Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А50-28193/2020

10 марта 2021 г.

город Пермь

Резолютивная часть решения объявлена 03.03.2021. 

Полный текст решения изготовлен 10.03.2021.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Вавиловой Н.В.,               при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «ДиАндр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП310594804100036, ИНН 

<

***>)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Пермскому краю (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

об оспаривании ненормативного правового акта,

при участии:

от заявителей – ФИО3, удостоверение адвоката, доверенность от 12.10.2020;

от ответчика – ФИО4, удостоверение, доверенность от 09.01.2020, ФИО5, удостоверение, доверенность от 27.01.2020,

установил:

ООО «ДиАндр», ИП ФИО2 (далее – заявители) обратились в арбитражный суд о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Пермскому краю (далее – ответчик, Пермское УФАС) по делу № 059/01/11-1250/2019 от 18.08.2020.

Определением суда от 27.01.2021 дела №№А50-28193/2020 и А50-28483/2020 объединены в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением номера дела – А50-28193/2020.

В обоснование заявленных требований заявители ссылаются на то, что антимонопольным органом не доказано нарушение участниками торгов п.2 ч.1 ст.11 Федерального закона № 135-ФЗ от 26.07.2006 «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции), выразившееся в заключении картельного соглашения. Считают оспариваемый акт незаконным и нарушающим законные интересы заявителей.

В судебном заседании представитель заявителей поддерживает заявленные требования, представил письменные пояснения. Считает факты вхождения заявителей в одну группу лиц и нахождение ООО «ДиАндр» под контролем ИП ФИО2 доказанными.

Антимонопольный орган с требованиями не согласен по мотивам письменного отзыва, представители в судебном заседании просили отказать в удовлетворении заявления, ссылаясь на законность и обоснованность оспариваемого акта, отсутствие процессуальных нарушений при его вынесении. В обоснование принятого акта указали на предварительную согласованность действий заявителей при участии в аукционах в виде поддержания цены на торгах.

Кроме того, антимонопольным органом заявлено о фальсификации доказательства - Соглашения от 23.03.2018, заключенного между ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2

Согласно статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания (ч. 2 ст. 161 АПК РФ).

Фактически проверка заявления о фальсификации доказательства сводится к оценке оспариваемого доказательства до принятия окончательного судебного акта по делу. Заявление о фальсификации может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.

Согласно части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В данном случае суд, рассмотрев заявление о фальсификации, пришел к выводу об отсутствии оснований для проверки данного заявления в порядке, предусмотренном статьей 161 АПК РФ.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд первой инстанции установил.

Оспариваемым решением УФАС от 18.08.2020 по делу № 059/01/11-1250/2019 заявители признаны нарушившими п.2 ч.1 ст.11 Закона о защите конкуренции путем заключения соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами при проведении открытых аукционов в электронной форме на право заключения договоров на выполнение электромонтажных работ с установкой приборов (группа ОКП 43.21.10), строительных работ (42.11.20), услуг по технологическому присоединению к распределительным электросетям, которое привело или могло привести к поддержанию цен на торгах.

Не согласившись с решением антимонопольного органа, заявители обратились в арбитражный суд.

Оценив в порядке ст. 71 АПК РФ, представленные в дело документы в совокупности с пояснениями представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

В силу части 1 статьи 198 АПК РФ организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании решений и предписаний органов, осуществляющих публичные полномочия, арбитражный суд осуществляет проверку оспариваемого решения и предписания или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа, который принял оспариваемое решение и предписание, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемые решение и предписание права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемых решения и предписания закону или иному нормативному правовому акту, наличия у ответчика полномочий на принятие оспариваемого решения и предписания, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия, возлагается на управление. Обязанность по доказыванию факта нарушения оспариваемыми решением и предписаниями прав и охраняемых законом интересов возлагается на заявителя.

