Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград                                                                                                                 

30 июля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 23.07.2019

Решение суда в полном объеме изготовлено 30.07.2019

       Дело №  А12-9362/2018

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Л.В. Костровой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи О.Г. Ломакиной, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – заявитель, ИП ФИО1, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314343536700138) к инспекции Федеральной налоговой службы по г.Волжскому Волгоградской области (далее – ИФНС России по г. Волжскому Волгоградской области, налоговый орган ответчик, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) о признании недействительным решения налогового органа в части, третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «АПК Кубань – Агро»,

при участии в заседании:

от предпринимателя – ФИО2, по доверенности от 14.03.2017,

от налогового органа – ФИО3 по доверенности от 29.12.2018, ФИО4 по доверенности от 19.04.2019, ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 15.03.2019.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании недействительным решения инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области от 25.09.2017 №13-16/65 в части привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения и взыскания недоимки по НДС за 2015 год в размере 4 799 044 руб., а также штрафа и пени за занижение налоговой базы по НДС в размере 50 000 руб., и 939 786 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «АПК Кубань Агро».

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 16.07.2018 заявленные требования удовлетворены. 

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2018 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного Суда Поволжского округа от 21.03.2019 вышеназванные судебные акты по делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

При новом рассмотрении предприниматель на заявлении настаивает.

Ответчик против удовлетворения требований индивидуального предпринимателя возражает, представил письменный отзыв. 

Третье лицо доводы заявителя поддерживает. 

Рассмотрев материалы дела, суд установил: 

ИФНС по г. Волжскому Волгоградской области была проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика – индивидуального предпринимателя ФИО1 с 09.12.2016г. по 20.07.2017г. по вопросам правильности исчисления и полноты уплаты налогов за период с 01.01.2013г. по 31.12.15г., по результатам проверки составлен акт от 25 августа 2017г. № 13-16/48.

Решением инспекции № 13-16/65 от 29.09.2017 ИП ФИО1 привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренной 122 НК РФ, доначислен НДС в результате занижения налоговой базы в размере 23 794 006 рублей, доначислен НДФЛ в результате занижения налоговой базы в размере 5 433 319 рублей начислены штраф и пени за занижение налоговой базы по НДС и НДФЛ в размере 6 888 894 рубля и 1 382 971 рубль.

Не согласившись с решением инспекции, ИП ФИО1 обжаловал его в вышестоящий налоговый орган. 

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области №1516 от 21.12.2017 г. апелляционная жалоба ИП ФИО1 удовлетворена частично, решение ИФНС России по г. Волжскому Волгоградской области от 29.09.2017 № 13-16/65 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения отменено в части сумм НДФЛ, доначисленных за 2013-2015гг., и сумм НДС, доначисленных за 1 - 4 кварталы 2013 года, 1 - 4 кварталы 2014 года, 1 - 3 кварталы 2015 года, а также в части штрафных санкций, предусмотренных п.1 ст. 122 НК РФ и п.1 ст. 119 НК РФ, в размере 9 102 441 рубль. В остальной части решение ИФНС России по г. Волжскому Волгоградской области от 29.09.2017г. № 13-16/65 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения оставлено без изменения.

Не согласившись с решением инспекции в указанной части, ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением, полагает, что выводы налогового органа о том, что в 2015 году размер налоговой базы превысил установленный лимит доходов для применения УСН. Полагает, что в 2015 году им был получен доход в размере 67 869 518 рублей, что не превышает установленного лимита доходов для предпринимателей, применяющих УСН – 68 820 000 рублей.

Инспекция против удовлетворения требований возражает, полагает, что решение инспекции в указанной части является обоснованным. 

Рассмотрев материалы дела, выслушав мнение сторон, третьего лица, суд полагает, что требования индивидуального предпринимателя не подлежат удовлетворению.

Предприниматель в 2015 году применял упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения "доходы".

Спорным является вывод налогового органа о том, что предприниматель утратил право на применение специального налогового режима, поскольку совокупный доход налогоплательщика за 9 месяцев 2015 года составил 70 172 098 рублей, то есть превысил установленный предельный размер доходов, учитываемых при исчислении упрощенной системы налогообложения - 68 820 000 рублей. По мнению налогового органа, начиная с IV квартала 2015 года, у предпринимателя возникла обязанность по применению общей системы налогообложения с исчислением и уплатой налога на добавленную стоимость по операциям от сдачи в аренду недвижимого имущества (земельных участков).

