ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                        Дело № А23-4137/2021

                                                                      20АП-8766/2023

Резолютивная часть постановления объявлена    18.03.2024 

Постановление изготовлено в полном объеме     27.03.2024

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  судьи Волковой Ю.А., судей Волошиной Н.А. и Холодковой Ю.Е., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 (паспорт), в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Калужской области от 22.11.2023 по делу № А23-4137/2021 (судья Сыбачин А.В.), 

вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности, 

при участии в качестве заинтересованных лиц (ответчиков) ФИО5, ФИО4, 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 Икром, ФИО12, ФИО13, ФИО14, Администрация Сергиево-Посадского городского округа 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 

 

 

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности    (банкротстве)    ФИО2 (далее – должник, ФИО2).

Решением Арбитражного суда Калужской области от 11.03.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО15 (далее – ФИО15). 

Определением суда от 12.05.2022 ФИО15 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Финансовым управляющим ФИО2 утвержден член ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Эгида» ФИО3 (далее – ФИО3).

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании сделки недействительной, просил признать недействительными сделками: 

-договор купли-продажи земельных участков от 29.12.2018, заключенный представителем должника ФИО2 ФИО6 и ФИО5 (далее – ФИО6 и ФИО5), в части продажи земельного участка с кадастровым номером 50:05:0030338:95 общей площадью 1815 кв.м, расположенного по адресу: Московская обл., Сергиево-Посадский муниципальный район, г.п. Сергиев Посад, деревня Воронцово. 

- договор купли-продажи земельных участков, заключенный Бескровной Е.Г. и ФИО4 (далее – ФИО4), в части продажи земельного участка с кадастровым номером 50:05:0030338:95 общей площадью 1815 кв.м, расположенного по адресу: Московская обл., Сергиево-Посадский муниципальный район, г.п. Сергиев Посад, деревня Воронцово.

Определениями суда от 15.03.2023 обособленные споры об оспаривании цепочек сделок по продаже земельных участков с кадастровыми номерами 50:05:0030338:86, 50:05:0030338:87, 50:05:0030338:89, 50:05:0030338:90, 50:05:0030338:91, 50:05:0030338:92, 50:05:0030338:93, 50:05:0030338:94, 50:05:0030338:96, 50:05:0030338:97, 50:05:0030338:98, 50:05:0030338:100, с признанием недействительными сделок от 29.12.2018 и от 19.08.2019, объединены для совместного рассмотрения с заявлением об оспаривании сделки в отношении объекта с кадастровым номером 50:05:0030338:95.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 22.11.2023 договор купли-продажи от 29.12.2018 года, заключенный представителем должника ФИО6 и Бескровной Е.Г., и договор купли-продажи от   19.08.2019, заключенный Бескровной Е.Г. и ФИО4, в части продажи земельных участков с кадастровыми номерами 50:05:0030338:86, 50:05:0030338:87, 50:05:0030338:89, 50:05:0030338:90, 50:05:0030338:91, 50:05:0030338:92, 50:05:0030338:93, 50:05:0030338:94, 50:05:0030338:95, 50:05:0030338:96, 50:05:0030338:97, 50:05:0030338:98, 50:05:0030338:100 признаны недействительной сделкой. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника ФИО2 2 200 000 руб. В удовлетворении заявления в оставшейся части отказано. 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО4 обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части признания недействительной сделкой договор купли-продажи от 19.08.2019, заключенный Бескровной Е.Г. и ФИО4, в части продажи земельных участков с кадастровыми номерами 50:05:0030338:86, 50:05:0030338:87, 50:05:0030338:89, 50:05:0030338:90, 50:05:0030338:91, 50:05:0030338:92, 50:05:0030338:93, 50:05:0030338:94, 50:05:0030338:95, 50:05:0030338:96, 50:05:0030338:97, 50:05:0030338:98, 50:05:0030338:100, а также в части применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу должника 2 200 000 руб. и взыскание с него в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб. и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении требований финансового управляющего.

Апеллянт считает, что фактическое исполнение договора купли-продажи от 19.08.2019, заключенного между ФИО4 и Бескровной Е.Г., подтверждается написанной собственноручно распиской Бескровной Е.Г. в получении от апеллянта денежных средств в размере 2 000 000 руб. 

Кроме того, апеллянт считает, что материалами дела не подтверждается, что в момент заключения спорного договора ФИО2 обладал признаками неплатежеспособности. 

Также апеллянт со ссылкой на пункт 38 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010) считает, что ФИО4 не было и не могло быть известно о притязаниях кредитора на спорные земельные участки. 

В судебном заседании  финансовый управляющий ФИО2 – ФИО3  возражал  против  удовлетворения апелляционной жалобы  ФИО4, просил обжалуемое ответчиком определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.   

Иные  заинтересованные лица по делу о банкротстве, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена в отсутствие иных неявившихся представителей участников арбитражного процесса, надлежащим образом извещенных судом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

На основании пункта 7 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 №127- ФЗ финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

На основании пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63) в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 -ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

В настоящем обособленном споре финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора от 29.12.2018. Процедура реструктуризации введена в отношении должника 13.09.2021.

