ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

Березина ул., д. 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: (4922) телефон 44-76-65, факс 44-73-10 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-1277/2020

24 ноября 2020 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена 17 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 ноября 2020 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Наумовой Е.Н., судей Мальковой Д.Г., Устиновой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Лавэлис" на решение Арбитражного суда Чувашской Республики от 12.08.2020 по делу №А79-1277/2020,

по иску общества с ограниченной ответственностью "Лавэлис",ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, к обществу с ограниченной ответственностью "Лавмода", ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,

о признании недействительным договора субаренды нежилого помещения от 01.04.2019, применении последствий недействительности сделки в виде обязания возвратить 218 700 рублей,

при участии представителей: от ответчика – ФИО2 по доверенности от 17.03.2020 сроком на 1 год, диплому о высшем юридическом образовании регистрационный номер 3136 от 06.07.2009; от истца – не явился, извещен;

установил.

Общество с ограниченной ответственностью "Лавэлис" (далее – истец, ООО "Лавэлис") обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Лавмода" (далее – ответчик, ООО "Лавмода") о признании недействительным договора субаренды нежилого помещения от 01.04.2019, применении последствий недействительности сделки в виде обязания возвратить 218 700 рублей.

Исковые требования основаны на статье 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Федеральный закон № 14-ФЗ), статьях 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что договор является сделкой с заинтересованностью, заключен с нарушением требований законодательства.

Решением от 12.08.2020 Арбитражный суд Чувашской Республики отказал  в удовлетворении иска.

Не согласившись с принятым по делу решением, ООО "Лавэлис"обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

Заявитель указывает,что судом не дана оценка доводам истца о том, что размещение производства на гораздо меньшей площади (по оспариваемому договору 145,00 кв.м.) невозможно для полноценной работы.

Отмечает, что на представленном ответчиком акте в подтверждение приема-передачи помещения отсутствует печать арендатора и субарендатора.  

Полагает ошибочным довод суда применительно к толкованию ограничений указанных в части 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации. Считает, что у суда не имелось оснований проводить различие между органом юридического лица и представителями по доверенности. 

Апеллянт отмечает, что истец значительно потерял в прибыли и не может продолжать осуществление хозяйственной деятельности.

Кроме того, податель жалобы  ссылается на пункт 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утверждён Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019 года), согласно которому установлено, что сделка общества может быть признана недействительной и в том случае, когда она хотя и не причиняет убытков обществу, тем не менее не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, причиняет неоправданный вред участникам общества, которые не выразили свое согласие на совершение соответствующей сделки. ООО "Лавэлис" не давал согласия на заключения оспариваемого договора. 

Представитель ответчика в судебном заседании и в отзыве на апелляционную жалобу указал на законность и обоснованность принятого судебного акта, в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать.

Истец, извещенный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, явку полномочного представителя в судебное заседание не обеспечил.  

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителя истца по имеющимся в нем материалам.

Проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены  судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО3 (далее – ФИО3) являлась генеральным директором ООО "Лавэлис".

15.09.2019 единственным участником ООО "Лавэлис" ФИО4 (далее – ФИО4) принято решение № 2 о досрочном прекращении полномочий генерального директора ФИО3, назначении ФИО4 генеральным директором ООО "Лавэлис".

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц ФИО3 является директором и единственным участником ООО "Лавмода".

01.04.2019 ответчиком (арендатор) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (далее – арендодатель, ИП ФИО5) заключен договор аренды нежилых помещений (далее – договор аренды от 01.04.2019), по условиям которого арендодатель сдает, а арендатор принимает в аренду нежилые помещения, находящиеся по адресу: 428008, 

<

...>; площадь сдаваемых в аренду помещений – 439,05 кв.м. 

В силу пункта 2.7 договора аренды от 01.04.2019 арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду. 

По акту приема-передачи от 01.04.2019 арендодатель передал помещение арендатору.

01.04.2019 между истцом (субарендатор) и ответчиком (арендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения (далее – договор субаренды), согласно которому арендатор сдает, а субарендатор принимает в субаренду нежилое помещение, расположенное по адресу: 428008, 

<

...>, общей площадью 145 (сто сорок пять) кв.м. для использования под швейное производство. 

Пунктом 3.1 договора субаренды установлено, что стоимость субаренды помещения составляет 36 450 (тридцать шесть тысяч четыреста пятьдесят) рублей в месяц. 

Помещение сдается в субаренду сроком до 01.10.2019 (пункт 6.1 договора субаренды).

Договор субаренды подписан от арендатора директором ФИО3 субарендатора – генеральным директором ФИО3 

По акту приема-передачи нежилого помещения по договору субаренды от 01.04.2019 помещение передано субарендатору.