В силу пункта 3 статьи 346.11 Кодекса применение упрощенной системы налогообложения предусматривает освобождение от обязанности по уплате налога на доходы физических лиц в отношении тех доходов, которые были получены от предпринимательской деятельности налогоплательщика, зарегистрированного в качестве индивидуального предпринимателя и от налога на добавленную стоимость.

В соответствии со статьей 346.18 Кодекса в случае, если объектом налогообложения являются доходы организации или индивидуального предпринимателя, налоговой базой признается денежное выражение доходов организации или индивидуального предпринимателя.

В силу пункта 4.1 статьи 346.13 Кодекса (в редакции, действовавшей в спорный период), если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 Кодекса, превысили 68 820 000 рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 Кодекса, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

При разрешении вопроса о соблюдении налогоплательщиком условий применения упрощенной системы налогообложения, в частности, соответствие полученных им доходов за отчетный (налоговый) период величине предельного размера доходов, ограничивающей право на применение упрощенной системы налогообложения, учету подлежат доходы, определяемые в соответствии со статьей 346.15 Кодекса.

Как указано в пункте 1 статьи 346.15 Кодекса, налогоплательщики, применяющие упрощенную систему налогообложения, при определении объекта налогообложения учитывают доходы от реализации, а также внереализационные доходы, определяемые согласно положениям статей 249 и 250 названного Кодекса.

Из пунктов 1 и 2 статьи 249 Кодекса следует, что доходом от реализации признается выручка от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

В силу пункта 1 статьи 346.17 Кодекса датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

Налоговый орган пришел к выводу о том, что представленные в ходе проверки как заявителем, так и обществом "АПК Кубань Агро" расходные кассовые ордера общества "АПК Кубань Агро" от 05.03.2015 N 103 на сумму 25 000 рублей, от 04.08.2015 N 505 на сумму 300 000 рублей, от 11.08.2015 N 532 на сумму 300 000 рублей, от 28.10.2015 N 721 на сумму 50 000 рублей, от 17.11.2015 N 758 на сумму 650 000 рублей, от 24.11.2015 N 768 на сумму 650 000 рублей, от 30.11.2015 N 792 на сумму 300 000 рублей, от 04.12.2015 N 814 на сумму 50 000 рублей подтверждают реализацию заявителем сельхозпродукции в адрес общества "АПК Кубань Агро" на сумму 2 325 000 рублей, полученной в счет оплаты аренды земельных участков. Поскольку с учетом данных расходных кассовых ордеров совокупный доход налогоплательщика превысил установленный предельный размер доходов, учитываемых при исчислении упрощенной системы налогообложения - 68 820 000 рублей, предприниматель был обязан применять в IV квартале 2015 года общую систему налогообложения с уплатой налога на добавленную стоимость.

Вместе с тем, предприниматель  ссылается на то, что, исходя из первичных бухгалтерских документов, налоговая база за 2015 год составила 67 869 518 рублей, что не превышает установленный лимит доходов для предпринимателей учитываемых при исчислении упрощенной системы налогообложения. Как указал предприниматель, расходные ордера общества "АПК "Кубань-Агро" о получении денежных средств ФИО1 в 2015 году на сумму 2 325 000 рублей необоснованно приняты налоговым органом при расчете налоговой базы, поскольку они не подписаны предпринимателем, денежные средства на основании указанных ордеров он не получал, документы ошибочно представлены обществом "АПК Кубань-Агро".

Предприниматель утверждает, что денежных средств на основании указанных ордеров не получал, их не подписывал, следовательно, указанные расходные ордера не могут служить доказательством получения денежных средств именно ФИО1 от ООО «АПК Кубань-Агро». Указанные документы были ошибочно представлены контрагентом ФИО1 – ООО «АПК Кубань-Агро».

В рамках выездной налоговой проверки налоговым органом были затребованы документы от контрагентов ИП ФИО1, в том числе от ООО «Аграрно-промышленная компания Кубань-Агро».

Из представленных в материалы дела материалов налоговой проверки следует, что истребуемые документы от ООО «АПК Кубань-Агро» поступили в адрес налогового органа 01 июня 2017г. в электронной форме, в том числе спорные расходные кассовые ордера: № 103 от 05.03.2015г. на сумму 25 000 рублей; № 505 от 04.08.2015г. на сумму 300 000 рублей; № 532 от 11.08.2015г. на сумму 300 000 рублей; № 721 от 28.10.2015г. на сумму 50 000 рублей; № 758 от 17.11.2015г. на сумму 650 000 рублей; № 768 от 24.11.2015г. на сумму 650 000 рублей; № 792 от 30.11.2015г. на сумму 300 000 рублей;            № 814 от 04.12.2015г. на сумму 50 000 рублей, всего на сумму 2 325 000 рублей.

