Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

Дело № А40-186391/25-154-637

23 января 2026 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 13 января 2026 года.

Полный текст решения изготовлен 23 января 2026 года.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Полукарова А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Семакиной В.П. с использованием средств аудиофиксации,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению:

КБ «МРБ» (ООО) (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 11.11.2002, ИНН: 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 29.01.2004, ИНН: 

<

***>, 109240, Г.МОСКВА, УЛ. ВЫСОЦКОГО, Д. 4)

к МИ ФНС РОССИИ ПО КРУПНЕЙШИМ НАЛОГОПЛАТЕЛЬЩИКАМ № 9 (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 03.07.2006, ИНН: 

<

***>, 107061, Г.МОСКВА, УЛ. 2-Я ПУГАЧЕВСКАЯ, Д. 6Б, СТР. 1)

о признании недействительным решения Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 9 от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

В судебное заседание явились:

от истца (заявителя): ФИО1 (паспорт) по доверенности от 22.12.2023 № 1873, диплом.

от ответчика: ФИО2 (удостоверение) по доверенности от 15.05.2025 № 06-22/03533, диплом.

УСТАНОВИЛ:

КБ «МРБ» (ООО) в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» (далее – заявитель, налогоплательщик, Банк, Общество) обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании недействительным решения Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 9 (далее – налоговый орган, ответчик, Инспекция) от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Заявитель в судебном заседании поддержал заявленные требования пол доводам, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве на заявление и письменных пояснениях.

Согласно ч. 4 ст. 198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Проверив срок обращения в суд, установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, суд установил, что указанный срок заявителем соблюден.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что требования заявителя не подлежат удовлетворению исходя из следующего.

Как следует из заявления и материалов дела, в соответствии со статьей 88 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, НК РФ) Инспекцией проведена камеральная налоговая проверка налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2023 год (т. 2 л. д. 24-30), представленной Банком в Инспекцию 22.03.2024.

По результатам камеральной налоговой проверки Инспекцией составлен акт налоговой проверки от 08.07.2024 № 33 и вынесено решение от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому Банку доначислен налог на прибыль организаций в размере 189 494 324 руб.

Основанием для доначисления налога на прибыль организаций послужили выводы Инспекции о невключении Банком в нарушение пункта 3 статьи 250 Кодекса во внереализационные доходы сумм денежных средств, взысканных с контролирующих должника лиц в пользу Банка в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 994 143 103 руб., что привело к неуплате суммы налога на прибыль организаций в размере 189 494 324 руб.

Банк, не согласившись с решением Инспекции от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20, обратился с апелляционной жалобой на него (т. 1 л. д. 39-41) в ФНС России.

Решением ФНС России от 22.04.2025 № 0000-2025/000710/И (т. 1 л. д. 42-44) апелляционная жалоба Банка оставлена без удовлетворения.

Общество, посчитав, что решение Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 9 от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, незаконно и нарушает его права, обратился в суд с настоящим заявлением.

По мнению Банка, выводы, изложенные в пункте 2.1.3 оспариваемого решения (в части установления занижения налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2023 год в размере 947 471 620 руб.) и квалифицированные Инспекцией как нарушение Банком норм законодательства о налогах и сборах, действующих в проверяемом периоде, являются ошибочными.

Основываясь на наличии в проверяемом периоде факта привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, а также на приведенных в оспариваемом решении выдержках из судебных актов Конституционного Суда Российской Федерации (далее - КС РФ) и Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) о том, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)) (пункт 22 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2020)), Инспекция сформировала ошибочные выводы о том, что суммы, взысканные с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности, «являются суммами ущербе причиненного имуществу юридического лица» и, соответственно, «относятся к внереализационным доходам в соответствии с пунктом 3 статьи 250 НК РФ».

Банк не согласен с данным выводом Инспекции, так как, по его мнению, отраженная в оспариваемом решении позиция, сформирована без учета норм действующего законодательства (ПС РФ, Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)), а также позиций КС РФ и ВС РФ, определяющих состав конечных бенефициаров для случаев привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности по обязательствам основных должников.

