Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-337489/19-21-1806

г. Москва

25 мая 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 мая 2020 года

Полный текст решения изготовлен 25 мая 2020 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Гилаева Д.А. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Суслиной Л.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО "ФОРТУНА-ПЛЮС" (390010, РЯЗАНСКАЯ ОБЛАСТЬ, ГОРОД РЯЗАНЬ, ПРОЕЗД ШАБУЛИНА, ДОМ 18А, ЛИТЕРА О, КОМНАТА 1, ОГРН: 1166234058506, Дата присвоения ОГРН: 11.04.2016, ИНН: 6229080631)

к УПРАВЛЕНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО Г.МОСКВЕ (107078, МОСКВА ГОРОД, ПРОЕЗД МЯСНИЦКИЙ, ДОМ 4, СТРОЕНИЕ 1, ОГРН: 1037706061150, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: 7706096339)

третьи лица: 1) ФГБУ "ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ СПОРТА" (105064, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА КАЗАКОВА, ДОМ 18, ОГРН: 1037739061359, Дата присвоения ОГРН: 13.01.2003, ИНН: 7709189951); 2) ЗАО "СБЕРБАНК-АСТ" (127055, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА НОВОСЛОБОДСКАЯ, 24, СТР.2, ОГРН: 1027707000441, Дата присвоения ОГРН: 19.07.2002, ИНН: 7707308480)

о признании недействительным и отмене решения Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве от 06.11.2019г. по делу № 077/01/11-2097/2019

в судебное заседание явились:

от заявителя: Панкова Л.Ш. (паспорт, диплом, дов. от 20.03.2020)

от ответчика: Мамедова И.А. (удост., дов. № 03-74 от 27.12.2019)

от третьих лиц: не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

ООО "ФОРТУНА-ПЛЮС"  (далее - заявитель, общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к УФАС ПО Г. МОСКВЕ с участием третьих лиц  ФГБУ "ГОСУДАРСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ СПОРТА", 2) ЗАО "СБЕРБАНК-АСТ" о признании недействительным и отмене решения Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве от 06.11.2019 г. по делу № 077/01/11-2097/2019.

Представитель заявитель поддержал заявленные требования.

Представители ответчика возражали против удовлетворения заявленных требований по доводам изложенными в отзыве.

Представители третьих лиц  в судебное заседание не явились, суд располагает сведениями о надлежащем извещении указанных лиц о времени и месте судебного заседания в порядке ст. 123 АПК РФ. Дело рассмотрено в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ в их отсутствие.

Судом проверено и установлено, что срок, предусмотренный ч. 4 ст. 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), заявителем не пропущен.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

 В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

 Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии со ст. 13 ГК РФ, п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

 Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, в возражениях на него и в выступлениях присутствующих в заседании представителей участвующих в деле лиц, оценив на основании ст. 71 АПК РФ материалы дела в их совокупности и взаимосвязи по своему внутреннему убеждению, суд признал заявление не подлежащим удовлетворению.

Как следует из материалов дела, решением от 06.11.2019 антимонопольный орган признал в действиях заявителей нарушение  пункта 2 части 1 статьи 11 Федерального закона "О защите конкуренции" от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон N 135-ФЗ), путем заключения и исполнения картельного соглашения, направленного на преждевременное определение победителя и поддержание цен на открытых конкурсах и аукционах в электронной форме.

ООО "ФОРТУНА-ПЛЮС" выдано обязательное для исполнения предписание от 06.11.2019 г.

Не согласившись с решением антимонопольного органа, заявитель обратился в суд.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд руководствовался следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в рамках возложенных на антимонопольный орган функций Управлением была проведена работа по взаимодействию с электронными торговыми площадками с целью получения детальной информации о проведенных торгах.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 39 Закона о защите конкуренции одним из оснований для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства является обнаружение названным органом признаков нарушения антимонопольного законодательства.

На основании приказа Московского УФАС России от 19.04.2019 № 80 в отношении ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» возбуждено дело № 077/01/11-2097/2019 о нарушении антимонопольного законодательства.

