ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-287/2015

г. Вологда

05 ноября 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 05 ноября 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Журавлева А.В. и     Кузнецова К.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НРК АКТИВ» на определение Арбитражного суда Тверской области от 04 сентября 2019 года по делу             № А66-287/2015,

у с т а н о в и л:

Арбитражным судом Тверской области 03.02.2015 принято к производству заявление о признании открытого акционерного общества «Мелькомбинат» (адрес: 170100, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – должник, Комбинат) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.08.2016 в отношении Комбината введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО2.

Определением от 11.08.2017 ФИО2 отстранён от исполнения обязанностей временного управляющего, новым временным управляющим Комбината утверждён ФИО3.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 06.06.2018 в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком до 04.10.2019, внешним управляющим утвержден ФИО4.

В последующем, решением от 01.07.2019 Комбинат признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО4

Сообщение об открытии конкурсного производства опубликовано в издании «Коммерсантъ» от 13.07.2019 № 122.

Закрытое акционерное общество «Объединенная продовольственная компания» (далее – ЗАО «ОПК»), ссылаясь на заключенный договор возмездной уступки прав от 24.01.2017, обратилось суд с заявлением о процессуальном правопреемстве конкурсного кредитора должника – акционерного общества «АБ «Россия» (далее – Банк) на его правопреемника ЗАО «ОПК» в части денежного требования в сумме 124 149 259 руб. 91 коп. из них 93 657 667 руб. 41 коп. просроченной задолженности по основному долгу, 18 907 933 руб. 71 коп. просроченных процентов, 8 405 224 руб. 86 коп. неустойки за несвоевременное погашение основного долга по кредиту, 3 178 433 руб. 93 коп. неустойки за несвоевременную уплату процентов за пользование кредитом.

Определением суда от 04.09.2019 произведена замена Банка на ЗАО «ОПК» по требованию к Комбинату в сумме требования 124 149 259 руб. 91 коп., из которых 93 657 667 руб. 41 коп. основного долга, 18 907 933 руб. 71 коп. процентов за пользование кредитом, 11 583 658 руб. 79 коп. неустойки.

Общество с ограниченной ответственностью «НРК АКТИВ» (далее – Компания) с судебным актом не согласилось, в апелляционной жалобе просило определение отменить и отказать в удовлетворении заявленного требования. По мнению апеллянта, заключение названного договора уступки от 24.01.2017 привело к удовлетворению требований отдельных кредиторов в нарушение положений статей 113, 125 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Ссылается на злоупотребление правом ЗАО «ОПК» и должником в связи с наличием у указанных лиц признаков аффилированности. Полагает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства Компании о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до вступления в законную силу судебного акта, принятого по итогам рассмотрения заявления Компании о признании недействительным договора возмездной уступки прав от 24.01.2017 

ЗАО «ОПК», Банк доводы жалобы отклонили по основаниям, приведенным в отзывах; Банк ходатайствовал о рассмотрении жалобы в отсутствие своего представителя.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу определением суда в рамках настоящего дела признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование Банка в сумме 206 763 928 руб. 91 коп., из них 155 968 407 руб. 99 коп. основного долга, 31 490 184 руб. 21 коп. просроченных процентов за пользование кредитом, 19 305 336 руб. 71 коп. неустойки; требование в сумме 206 763 928 руб. 91 коп. установлено в качестве обеспеченного залогом имущества должника.

ЗАО «ОПК» (цессионарий) и Банком (цедент) 24.01.2017 заключен договор возмездной уступки прав, по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает на возмездной основе все права (требования) в отношении Комбината, возникшие на основании кредитного договора от 03.07.2014 № 09/07/1/003/2014 (в редакции дополнительных соглашений     от 25.07.2014 № 1, от 18.11.2014 № 2, от 22.12.2014 № 3, от 12.01.2015 № 4,     от 29.05.2015 № 5) права, обеспечивающие исполнение обязательств должника и связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

По условиям пункта 1.1.2 договора продавались права требования к должнику в размере 206 763 928 руб. 91 коп., согласно пункту 2.1 договора цена цессии составляла 127 774 726 руб. 39 коп., оплата цессии подлежала согласно определенному в пункте 2.2 договора цессии графику рассрочки.