Как указывает заявитель, несмотря на то, что основанием для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности служит установление фактов доведения основного должника до банкротства, положения действующего законодательства не предусматривают обязанности возмещения КДЛ ущерба основному должнику.

По утверждению Общества, именно по указанной причине пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве определяет размер субсидиарной ответственности КДЛ не в сумме ущерба, причиненного действиями КДЛ основному должнику (Банку), а в сумме, равной совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (далее - РТК), а также заявленных после закрытия РТК и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества основного должника.

Как указывает заявитель, субсидиарная ответственность КДЛ имеет не публичный, а частноправовой характер, являясь мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов и в восстановлении их имущественного положения (постановления КС РФ от 21 мая 2021 г. № 20-П и от 16 ноября 2021 г. № 49-П).

Также, как указывает заявитель, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к КДЛ, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Фактически такой иск направлен на возмещение вреда, причиненного КДЛ кредиторам, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 ГК РФ

Как указывает заявитель, на привлечение КДЛ к субсидиарной ответственности именно в интересах кредиторов, а не в интересах основного должника, прямо указано в пункте 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, предусматривающей порядок распоряжения кредиторами правом требования о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, в соответствии с которым каждый кредитор, в интересах которого КДЛ привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить арбитражному управляющему заявление о выборе одного из способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Деликтное требование о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности изначально с материально-правовой точки зрения не принадлежит должнику (не входит в состав его имущества), а принадлежит кредиторам должника как потерпевшим в этом деликте.

Как указывает заявитель, указание в п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве на то, что в деле о банкротстве иск о субсидиарной ответственности подается от имени должника носит технически-процедурный характер и его следует толковать как указание на косвенный и групповой характер данного иска, предъявляемого в интересах всего сообщества кредиторов (конкурсной массы).

По мнению Банка, из приведенного определения прямо следует, что истцами (в материально-правовом смысле) по иску о субсидиарной ответственности ВС РФ считает именно кредиторов, а никак не должника.

Как указывает заявитель, конечная цель предъявления требования о привлечение КДЛ к субсидиарной ответственности заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам и потому принадлежит только им, что исключат возможность обложения таких требований налогом на прибыль должника.

Таким образом, как указывает заявитель, регулирующие институт субсидиарной ответственности положения Закона о банкротстве, а также позиции КС РФ и ВС РФ, позволяют однозначно установить, что суммы, взысканные с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности, являются суммами, взысканными с КДЛ в пользу кредиторов Банка, а не в пользу самого Банка.

Кроме того, как указывает заявитель, при формировании данных выводов Инспекцией не приняты во внимание последствия их применения, связанные с неизбежным увеличением размера субсидиарной ответственности на сумму налога на прибыль организаций (далее - Налог), возникающую в связи с включением в состав внереализационных доходов основного должника суммы, взысканной с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности.

Как было указано выше, размер субсидиарной ответственности КДЛ согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве определяется в сумме, которой по причине недостаточности имущества основного должника не хватает для полного удовлетворения требований кредиторов, включенных в РТК, заявленных после закрытия РТК, а также оставшихся не погашенными требований кредиторов по текущим платежам.

Поскольку в случае включения во внереализационные доходы суммы денежных средств, взысканной с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам Банка, возникает сумма Налога, увеличивающая совокупный размер требований кредиторов к Банку, данная сумма налога подлежит включению в РТК и, как следствие, в размер субсидиарной ответственности КДЛ.

Вместе с тем, как указывает заявитель, установление в РТК нового требования Инспекции и подача в суд заявления о пересмотре размера субсидиарной ответственности КДЛ по существу приводят к непрекращающейся последовательности событий, порождающих включение в налоговую базу Банка новых и новых сумм, взысканных с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности, предъявлению новых и новых требований Инспекции к включении: в РТК и пересмотру судебных актов об установлении размера субсидиарной ответственности и КДЛ по новым обстоятельствам в результате увеличения налогооблагаемого дохода Банка, отражаемого в налоговых декларациях по Налогу.