Основанием для проведения анализа соблюдения требований антимонопольного законодательства ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» в аукционах в электронной форме послужило поступившее в Управление Федеральной антимонопольной службы по г. Москве обращение Счетной палаты Российской Федерации в котором содержались сведения о возможных признаках нарушения антимонопольного законодательства.

Основанием для возбуждения дела послужило выявление признаков нарушения антимонопольного законодательства в сведениях, полученных в ответ на запрос антимонопольного органа (исх. от 29.12.2018 №ЕП/65754/18), от ЗАО «Сбербанк-АСТ» (далее — торговая площадка)).

Так, административным органом в ходе анализа поступивших сведений установлено, что на Официальном сайте Российской Федерации для размещения информации о размещении заказов zakupki.gov.ru в период с 30.09.2016 по 16.03.2018 учреждением было опубликовано 2 аукциона в электронной форме с реестровыми №№ 0373100028716000023 и 0373100028718000002, предметами которых являлись оказание услуг по созданию выставочного пространства в залах музея, оказание услуг по созданию выставочного пространства в помещениях музея.

Заявитель и ООО «Музейный Консалтинг», подав в ходе аукционов по одному ценовому предложению, отказывались от дальнейшей конкурентной борьбы друг с другом. В результате снижение по рассматриваемым аукционам составило от 2,5% до 5,5% от НМЦК. Общая НМЦК составила 20 127 429,55 руб.

По итогам вышеуказанных аукционов ООО «Музейный Консалтинг» победило в 2 аукционах на общую сумму 19 157 818, 32 руб.

В то же время, торговой площадкой представлены сведения, что подача заявок от ООО «Музейный Консалтинг» и ООО «Фортуна-Плюс», а также подписание контракта ООО «Музейный Консалтинг» осуществлялось с одних IP-адресов: 37.113.233.114 и 37.112.98.146.

Контрольным органом также установлено, что согласно сведениям, содержащимся в Выписках из Единого государственного реестра юридических лиц, а также указанным ответчиками в качестве контактных данных на Торговой площадке, их фактическим местонахождением являлись следующие адреса: ООО «Фортуна-Плюс» - 390010, Рязанская обл, г. Рязань, проезд Шабулина, д. 18А литера О; ООО «Музейный Консалтинг» - 390000, Рязанская обл, г. Рязань, ул. Семинарская, д. 3 литера В.

Таким образом, заявитель и ООО «Музейный мастер» на период проведения рассматриваемых аукционов, имели разные адреса, с которых мог осуществляться выход в сеть Интернет для реализации юридически значимых действий на рассматриваемых аукционах.

Предоставление одного IP-адреса по разным фактическим адресам, в том числе одним и тем же провайдером, вопреки доводам заявителя, невозможно в силу того, что действующие стандарты DHCP (англ. Dynamic Host Configuration Protocol - протокол динамической настройки узла - сетевой протокол, позволяющий компьютерам получать IP-адрес и другие параметры, необходимые для работы в сети TCP/IP) не позволяют организовывать повторяющуюся IP-адресацию, как для статических, так и для динамических адресов. При попытке искусственного создания повторяющегося IP-адреса происходит блокировка отправителей с последующей блокировкой IP-адреса.

Таким образом, антимонопольный орган обосновано пришел к выводу, что ООО «Музейный Консалтинг» и ООО «Фортуна-Плюс» на рассматриваемых аукционах совершали юридически значимые действия, такие, как подача заявок и ценовых предложений в ходе аукционов с реестровыми №№0373100028716000023 и 0373100028718000002, а также подписание контрактов, используя совместно единую инфраструктуру  с   одними  IP-адресами: 37.113.233.114 и  37.112.98.146.

В то же время в результате анализа свойств файлов, полученных Торговой площадкой от ООО «Музейный Консалтинг» и ООО «Фортуна-Плюс», поданных ими в рамках участия в рассматриваемых аукционах с одних IP-адресов, установлено использование единых учетных записей, на которых создавались и изменялись файлы заявок обществ, а также совпадение дат и времени создания и (или) дат изменения файлов.

