ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14659/2021

г. Челябинск

07 декабря 2021 года

Дело № А07-23333/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 декабря 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аникина И.А.,

судей Жернакова А.С., Колясниковой Ю.С., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.08.2021 по делу № А07-23333/2020.

 

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, предприниматель, ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» (далее – ответчик, АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов») о взыскании 1 369 330 руб. задолженности по договорам аренды транспортных средств от 28.04.2018               № 24/04-18, от 01.02.2019 № 04/02-19, от 17.04.2019 № 19/04-19, а также 325 751 руб. 70 коп. неустойки (т.1, л.д. 16-20).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены временный управляющий ФИО3, ФИО4 (далее – третьи лица). 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.08.2021 (резолютивная часть объявлена 18.08.2021) в удовлетворении исковых требований отказано (т. 2, л.д.41-49).

С вынесенным решением не согласился истец, обжаловал его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе с дополнений к ней ИП ФИО2 (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт) просит решение суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

По мнению подателя жалобы, факт аффилированности истца и ответчика не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения сведений о месте и времени судебного разбирательства на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 28.04.2018 между АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» (арендатор) и ИП ФИО2 (арендодатель) подписаны договоры аренды транспортных средств: от 28.04.2018 №24/04-18, от 01.02.2019 № 04/02-19, от 17.04.2019 № 19/04-19.

По договору аренды транспортного средства от 28.04.2018 №24/04-18 арендодатель предоставляет арендатору за плату во временное владение и пользование транспортные средства без оказания услуг по управлению им и их технической эксплуатации, для использования арендатором в своей хозяйственной деятельности (т.1, л.д.24-25).

В рамках договора подписан акт приема-передачи от 28.04.2018 транспортного средства марки «KRONE SD РЕФРИЖЕРАТОР», 2013 года выпуска, государственный регистрационный знак АС971116 с документами, необходимыми для нормальной эксплуатации транспортного средства (т.1, л.д.26).

Согласно пункту 4.1 договора арендная плата за пользование транспортным средством составляет 250 000 руб. в месяц.

В соответствии с пунктом 4.2 договора арендная плата уплачивается не позднее 7 числа месяца, следующего за месяцем, в котором арендатор осуществлял использование ТС.

Истцом представлены акты (т.1, л.д.28-30): 

- № 15 от 23.04.2019 2019г. за апрель 2019 года на сумму 250 000 руб.,

- № 17 от 22.05.2019 2019г. за май 2019 года на сумму 250 000 руб.,

- № 21 от 22.06.2019 за июнь 2019 года на сумму 250 000 руб.,

- № 24 от 17.07.2019 за июль 2019 года на сумму 250 000 руб.,

- № 28 от 23.08.2019 за август 2019 года на сумму 183 330 руб. 

Всего на сумму 1 183 300 руб.

Согласно пункту 6.1 договора аренды арендатор уплачивает арендодателю пеню в размере 0,05% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки. 

По расчету истца размер неустойки за период с 08.05.2019 по 21.09.2020 составил 263 332 руб. 70 коп. 

По договору от 01.02.2019 № 04/02-19 аренды транспортного средства арендодатель предоставляет арендатору за плату во временное владение и пользование транспортные средства без оказания услуг по управлению им и их технической эксплуатации, для использования арендатором в своей хозяйственной деятельности (т.1, л.д.31-32).

В рамках договора подписан акт приема-передачи от 01.02.2019 транспортного средства марки «Мерседес BENZ GL350BLUET», цвет белый, 2014 года выпуска, государственный регистрационный знак H003HH102, с документами, необходимыми для нормальной эксплуатации транспортного средства (т.1, л.д.33).

Согласно пункту 4.1 договора арендная плата за пользование транспортным средством составляет 20 000 руб. в месяц.

В соответствии с пунктом 4.2 договора арендная плата уплачивается не позднее 10 числа месяца, следующего за месяцем, в котором субарендатор осуществлял использование ТС.