С учетом приведенных норм, а также положений статьи 201 АПК РФ основанием для признания оспариваемых решения и предписания незаконными является наличие одновременно двух условий: несоответствие решения и предписания закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым решением и предписанием прав и законных интересов заявителя.

На основании положений части 4 статьи 200 и части 2 статьи 201 АПК РФ проверка законности оспариваемых решения и предписания производится арбитражным судом только применительно к основаниям принятия, в них указанным.

Как следует из материалов дела, основанием для возбуждения дела               № 059/01/11-1250/2019 послужил Приказ руководителя Федеральной антимонопольной службы № 968/19 от 18.07.2019 о мониторинге и контроле эффективности национальных и федеральных проектов антимонопольными органами, во исполнение которого Пермским УФАС России проводился сплошной мониторинг закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд в рамках реализации национальных и федеральных проектов.

В ходе рассмотрения дела № 059/01/11-1250/2019 Пермским УФАС установлено, что в период с 29.06.2018 по 23.07.2019 на электронных торговых площадках АО «ЕЭТП» и ЗАО «Сбербанк-АСТ» рядом заказчиков были размещены извещения о проведении открытых аукционов в электронной форме на выполнение электромонтажных работ с установкой приборов (группа ОКП 43.21.10), строительных работ (42.11.20), услуг по технологическому присоединению к распределительным электросетям (35.12.10.120).

Заявки на участие в указанных аукционах были поданы от ООО «ДиАндр» (ИНН 

<

***>; 614036, 

<

...>) и от ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>; 614540, Пермский край, Пермский р-н, Октябрьский п, ул.Школьная, д. 17-1) с небольшой разницей во времени (от нескольких минут до нескольких часов) с одного IP-адреса 178.161.214.149:

- 01.08.2018 по заявке ФИО6 ИП ФИО7, действующая на основании договора от 09.01.2018 № 3, заключенного с ООО «ДиАндр» на оказание услуг по подаче заявок по электронным аукционам, провидимым в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», оформила и подала заявку на электронную площадку ЗАО «Сбербанк-АСТ» по аукциону                           № 0156300036518000012 от имени ООО «ДиАндр» и от имени ИП ФИО2;

- 16.06.2018 по заявке ФИО6 ИП ФИО7 оформила и подала заявку на электронную площадку ЗАО «Сбербанк-АСТ» по аукциону                         № 0156300035519000008 от имени ООО «ДиАндр» и от имени ИП ФИО2

На торгах по аукциону № 0856300000218000009 было подано два одинаковых ценовых предложения со снижением на 0,5% от начальной (максимальной) цены контракта (далее - НМЦК) - от ИП ФИО2 и ООО «Союз Энерго» (ИНН 

<

***>), однако ставка ИП ФИО2 была подана раньше, поэтому ИП ФИО2 была признана победителем аукциона. ООО «ДиАндр» также было допущено до участия в торгах по аукциону № 0856300000218000009, однако в ходе торгов ценовых предложений не подавало.

В основное время торгов на аукционах №№ 0156300036518000012, 0156300036518000016 единственное ценовое предложение было подано ИП ФИО2 со снижением НМЦК на 0,5%. ООО «ДиАндр» подало единственное ценовое предложение в дополнительное время торгов на уровне НМЦК (снижение на 0,1%. В результате, победителем аукционов                             №№ 0156300036518000012 и 0156300004619000016 была признана ИП ФИО2 как участник, подавший наилучшее ценовое предложение.

На торгах по аукциону № 0156300004618000102 было подано два одинаковых ценовых предложения со снижением на 0,5% от НМЦК - от ИП ФИО2 и ООО «Ремстроймонтаж» (ИНН 

<

***>), однако ставка ИП ФИО2 была подана раньше, поэтому ИП ФИО2 была признана победителем аукциона. ООО «ДиАндр» также было допущено до участия в торгах по аукциону № 0156300004618000102, однако в ходе торгов ценовых предложений не подавало.