Антимонопольным органом признано идентичным содержание файлов заявок, а именно типа «Форма 2», в части предлагаемых материалов и их характеристик, при том, что заказчиком такие сведения не стандартизированы и конкретные показатели не предусмотрены.

Как верно отмечено антимонопольным органом, использование единых учетных записей, с помощью которых создавались и изменялись файлы, содержания файлов, а именно типа «Форма 2», в части предлагаемых материалов и их характеристик, а также совпадение дат, времени создания и(или) изменения файлов свидетельствует об использовании и обмене файлами заявок ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» между собой и осуществлении координации по подготовке заявок на аукционы.

Тот факт, что заказчиком ни одна заявка не отклонена, косвенно свидетельствует о том, что обмен информацией между ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» осуществлялся в целях допуска ответчиков до аукционов.

Изложенное свидетельствует об использовании конкурентами единой инфраструктуры и совместной подготовке к торгам. Использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры и совместной подготовке к торгам возможно только в случае кооперации и консолидации, при этом такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели. Следовательно, такие действия ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» возможны исключительно в результате достигнутых договоренностей.

Согласно сведениям с сайта ФНС России, а также информации имеющейся в материалах дела, установлено, что ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» не входили на даты проведения рассматриваемых аукционов в одну группу лиц по признакам, предусмотренным ч. 7, 8 ст. 11 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, оценив совокупность фактических обстоятельств антимонопольный орган пришел к верному выводу о заключении между ООО «Фортуна-Плюс» и ООО «Музейный Консалтинг» устного антиконкурентного соглашения, реализация которого могла привести к поддержанию цен на двух аукционах в электронной форме с реестровыми №№ 0373100028716000023 и 0373100028718000002.

Вышеуказанные договоренности участников двух аукционов в электронной форме с реестровыми №№ 0373100028716000023 и 0373100028718000002 позволили заключить ООО «Музейный Консалтинг» двух контракта на общую сумму 19 157 818, 32 руб. с незначительным снижением в 2,5% и 5,5% от НМЦК.

Довод заявителя об отсутствии в обращении Счетной палаты Российской Федерации, послужившего поводом для проведение проверки, ссылок на нарушение со стороны заявителя антимонопольного законодательства, не имеет правового значения, поскольку согласно п.п. 1, 4 ч. 2 ст. 39 Закона о защите конкуренции основаниями для возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства является не только заявление указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства, но и в том числе проверка при проведении которой выявлены признаки нарушения антимонопольного законодательства.

Более того, ссылка заявителя на недостаточную мотивированность запроса информации в адрес торговой площадки не имеет правового значения, а более того, опровергается приведенным заявителем Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8039/12 от 27.11.2012 согласно которому, запросы, содержащие указание на процессуальный повод истребования информации и нормативно-правовое основание (ст. 25 Закона о защите конкуренции) являются мотивированными.

В ходе рассмотрения дела, антимонопольным органом в адрес заявителя неоднократно направлялись определения: о назначении дела № 077/01/11-2097/2019 о нарушении    антимонопольного законодательства к рассмотрению от 25.04.2019; о продлении срока рассмотрения дела и    об отложении рассмотрения дела №077/01/11-2097/2019 от 13.06.2019; об отложении рассмотрения дела№ 077/01/11-2097/2019 от 16.07.2019; об отложении рассмотрения дела№ 077/01/11-2097/2019 от 14.08.2019; об отложении рассмотрения дела№ 077/01/11-2097/2019 от 02.10.2019, сведений и пояснений в рамках рассмотрения дела № 077/01/11-2097/2019 также не представлено.