Как указал истец, ответчик обязательства по оплате исполнял ненадлежащим образом, в результате чего за ним образовалась задолженность в размере 100 000 руб. согласно акту выполненных услуг от 31.08.2019 №57 за период с апреля по август 2019 года. 

Согласно пункту 6.1 договора аренды арендатор уплачивает арендодателю пеню в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки. 

По расчету истца размер неустойки за период с 11.05.2019 по 21.09.2020 составил 43 860 руб.

По договору от 17.04.2019 № 19/04-19 субаренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору за плату во временное владение и пользование транспортные средства без оказания услуг по управлению им и их технической эксплуатации, для использования арендатором в своей хозяйственной деятельности (т.1, л.д.35).

В рамках договора подписан акт приема-передачи от 17.04.2019 транспортного средства марки «ВАЗ 213100», 2013 года выпуска, с документами, необходимыми для нормальной эксплуатации транспортного средства (т.1, л.д.35).

Согласно пункту 4.1 договора арендная плата за пользование транспортным средством составляет 20 000 руб. в месяц.

В силу пункта 4.2 договора арендная плата уплачивается не позднее 7 числа месяца, следующего за месяцем, в котором субарендатор осуществлял использование ТС.

Как указал истец, ответчик обязательства по оплате исполнял ненадлежащим образом, в результате чего за ним образовалась задолженность в размере 86 000 руб. согласно акту выполненных услуг № 27 от 26.08.2019 за период с 17.04.2019 по август 2019 года.

В соответствии с пунктом 6.1 договора аренды арендатор уплачивает арендодателю пеню в размере 0,05% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки. 

По расчету истца размер неустойки за период с 08.05.2019 по 21.09.2020 составил 18 559 руб.

Истец направил в адрес ответчика претензию с требованием оплатить задолженность, однако данная претензия была оставлена последним без ответа. Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца с настоящим иском в суд. 

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что договоры аренды транспортных средств заключены для создания искусственной задолженности АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов».

Оценив совокупность имеющихся в деле доказательств, на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия пришла к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которому в силу абзаца второго пункта 1 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 81, абзаца восьмого пункта 1 статьи 94 и абзаца седьмого пункта 1 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Федеральный закон № 127-ФЗ), с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Федерального закона № 127-ФЗ в целях настоящего Федерального закона под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

Пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 296-ФЗ) разъяснено, что исходя из положений абзаца пятого пункта 1 статьи 4, пункта 1 статьи 5 и пункта 3 статьи 63 Закона о банкротстве в редакции Закона № 296-ФЗ (далее – новая редакция Закона) текущими являются только денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после возбуждения дела о банкротстве.

В связи с этим денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения не являются текущими ни в какой процедуре.

Если денежное обязательство или обязательный платеж возникли до возбуждения дела о банкротстве, но срок их исполнения должен был наступить после введения наблюдения, то такие требования по своему правовому режиму аналогичны требованиям, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, поэтому на них распространяются положения новой редакции Закона о требованиях, подлежащих включению в реестр.

Указанные требования подлежат предъявлению только в деле о банкротстве в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, а в случае предъявления иска о взыскании соответствующей задолженности в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, суд оставляет исковое заявление без рассмотрения на основании части 4 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено, что в производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело                            № А07-6823/2019 о несостоятельности (банкротстве) АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов».

Определением Арбитражного суда Республика Башкортостан от 01.09.2020 по делу № А07-6823/2019 в отношении АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО3. Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в Едином федеральном реестре сообщений о банкротстве №12010239400 от 01.09.2020.

Заявленные истцом по настоящему делу требования с учетом положений статьи 5 Закона о банкротстве, а также даты возбуждения в отношении ответчика дела о несостоятельности (банкротстве) относятся к числу текущих.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно пункту 1 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Из материалов дела следует, что арендные правоотношения между сторонами возникли на основании договоров аренды транспортного средства без экипажа.