На торгах по аукциону № 0856300000219000002 в основное время торгов было подано единственное ценовое предложение со снижением на 0,5% от НМЦК - от ИП ФИО2, которая и была признана победителем аукциона. В дополнительное время торгов было подано единственное ценовое предложение - от ООО «КАРДОН» на уровне НМЦК (без снижения). ООО «ДиАндр» также было допущено до участия в торгах по аукциону № 0856300000219000002, однако в ходе торгов ценовых предложений не подавало.

На торгах по аукционам №№ 0156300004619000016, 0856300000219000003, 0156300037919000004, 0156300027719000003, 0156300035519000008, 0156300055319000042 и 0156300036519000011 было подано единственное ценовое предложение со снижением на 0,5% от НМЦК - от ИП ФИО2, которая и была признана победителем аукциона. ООО «ДиАндр» также было допущено до участия в торгах по аукционам №№ 0156300004619000016, 0856300000219000003, 0156300037919000004, 0156300027719000003, 0156300035519000008, 0156300055319000042 и 0156300036519000011, однако в ходе торгов ценовых предложений не подавало. В результате, победителем аукциона была признана ИП ФИО2 как участник, подавший единственное ценовое предложение.

На торгах по аукциону № 0156300029919000018 в основное время торгов было подано единственное ценовое предложение со снижением на 0,5% от НМЦК - от ИП ФИО2, которая и была признана победителем аукциона. В дополнительное время торгов было подано два ценовых предложения - от ФИО8, и ФИО9 на уровне НМЦК (без снижения). ООО «ДиАндр» также было допущено до участия в торгах по аукциону № 0156300029919000018, однако в ходе торгов ценовых предложений не подавало.

Кроме того, в ходе рассмотрения антимонопольного дела представителями ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 было однозначно подтверждено, что все работы по муниципальным контрактам, являвшимся предметом аукционов     №№ 0856300000218000009, 0156300036518000012, 0156300036518000016, 0156300004618000102, 0156300004619000016, 0856300000219000002, 0856300000219000003, 0156300029919000018, 0156300037919000004, 0156300035519000008, 0156300036519000011 были выполнены силами ООО «ДиАндр» именно по ценам, которые были установлены в договорах подряда с ИП ФИО2 Никаких доплат ИП ФИО2 в адрес ООО «ДиАндр» не осуществляла, работы были приняты в полном объёме в установленные в договорах подряда сроки.

Таким образом, по мнению антимонопольного органа, указанное поведение заявителей на торгах в виде неподачи ценовых предложений и подачи ценовых предложений без снижения НМЦК, рассматривается как фактическое исполнение ООО «ДиАндр» антиконкурентного соглашения, предварительно заключенного им с ИП ФИО2

Однако суд с такой оценкой согласиться не может.

В силу статьи 1 Закона о защите конкуренции целями регулирования данного Федерального закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков.

В соответствии с пунктом 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

В пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции раскрыты признаки ограничения конкуренции - сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: 1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); 2) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);          3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания; 4) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), в котором более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица; 5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства); 6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества; 7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры; 8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 данной части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 данной части; 9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1-8 данной части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Согласно части 7 статьи 11 Закона о защите конкуренции положения этой статьи не распространяются на соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого хозяйствующего субъекта установлен контроль либо, если такие хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица, за исключением соглашений между хозяйствующими субъектами, осуществляющими виды деятельности, одновременное выполнение которых одним хозяйствующим субъектом не допускается в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Под контролем в указанной статье, в статьях 11.1 и 32 Закона о защите конкуренции понимается возможность физического или юридического лица прямо или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) определять решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством одного или нескольких следующих действий:                   1) распоряжение более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица; 2) осуществление функций исполнительного органа юридического лица (пункт 8 статьи 11 названного Федерального закона).