При этом, не явившись ни на одно из пяти заседаний комиссии антимонопольного органа по рассмотрению указанного дела, заявитель направил ходатайство об отложении рассмотрения дела № 077/01/11-2097/2019 о нарушении антимонопольного законодательства от 30.09.2019 №б/н, подписанное директором ООО «Фортуна-Плюс» -Кудиновой М.С, для предоставления обществу возможности ознакомления с материалами дела, а также о направлении ответа на указанное ходатайство на адрес электронной почты: fortuna-plus62@list.ru.

Антимонопольным органом было принято решение об удовлетворении указанного ходатайства в целях предоставления возможности ООО «Фортуна-Плюс» представить свою позицию по делу, ответ на которое был направлен Управлением письмом от 02.10.2019 №ЕП/50919/19, а также продублирован по адресу электронной почты: fortuna-plus62@list.ru 03.10.2019.

Определением об отложении рассмотрения дела от 02.10.2019 рассмотрение дела было отложено и назначено на 23.10.2019 в 15 часов 30 минут.

В свою очередь представитель ООО «Фортуна-Плюс», действующий на основании доверенности от 26.09.2019, Васелкина М.С. 04.10.2019 ознакомилась с материалами дела (с применением фотофиксации), что подтверждается отметкой в листе ознакомления с материалами дела.

При этом следует отметить, что несмотря на предоставление заявителю значительного времени для подготовки правовой позиции с 25.04.2019 (дата направления первого определения о назначении дела о нарушении антимонопольного законодательства к рассмотрению от 25.04.2019) по 23.10.2019 (дата вынесения антимонопольным органом решения по делу), ООО «Фортуна-Плюс» каких-либо возражений и пояснений по существу рассматриваемого дела не представлено.

Вместе с тем 23.10.2019 в 15 часов 30 минут на заседание комиссии антимонопольного органа по рассмотрению указанного дела явился представитель Минакова Кристина Александровна с копией доверенности № б/н от 21.10.2019 г. без надлежащим образом оформленных полномочий.

В соответствии со ст. 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами, которая должна содержать в том числе конкретные полномочия, для осуществления которых она выдана.

В результате анализа представленного Минаковой К.А. документа было установлено отсутствие в ее тексте указания на место ее совершения, в том числе антимонопольного органа, а также на номер рассматриваемого дела, в связи с чем у упомянутого лица отсутствовали документально подтвержденные полномочия, на представление интересов общества. Более того, не был предоставлен оригинал доверенности.

Более того, Минаковой К.А. в качестве подтверждения своих полномочий на представления интересов общества не было представлено договора на оказание услуг, ходатайств или заявлений по существу, подписанных непосредственно директором ООО «Фортнуа-Плюс» - Кудиновой М.С.

Таким образом, у антимонопольного органа не имелось оснований допускать заявителя для представления интересов общества без надлежащим образом оформленных полномочий.

Следует также учитывать, что ранее представителем заявителя Васелкиной М.С. в целях ознакомления с материалами дела была представлена надлежащим образом оформленная доверенность. Одновременно с этим контрольный орган примял во внимание, что несмотря на предоставление заявителю значительного времени для подготовки правовой позиции, в том числе удовлетворения ходатайства от 30.09.2019 №б/н в целях ознакомления с материалами дела, заявителем так и не было направлено каких-либо пояснения в рамках рассмотрения дела, а также возражений на заключение об обстоятельствах дела. В результате таких действий (бездействий) заявителя, антимонопольный орган обоснованно расценил поведение общества как направленное на затягивание срока рассмотрения дела с целью уменьшения общего НМЦК в силу истечения сроков давности по аукциону с реестровым №0373100028716000023 с НМЦК 4 579 914,00 руб.

При таких данных доводы заявителя о нарушении антимонопольным органом права на защиту не находят своего подтверждения и направлены на изыскание всевозможных способов отмены решения антимонопольного органа в отсутствие на то объективных оснований.

Довод заявителя о том, что снижение на 2,5% и 5,5% от начальной максимальной цены не доказывает заключение антиконкурентного соглашения подлежит отклонению, ввиду следующего.

Целями Закона о защите конкуренции являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (часть 2 статьи 1). Названный закон распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции (часть 1 статьи 3).

