АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-7340/2019

19 февраля 2020 года

г. Улан-Удэ

 

Резолютивная часть решения объявлена 12 февраля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 19 февраля 2020 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Бурдуковской А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании, дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Лармед» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании незаконным и отмене решения, изложенного в письме от 13.09.2019 № 05-30/5271,

при участии в судебном заседании представителей: 

общества с ограниченной ответственностью «Лармед»  –  ФИО2 (доверенность от 22.11.2019, паспорт, диплом), ФИО3 (доверенность от 15.08.2019, паспорт, диплом),

ГАУЗ «Республиканская клиническая больница им. Н.А. Семашко» Министерства здравоохранения Республики Бурятия – ФИО4 (доверенность от 23.01.2019, паспорт, диплом),

акционерного общества «Компания «Бакстер» - ФИО5 (доверенность № 943 от 11.09.2019, паспорт, диплом),

Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия –  извещено надлежащим образом о начавшемся судебном процессе, в материалах дела имеется расписка представителя от 23.01.2020,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Лармед» (далее – заявитель, ООО «Лармед») обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия  (далее – ответчик, УФАС по РБ) о признании незаконным и отмене решения об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства, изложенного в письме от 13.09.2019 № 05-30/5271.

Определениями от 20 ноября 2019 года, от 13 декабря 2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Компания «Бакстер», ГАУЗ «Республиканская клиническая больница им. Н.А. Семашко» Министерства здравоохранения Республики Бурятия (далее – АО «Бакстер», ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко»).

В обоснование заявленных требований заявителем указано, что 07.05.2019 между АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» заключен договор безвозмездного пользования дорогостоящего медицинского оборудования. В последующем на официальном сайте zakupki.gov.ru было размещено извещение № 31908045642 об открытом запросе котировок в электронной форме на поставку диализаторов на 3 квартал 2019 года, из которого ООО «Лармед» стало известно о закупке диализаторов, подходящих только под определенного производителя. 

Полагая, что договор безвозмездного пользования медицинского оборудования, заключенный между АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко», является антиконкурентным соглашением, фактически приводит к ограничению доступа хозяйствующих субъектов к поставке расходных материалов, а в действиях сторон усматриваются нарушения Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», 27.08.2019 ООО «Лармед» обратилось в УФАС по РБ с жалобой на нарушение антимонопольного законодательства, выразившегося в заключении между АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» договора от 07.05.2019, направленного на участие в торгах на поставку расходных материалов только определенных организаций. В качестве довода также приводится письмо АО «Бакстер» № исх. 80АД от 25.03.2019 о необходимости использования оригинальных расходных материалов на медицинскую технику компании.

Решением, изложенным в письме от 13.09.2019 № 05-30/5271, УФАС по РБ отказало обществу в возбуждении дела в связи с отсутствием признаков нарушения антимонопольного законодательства. Полагая, что отказ в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства является незаконным, ООО «Лармед» обратилось в арбитражный суд с заявлением об отмене данного решения.

В судебном заседании представители заявителя доводы, изложенные в заявлении, поддержали в полном объеме, договор безвозмездного пользования от 07.05.2019 нарушает Федеральный закон от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». Указывали на необходимость применения разъяснений, содержащихся в письме ФАС России № АК/14239 от 18.04.2011. 

Представитель УФАС по РБ в судебное заседание не явился, представлен письменный  отзыв на заявление (л.д. 29-32). Ответчик указал, что нарушений Закона о защите конкуренции при вынесении решения не имеется, поскольку АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» не являются хозяйствующими субъектами-конкурентами, а положения части 4 статьи 11 и статьи 14.8 указанного закона не применимы т.к. договор безвозмездного пользования заключен на основании Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Третье лицо - ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» полагает, что положения действующего законодательства не нарушались. Решение УФАС по РБ является законным и обоснованным.

Третье лицо - АО «Бакстер»  представило письменные пояснения (л.д. 100-104, 119-122), согласно которым действия АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» не могут квалифицироваться как нарушения Федерального закона «О защите конкуренции». Общество и больница не являются конкурентами, заключенный ими договор не противоречит действующему законодательству, кроме того АО «Бакстер»  не участвовало в запросе котировок на поставку расходных материалов для поставленного оборудования.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие надлежащим образом извещенного ответчика. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд считает необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований, исходя из следующего. 