При новом рассмотрении дела предприниматель заявил о фальсификации сопроводительного письма, расходных  кассовых ордеров на сумму 2 325 000 рублей, а именно: №103 от 05.03.2015 на сумму 25 000 руб., №505 от 04.08.2015на сумму 300 000 руб., №532 от 11.08.2015 на сумму 300 000 руб., №721 от 28.10.2015 на сумму 50 000 руб., №758 от 17.11.2015 на сумму 650 000 руб., №768 от 24.11.2015 на сумму 650 000 руб., №792 от 30.11.2015 на сумму 300 000 руб., №814 от 04.12.2015 на сумму 50 000 руб., содержащихся в пакете документов, представленных в адрес инспекции от имени предпринимателя в ходе налоговой проверки.

В порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сторонам были разъяснены уголовно-правовые  последствия поданного заявления. Комитет отказался исключить спорные доказательства. 

В судебное заседание представитель инспекции представил подлинник полученного на требование инспекции сопроводительного письма и сшива документов, заверенного печатью и подписью предпринимателя.

 Заявитель не указал, кем именно, по его мнению допущена фальсификация, в чем выразилась фальсификация данных документов и способы проверки. 

Судом в  удовлетворении заявлений о фальсификации отказано, поскольку факт фальсификации инспекцией доказательств не доказан и фактически заявлено об относимости доказательств.

Иные доводы заявителя основаны на ошибочном  толковании норм действующего законодательства.

Настаивая на требованиях, предприниматель указал, что документы, представленные налоговым органом в подтверждение получения спорного дохода предпринимателем от общества "АПК Кубань-Агро" в 2015 году, не позволяют признать их в качестве доказательств реальности осуществления операций по получению заявителем денежных средств у данного контрагента, поскольку не содержат сведений, позволяющих достоверно установить обстоятельства фактического совершения заявленных финансово-хозяйственных операций. Суды сослались на то, что содержание спорных расходных кассовых ордеров налоговым органом не исследовалось, вопрос о подписании данных документов уполномоченными лицами в ходе проверки не проверялся. Полученные налоговым органом от общества "АПК Кубань-Агро" в электронной форме документы не подписаны квалифицированной электронной подписью. В свою очередь, как указали суды, из имеющихся в материалах дела объяснений третьего лица следует, что между обществом "АПК Кубань-Агро" и главным бухгалтером данной организации ФИО7 заключен договор беспроцентного займа, по условиям которого общество "АПК Кубань-Агро" передает в собственность ФИО7 денежные средства в размере 2 400 000 рублей наличными денежными средствами. 

Выдача займа ФИО7 производилась по расходным ордерам от 05.03.2015 N 103 на сумму 25 000 рублей, от 04.08.2015 N 505 на сумму 300 000 рублей, от 11.08.2015 N 532 на сумму 300 000 рублей, от 28.10.2015 N 721 на сумму 50 000 рублей, от 17.11.2015 N 758 на сумму 650 000 рублей, от 24.11.2015 N 768 на сумму 650 000 рублей, от 30.11.2015 N 792 на сумму 300 000 рублей, от 04.12.2015 N 814 на сумму 50 000 рублей (всего 2 325 000 рублей). В указанных расходных ордерах в строке "получил" стоит подпись ФИО7, однако при оформлении указанных расходных ордеров произошла техническая ошибка: в строке "выдать" вместо ФИО7 указано предприниматель ПБОЮЛ ФИО1 либо предприниматель ФИО1 В качестве оснований выдачи денежных средств в спорных расходных ордерах указано "за пшеницу", "за сахар", однако, по мнению предпринимателя,  налоговым органом не представлено документов, подтверждающих факт реализации им в адрес общества "АПК Кубань-Агро" сельскохозяйственной продукции, полученной в счет оплаты арендной платы. Предприниматель отмечает, что обществом "АПК Кубань-Агро" в материалы дела представлены как доказательства заключения с бухгалтером договора займа и выдачи ей денежных средств, так и доказательства возврата займа в полном объеме и внесения его в кассу общества.

Между тем, по мнению суда, собранные налоговым органом в ходе проверки доказательства в совокупности свидетельствуют о правомерности произведенных доначислений и ошибочности  доводов предпринимателя.

Так, предприниматель указал, что расходные кассовые ордера ошибочно представлены обществом "АПК Кубань Агро" и они не подписаны квалифицированной электронной подписью, соответственно, они не являются надлежащими доказательствами.