Из указанных норм применительно к рассматриваемой по настоящему делу ситуации следует, что для применения исключения к ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 необходима и достаточна доказанность наличия одновременно факта вхождения хозяйствующих субъектов в одну группу лиц и факта нахождения их под контролем одного лица.

Любые иные обстоятельства, в том числе указанные в оспариваемом решении, правового значения для решения настоящего дела не имеют.

Судом установлено, что факт вхождения ООО «ДиАндр» и ФИО2 в одну группу подтверждается следующими обстоятельствами.

Как следует из материалов дела, единственным участником и единоличным исполнительным органом – директором ООО «Диандр» является ФИО6, который является сыном ФИО2.

Следовательно, входят в одну группу лиц: ООО «Диандр» и ФИО6 - на основании пунктов 1 и 2 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции; ФИО6 и ФИО2 - на основании пункта 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции; ООО «ДиАндр» и ФИО2 - на основании пункта 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции.

Между единственным участником ООО «Диандр» ФИО6 и ФИО2 было заключено соглашение об осуществлении предпринимательской деятельности от 23.03.2018 (далее - Соглашение), согласно которому: ФИО2 предоставила ФИО6 все права и полномочия по осуществлению предпринимательской и иной экономической деятельности от имени в интересах ФИО2 как перечисленные в нотариальной доверенности 59 АА 1319449 от 28.03.2014, так и не перечисленные в ней, но прямо или косвенно связаны с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности от имени и в интересах ФИО2 (пункт 1 Соглашения); ФИО6 предоставил ФИО2 следующие права и полномочия, принадлежащие ему как единственному участнику ООО «Диандр»:

-получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и любой иной документацией;

-принимать решения об одобрении сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, и крупных сделок;

-назначать директора общества и досрочно прекращать его полномочия;

-утверждать годовые отчёты и годовые бухгалтерские балансы;

-принимать решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества (пункт 3 Соглашения).

Следовательно, семейный бизнес Г-вых управляется следующим образом: ФИО6 непосредственно осуществляет текущую/операционную деятельность как от имени ИП ФИО6 и ООО «ДиАндр», так и от имени ИП ФИО2, включая подписание документов за ИП ФИО2 без указания, что действует как представитель последней. В то же время, ФИО2 сохраняет стратегический контроль над деятельностью ООО «ДиАндр», в том числе посредством последующего одобрения сделок с заинтересованностью между ООО «Диандр» и ИП ФИО2

Во исполнение условий Соглашения между ИП ФИО6 и ИП ФИО2 был заключён договор на оказание бухгалтерских услуг № 2 от 02.04.2018, в соответствии с которым ФИО6 осуществляет функции по ведению бухгалтерского учёта финансово-хозяйственной деятельности ИП ФИО2

ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 пользуются услугами по доступу к сети связи, информационным системам информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе к сети «Интернет», посредством договора на оказание услуг связи, заключённого между оператором и ИП ФИО6

ФИО6 обладает и распоряжается электронной подписью ИП ФИО2 Заявки по электронным аукционам для ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 готовились ИП ФИО7 по договорам с ООО «ДиАндр».

Также во исполнение условий Соглашения ФИО2 были приняты: решение № 1 от 18.03.2019 об утверждении результатов деятельности ООО «ДиАндр» за 2018 год и решение № 2 от 05.10.2020 об утверждении результатов деятельности ООО «Диандр» за 2019 год. Соглашение, а также решение № 1 от 18.03.2019 об утверждении результатов деятельности ООО «ДиАндр» за 2018 год находились у ФИО2 и не были представлены при рассмотрении дела в УФАС в силу наличия между ФИО6 и ФИО2 личного конфликта с января 2020 года, который был урегулирован в октябре 2020 года.

На основании решения № 1 от 18.03.2019 об утверждении результатов деятельности ООО «ДиАндр» за 2018 год: продлены полномочия директора ООО «ДиАндр» ФИО6; утверждены годовой отчёт за 2018 год, а также бухгалтерская отчётность за 2018 год, в том числе отчёт о прибылях и убытках; одобрены сделки с заинтересованностью и крупные сделки ООО «ДиАндр» за 2018 год; принято решение о распределении прибыли за 2018 год.