На основании изложенного, Банк полагает, что выводы Инспекции, основанные на том факте, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тему же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота, являются необоснованными, поскольку вступают в противоречие с приведенными нормами права и разъяснениями КС РФ и ВС РФ, в связи с чем оспариваемое решение является незаконным и подлежит отмене.

Кроме того, по мнению Банка, допущенные существенные нарушения норм НК РФ и Закона о банкротстве, также препятствуют завершению конкурсного производства Банка, так как в случае признания правомерной позиции Инспекции размер субсидиарной ответственности будет постоянно увеличиваться на сумму налога на прибыль в связи с увеличением размера субсидиарной ответственности, в связи с чем будет доначислен налог на прибыль организаций, увеличение размера обязательств по которому, в с очередь, приведет к увеличению обязательств Банка перед кредиторами и очередному увеличению размера субсидиарной ответственности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, приказом Банка России от 10.11.2015 № ОД-3101 у Банка с 10.11.2015 отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Арбитражным судом г. Москвы 11.01.2016 по делу № А40-219930/15 вынесено решение о признании Банка несостоятельным (банкротом), открытии в отношении Банка конкурсного производства, утверждении конкурсным управляющим Банком Государственной Корпорации «Агентство по страхованию вкладов».

В соответствии с пунктом 9 статьи 189.96 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) при недостаточности денежных средств кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов.

Пунктом 10 статьи 189.96 Закона о банкротстве установлено, что при недостаточности денежных средств кредитной организации для удовлетворения требований (части требований), указанных в абзаце втором пункта 2 статьи 189.94 Закона о банкротстве, денежные средства распределяются между кредиторами пропорционально суммам соответствующих требований (части требований).

Согласно пункту 11 статьи 189.96 Закона о банкротстве требования кредиторов, предъявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет имущества кредитной организации, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, предъявленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов.

Все имущество кредитной организации, имеющееся на день открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (пункт 1 статьи 189.91 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков (статья 12 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Ответственность контролирующих лиц должника и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Арбитражный суд города Москвы определением от 27.11.2019 по делу № А40-219930/15-88-411 «Б» (т. 2 л. д. 34-79) привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020 по делу № А40-219930/15-88-411 «Б» (т. 2 л. д. 80-145) определение Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2019 изменено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО6, в остальной части определение оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2020 по указанному делу (т. 3 л. д. 1-33) определение Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020 оставлены без изменения.

Определением ВС РФ от 10.11.2020 № 305-ЭС19-9199 (т. 3 л. д. 34-36) отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ.

Арбитражный суд г. Москвы определением от 07.09.2022 по делу № А40-219930/15-88-411 "Б" (т. 3 л. д. 37-39) установил размер субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 по обязательствам Банка в размере 994 143 103, 48 руб.

Снижен размер субсидиарной ответственности по обязательствам Банка ФИО7 до 2 000 000 руб., ФИО12 - до 10 000 000 руб., ФИО5 -до 10 000 000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 (т. 3 л. д. 40-50) определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.09.2022 изменено в части снижения размера субсидиарной ответственности ФИО11 по обязательствам Банка до 10 000 000 руб.

Арбитражный суд Московского округа постановлением от 08.02.2023 по делу № А40-219930/2015 (т. 3 л. д. 51-73) отменил определение Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по делу № А40-219930/2015 в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО12, ФИО13, ФИО11; обособленный спор в части установления размера субсидиарной ответственности указанных лиц по обязательствам Банка направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. Установлен размер субсидиарной ответственности ФИО5 по обязательствам Банка в размере 994 143 103, 48 руб. В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по делу № А40-219930/2015 оставлено без изменения.