Договор аренды транспортного средства без экипажа должен быть заключен в письменной форме независимо от его срока (статья 643 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В материалы дела представлены подписанные сторонами договоры.

В силу пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

На ответчике лежит обязанность вносить арендную плату до момента исполнения обязательства по возврату техники истцу.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции временный управляющий АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» ФИО3 указал, что истец являлся генеральным директором ответчкиа в период с 19.09.2016 по 11.10.2019, он же заключал договоры аренды и подписывал акты от имени должника, следовательно, истец и ответчик на основании статьи 19 Федерального закона № 127-ФЗ являются аффилированными лицами.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.05.2021 по делу № А07-6823/2019 рассмотрен обособленный спор по требованию ФИО2 к АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» о включении в реестр требований кредиторов должника 2 290 000 руб. задолженности по договорам аренды от 28.04.2018 № 24/04-18, от 01.02.2019 № 04/02-19, в том числе: 2 250 000 руб. за период с июня 2018 года по март 2019 года по договору от 28.04.2018 № 24/04-18 и 40 000 руб. за период с февраля по март 2019 года по договору от 01.02.2019 № 04/02-19. Кроме того, на указанные суммы долга начислены пени.

Судом первой инстанции отказано во включении требований ФИО2 в реестр требований кредиторов должника (ответчика).

При этом судом установлено, что ФИО2 и АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» являются аффилированными лицами в силу статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона № 135-ФЗ «О защите конкуренции», а указанные выше сделки мнимыми.

Суд указал, что в подтверждение наличия арендных отношений заявителем представлены договоры аренды, акты приема-передачи имущества по ним, выставленные акты, составленные без каких-либо возражений должника. 

Вместе с тем в условиях аффилированности заявителя и АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» данных документов недостаточно для подтверждения спорного права требования в силу сложившейся практики Верховного Суда Российской Федерации (определение от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784). Аффилированные лица располагают дополнительными возможностями, чтобы замаскировать фиктивную задолженность, сформировав внешне корректные документы.

Судом установлено, что у должника не было потребности в арендуемых автомобилях, поскольку АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» имело в собственности свой автопарк машин, в том числе автомобили представительского класса.

Судом проанализированы рыночные ставки по аренде рефрижератора (KRONE SD), которые в несколько раз ниже согласованной в договоре аренды №04/02-19 платы. Средняя арендная ставка рефрижератора (KRONE SD) (в том числе, на территории Республики Башкортостан) составляет от               45 000 до 83 800 руб. в месяц, что меньше более чем в 3 раза указанного в договоре аренды между заявителем и АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов». Более того, сам заявитель представил коммерческое предложение официального дилера производителя рефрижератора KRONE от 19.06.2020, согласно которому максимальная арендная ставка составляет               130 000 руб. в месяц, что почти в 2 раза меньше указанной в договоре №04/02-19 ставки. С учетом того, что заявитель и АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» входят в одну группу, установление ставок, существенно выше рыночных, экономически нецелесообразно. Данное обстоятельство может свидетельствовать лишь о единственной цели создания и увеличения искусственной задолженности должника перед заявителем.

Отсутствие со стороны заявителя требований обращений в суд за принудительным взысканием задолженности, которая сформировалась в течение длительного времени, является экономически нецелесообразным, нехарактерным для обычного и разумного участника гражданского оборота и свидетельствует о мнимости требования. 

Доводы и документы заявителя в подтверждение реальности владения и пользования АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» предметами аренды не находят своего подтверждения. 

Все договоры, акты, авансовые отчеты, ведомости учета подписаны исключительно либо заявителем, в том числе от имени АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов», либо самим АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов», что в условиях аффилированности не может быть признано судом достоверным подтверждением реальности правоотношений.