На основании решения № 2 от 05.10.2020 об утверждении результатов деятельности ООО «ДиАндр» за 2019 год: утверждены годовой отчёт за 2019 год, а также бухгалтерская отчётность за 2019 год, в том числе отчёт о прибылях и убытках; одобрены сделки с заинтересованностью и крупные сделки ООО «ДиАндр» за 2019 год; принято решение о распределении прибыли за 2019 год.

Следовательно, ООО «ДиАндр» и ФИО2 входят в одну группу лиц также на основании пунктов 1, 3, 5 и 9 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, кроме того, эта группа лиц соответствует требованиям пункта 1 части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции, то есть является единым экономическим субъектом, и запрет, установленный пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, в отношении ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 вопреки доводам антимонопольного органа не действует.

При рассмотрении заявления о фальсификации и оценке Соглашения от 23.03.2018 судом также учтено добровольное согласие заявителей на экспертизу документа и разрешение на частичное уничтожение объектов исследования. 

Вместе с тем, к выводу о подконтрольности суд пришел по вышеизложенным обстоятельствам, а не только на основании заключения Соглашения от 23.03.2018, в связи с чем и не установлена необходимость проведения судебной экспертизы спорных документов.

Таким образом, установленные при рассмотрении антимонопольного дела обстоятельства не могут служить даже косвенным доказательством антиконкурентного соглашения между заявителями.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями ФАС России «Доказывание недопустимых соглашений (в том числе картелей) и согласованных действий на товарных рынках, в том числе на торгах», утвержденных протоколом Президиума ФАС России от 17.02.2016 №3, к косвенным доказательствам заключения антиконкурентного соглашения на практике обычно относится отсутствие экономического обоснования поведения одного из участников соглашения, создающего преимущества для другого участника соглашения, не соответствующего цели осуществления предпринимательской деятельности - получению прибыли.

В случае заключения антиконкурентного соглашения, запрещенного п. 2           ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, поддержание цены на торгах обусловлено не объективными экономическими факторами, а соглашением между участниками картеля. Соответственно, для того, чтобы установить факт наличия либо отсутствия антиконкурентного соглашения между заявителями необходимо, помимо прочего, исследовать поведение указанных лиц на спорных аукционах на предмет его экономической обоснованности.

Как указывают заявители, ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 не ограничивали доступ иных участников к участию на торгах на открытых аукционах в электронной форме с извещениями №№ 0856300000218000009, 0156300036518000012, 0156300036518000016, 0156300004618000102, 0156300004619000016, 0856300000219000002, 0856300000219000003, 0156300029919000018, 0156300037919000004, 0156300027719000003, 0156300035519000008, 0156300055319000042,0156300036519000011.

ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 не могли ни предположить, ни знать о количестве участников, которые подадут заявки на участие в указанных аукционах. Любое другое лицо могло подать заявку на участие в спорных аукционах, предложив свою экономическую обоснованную цену.

ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 своими действиями конкуренцию не ограничивали, так как заявки третьих лиц были отклонены аукционной комиссией как несоответствующие требованиям аукционной документации. Сведения о том, что ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 знали, что заявки конкурентов будут отклонены, в материалах дела отсутствуют.

На момент проведения аукционов в электронной форме всем его участникам присваивались порядковые номера, которые не позволяли их идентифицировать; каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении конфиденциальности сведений об участниках размещения заказа при проведении электронных аукционов, в материалах дела не имеется.

В аукционах в электронной форме с извещениями №№ 0856300000218000009, 0156300004618000102, 0856300000219000002, 0156300029919000018 принимали участие иные лица, которые ни с ООО «ДиАндр», ни с ИП ФИО2 никак не аффилированы.

