ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

01.12.2022

 

Дело № А40-239517/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24.11.2022

Полный текст постановления изготовлен  01.12.2022

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Уддиной В.З.,

судей Зеньковой Е.Л., Мысака Н.Я., 

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 24.05.2022,

ФИО3 – лично, паспорт,

от к/у ООО «ПЖТККДМ» - ФИО4 по доверенности № 1 от 03.10.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобыФИО1, ФИО3 и конкурсного управляющего должника

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01 июня 2022 года,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2022 года

по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО3 по обязательствам должника контролирующих должника лиц,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ПЖТК-КДМ»

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2019 в отношении Общества с ограниченной ответственностью "ПЖТК-КДМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО7 (ИНН 

<

***>, почтовый адрес: 123317, Москва, ул. Антонова-Овсеенко, д. 15, стр. 1), сообщение об этом опубликовано в газете "КоммерсантЪ" от 16.03.2019 г.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2019 ООО "ПЖТК-КДМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8 (почтовый адрес: 121615, 

<

...>). Сообщение об этом опубликовано в газете "КоммерсантЪ" от 24.08.2019 г.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.06.2022 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2022, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ПЖТК-КДМ" ФИО1 и ФИО3. Приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО "ПЖТК-КДМ" о привлечении контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера ответственности до завершения расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО "ПЖТК-КДМ"-  в части отказа, ФИО1, ФИО3 - в части привлечения к субсидиарной ответственности, обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, указав на неправильное применение норм права, в том числе вследствие несоответствия выводов судов о применении норм права фактическим обстоятельствам.

В судебном заседании ФИО3, представитель ФИО1 поддержали кассационные жалобы в части привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности, представитель конкурсного управляющего поддержал кассационную жалобу в отказной части.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд г. Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "ПЖТК-КДМ" контролирующих должника лиц: ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО3. 

Судами установлено, что согласно выписки из ЕГРЮЛ, до 04.03.2016 единственным учредителем (участником) Общества являлась ФИО1, размер доли 100% номинальной стоимостью 10 000 руб., после этой даты и до настоящего времени - ФИО5, размер доли 100% номинальной стоимостью 10 000 руб. Руководителями ООО "ПЖТК-КДМ" являлись: с 05.05.2015 г. до 17.01.2018 г. - ФИО5 (генеральный директор), с 17.01.2018 г. до 02.11.2018 г. - ФИО6 (генеральный директор), с 02.11.2018 до 09.08.2019 - ФИО3 (генеральный директор).

Обязанность руководителя должника, в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, предусмотрена положениями абз. 2 п. 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16 августа 2019 года ООО "ПЖТК-КДМ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8. Указанным решением установлена обязанность руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать ему бухгалтерскую и иную документацию. Обязанность по передаче документов, ФИО3, установленная п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве не исполнена, в связи с этим конкурсный управляющий обратился в суд с ходатайством об истребовании доказательств.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2019 суд удовлетворил ходатайство конкурсного управляющего, обязал ФИО3 передать конкурсному управляющему ООО "ПЖТК-КДМ" ФИО8 бухгалтерскую и иную документацию должника ООО "ПЖТК-КДМ", сведения о материальных ценностях, имуществе должника. В рамках настоящего обособленного спора бывший руководитель должника ФИО3 не представил доказательств исполнения обязанности по передаче документации, материальных и иных ценностей должника.

Поскольку Законом о банкротстве обязанность по ведению бухгалтерского учета и по передаче бухгалтерской документации возложена на руководителя должника, доказательств, опровергающих доводы конкурсного управляющего о непередаче документов, в дело не представлено. 

Согласно данным базы 1С у ООО "ПЖТК КДМ" имелась асфальтосместительная установка КДМ201637. Данное имущество не было передано бывшим руководителем в конкурсную массу должника. Отсутствие первичной документации должника существенно затрудняет формирование конкурсной массы и проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве Должника.

Принимая во внимание установленные судами фактические обстоятельства в отношении деятельности ФИО3, суд округа соглашается с выводами нижестоящих инстанций о том, что указанное лицо, будучи бывшим руководителем должника, не представил доказательств исполнения обязанности по передаче документации, материальных и иных ценностей должника.

В части отказа в привлечении ФИО6, суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов в данной части соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов в данной части у суда кассационной инстанции не имеется.

Между тем судебная коллегия считает заслуживающими внимания доводы конкурсного управляющего относительно деятельности ФИО5, а также доводы кассатора ФИО1.

Институт субсидиарной ответственности представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности юридического лица и экстраординарный механизм защиты нарушенных прав кредиторов, истец по такому иску не должен ограничиваться исключительно доводами или минимальным набором косвенных доказательств виновности контролирующих лиц. 

Не любое сомнение в намерении причинить вред кредитору (даже подтвержденное косвенными доказательствами) должно толковаться против ответчика. 

Суды пришли к выводу, что в период своих полномочий ФИО1, наряду с бывшим руководителем должника ФИО3 причинили существенный вред имущественным правам кредиторов, исходя из следующего.

