АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А75-19987/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 08 октября 2025 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Атрасевой А.О.,  

судей Казарина И.М., 

 ФИО1 –  

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.12.2024 (судья Кашляева Ю.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2025 (судьи Целых М.П., Брежнева О.Ю., Самович Е.А.) по делу № А75-19987/2020 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Завод строительных материалов» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.  

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО4.  

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО5 по доверенности от 13.05.2024.  

Суд установил: 

в рамках дела о банкротстве акционерного общества «Завод строительных материалов» (далее – АО «ЗСМ», должник) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее также - управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 02.11.2016, заключенного между должником и ФИО2 (далее также – ответчик), в отношении квартиры с кадастровым номером 86:11:0000000:22163, площадью 144,6 кв. м, расположенной по адресу: 

<

...> Октября, дом 12а, корпус 3, квартира 70, (далее – спорная квартира, квартира № 70).  

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24.12.2024, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2025, заявление удовлетворено.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления управляющего.  

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на неосведомленность о наличии кредиторской задолженности у должника, следовательно, отсутствие цели  

причинения вреда кредиторам; указывает, что материалами дела подтверждается фактическое намерение ответчика приобрести спорное помещение в личных целях и наличие финансовой возможности для осуществления расчетов; считает, что судами не учтена затруднительность предоставления документов в связи с давностью совершения оспариваемой сделки.  

По мнению кассатора, основания признания сделки недействительной не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в связи с чем отсутствовали основания для применения положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); судами нарушены принципы состязательности и беспристрастности судопроизводства; управляющим пропущен срок исковой давности, а суд апелляционной инстанции неверно определил момент начала его течения.  

Управляющий в представленном отзыве на кассационную жалобу, приобщенном к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), возражает относительно изложенных в ней доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представитель кассатора поддержал доводы кассационной жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.  

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 02.11.2016 между АО «ЗСМ» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры (далее – договор), по условиям которого продавец продает, а покупатель приобретает в собственность квартиру № 70.  

В соответствии с пунктом 3 договора стоимость квартиры определена сторонами в 1 000 000 руб.  

Перерегистрация права собственности на ФИО2 совершена 17.11.2016. 

Определением суда от 06.02.2021 принято заявление Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре о признании АО «ЗСМ» несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 11.05.2022 производство по настоящему делу о банкротстве прекращено.  

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.05.2022 отменено, вопрос обоснованности заявления о признании несостоятельным (банкротом) АО «ЗСМ» направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.  

Определением суда от 16.01.2023 в отношении АО «ЗСМ» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6.  

Решением суда от 30.08.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3  

Ссылаясь на мнимость оспариваемой сделки, ее совершение в интересах руководителя должника без оформления права собственности за ним с целью сокрытия такого имущества от кредиторов АО «ЗСМ» и невозможности обращения на него взыскания, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, исходил из того, что оспариваемый договор является мнимой сделкой по выводу активов должника, который был направлен на сохранение контроля ФИО4 над спорной квартирой путем использования механизма добросовестного приобретателя.  

Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным главой III.1 указанного Закона.  

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, мнимую (статьи 10, 168, 170 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.  

Для признания сделки недействительной на основании названной статьи необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.  

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.  

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

При этом следует учитывать, что характерной особенностью мнимой сделки, как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.  

С учетом приведенной выше правовой позиции высшей судебной инстанции для вывода о мнимом характере сделки необходимо доказать отсутствие у сторон, ее совершивших, намерений исполнять сделку. Обязательным условием в таком случае является порочность воли каждой из сторон сделки. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.  

Таким образом, существо мнимой сделки сводится к сокрытию лицами, непосредственно свершившими сделку, от третьих лиц (кредиторов должника) истинных мотивов своего поведения, связанности этих действий не с самим фактом заключения договора и его исполнением как обычной сделки, отражающей подлинную волю участников, а с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами видимости исполнения. Тем самым, иск о признании сделки мнимой имеет целью устранение последствий формального начала исполнения мнимого договора, направленного на безосновательное получение активов из конкурсной массы.  

