ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

31.05.2024

Дело № А40-71055/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27.05.2024

Полный текст постановления изготовлен  31.05.2024

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Зверевой Е.А.

судей   Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я.

 при участии в судебном заседании:

от ООО "СпецКонтактСтрой" - ФИО1 по   дов. от 10.06.2021 на 3 года,

от ФИО2 - ФИО3 по   дов. от 20.03.2023 на 2 года,

рассмотрев  27.05.2024  в судебном заседании кассационную жалобу

ООО "СпецКонтактСтрой"

на решение от 24.08.2023

Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 14.03.2024

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению о привлечении ФИО4 и

ФИО2 к субсидиарной ответственности  по

обязательствам должник 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  14.03.2024, привлечен ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "РСК Групп" с взысканием денежных средств, в части требований к ФИО2 отказано.

Не согласившись с судебными актами в части  отказа в привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО2, ООО "СпецКонтактСтрой" обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, указав на несоответствие выводов  судов, содержащихся в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение судами норм права.

Письменные отзывы на жалобу не поступали.

В судебном заседании представитель ООО "СпецКонтактСтрой" поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО2 – возражал.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что, согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующих в судебном заседании   представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также  соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по  делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами, а также усматривается из материалов дела, ранее было прекращено дело о банкротстве должника на основании  абзаца  8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве.

После прекращения производства по делу о банкротстве, кредиторами инициирован спор о привлечении ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника    ООО "РСК-Групп".

Суды  установили, что генеральным директором ООО "РСК-Групп" в период с 19.10.2017 являлся ФИО4, единственным участником общества - ФИО2

Обстоятельства, установленные в отношении ФИО4 никем не оспариваются, в  связи с чем суд кассационной инстанции рассматривает жалобу в пределах доводов,  изложенных в ней.

В качестве правового обоснования для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, заявлено   ООО "СпецКонтактСтрой" о том, имея статус участника, обязан был до 10.02.2019 инициировать созыв внеочередного собрания общества, однако,  не совершил данных действий. 

Также заявитель сослался на то, что должник совершил сделку в пользу ФИО2 

Отказывая в удовлетворении требований к ФИО2, суды исходили из отсутствия правовых оснований для привлечения данного ответчика к субсидиарной ответственности.

По эпизоду с неподачей заявления о банкротстве, суды обоснованно исходили из того, что не представлены сведения об обязательствах, возникших после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для  привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом; безусловных доказательств того, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества на конкретную дату, с которой следовало исчислять месячный срок для обращения в суд с соответствующим заявлением.

В данном случае не доказано, что по состоянию на конкретную дату сложились условия, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве юридического лица, а у учредителя - по принятию соответствующего решения.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для несогласия с выводами судов в этой части.

В части выплат,   осуществленных должником в пользу ФИО2, судом первой инстанции  установлено,  что он,   как учредитель и единственный участник по договорам займа и договорам безвозмездной помощи учредителя, оказывал финансовую помощь  ООО "РСК-Групп", о чем свидетельствует выписка с расчетного счета,   а перечисленные ФИО2 денежные средства являются возвратом по  указанным  займам,  а также выплатой заработной платы, т.е.  не  являются сделками по выводу имущества должника.

 Кроме того, заявителями не представлено достаточных доказательств того, что именно указанные сделки стали причиной банкротства   ООО "РСК Групп".

Суды установили, что имела место выдача денежных средств ФИО2 в подотчет в размере 4 870 000 рублей.

Суды отметили то, что вменяемые кредиторами сделки, совершены более чем за год до возбуждения дела о банкротстве (11.12.2020).

При этом были отклонены доводы о том, что ФИО2 не представлено документов об использовании полученных под отчет денежных средств    в хозяйственной деятельности должника, поскольку отсутствие полного пакета оправдательных документов непосредственно у управляющего бесспорным доказательством порочности оспариваемых платежей не является.

Суд апелляционной инстанции указал на то, что бремя возложения на участника ответственности за не передачу бывшим руководителем должника соответствующей документации управляющему, а равно  не сохранность такой документации неправомерно.

Между тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

В то же  время  правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками  (учредителями) и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление Пленума № 53).

Соответственно, в исключительных   случаях участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от 26.10.2002  № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Закон о банкротстве)  могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. 

Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11,  пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума № 53).

Во всяком случае,   при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2    статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела,  имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе  исходить из предположения о том,  что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором,  если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе,  например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

В данном случае суды необоснованно распределили бремя доказывания, освободив ФИО2 от обязанности опровергать доводы заявителей.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника. 

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий названных лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда кредиторам презюмируется, в связи с чем  для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В Определении от 11.11.2021 № 2358-О Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что, оценив правовые возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности должника, вероятность фактической реализации этих возможностей, суд при рассмотрении на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО конкретного дела в силу имеющейся у него дискреции может в зависимости от обстоятельств дела и представленных истцом доводов и доказательств предложить лицам, участвующим в деле, включая ответчика, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Исходя из этой  правовой  позиции  и по смыслу подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, рассматриваемых в системной связи с пунктом 4 статьи 1, статьей 10, пунктом 3 статьи 53 и пунктами 1 - 3 статьи 53.1 ГК Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.11 и пунктом 4 статьи 61.16 Закона  о банкротстве,  если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве (до введения первой процедуры банкротства) с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, утверждает, что такое лицо действовало недобросовестно и (или) неразумно, и представил судебные акты, подтверждающие неисполнение обществом обязательств перед ним, а также доказательства фактического прекращения хозяйственной деятельности общества  суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности должника, вероятность фактической реализации этих возможностей и предложить лицам, участвующим в деле, в том числе ответчику, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. 

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к сведениям и документации о хозяйственной деятельности должника и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений (отзыва) о своих действиях (бездействии) при управлении должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности (в том числе при неявке в суд) или при явной неполноте пояснений, при непредставлении доказательств правомерности своего поведения (т.е. при установлении судом недобросовестности поведения контролирующего должника лица в процессе) обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности. 

Иное, т.е. получение в деле по заявлению кредитора преимущества в виде освобождения от ответственности в результате недобросовестного процессуального поведения контролирующего должника лица, которое в силу своего положения способно оказывать существенное влияние на деятельность общества и обязано при возникновении признаков банкротства действовать с учетом интересов кредиторов,  вступало бы в противоречие с принципом справедливости. 

Если же в ходе дальнейшего рассмотрения дела будет установлена недобросовестность поведения в процессе кредитора, суд уполномочен корректировать решения, касающиеся распределения соответствующих процессуальных обязанностей.

В связи с изложенным,  суд округа  полагает,  что выводы судов являются преждевременными   и сделаны без исследования фактических обстоятельств дела и доводов истца,  таким образом, судебные акты подлежат отмене, поскольку суды неправильно   распределили бремя доказывания, освободив ответчика ФИО2   от опровержения  с представлением доказательств доводов истца.

При новом  рассмотрении также следует учесть разъяснения, данные в пункте 20 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которым при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника,  какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие  должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае,  когда  причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ,  вред ,исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. 

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Оценка доказательств является прерогативой суда рассматривающего спор по существу.

Согласно положениям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно  части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено,  что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и  иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые акты подлежат отмене в обжалуемой части, поскольку суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон.

При новом рассмотрении спора судам следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт. 

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 по делу                                      № А40-71055/2022 в обжалуемой части отменить.

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение  в Арбитражный суд г. Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                    Е.А. Зверева  

Судьи                                                                                                Е.Л. Зенькова

                                                                                                             Н.Я. Мысак