05 апреля 2016 г. между АКБ "ПЕРЕСВЕТ" (АО) и ООО "ПЖТК-КДМ" заключен кредитный договор № 

<

***> на открытие кредитной линии с лимитом выдачи 70 000 000,00 руб., ставка 17% годовых, сроком до 30.01.2017.

27 октября 2016 г., за 3 месяца до наступления срока погашения кредитных обязательств перед АКБ "ПЕРЕСВЕТ" (АО), между ООО "ПЖТК-КДМ" (Заимодавец) и взаимосвязанным лицом ООО "ПЖТК-Сервис" (Заемщик) заключен договор займа № ПЖТК-КДМ/С 3-27/10-16 от 27.10.2016 со следующими основными условиями: Сумма займа - 35 000 000,00 руб., Срок возврата - по 30 июня 2017 г. включительно, Процентная ставка - 20% годовых.

По состоянию на 31.12.2018 задолженность ООО "ПЖТК-Сервис" перед ООО "ПЖТККДМ" по договору займа № ПЖТК-КДМ/С 3-27/10-16 от 27.10.2016 составила 24 929 222,54 руб., в том числе: 23 465 000,00 руб. - основной долг, 1 464 222,54 руб. - проценты.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2019 по делу № А40-239515/18-38-42 признано несостоятельным (банкротом) ООО "ПЖТК-СЕРВИС" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Учитывая незначительность периода времени между заключением договора займа № ПЖТК-КДМ/С 3-27/10-16 от 27.10.2016 и договорным сроком погашения по кредитному договору № 

<

***> от 05.04.2016 следует, что на момент заключения этого договора займа органы управления ООО "ПЖТК-КДМ" не могли не знать о недостаточности средств Должника для расчетов по кредитному договору с АКБ "ПЕРЕСВЕТ" (АО). Несмотря на это, имея средства в сумме 35 000 000,00 руб., Должник не погасил обязательства перед Банком АКБ "ПЕРЕСВЕТ" (АО), а предоставил невозвратный заем взаимосвязанному лицу ООО "ПЖТК-Сервис". Таким образом, в результате совершения сделки должник вместо ликвидных активов (денежные средства в размере 35 000 000 руб.) получил неликвидные активы (дебиторская задолженность).

Судами также установлено, что указанные сделки не направлены на реальную хозяйственную деятельность должника, что привело к негативным последствиям в виде банкротства. 

Кроме того, в качестве обоснования привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 судами указано на заключение указанных выше, как установлено судами, убыточных сделок.

При этом суды пришли к выводу о том, что в отношении ФИО1 наравне с последовательно сменявшими друг друга руководителями должника, действует презумпция доведения должника до банкротства, поскольку указанные сделки, по мнению судов, она знала или должна была знать с учетом ее положения о том, что такими сделками причиняется вред кредиторам должника.

Суд кассационной инстанции полагает, что судами при тех же обстоятельствах не учтено следующее.

Согласно доводу кассатора ФИО1 являлась участником должника только до 04.03.2016.

Согласно доводам конкурсного управляющего с 04.03.2016 года по настоящее время участником должника является ФИО5

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве.

Переходные положения изложены в ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которой рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 п. 12 ст. 61.11, п. п. 3 - 6 ст. 61.14, ст. ст. 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности, изложенных в Постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Абзацем 3 пункта 23 Постановления ВС РФ № 53 разъяснено, что если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В абз. втором п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Суд округа полагает, что заслуживает дополнительного внимания судов исследование вопроса о наличии либо отсутствии факта одобрения ФИО1, ФИО5 соответствующих сделок должника.

В пункте 23 постановления Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об АО, статья 46 Закона об ООО и т.д.).

В этой связи судам следовало определить степень убыточности сделок за тот период, когда единственным участником должника были  ФИО1, ФИО5 с учетом стоимости активов должника на отчетную дату, предшествующую совершению сделок.

Кроме того, суды не исследовали вопрос о периоде, начиная с которого ФИО1 перестала быть участником должника и, напротив, когда участником должника стал ФИО5

В этой связи вывод судов о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности является в настоящее необоснованным, сделанным без учета исследования доказательств, имеющих непосредственное отношение к деятельности ФИО1 в качестве участника должника в соответствующий период.

Деятельность ФИО5 как единственного участника должника в период совершения сделки, признанной судом недействительной, не оценена судами нижестоящих инстанций.  

При повторном рассмотрении обособленного спора суда необходимо учесть положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", непосредственно исследовать доказательства, на которых основывается судебный акт в указанной части.

Таким образом, поскольку судебные акты были приняты при неполном выяснении фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат частичной отмене, а обособленный спор в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции в связи с отсутствием у суда кассационной инстанции полномочий по исследованию доказательств и установлению обстоятельств в силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований норм закона и разъяснений, после чего разрешить спор с применением норм права, регулирующих правоотношения сторон, исходя из предмета и оснований заявленных требований.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 01 июня 2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2022 года по делу № А40-239517/2018 – отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5. 

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение Арбитражный суд города Москвы.

В остальной обжалуемой части определение Арбитражного суда города Москвы от 01 июня 2022 года, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 сентября 2022 года по делу № А40-239517/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяВ.З. Уддина

Судьи:Е.Л. Зенькова

Н.Я. Мысак