены.

В связи с недоказанностью причинно-следственной связи между невыполнением ответчиком запланированных объемов работ и заявленными истцом убытками оснований для взыскания упущенной выгоды не имеется.

В соответствии с правовым подходом, сформулированным в пункте 1 Постановления N 25, положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия. Также под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 N 18-КГ15-181, от 01.12.2015 N 4-КГ15-54, от 14.06.2016 N 52-КГ16-4).

Злоупотребление как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2019 N 306-ЭС19-3574).

В рассматриваемой ситуации суд принимает во внимание факт заключения истцом соглашения от 02.03.2019 N 3-2/19, к договору поставки угольной продукции N 1443ЮК/15 от 07.12.2015, фактически подписанного 06.03.2019, увеличивающего объем поставки угля покупателю в марте 2019 года на 44,8 т.тн., с учетом того, что при заключении указанного соглашения истцу на основании акта маркшейдерского замера за февраль 2019 года было уже известно о добыче в феврале 2019 года ООО «ТФМ-Спецтехника» 54,96 т.тн. угля из запланированных 110 т.тн. 

Следовательно, заключая в марте 2019 года дополнительное соглашение с ООО «Мечел-Кокс» на поставку угля в большем объеме, истец со всей очевидностью должен был осознавать невозможность исполнения обязательства по отгрузке угля в дополнительно согласованном объеме, допустив таким образом злоупотребление правом, учитывая в том числе аффилированность указанных лиц.

При указанных обстоятельствах суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

На основании пункта 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, на проведение экспертизы относятся на истца.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 168 – 171, 176,  180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Отказать в удовлетворении исковых требований.

Решение может быть обжаловано в арбитражный  суд апелляционной инстанции в течение одного месяца с момента его принятия (изготовления его в полном объеме).

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                                                                                    Л.В. Беляева