ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сорожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-49104/2020

Дело № А40-219209/17

г. Москва

26 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 26 октября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой,

судей Ю.Л. Головачевой, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «КУЛ» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 17.08.2020г. в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «КУЛ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ООО «ФИНЛАЙТ», ФИО9, ФИО10 по денежным обязательствам ООО «КУЛ» в размере 200 293 528,40 руб. и в части размера субсидиарной ответственности, подлежащего взысканию с ФИО11, вынесенное судьей Петрушиной А.А. в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КУЛ»,

с участием представителей: согласно протоколу судебного заседания, 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2018 г. Общество с ограниченной ответственностью «КУЛ» (далее - ООО «КУЛ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Колесников Михаил Александрович. 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13 (далее - ФИО2), ФИО3 (далее ФИО3), ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО6 (далее - ФИО6), ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО8 (далее - ФИО8), ФИО11 (далее – ФИО11), Общество с ограниченной ответственностью «ФИНЛАЙТ» (далее - ООО «ФИНЛАЙТ»), ФИО9 (далее - ФИО9), ФИО10 (далее - ФИО10) по денежным обязательствам ООО «КУЛ» в размере 200 293 528,40 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2020 г. указанное заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено частично, Рыбакова А.Ф. привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КУЛ», с нее взыскано в пользу должника денежные средства в размере 200 293 528,40 руб.; в удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности отказано; в части взыскания с контролирующих должника лиц процентов по вознаграждению арбитражному управляющему заявление оставлено без рассмотрения.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением конкурсный управляющий ООО «КУЛ» обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «КУЛ» о привлечении к субсидиарной ответственности Артюнова А.Г., Геворкяна П.С., Китбаляна А.А., Мадунц Э.М., Саплахиди В.К., Гайказьян А.П., Налбандян З.Г,. Овчинникова И.В., по денежным обязательствам ООО «КУЛ» в размере 200 293 528,40 руб. и в части размера субсидиарной ответственности, подлежащего взысканию с Рыбаковой А.Ф.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника указывает на то, что мероприятия в рамках дела о банкротстве ООО «КУЛ» еще не завершены в связи с чем, взысканная судом первой инстанции сумма в порядке субсидиарной ответственности является недостоверной. Кроме того, по мнению заявителя апелляционной жалобы суд первой инстанции пришел к ошибочному вывод о том, что учредители ФИО5, ФИО6, ФИО9 и ФИО10 имеют менее 10% от уставного капитала ООО «КУЛ». Также конкурсный управляющий должника повторяет свои доводы, приводимые в суде первой инстанции, о том, что именно в результате действий названных лиц должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 17.08.2020 г. в обжалуемой части отменить.

Представители Налбандян З.Г., Саплахиди В.К., Мадунц Э.М., Гайказьян А.П. на доводы апелляционной жалобы возражали, в том числе по мотивам, изложенным в приобщенных к материалам дела отзывах, просили обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Поскольку лицами, участвующими в деле не заявлены возражения о пересмотре судебного акта в части, касающейся отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «КУЛ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО9,. ФИО10 по денежным обязательствам ООО «КУЛ» в размере 200 293 528,40 руб. и в части размера субсидиарной ответственности, подлежащего взысканию с ФИО11, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность определения Арбитражного суда города Москвы в обжалуемой части.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для изменения оспариваемого определения суда первой инстанции в части, касающейся размера субсидиарной ответственности. 

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11, ООО «ФИНЛАЙТ», ФИО9, ФИО10 к субсидиарной ответственности основано на положениях статей 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано не исполнением указанными лицами обязанности по своевременному обращению в суд с заявлением о признании ООО «КУЛ» банкротом, обязанности по передаче конкурсному управляющему всей бухгалтерской и иной документации, а также заключением сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника в части, касающейся привлечения ФИО11 к субсидиарной ответственности, исходил из представления им достаточных доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение названного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом суд первой инстанции взыскал с ФИО11 денежные средства в размере 200 293 528,40 руб., оставил без рассмотрения заявление конкурсного управляющего в части взыскания с контролирующих должника лиц процентов по вознаграждению арбитражному управляющему и отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в остальной части.

Конкурсный управляющий обжалует судебный акт в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «КУЛ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО9, ФИО10 по денежным обязательствам ООО «КУЛ» в размере 200 293 528,40 руб. и в части размера субсидиарной ответственности, подлежащего взысканию с ФИО11

В оставшейся части выводы суда первой инстанции не оспариваются, в связи с чем законность определения Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2020 г. в этой части судом апелляционной инстанции проверке не подлежит.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта). 

