Арбитражный суд Московской области

       107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-27675/19

14 октября 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 09 октября 2019 года

Полный текст решения изготовлен 14 октября 2019 года

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Е.В. Кочергиной,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи О.Д. Корниловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 317619600133271)

к Акционерному обществу "Первая Ипотечная Компания – Регион" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 12 031 649 руб. 00 коп. (с учетом уточнения исковых требований)

при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания от 09 октября 2019 года, 

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к АО «ПИК-Регион» (далее - ответчик) о взыскании убытков в размере 12 086 649 руб., в том числе проценты за пользование чужими денежными средствами 2 944 638 руб. 27 коп., расходы на составление отчета об оценке № 024 от 12.09.2018 в размере 23 000 руб. и расходов по оплате государственной пошлины.

В обоснование требований истец пояснил следующее.

25.03.2005 между ответчиком и ЗАО «Компания Дерменджи» заключен Инвестиционный контракт, 19.04.2013 заключено дополнительное соглашение к нему. Согласно контракту, ЗАО «Компания Дерменджи» является инвестором, ответчик  генеральным инвестором-застройщиком. Условиями контракта предусмотрено обязательство инвестора по внесению инвестиционного взноса в размере 20 000 000 руб. и встречное обязательство генерального инвестора-застройщика по передаче в собственность инвестора 500 кв.м. жилой площади во 2-й очереди комплекса многоэтажных жилых домов с объектами соцкультбыта на земельном участке с КН 61:44:0040309:328 в г. Ростов-на-Дону. Срок реализации проекта установлен 1 квартал 2016 года. Обязательство инвестора прекращено зачетом встречных однородных требований на основании соглашения от 05.08.2013. Обязательство генинвестора-застройщика исполнено частично на сумму 3 760 000 руб., а допсоглашением от 24.10.2013 стороны уменьшили размер инвестиционного взноса до 16 240 000 руб. и установили обязательство генинвестора передать в собственность инвестора 407 кв.м. жилой площади. 

Впоследствии 26.09.2017 между ЗАО «Компания Дерменджи» и истцом заключен договор уступки прав требования, согласно которому истцу перешло право требования к ответчику 407 кв.м. жилой площади стоимостью 16 240 000 руб. на основании инвестиционного контракта, о чем ответчик  был уведомлен 26.09.2017. 

03.11.2017 истец обратился к ответчику с претензией о погашении задолженности по инвестиционному контракту.

В ответе от 28.11.2017 ответчик признал невозможность исполнения обязательства в соответствии с условиями инвестконтракта, предложил либо продлить срок его реализации либо приобрести право на 407 кв.м. жилой площади в другом объекте в г. Ростов-на-Дону. В ответе от 12.12.2017 ответчик конкретизировал, какие квартиры он предлагает передать в собственность истца, предложил заключить договоры на участие в долевом строительстве и прекращении обязательств ответчика по инвестконтракту путем подписания соглашений о зачете взаимных требований. В ответе от 21.02.2018 ответчик уточнил, что прекращение его обязательств по контракту возможно только путем подписания соглашения о его расторжении, представил проекты данного соглашения, договоров участия в долевом строительстве и соглашения о зачете взаимных требований.

Истец полагает, что данные предложения ответчика не соответствуют условиям контракта, предусматривающего иную стоимость жилья 40000 руб. за 1 кв.м., иное место расположения и иные сроки сдачи в эксплуатацию, иной порядок распределения квартир, в связи с чем нарушают права и законные интересы истца.

В связи с этим, истец в письме к АО «ПИК-Регион» предложил иные условия: заключить соглашение о порядке исполнения инвестконтракту путем передачи конкретных квартир; предусмотреть в этом соглашении условие о заключении договоров участия в долевом строительстве на конкретные квартиры в новом объекте; заключить договоры долевого участия в строительстве на эти квартиры; предусмотреть, что после заключения данных договоров обязательства ответчика по инвестконтракту автоматически прекращаются; определить порядок распределения квартир.

В уведомлении от 16.03.2018 АО «ПИК-Регион» признало факт невыполнения обязательств по инвестконтракту, а 16.04.2018 перечислил истцу денежные средства в сумме 16 240 000 руб. 

Между тем, истец считает, что обязательство ответчиком выполнено ненадлежащим образом, поскольку условиями инвестконтракта предусмотрена передача в собственность 407 кв.м. жилой площади стоимостью 40 000 руб. за 1 кв.м. в многоквартирном жилом доме по адресу 

<

...> сданном в 1 квартале 2016 года.