Между тем, как усматривается из материалов дела, налоговым органом в рамках выездной налоговой проверки в адрес налогоплательщика направлялось требование о предоставлении документов №2 от 10.04.2017 (том 4, л.д. 46), а именно: договоров со всеми приложениями и дополнениями, спецификации, счета, счета-фактуры, товарные накладные, товарно-транспортные накладные, акты выполненных работ, акты приема передачи, справки о стоимости работ и затрат, ведомости на выдачу в счет арендной платы натурального продукта. Документы, касающиеся реализации товарно-материальных ценностей, полученных в счет оплаты аренды. Суд отмечает, что данное требование получено лично ФИО1 - 10.04.2017, о чем имеется соответствующая запись на стр. 3 данного требования.

На указанное требование ИП ФИО1 представил ответ от 20.04.2017 с копиями документов, касающиеся реализации товарно-материальных ценностей, полученных в счет оплаты аренды за 2015 год на 112 листах (вх. 3486ф от 21.04.2017, том 4, л.д. 43). 

Оригинал указанного ответа и документы к нему на 112 листах  обозревались в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции - 14.05.2018.

При этом, в данных документах, представленных ИП ФИО1, имелись, в том числе, спорные расходно-кассовые ордера. 

Действительность представленных ФИО1 на требование налогового органа расходно-кассовых ордеров подтверждается товарными накладными и актами оприходования сельскохозяйственной продукции, которые также представлены налогоплательщиком и содержатся в материалах дела.

Суд принимает во внимание, что составлению каждого спорного расчетного кассового ордера предшествовало оформление товарной накладной и акта оприходования между предпринимателем и обществом АПК "Кубань-Агро", что подтверждено, как указывает налоговый орган, и самим предпринимателем представлением данных документов. Указанные документы, то есть, товарные накладные, акты оприходования и спорные расходно-кассовые ордера (указанные в таблице) также представлены ИП ФИО1 на требование налогового органа (сшив из 112 листов), в котором содержались спорные расходные ордера.

Таким образом, составлению каждого спорного расчетно-кассового ордера предшествовало оформление товарной накладной и акта оприходования между ИП ФИО1 и ООО АПК «Кубань-Агро».

В ходе выездной налоговой проверки предприниматель также подтвердил, что получение оплаты в виде натурального продукта ему было не нужно, поэтому полученный в счет арендной платы товар он передавал обратно обществу "АПК "Кубань-агро", за что получал денежные средства из кассы предприятия. 

Из пояснений главного бухгалтера общества "АПК "Кубань-агро" ФИО7 усматривается, что оплата арендной платы в адрес ФИО1 производилась в натуральной форме (зерно, масло подсолнечное, сахар) либо денежными средствами. В случае, если оплата оформлялась в натуральной форме, ФИО1 подавалось заявление о замене арендной платы в натуральной форме на денежную компенсацию. В этом случае бухгалтерия общества АПК "Кубань-Агро" проводила обратную операцию по оприходованию товара, что оформлялось актом оприходования товарно-материальных ценностей и выдавали ФИО1 денежные средства через кассу. 

В подтверждение данного факта третье лицо представило налоговому органу заявления предпринимателя, адресованные обществу "АПК Кубань Агро", в которых предприниматель просил заменить арендную плату по договорам в натуральной форме на денежную компенсацию. 

Таким образом, суд находит обоснованными выводы налогового органа о наличии реальных хозяйственных отношений между истцом и ООО «Кубань-Агро»  по договорам аренды, связанных с оплатой арендной платы за периоды, указанные в расходных кассовых ордерах.

Кроме того, суд принимает во внимание доводы налогового органа о том, что общество АПК "Кубань Агро" отразило указанные расходы в декларации по единому сельскохозяйственному налогу за 2015 год и исчислило, удержало и уплатило в бюджет сумму налога на доходы физических лиц с выплаченным по приходным кассовым ордерам ФИО1 сумм.

Суд находит несостоятельной ссылку предпринимателя на документы, представленные в подтверждение доводов о наличии отношений между обществом АПК "Кубань Агро" и бухгалтером данной организации ФИО7 в рамках договора беспроцентного займа, согласно которому заимодавец (общество "АПК "Кубань-Агро") передает в собственность заемщику (ФИО7) денежные средства в размере 2 400 000 рублей по расходным кассовым ордерам с идентичными (представленными предпринимателем и обществом "АПК "Кубань-Агро") номерами, датами составления и суммами.

Суд критически относится к объяснениям третьего лица, согласно которым указанные выше расходно-кассовые ордера оформлены неверно. 