Договор о проведении технического осмотра № 45 от 14.05.2019 не подтверждает реальность отношений, поскольку он является рамочным и заключен в отношении всех транспортных средств АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов»; напротив, в данном договоре отсутствуют сведения о транспортных средствах, которые являются предметами договоров аренды транспортных средств от 24.04.2018 № 24/04-18 и от 01.02.2019                    № 04/02-19.

В материалы дела не представлены первичные документы о несении АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» расходов на страхование обязательной гражданской ответственности по арендованным транспортным средствам; отсутствует подтверждение первичными документам заправки автомобилей топливом со стороны АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» и т.д. 

Суд неоднократно откладывал судебное разбирательство и предлагал заявителю представить относимые, допустимые и достоверные доказательства, исходящие не только от заинтересованных заявителя и АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов». 

Также заявитель не обосновал разумные экономические цели, преследуемые договорами аренды. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции при рассмотрении обособленного спора в рамках дела № А07-6823/2019 пришел к выводу о том, что аренда АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» транспортных средств у своего генерального директора позволила создать подконтрольную кредиторскую задолженность, что свидетельствует о заявлении требования исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, что является основанием для отказа во включении в реестр такого права требования по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Требование заявителя имеет признаки искусственной задолженности АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» и злоупотребления правом для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора в ущерб остальным кредиторам.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Следовательно, факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены в судебных актах по ранее рассмотренному делу, приобретают качество достоверности и не подлежат переоценке до тех пор, пока не отменены или не изменены такие судебные акты.

Преюдиция – это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Под обстоятельствами, которые могут быть установленными, следует понимать обстоятельства, имеющие правовое значение. Правовое значение обстоятельств выявляется и устанавливается в результате правовой оценки доказательств их существования и смысла. Обстоятельства, существование и правовое значение которых установлено с соблюдением определённого законодательством порядка, в случаях, предусмотренных законом, не нуждаются в повторном доказывании и должны приниматься как доказанные.

Для признания судом доказанными обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, должны соблюдаться следующие условия: преюдициальный характер обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, распространяется лишь на лиц, которые участвовали в этом деле, и на обстоятельства, относящиеся к правоотношениям, исследованным судом при рассмотрении предыдущего дела; преюдиция распространяется на констатацию судом тех или иных обстоятельств, содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последняя имеет правовое значение и сама по себе может рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Приняв во внимание установленные при рассмотрении требований истца в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ответчика обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно отказа истцу в удовлетворении заявленного иска, указав, что требование заявителя имеет признаки искусственной задолженности АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» и злоупотребления правом.

Судом первой инстанции аналогично к указанным выше выводам установлены обстоятельства исполнения договора аренды от 17.04.2019                      № 19/04-19, принято во внимание непредставление истребованных судом доказательств внесения арендной платы за иные периоды, отражения в бухгалтерском учете оспариваемой сделки, несения расходов на содержание транспортного средства (приобретение топлива, расходы на страхование). Представленные истцом в материалы дела путевые листы автомобилей, истребованные судом, не заменяют доказательств реальности взаимоотношений и не могут служить основанием для удовлетворения иска, поскольку составлены заинтересованным лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в своем определении от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Таким образом, договоры аренды транспортного средства без экипажа заключены для создания искусственной задолженности АО «Дюртюлинский комбинат молочных продуктов» в целях последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора в ущерб остальным кредиторам.

С учетом указанных разъяснений суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии обязательств, лежащих в основе взыскания спорной задолженности и неустойки (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем обоснованно отказал в удовлетворении требований в полном объеме.

Довод подателя жалобы о том, что аффилированность лиц, не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку данный факт не исключает обстоятельств, установленных вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.05.2021 в рамках дела №А07-6823/2019.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на подателя жалобы.

При подаче апелляционной жалобы истцом в доход федерального бюджета уплачена государственная пошлина в сумме 3 000 руб., что подтверждается чеком-ордером от 29.10.2021 (операция 1273).

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.08.2021 по делу № А07-23333/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья И.А. Аникин

Судьи А.С. Жернаков

Ю.С. Колясникова