Перечислив истцу указанные денежные средства, ответчик фактически отказался в одностороннем порядке от исполнения инвестконтракта. Чем нанес истцу убытки, которые рассчитаны истцом в сумме 17 120 569 руб., в том числе проценты за пользование чужими денежными средствами 2 944 638 руб. 27 коп.

В претензиях к ответчику истец потребовал возместить убытки, в ответе на которую ответчиком был заявлен отказ, мотивированный тем, что истцу предлагались квартиры в другом строящемся объекте, от которых истец отказался, а предложенные истцом встречные условия не устроили АО «ПИК-Регион», в связи с чем был возвращен инвестиционный взнос.

В целях определения действительного размера убытков причиненных истцу, по заданию истца организацией ООО «Алгоритм – Лаборатория экспертных решений» была определена рыночная стоимость 1 кв.метра в многоквартирном жилом доме  в 

<

...> по состоянию на 13.08.2018, в размере 69 407 рублей. Таким образом, по расчетам истца, стоимость 407 кв.м. в указанном доме по состоянию на 13.08.2018 составляет 28 248 649 рублей. Из них ответчиком возвращено 16 240 000 руб., следовательно, размер убытков, по мнению истца, составляет разницу между этими денежными средствами. Стоимость оценки составила 23 000 руб.

Кроме того, истец полагает, что на сумму инвестиционного взноса в период нахождения его у ответчика подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГК РФ.

В ходе судебного разбирательства истец в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил заявленные требования, просил взыскать с АО «ПИК-Регион» проценты за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 ГК РФ за период с 01.04.2016 по 15.04.2018 в размере 2 941 412 руб. 51 коп. за неисполнение обязательств по договору купли-продажи будущей недвижимой вещи, убытки причиненные отказом от исполнения инвестконтракта в размере 9 067 236 руб. 49 коп. (общий размер убытков за вычетом процентов), а также расходы на составление отчета об оценке в размере 23 000 руб.

В судебном заседании истец и его представитель поддержали заявленные требования.

Представитель ответчика возражал против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу, что заявленные требования удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе (п. 2 ст. 307 ГК РФ).

Истец полагает, что ответчиком не исполнены надлежащим образом условия инвестиционного контракта.

Односторонний отказ ответчика от исполнения инвестиционного контракта привел к тому, что вместо объектов недвижимого имущества (квартир в многоквартирном жилом доме) истец получил от ответчика возврат денежных средств, предоставленных ранее ответчику в виде инвестиций на строительство МКЖД, а разница между рыночной ценой квартир и возвращенными денежными средствами является убытками истца в результате неправомерных действий ответчика. Кроме того истец считает, что на возвращенный инвестиционный взнос подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами по правилам неисполнения договора купли-продажи будущей вещи.

Суд не согласен с доводами истца, в связи со следующим.

Из материалов дела следует, что 25.03.2005 между ЗАО «Компания Дерменджи» (генеральный инвестор) и ЗАО «ПИК-Регион» (застройщик) заключен инвестиционный контракт (далее – контракт, л.д.13, т.1).

Согласно п. 2.1 контракта его предметом является реализация инвестиционного проекта по строительству комплекса многоэтажных жилых домов с объектами соцкультбыта на земельном участке по адресу 

<

...>, 90/308, ул. Катаева 310, 312, ул. Варфоломеева 265, 267 (далее – объект).

Статьей 3 контракта установлено соотношение раздела недвижимого имущества по итогам реализации контракта: 70% в собственность генинвестора, 30% в собственность застройщика.

Срок действия контракта установлен п. 7.1 и составляет до полного исполнения обязательств по реализации инвестиционного проекта.

Дополнительным соглашением от 19.04.2013 в контракт внесены изменения, в том числе: ЗАО «Компания Дерменджи» является инвестором, ЗАО «ПИК-Регион» - генинвестором-застройщиком; изложена новая редакция п. 2.1 контракта - предметом является строительство второй очереди многоэтажных жилых домов с объектами соцкультбыта на земельном участке площадью 2002 кв.м. с КН 61:44:0040309:328, категория «земли населенных пунктов», многоквартирный жилой дом со встроенными объектами общественного назначения и автостоянкой по адресу г. Ростов-на-Дону Кировский район пр.Соколова 86 (далее – объект); предусмотрен ориентировочный срок реализации инвестиционного проекта 1 квартал 2016 года; размер инвестиционного взноса инвестора 20 000 000 рублей; соотношение раздела жилой площади – 500 кв.м. в собственность инвестора, оставшаяся – в собственность застройщика (далее – допсоглашение, л.д. 30 т.1).