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Пунктом 1 части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что при проведении торгов, запроса котировок цен на товары, запроса предложений запрещаются действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, в том числе координация организаторами торгов, запроса котировок, запроса предложений или заказчиками деятельности их участников, а также заключение соглашений между организаторами торгов и (или) заказчиками с участниками этих торгов, если такие соглашения имеют своей целью либо приводят или могут привести к ограничению конкуренции и (или) созданию преимущественных условий для каких-либо участников, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

В пункте 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Таким образом, соглашение является согласованным волеизъявлением двух или более участников.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов. О наличии соглашения может свидетельствовать совокупность установленных антимонопольным органом обстоятельств, в том числе единообразное и синхронное поведение участников, и иных обстоятельств в их совокупности и взаимосвязи.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2008 г. N 30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства", при анализе вопроса о том, являются ли действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке согласованными (статья 8 Закона о защите конкуренции), арбитражным судам следует учитывать: согласованность действий может быть установлена и при отсутствии документального подтверждения наличия договоренности об их совершении.

Вывод о наличии одного из условий, подлежащих установлению для признания действий согласованными, а именно: о совершении таких действий было заранее известно каждому из хозяйствующих субъектов, - может быть сделан исходя из фактических обстоятельств их совершения. Например, о согласованности действий, в числе прочих обстоятельств, может свидетельствовать тот факт, что они совершены различными участниками рынка относительно единообразно и синхронно при отсутствии на то объективных причин.

Подтверждать отсутствие со стороны конкретного хозяйствующего субъекта нарушения в виде согласованных действий могут, в том числе доказательства наличия объективных причин собственного поведения этого хозяйствующего субъекта на товарном рынке и (или) отсутствия обусловленности его действий действиями иных лиц.

Таким образом, квалификация поведения хозяйствующих субъектов как противоправных действий (противоправного соглашения) по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции предполагает установление антимонопольным органом намеренного поведения каждого хозяйствующего субъекта для достижения заранее оговоренной участниками аукциона цели, причинно-следственной связи между действиями участников аукциона и снижением цены на торгах, соответствием результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и одновременно их заведомой осведомленностью о будущих действиях друг друга. При этом правовое значение придается также взаимной обусловленности действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные оговоренные действия.

Из взаимосвязанных положений статей 11, 12, 13 Закона N 135-ФЗ следует, что соглашения, которые приводят или могут привести к перечисленным в части 1 статьи 11 последствиям, запрещаются.

Кроме того, в указанном выше постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сформулирована позиция, в соответствии с которой для заключения вывода о наличии нарушений антимонопольного законодательства, выражающихся в создании картеля (заключении антиконкурентного соглашения), не требуется доказывание антимонопольным органом фактического исполнения участниками картеля условий соответствующего противоправного соглашения, а также фактического наступления последствий, перечисленных в части 1 статьи 11 Закона N 135-ФЗ, поскольку, в силу буквального толкования названной нормы, рассматриваемое нарушение состоит в самом достижении участниками картеля договоренности, которая приводит или может привести к перечисленным в части 1 статьи 11 Закона N 135-ФЗ последствиям.

Кроме того, для констатации антиконкурентного соглашения необходимо проанализировать ряд косвенных доказательств, сопоставив каждое из них с другими и не обременяя процесс доказывания обязательным поиском хотя бы одного прямого доказательства. По итогам доказывания совокупность косвенных признаков соглашения и (или) согласованных действий (при отсутствии доказательств обратного) может сыграть решающую роль.

Таким образом, квалифицирующее значение для доказывания вмененного антимонопольным органом нарушения антимонопольного законодательства имеет совершение хозяйствующими субъектами отвечающих интересам каждого и заранее известных каждому противоправных согласованных действий на одном товарном рынке относительно синхронно и единообразно при отсутствии к тому объективных причин.