Определением ВС РФ от 23.05.2023 № 305-ЭС19-9199 (т. 3 л. д. 74-76) отказано в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.04.2023 по указанному делу (т. 3 л. д. 77-85) в порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ФИО7 в пользу Банка взысканы 2 500 000 рублей; с ФИО12 - 5 000 000 рублей; с ФИО11 - 300 000 000 рублей. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2023 (т. 3 л. д. 86-96) определение Суда первой инстанции отменено; установлен размер субсидиарной ответственности ФИО7 в сумме 994 143 103 рублей 48 копеек, ФИО12 в сумме 9^94 143 103 рублей 48 копеек, ФИО11 в сумме 488 920 712 рублей 33 копеек.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.10.2023 (т. 3 л. д. 97-123) постановление суда апелляционной инстанции отменено в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО12; в указанной части оставлено в силе определение Суда первой инстанции.

Определением ВС РФ от 20.02.2024 № 305-ЭС19-9199 (т. 3 л. д. 124-125) отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ.

Таким образом, суды в рамках дела № А40-219930/15-88-411 «Б» привлекли к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка контролирующих должника лиц и определили размер субсидиарной ответственности указанных лиц.

Указанное обстоятельство послужило основанием для выводов Инспекции о невключении Банком в нарушение пункта 3 статьи 250 Кодекса во внереализационные доходы сумм денежных средств, взысканных с контролирующих должника лиц в пользу Банка в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 994 143 103 руб., что привело к неуплате суммы налога на прибыль организаций в размере 189 494 324 руб.

Из представленного Банком в ответ на требование Инспекции от 10.04.2024 № 14.3/902 (вх. от 24.04.2024 № 12206) о представлении пояснений (т. 2 л. д. 31-32) сводного налогового регистра доходов/расходов по налогу на прибыль организаций за 2023 год (т. 2 л. д. 33) установлено отражение в доходах по бухгалтерскому учету, лицевой счет № 

<

***> «Другие доходы, относимые к прочим, в том числе носящие разовый, случайный характер» задолженности (субсидиарная ответственность) в размере 994 143 103 руб. с одновременной корректировкой (уменьшением) в налоговом учете на сумму 994 143 103 руб.

Кредитные организации с 01.01.2023 осуществляют бухгалтерский учет в соответствии с Положением Банка России от 24.11.2022 № 809-П «О Плане счетов бухгалтерского учета для кредитных организаций и порядке его применения» (далее -Положение № 809-П).

Счет № 706 «Финансовый результат текущего года» предназначен для учета доходов и расходов текущего года. Учет доходов и расходов ведется нарастающим итогом с начала года в соответствии с Положением Банка России от 24.11.2022 № 810-П «О порядке отражения на счетах бухгалтерского учета кредитными организациями доходов, расходов и прочего совокупного дохода».

Между тем, как указывает налоговый орган, в налоговых декларациях по налогу на прибыль организаций за 1 квартал, полугодие, 9 месяцев 2023 года Банком во внереализационных доходах по строке 020 отражена сумма субсидиарной ответственности в размере 994 143 103 руб. с учетом положения подпункта 4 пункта 4 статьи 271 Кодекса.

В ходе камеральной налоговой проверки Инспекцией установлено, что в налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2023 год Банком из внереализационных доходов по строке 020 исключена сумма субсидиарной ответственности в размере 994 143 103 руб.

Внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде признанных должником или подлежащих уплате должником на основании решения суда, вступившего в законную силу, штрафов, пеней и (или) иных санкций за нарушение договорных обязательств, а также сумм возмещения убытков или ущерба (пункт 3 статьи 250 Кодекса).

Для внереализационных доходов датой получения дохода признается дата признания должником либо дата вступления в законную силу решения суда - по доходам в виде штрафов, пеней и (или) иных санкций за нарушение договорных или долговых обязательств, а также в виде сумм возмещения убытков (ущерба), если иное не предусмотрено подпунктом 15 указанного пункта (подпункт 4 пункта статьи 271 Кодекса).