Пунктом 8 допсоглашения пункт 5.4.3 контракта изложен в следующей редакции: в случае невыполнения генинвестором-застройщиком обязанности по передаче инвестору жилых помещений в соответствии с условиями контракта инвестор приобретает  право требования к генинвестору-застройщику в размере стоимости инвестиционного взноса.

Статья 9 контракта изложена в следующей редакции: в случае отказа от выполнения обязательств по контракту генинвестор-застройщик возмещает стоимость инвестиционного взноса инвестора (п. 9.2).

01.08.2013 между ЗАО «Компания Дерменджи»  (продавец) и ЗАО «ПИК-Регион» (покупатель) заключен договор купли-продажи долей в праве на земельный участок с КН 61:44:040310:0011 и жилой дом площадью 137,4 кв.м. Цена объектов установлена в размере 20 000 000 рублей (л.д.37 т.1).

05.08.2013 между сторонами заключено соглашение № РНД/ЗЧТ/2013 о прекращении встречных однородных требований зачетом, которым прекращены обязательства ЗАО «Компания Дерменджи» по оплате стоимости объектов по договору купли-продажи от 01.08.2013, и обязательства ЗАО «ПИК-Регион» по допсоглашению от 19.04.2013 (л.д. 37 т.1).

Дополнительным соглашением от 24.10.2013 к инвестконтракту (л.д.39 т.1) изменен размер инвестиционного взноса на 16 240 000 рублей, и соотношение раздела жилой площади объекта – в собственность инвестора определено 407 кв.м.

25.10.2013 соглашением о прекращении встречных однородных требований зачетом стороны прекратили обязательство ЗАО «Компания Дерменджи» по оплате ЗАО «ПИК-Регион» денежных средств в размере 3 760 000 рублей (л.д. 41 т.1).

Таким образом, с октября 2013 года контракт продолжил свое действие в редакции допсоглашений от 19.04.2013 и от 24.10.2013, а именно: 

- предмет контракта «строительство второй очереди многоэтажных жилых домов с объектами соцкультбыта на земельном участке площадью 2002 кв.м. с КН 61:44:0040309:328, категория «земли населенных пунктов», многоквартирный жилой дом со встроенными объектами общественного назначения и автостоянкой по адресу г. Ростов-на-Дону Кировский район пр.Соколова 86»;

-ориентировочный срок реализации контракта – 1 квартал 2016 года;

-инвестиционный взнос инвестора 16 240 000 руб., обязательство по внесению которого погашена зачетом встречных однородных требований с генинвестром-застройщиком;

-установлен размер подлежащей передаче инвестору жилой площади – 407 кв.м.

26.09.2017 между ЗАО «Компания Дерменджи» (цедент) и истцом (цессионарий) заключен договор цессии (л.д.49 т.1), по которому к истцу перешло право требования к ЗАО «ПИК-Регион»  по контракту и допсоглашениям к нему от 19.04.2013 и от 24.10.2013 (л.д. 49 т.1), о чем истец сообщил ответчику в уведомлении, предложив исполнить контракт путем предоставления жилой площади в МКЖД в размере 407 кв.метров.

В ответ ЗАО «ПИК-Регион» предложил истцу подписать соглашение о расторжении контракта, заключить взамен договоры долевого участия в строительстве объектов (МКЖД) с определением подлежащей передаче участнику долевого строительства (истца) квартир общей площадью 407 кв.метров (л.д. 51 т.1).

Поскольку истец не принял данные условия, а предложенные истцом условия не были приняты ответчиком, то ответчик произвел возврат инвестиционного взноса в сумме 16 240 000 рублей.

Действия ответчика по возврату инвестиционного взноса суд находит правомерным, соответствующим условиям контракта в редакции допсоглашений к нему.

Доводы истца о том, что денежные средства в виде разницы между рыночной ценой квартир, подлежавших передаче ему на основании контракта общей площадью 407 кв.м., и возвращенным ему инвестиционным взносом, являются его убытками в результате неправомерных действий ответчика, судом не принимаются. 

Последствия неисполнения ответчиком условий инвестконтракта по передаче квартир в МКЖД площадью 407 кв.м. предусмотрены в самом инвестконтракте в виде возврата ответчиком инвестиционного взноса.