В рассматриваемом случае совокупность установленных судами обеих инстанций обстоятельств, не опровергнутых ответчиком надлежащими доказательствами, обоснованно позволила прийти к выводу о мнимости договора от 02.11.2016.  

Так, судами принято во внимание, что в период заключения договора у должника имелись неисполненные обязательства по заработной плате, а также по арендной плате перед Администрацией города Нижневартовска (решения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 08.11.2018 по делам № А75-13500/2018, № 13496/2018, определение от 14.02.2024 о включении требования в реестр требований кредиторов должника), что участвующими в деле лицами не оспаривалось.  

Спорная квартира приобретена должником в результате заключения договора инвестирования от 10.04.2009 № 003 с обществом с ограниченной ответственностью производственной коммерческой фирмой «Стор».  

Стоимость инвестирования в спорную квартиру площадью 144,6 кв. м в 2010 году составляла 7 230 000 руб. (исходя из расчета 50 000 руб. за один квадратный метр), кадастровая стоимость - 10 042 235,75 руб.  

Более того, по ходатайству ответчика по спору назначена судебная экспертиза, согласно результатам которой рыночная стоимость квартиры № 70 по состоянию  

на 02.11.2016 составляла 10 046 000 руб. (заключение эксперта от 05.11.2024 № 2024/0141).  

При этом в пользу ФИО2 спорная квартира реализована в 2016 году по цене 1 000 000 руб.  

Судом первой инстанции установлено, что информация о продаже квартиры № 70 среди неограниченного круга лиц не распространялась. Как пояснял представитель ответчика, ФИО2, находясь на объекте, узнал, что продается спорная квартира и сразу обратился к руководителю ФИО4 с вопросом приобретения квартиры.  

Какие-либо аргументированные пояснения ценообразования по договору ответчиком в дело представлены не были.  

Действия лица, приобретающего имущество по цене явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными, в отсутствие убедительных доказательств реальности покупной цены. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения.  

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что продавец избавляется от имущества по заниженной (бросовой) цене по причинам, не связанным с экономическими интересами. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2)).  

В данном случае подателем кассационной жалобы не подтвержден факт разумного или добросовестного поведения стороны оспариваемой сделки, который в силу общих принципов доказывания в арбитражном процессе опровергнут управляющим.  

Согласно выработанной судебной практикой позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).  

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).  

Подозрения (даже косвенные) в независимости участников спорных правоотношений перераспределяют обязанность по доказыванию реальности отношений с лица, оспаривающего сделку, на сторону сделки.  

Судами принято во внимание, что в спорной квартире ответчик и члены его семьи никогда зарегистрированы не были.  

При этом управляющий последовательно указывал на то, что бывший руководитель должника ФИО4, а также его родственники, в том числе сын ФИО7, сохраняют личный контроль и продолжают пользоваться имуществом по своему усмотрению, несут бремя расходов собственника, в том числе сохраняют договорные отношения, необходимые для использования недвижимости.  

Из письма акционерного общества «УК № 1» от 03.04.2024 следует, что лицевой  

счет № 

<

***> открыт на квартиру № 70, при этом согласно поступившей от публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» выписке по операциям общества с ограниченной ответственностью «Нижневартовский расчетно-информационный центр» ФИО4 производил оплату жилищно-коммунальных услуг по лицевому счету № 

<

***> в период с 23.09.2022 по 25.12.2023, то есть спустя более шести лет после продажи квартиры в пользу ответчика.  

Действительно, ответчиком в материалы спора представлены квитанции в отношении спорного помещения за период с 2018 года по 2020 год, однако документов, подтверждающих, что оплату производил именно ФИО2 (платежных поручений, кассовых чеков, с указанием платежных реквизитов ответчика), не представлено.  

Более того, представитель ответчика в судебных заседаниях суда первой инстанции пояснял, что квартира приобреталась в целях последующей сдачи в аренду, вместе с тем, несмотря на неоднократные предложения суда, договоры аренды, иные документы, подтверждающие эксплуатацию спорной квартиры именно ответчиком, в дело не были представлены.  