Подпункт 15 пункта 4 статьи 271 Кодекса неприменим к Банку в связи с тем, что в отношении него не осуществлены (не осуществляются) меры по предупреждению банкротства с участием Центрального банка Российской Федерации или государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», предусмотренные Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 250 Кодекса внереализационными доводами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде признанных должником или подлежащих уплате должником на основании решения суда, вступившего в законную силу, штрафов, пеней и (или) иных санкций за нарушение договорных обязательств, а также сумм возмещения убытков или ущерба.

С учетом вышеизложенного, Инспекция в оспариваемом решении (т. 2 л. д. 1-23) пришла к выводу о том, что суммы, взысканные в порядке субсидиарной ответственности с лиц, контролирующих Банк, являются суммами возмещения ущерба, причиненного имуществу юридического лица, и относятся к внереализационным доходам в соответствии с пунктом 3 статьи 250 Кодекса.

Таким образом, Инспекцией установлено, что Банк в нарушение пункта 3 статьи 250 Кодекса неправомерно не включил во внереализационные доходы суммы денежных средств, взысканных с контролирующих должника лиц в пользу Банка в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 994 143 103 руб., что привело к неуплате суммы налога на прибыль организаций в размере 189 494 324 руб.

Применительно к выводам оспариваемого решения Инспекции, в процессе рассмотрения настоящего дела судом был поставлен вопрос о правомерности возникновения у Банка обязанности по уплате налога на прибыль организаций до фактического поступления денежных средств в распоряжение Банка.

В соответствии со статьей 247 Кодекса объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 Кодекса признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Кодекса.

Пунктом 1 статьи 248 Кодекса определено, что к доходам в целях главы 25 Кодекса относятся доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав, а также внереализационные доходы.

Подпунктом 4 пункта 4 статьи 271 Кодекса установлено, что для внереализационных доходов датой получения дохода признается дата признания должником либо дата вступления в законную силу решения суда - по доходам в виде штрафов, пеней и (или) иных санкций за нарушение договорных или долговых обязательств, а также в виде сумм возмещения убытков (ущерба), если иное не предусмотрено подпунктами 14.5, 14.7, 15 и 15.1 указанного пункта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 271 Кодекса в целях главы 25 Кодекса доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления), если иное не предусмотрено пунктом 1.1 указанной статьи.

Следовательно, банки признают доход в виде сумм возмещения убытков или ущерба в соответствии с пунктом 1 статьи 271 Кодекса по методу начисления, т.е. независимо от поступления в распоряжении банка денежных средств.

Президиум ВАС РФ в постановлении от 22.10.2013 № 3710/13 по делу № А55-16697/2012 указал на то, что «согласно положениям пункта 3 статьи 250 и подпункта 13 пункта 1 статьи 265 Кодекса при методе начисления {суммы штрафов, пеней или иных санкций за нарушение договорных обязательств, а также суммы в возмещение убытков или ущерба, признанные должником или подлежащие уплате на основании вступившего в законную силу решения суда, включаются в состав внереализационных доходов кредитора и в состав внереализационных расходов должника. Указанные суммы включаются в состав доходов и расходов в том налоговом периоде, в котором состоялось их признание должником либо вступление в законную силу решения суда (подпункт 4 пункта 4 статьи 271, подпункт 8 пункта 7 статьи 272 Кодекса)».

Минфин России в письмах от 04.04.2025 № 03-03-06/1/33332, от 24.10.2024 № 03-03-06/3/103274 указал, что в силу положений статьи 271 и статьи 272 Кодекса при применении налогоплательщиком метода начисления доходы и расходы подлежат отражению в налоговом учете в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав. При взыскании долга в судебном порядке обязанность по начислению этого внереализационного дохода у налогоплательщика возникает на основании решения суда, вступившего в законную силу.

В оспариваемом решении Инспекции (т. 2 л. д. 9) правовое обоснование обязанности по уплате налога на прибыль организаций до фактического поступления денежных средств в распоряжение Банка приведено на стр. 9, абз. 5-6.

Также суд отмечает следующее.