Спорный инвестиционный контракт имеет признаки договора простого товарищества (о совместной деятельности), регулируемого главой 55 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1041 ГК РФ по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Порядок покрытия расходов и убытков, связанных с совместной деятельностью товарищей, определяется их соглашением. При отсутствии такого соглашения каждый товарищ несет расходы и убытки пропорционально стоимости его вклада в общее дело (ст. 1046 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 1050 ГК РФ при прекращении договора простого товарищества вещи, переданные в общее владение и (или) пользование товарищей, возвращаются предоставившим их товарищам без вознаграждения, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Таким образом, в силу изложенных норм, если иное не предусмотрено соглашением сторон, АО «ПИК-Регион» отвечает по своим обязательствам только в размере своего вклада, а именно, в сумме 16 240 000 рублей.

Требуя возмещения убытков, истец ссылается на п. 1 ст. 393 ГК РФ, согласно которому, если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пунктами 1, 2 ст. 393 ГК РФ предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Пунктами 1, 2 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7  "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств"  (далее – постановление № 7) согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. 

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Например, если заказчик предъявил иск к подрядчику о возмещении убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора подряда по ремонту здания магазина, ссылаясь на то, что в результате выполнения работ с недостатками он не смог осуществлять свою обычную деятельность по розничной продаже товаров, то расчет упущенной выгоды может производиться на основе данных о прибыли истца за аналогичный период времени до нарушения ответчиком обязательства и/или после того, как это нарушение было прекращено. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (п. 3 постановления № 7).

Согласно п. 5 постановления № 7 по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Таким образом, в предмет доказывания по делу о взыскании убытков входят факт причинения убытков; размер убытков; противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями для истца. Данные обстоятельства подлежат доказыванию истцом.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

По иску о возмещении убытков в виде упущенной выгоды истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду, при том, что все остальные необходимые приготовления для ее получения он сделал.

Правовое значение имеет реальность таких приготовлений и отсутствие объективных препятствий для получения выгоды при реализации приготовлений при обычных условиях гражданского оборота.

Доказательств того, что испрашиваемые истцом денежные средства могли бы быть получены им в случае, если бы ответчик передал ему указанные в инвестконтракте с учетом допсоглашений квадратные метры жилья, истец не представил. 

Истец не представил доказательств совершения им необходимых приготовлений к получению испрашиваемых денежных средств, и того, что не выполнение ответчиком обязательств по передаче квартир явилось единственной причиной неполучения истцом упущенной выгоды.

Также истцом не доказана противоправность действий ответчика по не исполнению своих обязательств по инвестиционному контракту. 

Пунктами 1, 2 ст. 393.1 ГК РФ предусмотрено, что в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора. Если кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора (пункт 1 настоящей статьи), но в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой.

В данном случае из материалов дела следует, и истцом не оспаривается, что ответчик предлагал ему рассмотреть возможность продления ориентировочного срока, предусмотренного п. 2.1 контракта путем подписания дополнительного соглашения к нему, либо приобрести право на 407 кв.м. жилой площади в другом объекте, реализуемом АО «ПИК-Регион» в г. Ростов-на-Дону «Многоквартирные дома со встроенно-пристроенными помещениями многофункционального назначения и надземно-подземной автостоянкой, по адресу Ленинский район пер. Доломановский 15а, 17, 19, 21, 23, 25, 27, 27а, включая две трехкомнатные, две двухкомнатные и две однокомнатные квартиры, путем заключения договоров участия в долевом строительстве, расторгнуть контракт с подписанием соглашения о зачете встречных однородных требований (письма от 28.11.2017, 12.12.2017 и 21.02.2018 л.д. 51, 54, 60 т.1), от чего истец отказался.

Принимая во внимание предмет и условия заключенного между истцом и ответчиком инвестконтракта, суд пришел к выводу, что к спорным правоотношениям сторон этого договора не применимы правила о неисполнении обязательств по передаче вещи в будущем, на которые ссылается истец.

Согласно положениям пункта 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 2 статьи 455 ГК РФ предметом договора купли-продажи может быть как товар, имеющийся в наличии у продавца в момент заключения договора, так и товар, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 5 постановления № 54,  если у продавца отсутствует недвижимое имущество, которое он должен передать в собственность покупателя (например, недвижимое имущество не создано или создано, но передано другому лицу), либо право собственности продавца на это имущество не зарегистрировано в ЕГРП, покупатель вправе потребовать возврата уплаченной продавцу денежной суммы и уплаты процентов на нее (пункты 3 и 4 статьи 487 ГК РФ), а также возмещения причиненных ему убытков (в частности, уплаты разницы между ценой недвижимого имущества, указанной в договоре купли-продажи, и текущей рыночной стоимостью такого имущества).