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника связывает возникновение оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности с бездействием, выразившемся в неисполнении обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «КУЛ» банкротом, а также с действиями, причинившими существенный вред имущественным правам кредиторов, в период до 01.07.2017 и с бездействием по передачи конкурсному управляющему документации должника в декабре 2018 года.

Следовательно, при рассмотрении заявления в части, касающейся привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о банкротстве ООО «КУЛ»  и совершение действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, а в части, касающейся не передачи конкурсному управляющему документации – в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, нарушение руководителем обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения указанного месячного срока на подачу такого заявления.

Конкурсный управляющий в своем заявлении указывает на то, что обязанность по обращению в суд возникла у контролирующих должника лиц в следующие периоды: 

- с января 2015 года, поскольку деятельность осуществлялась преимущественно за счет заемных средств; 

- с момента выставления первых требований налогового органа – 18.08.2016, 1-2 квартал 2016 года, в связи с наличием задолженности по обязательным платежам.

Вместе с тем, согласно бухгалтерской отчетности ООО «КУЛ» деятельность должника по первый квартал 2016 года была прибыльной: за 2014 год чистая прибыль составила 2 771 000 руб., за 2015 год – 9 202 000 руб.

Как установлено судом первой инстанции привлечение кредитных средств было обусловлено видом деятельности общества – лизинговой деятельностью. При этом погашение задолженности по кредитным договорам осуществлялось с учетом графика платежей, что установлено в определении Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2017 по делу № А40-31573/2016- 38-55Б.

Учитывая представленные финансовые показатели деятельности общества, вид основной деятельности (лизинговая), отсутствие просрочек в погашении кредитных обязательств суд апелляционной инстанции полагает, что не имеется оснований для вывода о наличии у ООО «КУЛ» по состоянию на январь 2015 года признаков неплатежеспособности.

Следовательно, конкурсным управляющим должника не доказано возникновение у ФИО8, которая являлась руководителем ООО «КУЛ» с 2003 года по 22.04.2016, обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Что касается доводов конкурсного управляющего в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО9 ФИО10 суд апелляционной инстанции учитывает, что названные лица являлись учредителями ООО «КУЛ». При этом положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ не возлагали на учредителей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника. В связи с чем названные лица не могут быть в любом случае привлечены к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

В отношении доводов о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершением ими действий, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно положениям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

В обоснование своих требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за совершение сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов ООО «КУЛ», конкурсный управляющий ссылался на то, что между КБ «Альта-Банк» (АО) и должником были заключены кредитные договоры № 

<

***> от 04.08.2011, № РКЛ-416/0-2012 от 16.07.2012, № РКЛ656/6-2012 от 12.11.2012, № РКЛ-158/0- 2014 от 28.03.2014, № РКЛ-527/0-2014 от 04.09.2014, № РКЛ-547/0-2014 от 25.11.2014, № РКЛ- 668/0-2014 от 25.11.2014, № РКЛ62/0-2015 от 27.02.2015, № РКЛ-351/0-2015 от 10.07.2015, № РКЛ-374/0-2014 от 2 16.07.2015, № РКЛ-394/0-2015 от 04.08.2015, РК-409/0-1015 от 13.08.2015, № РКЛ502/0-2015 от 20.10.2015, во исполнение которых ООО «КУЛ» осуществляло платежи.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2017 по делу № А40- 31573/2016-38-55Б недействительными сделками были признаны банковские операции по списанию с расчетного счета ООО «КУЛ» №40701810200000001437, открытого в КБ «Альта- Банк» (ЗАО), денежных средств в общем размере 22 522 693,27 руб., применены последствия недействительности сделок.

Судебным актом установлено, что ООО «КУЛ» на протяжении всего срока пользования кредитными денежными средствами осуществляло погашения задолженности по кредитным договорам в соответствии с графиком погашения ссудной задолженности, однако, в преддверии банкротства Банка должник досрочно погасил задолженность; сделки признаны недействительными ввиду преимущественного удовлетворения требований.

Также конкурсный управляющий должника ссылался на заключение ООО «КУЛ» с КБ «Альта-Банк» (ЗАО) договор № В1901/01 купли-продажи простых векселей от 19.01.2016, по условиям которого должник приобрел у Банка за 51 107 428 руб. вексель КБ «РТБК» (ООО) Серия К № 618 со сроком платежа: по предъявлении, но не ранее 18.02.2016 и номинальной стоимостью 50 000 000 руб.