Платежными поручениями от 26.04.2019 № 142, 22.05.2019 № 181, 27.06.2019 № 234, 23.07.2019 № 275, 08.08.2019 № 300 ответчику перечислено 218 000 рублей арендной платы по договору субаренды. 

Истец, полагая, что договор субаренды является недействительным, поскольку является сделкой с заинтересованностью и требует одобрения участника ООО "Лавэлис", обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения иска. При этом суд исходил из следующего.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерациипо договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации, другим законом или иными правовыми актами.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В пункте 1 статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ указано на то, что сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

По смыслу статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ заинтересованность в сделке может иметь место тогда, когда одно и то же лицо связано не с одной, а с обеими сторонами сделки, в силу обстоятельств, указанных в статье 45 Федерального закона № 14-ФЗ. 

По правилам статьи 45 пункта 3 Федерального закона № 14-ФЗ общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества. 

В силу положений пункта 6 статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий: отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки; лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта. 

Из буквального толкования указанного пункта следует, что по общему правилу наличие неблагоприятных последствий, возникающих у общества или его участников при заключении сделки с заинтересованностью не презюмируются, то есть истец в соответствии с требованиями статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать наличие вышеназванных обстоятельств.

Согласно пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересампредставляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. 

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. 

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Как следует из материалов дела и не оспорено сторонами, договор субаренды со стороны арендатора и субарендатора подписан одним и тем же лицом – ФИО3, которая на момент заключения спорного договора являлась директором ООО "Лавмода" и генеральным директором ООО "Лавэлис". 

Суд обоснованно указал, что данное обстоятельство, во взаимосвязи с положениями статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ свидетельствует о том, что договор субаренды отвечал признакам сделок с заинтересованностью, а потому при его заключении требовалось соблюдение требований статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ.

         Судом также установлено и сторонами не опровергнуто, что ФИО3 не получала согласия участников ООО "Лавэлис" на заключение спорного договора субаренды. 

Доказательств того, что участник ООО "Лавэлис" обращался к ФИО3 с требованием предоставить информацию в отношении оспариваемого договора субаренды в материалы дела не представлено. 

Кроме того, ООО "Лавэлис" направило ответчику письмо от 30.10.2019 о том, что договор субаренды исполнялся надлежащим образом и считается пролонгированным на тех же условиях на тот же срок, пописанное генеральным директором ООО "Лавэлис" ФИО4 

Таким образом, ФИО4, являющаяся единственным участником ООО "Лавэлис", знала о заключенном договоре субаренды, а также подтвердила его исполнение.

Доказательств того, что действия ФИО3 направлены на причинение ущерба истцу, материалы дела не содержат. 

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представлены доказательства причинения истцу ущерба в результате заключения договора субаренды. 

В ходе рассмотрения дела истец не представил доказательств того, что арендная плата, установленная в договоре субаренды, значительно выше рыночной. 

Из материалов дела следует, что между ИП ФИО5 и истцом были заключены договоры аренды нежилых помещений от 04.05.2016, 04.04.2017, 04.03.2018 № 2, 04.02.2019 № 1, по условиям которых истцу в аренду передавались нежилые помещения, грузоподъемный таль 3т, находящиеся по адресу: 428008, 

<

...>, площадью 439,05 кв.м. Стоимость аренды одного квадратного метра по указанным договорам составляла 236 рублей 83 копейки. 

Исходя из пункта 3.1 спорного договора субаренды стоимость аренды одного квадратного метра в месяц по спорному договору субаренды составила 251 рубль 37 копеек (36 450 рублей / 145 кв.м. = 251 рубль 37 копеек). 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что стоимость аренды одного квадратного метра по спорному договору субаренды не значительно превышает стоимость аренды одного квадратного метра по ранее заключенным истцом договорам аренды с ИП ФИО5 

Кроме того, из материалов дела следует, что 16.11.2019 между ИП ФИО5 и истцом заключен договор аренды нежилых помещений, находящихся по адресу: 428008, 

<

...>; площадью 439,05 кв.м., стоимость аренды одного квадратного метра в месяц по которому составила 263 рубля 66 копеек. 

На основании изложенного, судом сделан верный вывод о том, что условия договора субаренды для истца были выгоднее, чем условия договора аренды от 16.11.2019. 

Истец указал на то, что у истца отсутствовало оборудование для организации швейного производства, поскольку оборудование было передано ответчику в аренду по договору аренды оборудования от 01.04.2019 № 01/19.

Между тем из указанного договора аренды оборудования от 01.04.2019 № 01/19 невозможно установить, какое именно оборудование было передано ответчику. 

В параграфе "Активы и обязательства" отчета по аудиторской проверке финансово-хозяйственной деятельности истца за 2019 год, выполненного обществом с ограниченной ответственностью "Волжско-Камское аудиторское агенство" (далее - отчет по аудиторской проверке), указано на списание оборудования (таблица 11). Между тем к указанному в таблице 11 оборудованию имеется пометка о том, что фактически оборудование находится у истца и продолжает использоваться им в производственной деятельности. 