В данном случае между истцом и ответчиком договор купли-продажи будущей недвижимости не заключался, что следует из условий инвестконтракта, в рамках которого истец не финансировал планируемое строительство жилого комплекса и не покупал в нем жилые и нежилые помещения.

Вопреки доводам истца и нормам ст.ст. 554, 555 ГК РФ, в контракте не определены: ориентировочный размер площади объекта, перечень подлежащих передаче сторонам помещений, т.е. отсутствует индивидуализация предмета договора купли-продажи недвижимого имущества, не согласованы существенные условия применительно к указанному договору, что также свидетельствует о невозможности его толковать как договор купли-продажи будущей вещи.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что к истцу право требования к ответчику передано на основании договора цессии, заключенного между истцом и ООО «Компания Дерменджи». Данный договор заключен 26.09.2017, т.е. уже после наступления ориентировочного срока реализации инвестиционного проекта – 1 квартал 2016 года. Заключая договор цессии, истец не предпринял действий, свидетельствующих о должной степени заботливости и осмотрительности, не предпринимал попыток ознакомиться с реальными обстоятельствами исполнения контракта, не обращался к АО «ПИК-Регион» за информацией по проекту, т.е. не принял мер по предотвращению возможных для него убытков. В силу ст. 2 ГК РФ риск предпринимательского риска лежит на лице, осуществляющем предпринимательскую деятельность, в данном случае на истце, заключившем договор цессии и принявшем право требования к ответчику.

В материалы дела не представлено доказательств ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по контракту, вины ответчика в неисполнении контракта в установленные в нем сроки.

В письме к истцу от 28.11.2017 ответчик предложил заключить допсоглашение к контракту о продлении его срока. Позже, 16.03.2019 ответчик направил истцу уведомление № 1005/1-177-И (л.д.93 т.5), в котором уведомил истца о том, что в связи с объективными причинами (т.е. не зависящими от ответчика), реализация инвестиционного проекта в ориентировочно установленный контрактом срок (1 квартал 2016 года) не завершена, сообщил о возврате истцу инвестиционного взноса в размере 16 240 000 рублей.

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

В данном случае вопросы о том, был ли заявлен ответчиком односторонний отказ от контракта, правомерность этого отказа (при его наличии), а также прекратилось ли действие контракта в связи с направлением ответчиком истцу уведомления от 16.03.2019 и возвратом истцу инвестиционного взноса, не входят в предмет рассмотрения по делу.

Входящие в предмет рассмотрения спора о взыскании убытков: противоправность действий (бездействия) ответчика, наступление неблагоприятных последствий у истца,  наличие причинной связи между первым и вторым, в данном случае не доказаны, поскольку не доказаны противоправность действий (бездействия) ответчика, а также то, что именно действия (бездействие) ответчика привели к возникновению у истца убытков.

При недоказанности указанных обстоятельств требование о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

Напротив, из материалов дела следует заботливость и осмотрительность со стороны ответчика, принятие им мер для надлежащего исполнения обязательства перед истцом (п. 1 ст. 401 ГК РФ).

Также суд не находит оснований для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 24.10.2013 по 15.04.2018  в порядке ст. 395 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ проценты подлежат уплате в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате.

Доказательств неправомерного удержания ответчиком инвестиционного взноса, уклонения от его возврата, истец не представил.  

Учитывая изложенное, заявленные требования удовлетворению не подлежат в полном объеме.

Поскольку суд не нашел оснований для назначения судебной экспертизы для установления размера убытков в порядке ст. 82 АПК РФ и отклонил ходатайство истца о ее назначении, перечисленные истцом денежные средства на депозит суда в размере 85 000 руб. подлежат возврату истцу.

Расходы по государственной пошлине относятся на истца.

Руководствуясь ст.ст. 49, 65, 68, 71, 75, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении исковых требований Индивидуального предпринимателя ФИО1 (с учетом уточнения исковых требований) отказать.

2. Возвратить Индивидуальному предпринимателю ФИО1 с депозитного  счета Арбитражного суда Московской области денежные средства, перечисленные для целей проведения судебной экспертизы по делу №А41-27675/19 по платежному поручению №000050 от 17.05.2019г. в размере 85 000 руб. 00 коп.

Настоящее решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения.

Судья                                                                                              Е.В. Кочергина