При этом 31.05.2021 к производству суда принято заявление о несостоятельности должника. Таким образом, сделка заключена в период подозрительности, применимыми нормами права являются положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов    дела и установлено судом, 29.12.2018    между ФИО2, от имени которого действовала ФИО6, и Бескровной Е.Г. заключены договоры купли-продажи в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 50:05:0030338:86, 50:05:0030338:87, 50:05:0030338:89, 50:05:0030338:90, 50:05:0030338:91, 50:05:0030338:92, 50:05:0030338:93, 50:05:0030338:94, 50:05:0030338:95, 50:05:0030338:96, 50:05:0030338:97, 50:05:0030338:98, 50:05:0030338:100, 50:05:0030338:101 и здания с кадастровым номером 50:05:0030338:199. 

Согласно абзацу 3 доверенности №71 ТО 1624170 от 28.12.2018 цена продажи земельных участков определена сторонами и составляет не менее 3 500 000 руб.

Согласно п. 15.1 договора, денежные средства в размере 200 000 руб. переданы продавцу в качестве аванса до подписания договора. Согласно п. 15.2 договора денежные средства в размере 1 800 000 руб. оплачиваются покупателем наличными до 28.02.2019. 

Определением Арбитражного суда Калужской области от 15.06.2023, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2023, признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 29.12.2018, заключенный между ФИО2 и Бескровной Е.Г., в отношении земельного участка с кадастровым номером 50:05:0030338:101 и здания с кадастровым номером 50:05:0030338:199. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с Бескровной Е.Г. в конкурсную массу должника ФИО2 3 000 000 руб.

В отношении спорных объектов через пять месяцев после регистрации договора от 29.12.2018, 18.08.2019 объекты с кадастровыми номерами 50:05:0030338:86, 50:05:0030338:87, 50:05:0030338:89, 50:05:0030338:90, 50:05:0030338:91, 50:05:0030338:92, 50:05:0030338:93, 50:05:0030338:94, 50:05:0030338:95, 50:05:0030338:96, 50:05:0030338:97, 50:05:0030338:98, 50:05:0030338:100 отчуждены Бескровной Е.Г. по договору купли-продажи земельных участков ФИО4

В соответствии с п. 15 договора от 19.08.2019 стороны пришли к соглашению о том, что земельные участки продаются по цене 2 000 000 руб. Расчет между сторонами произведен до подписания настоящего договора.

Впоследствии объекты с кадастровыми номерами 50:05:0030338:86, 50:05:0030338:87, 50:05:0030338:89, 50:05:0030338:90, 50:05:0030338:91, 50:05:0030338:92, 50:05:0030338:93, 50:05:0030338:94, 50:05:0030338:95, 50:05:0030338:96, 50:05:0030338:97, 50:05:0030338:98, 50:05:0030338:100 отчуждены ФИО4 третьим лицам, общая сумма конечных сделок составила 2 200 000 руб.

ФИО6 в суде первой инстанции было подтверждено, что ФИО4 является ее мужем, также ФИО6 и ФИО4 подтвердили получение ими денежных средств от конечных покупателей. 

В материалы дела представлены расписка от 28.12.2018, в соответствии с которой ФИО2 получил от ФИО6 2 000 000 руб. и расписка от 05.01.2019 на сумму 500 000 руб., в соответствии с которыми денежные средства получены в счет продажи ремонтных мастерских и земельных участков (всего 15 объектов) по адресу: Московская обл., Сергиево-Посадский муниципальный район, г.п. Сергиев Посад, деревня Воронцово.

В письменной позиции от 17.11.2022 ФИО6 представила пояснения о том, что весь объем проданного Бескровной Е.Г. имущества был выкуплен ФИО6 у должника за 2 500 000 руб. на условиях выдачи нотариальной доверенности для целей дальнейшей перепродажи.

Финансовый управляющий имуществом должника в обоснование заявления указал на отсутствие доказательств фактического исполнения Бескровной Е.Г. и ФИО4 условий договора при отчуждении имущества должника с причинением вреда кредиторам должника, сведения о которых имелись в публичном доступе (исполнительное производство 38522/18/77003-ИП от 01.08.2018 на сумму 5 234 079 руб. 08 коп.).

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Суд первой инстанции  пришел к выводу о том, что материалы дела не содержат надлежащих доказательств передачи денежных средств от Бескровной Е.Г. или ФИО4 в пользу ФИО2 в какой-либо сумме.

При этом сведения о наличии у должника неисполненных денежных обязательств на дату заключения сделки имелись в публичном доступе.

Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, ФИО5 и ФИО4, действуя добросовестно и разумно, изучили бы объективные причины одномоментной продажи 15 объектов недвижимого имущества по нотариальной доверенности в отсутствие оплаты.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу N А41- 48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25                  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту - Постановление N 25) разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 по делу № А41-36402/2012 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Кроме того, суд по аналогии принимает во внимание разъяснения, изложенные в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, и в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу которых, если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о недействительности оспариваемой сделки, бремя опровержения данных утверждений переходит на другую сторону сделки, в связи с этим она должна доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Фиктивность наличия встречного предоставления по сделке является основанием для признания сделки недействительной в порядке статьи 61.2 закона о банкротстве с учетом достижения сторонами действительной цели сделки по выводу имущества должника.

В рассматриваемом случае именно ФИО5 и ФИО4 обязаны доказать надлежащее исполнение обязательств по оплате, однако, соответствующие процессуальные действия указанными лицами не осуществлены.

Напротив, ответчик уклонился от раскрытия содержания сделки, ссылаясь на отсутствие формальной аффилированности сторон и соответствие цены договора рыночной стоимости. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что формальное составление расписки, подтверждающей факт исполнения обязательств по оплате, не свидетельствует о фактическом исполнении данной обязанности. 

Между тем, правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Факт получения (неполучения) оплаты за имущество является юридически значимым обстоятельством для определения, была ли у сторон цель вывода имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства должника или действительного получения должником равноценного встречного исполнения за него.

С учетом существа спора и повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве, расписка о получении денежных средств, при отсутствии иных допустимых доказательств, которые оформляются при обычном ведении финансово-хозяйственной деятельности, не является достоверным и достаточным доказательством осуществления оплаты по оспариваемому договору, поскольку не позволяет сделать однозначный вывод о том, что оплата фактически произведена.

Кроме того, ни ФИО5, ни ФИО4 не доказали наличие финансовой возможности для приобретения спорных объектов недвижимости. 

Таким образом, сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов должника; в результате их совершения такой вред был причинен; стороны должны были осознавать наличие указанной противоправной цели в момент совершения сделки, а потому подлежит применению пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая недействительность сделки по специальным основаниям, условий для проверки иных (общегражданских) оснований недействительности не имеется.

В соответствии со статьей 61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, в рассматриваемом случае применимым последствием недействительности сделки является взыскание рыночной стоимости спорных объектов в конкурсную массу должника в соответствии с фактической ценой их отчуждения по сделкам в пользу третьих лиц, не признанным судом недействительными, что составляет 2 200 000 руб.

При этом суд первой инстанции принял во внимание, что  земельный участок с кадастровым номером 50:05:0030338:98 представляет собой дорогу и был передан ФИО4 Администрации Сергиево-Посадского городского округа безвозмездно.

Суд области пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскания с ФИО4 238 677 руб. 45 коп. за земельный участок с кадастровым номером 50:05:0030338:98, поскольку такой земельный участок не обладает самостоятельной ценностью, являясь подъездной дорогой к иным отчужденным земельным участкам, частное использование соответствующей дороги с установлением платы за ее использование или иных ограничений существенным образом снизило бы стоимость иных отчужденных по сделке земельных участков, а его передача безвозмездно публичному образованию не составляет нарушения прав кредиторов должника.

Доводы жалобы апелляционной коллегией рассмотрены и отклонены, поскольку они основаны на ошибочной оценке фактических обстоятельств дела и неверном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные вопросы применительно к установленным судом обстоятельствам.

Апелляционная инстанция соглашается с выводами суда первой инстанции, оснований для переоценки не имеется.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что формальное составление расписки, подтверждающей факт исполнения обязательств по оплате, не свидетельствует о фактическом исполнении данной обязанности,

Между тем, правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Факт получения (неполучения) оплаты за имущество является юридически значимым обстоятельством для определения, была ли у сторон цель вывода имущества должника из конкурсной массы в преддверии банкротства должника или действительного получения должником равноценного встречного исполнения за него.

С учетом существа спора и повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве, расписка о получении денежных средств, при отсутствии иных допустимых доказательств, которые оформляются при обычном ведении финансово-хозяйственной деятельности, не является достоверным и достаточным доказательством осуществления оплаты по оспариваемому договору, поскольку не позволяет сделать однозначный вывод о том, что оплата фактически произведена.

Данный вывод соответствует правовой позиции, указанной в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 24.01.2023 по делу № А23-4137/2021. 

Кроме того, ни ФИО5, ни ФИО4 не доказали наличие финансовой возможности для приобретения спорных объектов недвижимости

В рассматриваемом случае именно ответчик обязан доказать надлежащее исполнение обязательств по оплате, однако, соответствующие процессуальные действия указанным лицом не осуществлены.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, им дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие лиц, участвующих в деле, с оценкой имеющихся в деле доказательств и толкованием судом норм законодательства Российской Федерации, подлежащих применению в деле, не свидетельствует об ошибках, допущенных судом при рассмотрении дела.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам, установленным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 22.11.2023 по делу                                № А23-4137/202 оставить без изменения, а апелляционную  жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                               Ю.А. Волкова

Судьи                                                                                                            Н.А. Волошина

                                                                                                                               Ю.Е. Холодкова