07.05.2019 между АО «Бакстер» (Бакстер) и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» (клиент) заключен договор безвозмездного пользования (л.д. 18-23, 52-63). Согласно пункту 1.1 Бакстер передает, а клиент получает на условиях договора в безвозмездное временное пользование оборудование – аппарат гемодиализный ARTIS 230V PHISIO II, а также аксессуары и принадлежности, необходимые для эксплуатации и технического обслуживания оборудования.

По акту приема-передачи от 11.06.2019 АО «Бакстер» передало ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» 4 аппарата гемодиализных ARTIS 230V PHISIO II с серийными номерами FX029075, FX029001, FX029108, FX028998 (л.д. 61).

28.06.2019 на официальном сайте zakupki.gov.ru было размещено извещение № 31908045642 об открытом запросе котировок в электронной форме на поставку диализаторов на 3 квартал 2019 года (л.д. 67-69). 

27.08.2019 ООО «Лармед» обратилось в УФАС по РБ с жалобой (л.д. 40-45) на нарушение антимонопольного законодательства со ссылкой на то, что договор безвозмездного пользования медицинского оборудования, заключенный между АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко», является антиконкурентным соглашением, фактически приводит к ограничению доступа хозяйствующих субъектов к поставке расходных материалов, а в действиях сторон усматриваются нарушения Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

30.08.2019 УФАС по РБ направлено в адрес ООО «Лармед» письмо № 05-30/5077 от 29.08.2019 о рассмотрении жалобы в порядке и сроки, установленные статьей 44 Закона о защите конкуренции (л.д. 70-72).

Решением, изложенным в письме от 13.09.2019 № 05-30/5271, УФАС по РБ отказало обществу в возбуждении дела в связи с отсутствием признаков нарушения антимонопольного законодательства (л.д. 36-39).

Не согласившись с указанным решением антимонопольного органа, ООО «Лармед» оспорило его в судебном порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из анализа названных норм права следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта, незаконным решения и действия (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц необходимо установить наличие в совокупности двух обстоятельств (пункт 6 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»): 

- противоречие оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действия (бездействия) требованиям законодательства, действовавшего в месте и на момент его вынесения, 

- нарушение данным решением прав и законных интересов заявителя 

Обязанность доказывания законности оспариваемых ненормативных правовых актов, действий и обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на органы, которые приняли акт (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) целями данного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков.

Согласно пункту 1 статьи 22 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган обеспечивает государственный контроль за соблюдением требований антимонопольного законодательства федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, хозяйствующими субъектами, физическими лицами.

Для осуществления данных функций антимонопольный орган наделен полномочиями возбуждать и рассматривать дела о нарушениях антимонопольного законодательства, проводить проверку соблюдения антимонопольного законодательства коммерческими организациями, некоммерческими организациями федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а также государственными внебюджетными фондами, физическими лицами, получение от них необходимых документов и информации, объяснений в письменной или устной форме (пункты 1, 11 части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции).

Согласно части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции основанием для возбуждения и рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства является, в том числе заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства.

Порядок рассмотрения заявления, материалов и возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства определен статьей 44 Закона о защите конкуренции, в соответствии с которой при рассмотрении заявления, материалов о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган: определяет, относится ли рассмотрение заявления или материалов к его компетенции; устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению (часть 5). По результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: 1) о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; 2) об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства (часть 8). Антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела в том числе, если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют (пункт 2 части 9).

Таким образом, исходя из названных положений Закона о защите конкуренции, а также Административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденного Приказом ФАС России от 25.05.2012 № 339 (пункт 3.43 Регламента), отказ в возбуждении дела может последовать в связи с отсутствием в действиях хозяйствующего субъекта признаков нарушения антимонопольного законодательства и такой отказ должен быть мотивирован.