Подпунктом «в» пункта 56 статьи 2 федерального закона от 28.11.2025 № 425-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации, отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу законодательных актов (отдельных положений законодательных актов) Российской Федерации» (далее - Закон № 425-ФЗ) подпункт 15 пункта 4 статьи 271 Кодекса дополнен словами «а также для доходов в виде сумм возмещения убытков или ущерба, подлежащих уплате в пользу организации, находящейся в процедуре банкротства, на основании решения суда, вступившего в законную силу, если убыток или ущерб причинены действиями (бездействием) контролирующих ее лиц».

Пункт 31 статьи 25 Закона № 425-ФЗ предусматривает, что действие положений пункта 4 статьи 271 Кодекса (в редакции Закона № 425-ФЗ) распространяется на правоотношения, возникшие с 1 января 2025 года.

Таким образом, в случае вступления в законную силу с 1 января 2025 года решения суда, в соответствии с которым суммы возмещения убытков или ущерба, подлежащих уплате в пользу организации, находящейся в процедуре банкротства, если убыток или ущерб причинены действиями (бездействием) контролирующих ее лиц, такая организация имеет право признать указанные доходы на дату поступления денежных средств.

В связи с тем, что основанием проведения камеральной налоговой проверки являлось представление Банком налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2023 год, указанные изменения в налоговое законодательство подтверждают выводы Решения Инспекции о необходимости учета Банком внереализационных доходов на дату вступления в законную силу решения суда - по доходам в виде штрафов, пеней и (или) иных санкций за нарушение договорных или долговых обязательств, а также в виде сумм возмещения убытков (ущерба) по методу начисления.

При этом, доводы Банка о том, что отраженная в оспариваемом решении позиция сформулирована без учета норм действующего законодательства, поскольку закон не предусматривает обязанности возмещения контролирующими должника лицами ущерба основному должнику, и о том, что функция субсидиарной ответственности заключается в защите нарушенных прав кредиторов и в восстановлении их имущественного положения, отклоняются судом в связи со следующим.

Инспекцией в оспариваемом решении установлено, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.09.2022 по делу № А40-219930/15-88-411 "Б" (т. 3 л. д. 37-39) (с учетом изменений, внесенных постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 (т. 3 л. д. 40-50), Арбитражного суда Московского округа от 08.02.2023 (т. 3 л. д. 51-73)) установил размер субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО5 по обязательствам Банка в размере 994 143 103, 48 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.04.2023 М А40-219930/15-88-411 "Б" (т. 3 л. д. 77-85) (с учетом изменений, внесенных постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2023 (т. 3 л. д. 86-96), Арбитражного суда Московского округа от 20.10.2023 (т. 3 л. д. 97-123)) в порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ФИО7 в пользу Банка взысканы 2 500 000 рублей; с ФИО12 - 5 000 000 рублей; с ФИО11 488 920 712 рублей 33 копеек.

В постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 № 09АП-17935/2023 по делу № А40-102802/2019 суд пришел к выводу о том, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. Такой иск фактически направлен на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, и может выражаться как в убытках, так и в субсидиарной ответственности.

Также в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2023 № 09АП-17935/2023 по делу № А40-102802/2019 суд указал, что в институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Данная характеристика подобного иска является сущностной, что сближает его со всеми иными исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ.

Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 24.01.2022 т Ф05-34669/2021 по делу № А40-229462/2020 указал, что ответственность контролирующих лиц, руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 189.92 Закона о банкротстве исполнение обязательств перед кредиторами кредитной организации в ходе конкурсного производства осуществляется в очередности, установленной Законом о банкротстве, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1. Закона о банкротстве. Вне очереди за счет конкурсной массы исполняются текущие обязательства кредитной организации, предусмотренные статьей 189.84 Закона о банкротстве.

Статьей 189.94 Закона о банкротстве также установлено, что требования кредиторов удовлетворяются за счет имущества кредитной организации.

На основании вышеизложенного суммы, взысканные в порядке субсидиарной ответственности с лиц, контролирующих Банк, являются суммами возмещения ущерба, причиненного имуществу юридического лица, и относятся к внереализационным доходам в соответствии с пунктом 3 статьи 250 Кодекса.