Указанный вексель был предъявлен к оплате 19.01.2016 и был исполнен КБ «РТБК» (ООО) в пользу ООО «КУЛ» в этот же день путем перечисления денежных средств двумя платежами на суммы в размере 50 000 000 руб. и 1 107 428,14 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2017 года по делу № А40- 31573/2016-38-55Б недействительной сделкой признан заключенный между КБ «Альта-Банк» (ЗАО) и ООО «КУЛ» договор № В-1901/01 купли-продажи простых векселей от 19.01.2016, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «КУЛ» стоимости ценной бумаги в размере 51 107 428,14 руб.

Задолженность ООО «КУЛ» перед КБ «Альта-Банк» по договорам № 

<

***> от 04.08.2011, № РКЛ-416/0-2012 от 16.07.2012, № РКЛ656/6-2012 от 12.11.2012, № РКЛ-158/0-2014 от 28.03.2014, № РКЛ-527/0-2014 от 04.09.2014, № РКЛ-547/0-2014 от 25.11.2014, № РКЛ-668/0- 2014 от 25.11.2014, № РКЛ62/0-2015 от 27.02.2015, № РКЛ-351/0-2015 от 10.07.2015, № РКЛ- 374/0-2014 от 2 16.07.2015, № РКЛ-394/0-2015 от 04.08.2015, РК-409/0-1015 от 13.08.2015, № РКЛ502/0-2015 от 20.10.2015, № В-1901/011 от 19.01.2016, № 12- 1005 СМР от 20.03.2012 включена определением суда от 29.10.2018.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, сам факт заключения и исполнения вышеназванных сделок не свидетельствует о причинении вреда обществу.

Как указывалось ранее, из бухгалтерской отчетности ООО «КУЛ» следует, что деятельность должника по первый квартал 2016 года была прибыльной.

Таким образом, представленные в материалы дела документы не позволяют сделать вывод о том, что, указанные сделки привели к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам ООО «КУЛ» за счет его имущества с учетом финансового состояния общества в рассматриваемые периоды.

При этом конкурсным управляющим должника не приведено никаких доводов и не представлено подтверждающих доказательств того, что перечисленные выше сделки были совершены по распоряжению ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО10 или, что данные сделки были одобрены названными лицами.

Таким образом наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц и наступившим банкротством не доказано.

В отношении доводов о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за не передачу документации ООО «КУЛ» конкурсному управляющему суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества  должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Материалами дела подтверждается, что ФИО8 на момент признания должника банкротом уже была освобождена от исполнения обязанностей руководителя ООО «КУЛ».

Из представленных доказательств следует, что по акту приема-передачи документов от 25.04.2016 ФИО14 передала ФИО11 имеющиеся в ее распоряжении документы.

ФИО11 не обращалась к ФИО14 с требованием о представлении иных документов, в суд с исковым заявлением об обязании ФИО14 передать документы также не обращалась.

Довод конкурсного управляющего о том, что ФИО14 с 25.04.2016 фактически исполняла обязанности главного бухгалтера документально не подтвержден.

Что касается ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО10 то, как указывалось ранее, они являлись учредителями ООО «КУЛ». 

Ни Закон о банкротстве, ни Закон о бухгалтерском учете не возлагают на учредителя общества обязанности по хранению и последующей передаче документации и материальных ценностей конкурсному управляющему. Доказательства, свидетельствующие о том, что фактически документация и/или материальные ценности ООО «КУЛ» находятся у перечисленных лиц, конкурсным управляющим не представлены.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющий должника наличия оснований для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО14 к субсидарной ответственности по обязательствам ООО «КУЛ».

Однако суд апелляционной инстанции не согласен с выводами суда первой инстанции в части, касающейся размера субсидиарной ответственности.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления в силу новой редакции закона независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку не окончены все мероприятия в рамках дела о банкротстве ООО «КУЛ» и, согласно пояснениям конкурсного управляющего, на настоящий момент осуществляется погашение требований кредиторов должника определить размер обязательств ООО «КУЛ» не представляется возможным, а, значит, производство по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части определения размера к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежит приостановлению до завершения расчетов с кредиторами.

Все доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника о наличии оснований для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО14 к субсидиарной ответственности были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

П О С Т А Н О В И Л:

Изменить определение Арбитражного суда г. Москвы от 17.08.2020г. по делу № А40-219209/17 в части размера субсидиарной ответственности.

Приостановить производство по настоящему обособленному спору в части размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части определение Арбитражного суда г. Москвы от 17.08.2020г. по делу № А40- 219209/17 оставить без изменения. 

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ж.Ц. Бальжинимаева      

Судьи:Ю.Л. Головачева      

                                                                                         А.А. Комаров