Как следует из материалов дела, УФАС по РБ отказало ООО «Лармед» в возбуждении дела в связи с отсутствием признаков нарушения антимонопольного законодательства. 

В обоснование отказа указано, что АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» не являются хозяйствующими субъектами-конкурентами, а положения части 4 статьи 11 и статьи 14.8 Закона о защите конкуренции не применимы т.к. договор безвозмездного пользования заключен на основании Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Как установлено действующим законодательством без согласия собственника бюджетное учреждение не вправе распоряжаться особо ценным движимым имуществом, закрепленным за ним собственником или приобретенным за счет бюджетных средств, а также недвижимым имуществом. Остальным имуществом, находящимся у него на праве оперативного управления, бюджетное учреждение вправе распоряжаться самостоятельно, если иное не установлено законом (пункт 3 статьи 298 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 10 статьи 9.2. Закона о некоммерческих организациях). 

Закон также не запрещает бюджетному учреждению заключать гражданско-правовые сделки и приобретать в результате таких сделок имущество на ином праве (безвозмездное пользование, пожертвование и пр.).

Согласно статье 689 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Проанализировав спорный договор от 07.05.2019 между АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» суд делает вывод об отнесении его к договорам безвозмездного пользования,  заключение которого не регламентировано положениями Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц».

Пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции конкуренция определена как соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

При этом положения пункта 17 данной статьи определяют признаки ограничения конкуренции: сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что недобросовестная конкуренция – это любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации;

В соответствии с частью 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к:

1) установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок;

2) повышению, снижению или поддержанию цен на торгах;

3) разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков);

4) сокращению или прекращению производства товаров;

5) отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками).

Частью 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции запрещаются иные соглашения между хозяйствующими субъектами (за исключением «вертикальных» соглашений, которые признаются допустимыми в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона), если установлено, что такие соглашения приводят или могут привести к ограничению конкуренции. К таким соглашениям могут быть отнесены, в частности, соглашения: 1) о навязывании контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (необоснованные требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товаров, в которых контрагент не заинтересован, и другие требования); 2) об экономически, технологически и иным образом не обоснованном установлении хозяйствующим субъектом различных цен (тарифов) на один и тот же товар; 3) о создании другим хозяйствующим субъектам препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка; 4) об установлении условий членства (участия) в профессиональных и иных объединениях.

Статьей 14.8 Закона о защите конкуренции не допускаются иные формы недобросовестной конкуренции наряду с предусмотренными статьями 14.1 - 14.7 указанного Федерального закона.

Факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов (пункт 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016).

Таким образом, соглашением по смыслу антимонопольного законодательства может быть признана договоренность хозяйствующих субъектов в любой форме, о которой могут свидетельствовать сведения, содержащиеся в документах хозяйствующих субъектов, скоординированные и целенаправленные действия (бездействие) данных субъектов, сознательно ставящих свое поведение в зависимость от поведения других участников рынка, совершенные ими на конкретном товарном рынке, подпадающие под критерии ограничения конкуренции и способные привести к результатам, определенным Законом о защите конкуренции.

Для квалификации действий хозяйствующих субъектов как антиконкурентного соглашения, необходимо доказать, что заключение соглашения между хозяйствующими субъектами привело или может привести к ограничению конкуренции, установить причинно-следственную связь между заключением соглашения между хозяйствующими субъектами на товарном рынке и наступлением (либо возможностью наступления) отрицательных последствий.

АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» не продают и не приобретают товары на одном товарном рынке, следовательно, не являются конкурентами. 

Деятельность ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко», с использованием предоставленных гемодиализных аппаратов ARTIS 230V PHISIO II, не имеет реального экономического характера, не носит конкурентный характер, направлена исключительно в целях оказания медицинских услуг населению, следовательно, данная деятельность не может рассматриваться на предмет нарушения антимонопольного законодательства. 

Кроме того, как следует из материалов дела, заявитель, ООО «Лармед», имеет возможность участвовать в проводимых ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» закупках материалов на основании конкурентных процедур. 

Следовательно, заключение спорного договора не повлекло ограничение конкуренции, антимонопольное законодательство не нарушено; как уже отмечалось судом ранее, предоставление в безвозмездное пользование допускается без проведения конкурсных процедур, предусмотренных Законом о контрактной системе. 