Довод заявителя о том, что включение в состав внереализационных доходов основного должника суммы, взысканной с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности, повлечет за собой неизбежное увеличение размера субсидиарной ответственности на сумму налога на прибыль организаций, и о том, что указанное обстоятельство приведет к «непрекращающейся последовательности событий, порождающей включение в налоговую базу Банка новых и новых сумм взысканных с КДЛ в порядке субсидиарной ответственности», отклоняются судом в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2. Закона о банкротстве, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Общий порядок изменения предмета иска, в том числе размера субсидиарной ответственности установлен статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, данный механизм предусматривает возможность уменьшения или увеличения предмета (цены) иска до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Установление в РТК нового требования, после определения судом размера субсидиарной ответственности, не обязывает Банк подавать заявление в суд о его пересмотре.

Обязательства Банка прекращаются с момента внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи об исключении Банка (должника) из реестра.

После вступления в силу решения о привлечении к субсидиарной ответственности и до внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи об исключении Банка (должника) из реестра, как правило, проходит значительный промежуток времени, в котором Банку кредиторами предъявляются как текущие требования, так и требования, заявленные после закрытия РТК.

Также выводы, сделанные Банком путем толкования приведенной в заявлении судебной практики, отклоняются судом как несостоятельные.

Предметом спора в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2) по делу № А40-203647/2015 являлся вопрос о тождественности двух видов требований: о привлечении к субсидиарной ответственности и о возмещении ущерба, причиненного преступлением. Кроме того, Суд указал, что «...генеральным правовым основанием данного иска выступают, в том числе, положения статьи 1064 ГК РФ...» ввиду причинения контролирующими лицами ущерба должнику, на что Инспекций прямо указывает в оспариваемом решении (стр. 6 оспариваемого решения).

Верховный Суд Российской Федерации в определении Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 14.11.2023 № 16-КГ23-56-К4 пришел к выводу о том, что: «требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности носят взаимозаменяемый и взаимодополняемый характер, в связи с чем при определении соотношения этих требований необходимо исходить из их зачетного характера по отношению друг к другу» (пункт 1 статьи 6, абзац 1 пункта 1 статьи 394 ГК РФ).

При этом конечная цель предъявления соответствующего требования, как и в случае с исками, заявляемыми на основании положений статьи 1064 ГК РФ, заключается в необходимости возместить причиненный вред.

Аналогичные выводы содержатся в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2) по делу № А40-203647/2015.

При указанных обстоятельствах, суд считает обоснованным вывод Инспекции о том, что Банк в нарушение пункта 3 статьи 250 Кодекса неправомерно не включил во внереализационные доходы суммы денежных средств, взысканных с контролирующих должника лиц в пользу Банка в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 994 143 103 руб.

Изучив все вышеизложенные доводы заявителя и ответчика, суд соглашается с ответчиком, так как его доводы документально подтверждены.

На основании изложенного, выводы, изложенные в решении Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 9 от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, правомерны и соответствуют действующему законодательству.

Учитывая изложенные обстоятельства, заявителем не приведено необходимых доводов и оснований, предусмотренных АПК РФ, для отмены вынесенного Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 9 решения от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20.

При изложенных выше обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу о законности решения Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 9 от 2 сентября 2024 г. № 14.3/20 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и не нарушении им прав заявителя в контексте ч. 1 ст. 198 АПК РФ, в связи с чем в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

На основании ч. 3 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При этом, все приведенные заявителем в заявлении и озвученные в ходе судебного заседания доводы проверены и оценены судом, но являются необоснованными, так как выводы, положенные налоговым органом в основу оспариваемого решения, не опровергают.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя исходя из положений ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 115, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Заявленные требования КБ «МРБ» (ООО) (ОГРН: 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» – оставить полностью без удовлетворения.

Проверено на соответствие требованиям Действующего законодательства РФ.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятии в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: А.В. Полукаров