Неподача заявок по остальным аукционам других лиц свидетельствует об отсутствии интереса потенциальных участников рынка к предмету указанных аукционов.

УФАС не представило и не проанализировало данные о среднем уровне снижения цены начальной стоимости контрактов при проведении аукционов за временной интервал 2018 - 2019 годов этими же заказчиками по торгам с аналогичным предметом, и не проверило экономическое поведение ООО «ДиАндр» и ИП ФИО2 при участии в аукционах на соответствие среднему статистическому поведению других независимых хозяйствующих субъектов в других торгах.

В связи с чем, суд полагает, что минимальное снижение цены контракта на спорных аукционах было вызвано объективными экономическими причинами, а не вмененным картельным соглашением.

Такое поведение хозяйствующего субъекта как минимальное снижение начальной (максимальной) цены контракта и отказ участников аукциона от дальнейшего снижения начальной цены, является обычным поведением любого участника хозяйственного оборота, основной целью которого является получение максимальной прибыли (ст. 2 ГК РФ).

С учетом изложенного, факт заключения контрактов на спорных аукционах с минимальным снижением НМЦК не свидетельствует о наличии и реализации заявителями антиконкуретного соглашения, направленного на поддержание цен на торгах.

Пермским УФАС России, в нарушение ч. 5 ст. 200 АПК РФ, не приведено собственных расчетов, не представлено доказательств реальной возможности и экономической обоснованности для заявителей снижения НМЦК в большем размере и заключения контрактов по спорным аукционам на более выгодных для заказчиков условиях. 

Судом принимается довод заявителей о семейном бизнесе, о действиях в общих интересах и отсутствии при этом нарушений законодательства.

Обоснованность участия в аукционах обоих заявителей указана в пояснениях директора Общества и ИП ФИО2 (т.6 л.д.12-19, 38-40), в т.ч. с целью признания торгов состоявшимися. 

С учетом изложенного, все суждения Пермского УФАС России о наличии антиконкурентного соглашения между заявителями основаны на предположениях, являются неоднозначными, не подтверждены относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по правилам АПК РФ.

Кроме того, вменяя заключение картельного соглашения антимонопольный орган должен доказать факт соответствия результата действий указанных лиц интересам каждого из них, факт получения экономической выгоды участниками такого соглашения (Определение ВАС РФ от 22.07.2014 №ВАС-8816/14). Таких доказательств Пермским УФАС России не представлено.

Отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих все указанные выше обстоятельства свидетельствует о том, что обстоятельства, входящие в предмет доказывания по п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции Пермским УФАС России не установлены и не доказаны.

При отмеченных обстоятельствах заявленные требования суд признает обоснованными и подлежащими удовлетворению, оспариваемый акт антимонопольного органа не соответствующими действующему законодательству и нарушающими права и законные интересы заявителей.

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить нелогичное поведение заявителей при рассмотрении антимонопольного дела по непредставлению спорного Соглашения об осуществлении предпринимательской деятельности от 23.03.2018 в Управление ФАС по Пермскому краю, что может быть учтено при распределении судебных расходов по настоящему делу.

В силу ст. 110, ст.112 АПК РФ и ст. 333.21 НК РФ в связи с удовлетворением требований заявителей судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины по иску относятся на антимонопольный орган. Излишне уплаченная ИП ФИО2 при подаче заявления государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета заявителям.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Пермскому краю от 18.08.2020 по делу №059/01/11-1250/2019 как несоответствующее Федеральному закону от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции». 

Обязать антимонопольный орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителей.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Пермскому краю (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП310594804100036, ИНН 

<

***>) государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Пермскому краю (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДиАндр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

Возвратить из федерального бюджета индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП310594804100036, ИНН 

<

***>) излишне уплаченную государственную пошлину по платежному поручению от 07.12.2020 №127 в размере 2700 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья      Н.В. Вавилова