Доказательств, свидетельствующих об имевшем место антиконкурентном соглашении, в частности, возможности получения АО «Бакстер» необоснованных преимуществ перед другими организациями и создавших предпосылки к ограничению конкуренции, заявителем не представлено.

АО «Бакстер» в своем письме № исх. 80АД от 25.03.2019 уведомляет о необходимости использования оригинальных расходных материалов на медицинскую технику компании, поскольку использование иных расходных материалов может поставить в опасность здоровье пациентов.

В судебном заседании представители АО «Бакстер» и ГАУЗ «РКБ им. Н.А. Семашко» не отрицали, что при эксплуатации гемодиализного оборудования существует необходимость закупки оригинальных расходных материалов в целях правильной работы аппаратов и отсутствия угрозы здоровью пациентов.

Поставленные аппараты ARTIS 230V PHISIO II  являются аппаратами искусственной почки и используется для проведения процедуры гемодиализа с помощью расходных материалов (картриджи, диализаторы, кровопроводящие магистрали, диализные концентраты и др.), которые используются в едином технологическом процессе на связанном с ними технологически и функционально оборудовании – аппарате гемодиализа.

Пунктом А.9.1 Приложения А ГОСТ Р ИСО/ТО 16142 - 2008 «Изделия медицинские. Руководство по выбору стандартов, поддерживающих важнейшие принципы обеспечения безопасности и эксплуатационных характеристик медицинских изделий» (утв. Приказом Ростехрегулирования от 29.09.2008 № 226-ст) предусмотрено, что если медицинское изделие предназначено для применения в комбинации с другими изделиями или оборудованием, то вся такая комбинация, включая систему соединения, должна быть безопасной и не должна ухудшать функционирование изделия. Любые ограничения применения должны быть указаны в маркировке или в инструкциях к применению.

Письмом Министерства здравоохранения РФ от 27 октября 2003 № 293-22/233 были утверждены методические рекомендации, являющиеся нормативным правовым актом и действующим на всей территории Российской Федерации. Согласно пункту 3.1 вышеназванных рекомендаций техническое обслуживание медицинской техники в гарантийный и послегарантийный период является обязательным условием ее безопасной эксплуатации и эффективного применения по назначению. Эксплуатация и применение в медицинских целях медицинской техники, не обеспеченной техническим обслуживанием или снятой с технического обслуживания, недопустим, поскольку представляет опасность для пациента и медицинского персонала. Ответственность за обеспечение безопасной эксплуатации медицинской техники несет ее владелец (пользователь).

Таким образом, суд принимает во внимание, что аппарат искусственной почки используется для проведения процедуры гемодиализа и проведение соответствующей процедуры тесно связано с безопасностью жизни и здоровья человека. Доказательств совместимости расходных материалов иных производителей с ARTIS 230V PHISIO II суду не представлено.

Довод заявителя о необходимости применения разъяснений, содержащихся в письме ФАС России № АК/14239 от 18.04.2011, судом отклоняется. 

Письмо ФАС России № АК/14239 от 18.04.2011 являясь ненормативным правовым актом, не может являться обязательным для применения и содержит лишь рекомендации к его использованию. Кроме того, из содержания указанного письма следует, что  ФАС России велась работа по разработке дополнений в Закон о защите конкуренции в части запрета пожертвования, дарения, передачи в безвозмездное пользование имущества, использование которого невозможно без товаров, производимых стороной, передающей имущество, или иным лицом, входящим с ним в группу лиц, или без товаров, являющихся невзаимозаменяемыми (если заключение договора пожертвования обуславливает в дальнейшем заключение договора поставки). Однако, в настоящий момент Закон о защите конкуренции не содержит подобных дополнений и запрета на заключение договоров безвозмездного пользования.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права; каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (пункт 2 статьи 65, пункты 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного арбитражный суд приходит к выводу об отказе в  удовлетворении заявления ООО «Лармед». 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение по настоящему  делу вступает в законную силу  по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

Судья                 А.А. Бурдуковская