Обоснованным сделан вывод антимонопольным органом о наличии в действиях заявителя признаков нарушения антимонопольного законодательства на основании совокупности доказательств, в частности: подача заявок и ценовых предложений, а также подписание контрактов с одних IP-адресов: 37.113.233.114 и 37.112.98.146; использование единых учетных записей, на которых создавались и изменялись файлы заявок, а также даты и времени создания и (или) даты изменения файлов; нетипичное поведение в рамках участия в рассматриваемых аукционах, выразившееся в отказе от конкурентной борьбы друг с другом.

Данные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи свидетельствуют об использовании конкурентами единой инфраструктуры и совместной подготовке к торгам, а использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры и совместная подготовка к торгам возможны только в случае кооперации и консолидации, при этом такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели, что не свойственно для коммерческих организаций, которые, конкурируя между собой, не действуют в интересах друг друга.

Никакую иную экономическую цель, кроме экономической выгоды, в случае заранее достигнутой договоренности хозяйствующие субъекты, участвующие в торгах, преследовать не могут, а обратное противоречило бы правовой природе предпринимательской деятельности и самому участию в торгах.

Более того, диспозиция ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции является альтернативной, поскольку в качестве квалифицирующего признака антиконкурентного соглашения названная норма предусматривает как реальную возможность, так и угрозу наступления последствий, предусмотренных в п.п. 1 - 5 данной нормы Закона.

Для квалификации действий участников торгов по п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции достаточно лишь реальной угрозы наступления негативных последствий, что в рассматриваемом случае имело место, поскольку подобные действия заявителей могли привести к поддержанию цен на торгах и обеспечили победу конкретному лицу.

При таких данных ссылки заявителя на процентное соотношение снижения начальной максимальной цены договора не имеют для рассматриваемого дела правового значения.

Кроме того, угроза поддержания цены на торгах представляет собой не отсутствие снижения начальной максимальной цены, а возможное отсутствие соревнования участников торгов — отсутствие конкуренции. Цена, сформированная рассматриваемым способом, в любом случае сформирована неправомерно, а потому следует верный вывод о том, что она фактически искусственно поддерживалась.

Учитывая то обстоятельств, что контрольным органом, вопреки позиции заявителей, установлен ряд консолидированных действий обществ, свидетельствующих о нацеленности поддержания цены на торгах, доводы заявителя об отсутствии состава антимонопольного правонарушения направлены исключительно на изыскание всевозможных способов отмены решения антимонопольного органа.

На основании изложенного, оснований для удовлетворения требований заявителя у суда не имеется.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований.

Согласно ст. 4 АПК РФ, заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии со ст. 2 АПК РФ предусмотрено, что задачами судопроизводства в арбитражных судах являются защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Целью обращения в суд является именно восстановление нарушенного права, в связи с чем, ст. 201 АПК предусмотрена необходимость указания в резолютивной части решения суда на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

В соответствии с абзацем 1 статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, может быть признан судом недействительным.

В совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.96 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в частности, в абзаце втором пункта 1 установлено следующее: «если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со статьей 13 ГК РФ он может признать такой акт недействительным».

Следовательно, для признания недействительным обжалуемого заявителем Решения необходимо наличие двух обязательных условий: наличие нарушения прав истца; несоответствие оспариваемого акта закону.

Между тем, права и охраняемые законом интересы заявителя оспариваемым решением не нарушены.

Обязанность Заявителя доказать нарушение своих прав вытекает из части 1 статьи 4, части 1 статьи 65, части 1 статьи 198 и части 2 статьи 201 АПК РФ.

Вместе с тем, заявитель не представил доказательств фактического нарушения его прав.

Расходы по государственной пошлине распределяются по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на заявителя.

Руководствуясь ст. ст.  65, 67, 68, 71, 75, 110, 167-170, 176, 181, 182, 198, 200, 201   АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие требованиям Федерального закона  от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", в удовлетворении требований ООО "ФОРТУНА-ПЛЮС", отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

 

СУДЬЯ:                                                                                                                  Д.А. Гилаев