Согласно пункту 2.5 договора права требования к должнику переходят к цессионарию с даты оплаты цессии в полном объеме.

В рамках исполнения обязательства по оплате цессии ЗАО «ОПК» перечислило Банку 56 000 000 руб. в период с января 2017 года по январь 2018 года.

Банком (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Аспект» (цессионарий; далее – ООО «Аспект») 02.02.2018 заключен договор цессии тех же прав требований к должнику в размере 206 763 928 руб. 91 коп.

Согласно пункту 2.1 договора цена цессии составляла 125 000 000 руб., оплата должна производиться по графику, определенному в пункте 2.2 договора. Согласно пункту 2.4 права требования переходят к цессионарию с момента подписания договора.

Дополнительным соглашением от 02.02.2018 № 1 к договору цессии       от 24.01.2017 произведена замена цедента Банка на нового цедента               ООО «Аспект» с согласия цессионария ЗАО «ОПК».

В соответствии с пунктом 2.4 договора цессии от 24.01.2017 (в редакции дополнительного соглашения от 05.02.2018 № 2) передача прав осуществляется на основании актов приема-передачи, оплата приобретенных прав производится в соответствии с графиком, установленным пунктом 2.2 договора цессии от 24.01.2017 (в редакции дополнительного соглашения от 05.02.2018  № 2).

Согласно пункту 2.5 договора цессии от 24.01.2017 (в редакции дополнительного соглашения от 22.05.2018 № 3) права требования к должнику переходят от цедента к цессионарию пропорционально оплате соответствующей части цены, указанной в пункте 2.1 договора цессии от 24.01.2017.

ЗАО «ОПК» в рамках исполнения договорных обязательств по оплате цессии перечислило ООО «Аспект» 19 000 000 руб.

В связи с нарушением сроков оплаты и размера платежей, действуя в соответствии с пунктом 6.2 договора, ООО «Аспект» письмом от 01.09.2018 уведомило ЗАО «ОПК» об одностороннем отказе от договора цессии от 24.01.2017 с 01.09.2018.

Права требования, переданные ЗАО «ОПК» по актам приема-передачи    от 06.02.2018, 26.02.2018, 26.03.2018, 24.04.2018, 25.07.2018, 27.08.2018 на сумму 124 149 259 руб. 91 коп., возврату ООО «Аспект» не подлежали, права требования по обеспечительным договорам были приобретены ООО «Аспект» на основании пункта 2.6 договора цессии от 24.01.2017 (в редакции дополнительного соглашения от 05.02.2018 № 2) в связи с невыполнением   ЗАО «ОПК» обязанности полностью оплатить цену уступаемых прав.

Таким образом, цессионарием ЗАО «ОПК» оплачено 75 000 000 руб. за приобретенные права требования к должнику, что составляет 60 % от их стоимости (124 774 726 руб. 39 коп.), соответственно приобретено прав требования на сумму 124 149 259 руб. 91 коп. (60 % от объема всех прав требования).

Вышеназванные обстоятельства явились основанием для обращения ЗАО «ОПК» в арбитражный суд с настоящим ходатайством о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве должника.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства ЗАО «ОПК».

Данный вывод суда первой инстанции является обоснованным в силу следующего.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с частью 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве суду следует проверить соответствие договора цессии положениям главы 24 ГК РФ и установить, что фактические обстоятельства, являющиеся основанием для правопреемства, подтверждены надлежащими доказательствами.

Суд первой инстанции, исследовав спорный договор, указал на соответствие существенных его условий требованиям закона и обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования о процессуальном правопреемстве конкурсного кредитора в деле о банкротстве Комбината.

Довод ООО «НРК АКТИВ» о том, что заключение спорного договора    от 24.01.2017 между аффилированными лицами привело к удовлетворению требований отдельных кредиторов в нарушение положений статей 113, 125 Закона о банкротстве, был предметом исследования суда первой инстанции и получил надлежащую правовую оценку. 

Закон о банкротстве не допускает использования схемы недобросовестного перераспределения голосов кредиторов путем частичного погашения требования одного кредитора, поскольку это противоречит основной цели банкротства – соразмерному удовлетворению требований всех кредиторов одной очереди.