Также судами приняты во внимание приобщенные к материалам спора пояснения коммерческого директора ФИО8 (лицо, подписавшее договор с ФИО2) о том, что квартира № 69, расположенная по адресу: 

<

...> Октября, дом 12а, корпус 3, а также спорная квартира № 70 изначально приобретались лично для ФИО4 и его ближайших родственников.  

По договору от 01.02.2023 квартира № 69 отчуждена ФИО9 (сотрудник АО «ЗСМ» и мать ФИО10 – члена совета директоров АО «ЗСМ») в пользу ФИО7  

В рассматриваемом случае анализ указанного поведения участников правоотношений (продажа по существенно заниженной стоимости, оплата ФИО4 коммунальных платежей по прошествии длительного времени после реализации спорного объекта) позволил судам прийти к выводу о наличии между ними доверительных отношений, позволяющих совершать сделки на условиях, недоступных независимым лицам на открытом рынке, искажая в документах как сами эти договоренности, так и истинные мотивы поведения.  

Таким образом, утверждения ответчика о необоснованном применение судами повышенного стандарта доказывания при рассмотрении настоящего спора судом округа не принимаются, поскольку в рассматриваемом случае установлена заинтересованность должника с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной, в связи с чем на него переходит бремя по опровержению соответствующих обстоятельств и раскрытия разумных экономических мотивов совершения сделки.  

Коме того, суды обоснованно критически оценили представленные ФИО2 документы о наличии финансовой возможности приобрести спорную квартиру, поскольку одновременное приобретение двух квартир (квартира № 70 и квартира в городе Санкт-Петербург), при подтверждении достаточности дохода справками 2-НДФЛ, выданными обществом с ограниченной ответственностью «Теплоэнергия», в котором ответчик является участником, не могут безусловно свидетельствовать о наличии финансовой возможности произвести расчеты.  

Основания для иной оценки установленных судами обстоятельств у суда округа  

отсутствуют.  

В этой связи установив указанные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно заключили, что договор от 02.11.2016 является мнимым, целью которого являлся безвозмездный вывод из собственности должника ликвидного имущества (объекта недвижимости) во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, поскольку в течение всего периода после совершенной сделки имущество продолжало находиться в собственности должника.  

Утверждения кассатора об обратном подлежат отклонению, как направленные на переоценку установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.  

Довод ответчика о пропуске управляющим срока исковой давности судом округа рассмотрен и признан необоснованным.  

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.  

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исковая давность по такому требованию об оспаривании сделки в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.  

Поскольку в данном случае совокупность установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств позволила прийти к выводу о мнимости договора от 02.11.2016, с учетом положений пункта 1 статьи 181 ГК РФ и даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства (30.08.2023) трехлетний срок исковой давности при обращении в суд с настоящим заявлением управляющим не пропущен.  

Доводы кассационной жалобы о том, что судами обеих инстанций нарушены принципы состязательности сторон и беспристрастности судопроизводства, подлежат отклонению.  

Согласно части 3 статьи 8 и статье 9 АПК РФ арбитражный суд обязан оказывать содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, однако не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение; судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности лиц, участвующих в деле.  

Судами созданы все условия в соответствии со статьей 9 АПК РФ для всестороннего  

и полного исследования обстоятельств дела.  

Обжалуемые судебные акты содержат мотивированное обоснование отклонения заявленных сторонами доводов и возражений.  

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).  

Вопреки утверждениям подателя жалобы, выводы судов основаны на результатах исследования и оценки представленных сторонами доказательств в их совокупности и взаимосвязи.  

В целом доводы кассатора повторяют его позицию по спору, являлись предметом рассмотрения судов нижестоящих инстанций и не опровергают их выводы, сделанные на основании правильного применения норм права к установленным обстоятельствам дела.  

Иное толкование подателем кассационной жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.12.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2025 по делу № А75-19987/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий А.О. Атрасева 

Судьи И.М. Казарин 

 ФИО1