В действительности указанные расходно-кассовые ордера, согласно позиции третьего лица, оформлялись между ООО «АПК «Кубань-Агро» и её главным бухгалтером ФИО7 в рамках договора беспроцентного займа от 01.03.2015, согласно которому заимодавец (ООО «АПК «Кубань-Агро») передает в собственность заемщику (ФИО7) денежные средства в размере 2 400 000 руб. Третье лицо указало, что в спорных расходно-кассовых ордерах в строке адресата  - «выдать»: вместо ФИО7 ошибочно осталось «ПБОЮЛ ФИО1» либо «ИП ФИО1».

Суд принимает во внимание пояснения инспекции о том, что в случае оформления спорных расходно-кассовых ордеров между ООО «АПК «Кубань-Агро» и её главным бухгалтером ФИО7 они не могли быть представлены налоговому органу ИП ФИО1, поскольку он не был стороной в договоре займа от 01.03.2015. 

Составленная на имя генерального директора ООО «АПК Кубань-Агро» объяснительная ФИО7 и представленная в суд третьим лицом, не может являться допустимым доказательством по делу, поскольку ФИО7 об ответственности за лжесвидетельствование не предупреждалась, ее показания противоречат собранным по делу доказательствам.

Суд критически относится к объяснениям ФИО7 о том, что она  протяжении 10 месяцев (с марта 2015 г. по декабрь 2015 г.) не замечала, что подписывала расходно-кассовые ордера, оформленные на другое лицо, по другим основаниям выдачи (за сахар, за пшеницу, а не по договору займа), содержащие не её паспортные данные. Более того, как указано ранее, представил эти расходно-кассовые ордера на требование налогового органа именно ФИО1

Налоговый орган правомерно указал на согласованность действий предпринимателя и общества АПК "Кубань Агро", направленную на сохранение ФИО1 права на применение упрощенной системы налогообложения.

Как указывает налоговый орган, предприниматель не был стороной в договоре займа от 01.03.2015, соответственно, спорные расходные кассовые ордера не могли быть представлены налоговому органу предпринимателем. Кроме того, ФИО1 является супругом ФИО8, которая является учредителем общества "АПК Кубань-Агро". Сам ФИО1 в спорный период являлся сотрудником общества "АПК Кубань-Агро" и работал в должности консультанта по экономическим вопросам. В свою очередь, главный бухгалтер общества "АПК Кубань-Агро" ФИО7 подчинялась должностным лицам общества (руководителю) в силу трудовых отношений. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Такие интересы не подлежат судебной защите в силу пункта 4 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускающего возможность извлечения выгоды из недобросовестного поведения.

В силу вытекающего из части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации запрета злоупотребления правом никто не вправе извлекать преимущество (выгоду) из своего недобросовестного поведения.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Наличие разумных экономических или иных причин (деловой цели) должно быть подтверждено фактами (доказательствами), свидетельствующими о намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований или возражений.

Суд, проанализировав в соответствии со ст. ст. 71,75,168 АПК РФ  собранные по делу доказательства, приходит к выводу о правомерности произведенных доначислений. Доводы предпринимателя и представленные им документы противоречат собранным налоговым органом в рамках дела доказательствам, не опровергают выводы инспекции о получении им спорного дохода.

Ссылку предпринимателя на судебную практику суд находит несостоятельной, поскольку в рамках настоящего дела исследовались иные обстоятельства.

Иные доводы предпринимателя о незаконности решения инспекции в оспариваемой части не свидетельствуют.

С учетом данных обстоятельств, вывод инспекции о том, что налогоплательщиком допущено несоответствие требованиям, установленным п.п. 3 и 4 ст. 346.12 и п. 3 ст. 346.14 НК РФ и ИП ФИО1 считается утратившим право на применение УСН с 4 квартала 2015 года и с 01.10.2015г. переходит на общий режим налогообложения, является обоснованным и является основанием для доначисления налогов по общей системе налогообложения. Правильность произведенных инспекцией доначислений судом проверена. Принимая во внимание данные обстоятельства, суд признает обоснованным и привлечение налогоплательщика к налоговой ответственности по ст. 122 НК РФ и ст. 119 НК РФ. Оснований для уменьшения размера штрафных санкций  с применением ст. ст. 112, 114 НК РФ суд не усматривает.

При подаче заявления предпринимателем уплачена в бюджет государственная пошлина в размере 3000 руб.

В связи с отказом в удовлетворении требований предпринимателя государственная пошлина в размере  2700 руб.  подлежит возврату предпринимателю из бюджета в силу ст. 333.40 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167,171, 201 АПК РФ,  суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 2700 руб.

 Решение может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в установленный законом срок через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                                                         Кострова Л.В.