В силу прямого законодательного регулирования, третьим лицом индивидуально могут быть погашены только требования уполномоченного органа по обязательным платежам по правилам статей 71.1, 85.1, 112.1 и 129.1 Закона о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим положениям абзаца четвертого пункта 1 статьи 45 НК РФ.

Иные же обязательства должника перед кредиторами третье лицо вправе исполнить только посредством удовлетворения в полном объеме всех требований, включенных в реестр, либо в процедуре внешнего управления, либо в процедуре конкурсного производства (статьи 113 и 125 Закона о банкротстве).

Между тем, вопреки мнению апеллянта, названное регулирование не означает, что конкурсный кредитор не вправе уступить принадлежащее ему требование к должнику на основании договора цессии. В такой ситуации первоначальный кредитор выбывает из обязательства исключительно по своей воле и права иных кредиторов при этом не затрагиваются.

Кроме того, включенное в реестр требование Банка не вытекает из правоотношений аффилированных лиц, при этом заключение договора цессии является выражением воли кредитора по распоряжению имеющимся у него правом требования к должнику, которое в этой ситуации законодательно не ограничено.

Ссылка апеллянта на наличие в действиях Банка, должника и               ЗАО «ОПК» признаков злоупотребления правом в связи с аффилированностью        ЗАО «ОПК» и Комбината отклоняется.

Статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), устанавливающая пределы осуществления гражданских прав, не допускает их осуществление исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также действия в обход закона с противоправной целью и иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом),

В силу абзаца третьего пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Само по себе наличие аффилированности у кредитора и должника не может указывать на безусловный факт злоупотребления правами.

В данном случае не доказано совершение названными юридическими лицами действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред должнику, а также злоупотребление правом в иных формах.

Заключение договора об уступке права (цессии) и замена кредитора не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов должника и его кредиторов.

При этом, применительно к отношениям, регулируемым Законом о банкротстве, а также правилам пункта 4 статьи 1 и статьи 10 ГК РФ недопустимо создание фиктивной задолженности должника перед аффилированным с ним кредитором с целью захвата последним контроля над банкротным процессом и необоснованного распределения в свою пользу конкурсной массы во вред другим кредиторам, требования которых к должнику основаны на действительных и исполненных с их стороны обязательствах.

Между тем, как уже указывалось ранее, кредитор, обладающий реальным правом требования к должнику, подтвержденным судебным актом, не может быть лишен возможности уступить это право другому кредитору только по причине того, что цессионарий будет являться лицом, аффилированным с должником. Подобная аффилированность в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ сама по себе еще не свидетельствует о наличии у цессионария единственной цели осуществления своих прав, полученных в результате цессии, в виде причинения вреда другим кредиторам.

Приведенное апеллянтом иное толкование положений Закона о банкротстве полностью не позволяло бы аффилированным с должником кредиторам, обладающим действительными правами требования к должнику, реализовывать такие права в соответствии с установленным стандартом добросовестности в пределах, регламентированных статьей 10 ГК РФ, и неоправданно поражало бы таких кредиторов в гражданских правах по сравнению с кредиторами, неаффилированными с должником.

Довод Компании о наличии у ЗАО «ОПК» задолженности перед Комбинатом также правомерно отклонен судом первой инстанции. Указанное обстоятельство, даже при его наличии и документальном подтверждении, не исключает возможность заключения названного выше договора цессии и проведения замены кредитора в реестре требований кредиторов должника.

Аргументы апеллянта о допущенном судом первой инстанции нарушении норм процессуального права, выразившемся в отказе в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до вступления в законную силу судебного акта по итогам рассмотрения заявления Компании о признании недействительным договора цессии              от 24.01.2017 отклоняется апелляционной коллегией, поскольку предусмотренных статьей 143 АПК РФ оснований для приостановления производства по обособленному спору в данном случае не имеется.

Таким образом фактические обстоятельства судом первой инстанции исследованы в полном объеме, с учетом заявленного предмета требования сделан обоснованный вывод о его удовлетворении.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой обстоятельств и имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого определения.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ при рассмотрении заявления ЗАО «ОПК» не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба Компании по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 04 сентября    2019 года по делу № А66-287/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НРК АКТИВ» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

О.Н. Виноградов

Судьи

А.В. Журавлев

К.А. Кузнецов