Кроме того, из параграфа "Материалы и готовая продукция" отчета по аудиторской проверке следует, что производство готовых изделий осуществлялось единым процессом – без разделения на производство готовой продукции из материалов истца, ответчика. 

Таким образом, судом установлено, что в пользовании истца в период после заключения договора субаренды имелось оборудование для производства готовой продукции

Довод истца о том, что у истца отсутствовали сотрудники, противоречит материалам дела. 

Из отчета по аудиторской проверке, книги учета движения трудовых книжек истца, сведений о застрахованных лицах по форме СЗВ-М, расчетов сумм налога на доходы физических лиц, исчисленных и удержанных налоговым агентам, расчетов по страховым взносам следует, что в период после заключения спорного договора субаренды у истца имелись сотрудники, в том числе: швеи, технолог, менеджер по снабжению. 

Довод истца о массовом увольнении сотрудников 05.04.2019 не свидетельствует о полном отсутствии у истца сотрудников после заключения спорного договора субаренды. 

Из отчета по аудиторской проверке также следует, что в период после заключения договора субаренды истцом выпускалась, а также реализовалась готовая продукция. 

При условии наличия у истца сотрудников и осуществления выпуска и реализации продукции довод истца об отсутствии необходимости использования помещения по договору субаренды судом обоснованно не принят во внимание.

Кроме того, в обоснование заявленных требований истец указал на резкое снижение реализации готовой продукции и снижение прибыли.

Оценив указанный довод, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности причинно-следственной связи между заключением спорного договора субаренды и снижением у истца реализации готовой продукции и прибыли. Доказательств обратного истцом в нарушение статьи 45 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. 

Также истец указывал на то, что оспариваемый договор субаренды выходил за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 8 статьи 46 Федерального закона № 14-ФЗ).

В соответствии с пунктом 7 статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ положения настоящей статьи не применяются, в частности, к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со статьей 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности".

Поскольку истцом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершались аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности (договоры аренды нежилых помещений от 04.05.2016, 04.04.2017, 04.03.2018 № 2, 04.02.2019 № 1, 16.11.2019),  суд приходит к выводу  к выводу о том, что оспариваемая сделка не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО "Лавэлис".

Из представленных в материалы дела документов следует, что рассматриваемая сделка отвечает интересам и целям деятельности истца, является для него обычной хозяйственной сделкой, и не повлекла каких-либо негативных последствий.

Истец, указывая на недействительность договора субаренды, сослался на пункт 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации

Пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом. Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем положения, предусмотренные пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены исключительно на защиту интересов представляемого от возможного их ущемления представителем в условиях конфликта интересов. В связи с этим сделка, совершенная с нарушением интересов представляемого вопреки ограничениям, установленным указанными правовыми положениями, может быть признана недействительной по иску представляемого. 

Действующее законодательство не отождествляет орган юридического лица и представителя, что следует из последней редакции пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, из которого исключена ссылка на пункт 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. 

Из этого следует, что ограничение, установленное пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации, к спорным правоотношениям не применяется, так как в указанных отношениях ФИО3 выступает от имени организации не в качестве представителя ООО "Лавэлис", а в качестве его органа управления. 

Подобная сделка может быть предметом самостоятельного спора в соответствии с положениями статьи 45 Федерального закона № 14-ФЗ. 

Данный правовой подход следует из разъяснений, приведенных в пункте 121 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". 

Таким образом, основания для признания договора недействительным по пункту 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствовали. 

Истец также пояснял, что оспариваемый договор субаренды заключен со злоупотреблением правом со стороны директора ответчика ФИО3  

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015, злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Таким образом, указанная норма права закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенным (неправомерным) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. 

Одновременно в пункте 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений, это означает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

При этом доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия. 

Действия по заключению сделки могут быть признаны злоупотреблением правом, если будет установлено, что такая сделка направлена исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц. При этом, исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной, исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота. 

Таким образом, заявитель, требующий признать сделку недействительной как несоответствующую статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен доказать наличие у сторон сделки намерения причинить вред другому лицу. 

Доказательств того, что заключая оспариваемую сделку, ФИО3 действовала исключительно с целью причинить ущерб истцу, истец вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представил.

Исследовав материалы дела, проверив доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции считает обоснованным решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований.  

Доводы апелляционной жалобы проверены и отклонены по вышеизложенным основаниям.

Иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Чувашской Республики от 12.08.2020 по делу А79-1277/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Лавэлис" - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий судья 

            Е.Н. Наумова 

Судьи

            Д.Г. Малькова 

            Н.В. Устинова