АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-10997/2024 

Дата принятия мотивированного решения –  21 июня 2024 года.

Дата принятия решения в виде резолютивной части –  10 июня 2024 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Артемьевой Ю.В.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб", г.Санкт-Петербург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Бугульма (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 25 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060,  25 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №293431,300 руб. стоимости товара, 16 000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 245 руб. почтовых расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Зингер Спб", г.Санкт-Петербург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратилось в суд с иском к к Индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Бугульма (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 25 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060,  25 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №293431,300 руб. стоимости товара, 16 000 руб. расходов на фиксацию правонарушения, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 245 руб. почтовых расходов.

Дело рассматривается в порядке упрощенного производства по правилам, предусмотренным главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.04.2024г. о принятии искового заявления к производству лицам, участвующим в деле, разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьями 142, 227, 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, о чем свидетельствуют имеющиеся в материалах дела почтовые извещения.

Исковое заявление и приложенные к нему документы размещены на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в режиме ограниченного доступа. Сторонам направлены данные, необходимые для идентификации сторон, в целях доступа к материалам дела в электронном виде (индивидуальный код доступа).

Во исполнение определения суда от 15.04.2024г. истцом представлено ходатайство о приобщении к материалам дела спорного товара, видеозаписи процесса покупки товара, товарные чеки от 29.05.2021г. и от 05.01.2023г. с оттиском круглой печати ответчика.

От ответчика поступил отзыв на иск, ходатайство о снижении размера компенсации, в котором ответчик указал, что получал товар от дистрибьютера, не имел умысла на нарушение исключительных прав истца, ответчик относится к субъектам малого предпринимательства (категория «Микропредприятие») и имеет небольшую прибыль, в связи с чем, просил снизить размер компенсации ниже низшего предела. 

Представленные лицами, участвующими в деле, документы и письменные правовые позиции были размещены на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://www.tatarstan.arbitr.ru.

В соответствии с частью 1 статьи 229 АПК РФ решение арбитражного суда по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, принимается немедленно после разбирательства дела путем подписания судьей резолютивной части решения и приобщается к делу. 

В порядке части 1 статьи 229 АПК РФ 06.03.2023г. по делу было принято решение путем подписания судьей резолютивной части решения.

Согласно части 2 статьи 229 АПК РФ по заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение. Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". В этом случае арбитражным судом решение принимается по правилам, установленным главой 20 настоящего Кодекса, если иное не вытекает из особенностей, установленных настоящей главой.

Согласно абзацу 3 части 2 статьи 229 АПК РФ мотивированное решение арбитражного суда изготавливается в течение пяти дней со дня поступления от лица, участвующего в деле, соответствующего заявления или со дня подачи апелляционной жалобы.

В установленные законом сроки от ответчика поступило заявление о составлении мотивированного решения.

На основании вышеизложенного, арбитражным судом принимается решение по правилам, установленным главой 20 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, истцу принадлежат исключительные права на товарные знаки по свидетельству Российской Федерации №266060 (срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030г.), №293431 (срок действия исключительного права продлен до 25.06.2034г.), зарегистрированный в отношении товаров, указанных в 6, 8, 14, 21, 26, 35, 42 классах Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

29.05.2021г.. представителем истца в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара — маникюрный инструмент (ножницы), имеющий технические признаки контрафактности - на упаковке товара присутствует обозначение «Zinger», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №266060, а также обозначение «Z», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №293431. 

В подтверждение факта купли-продажи названных товаров истец представил товарный чек от 29.05.2021г. с оттиском круглой печати ответчика на сумму 200 руб., на котором имеются сведения о продавце - индивидуальном предпринимателе ФИО1 (ИНН 

<

***>), сам приобретенный товар (ножницы), видеозапись процесса закупки (DVD-диск, фиксирующий процесс приобретения истцом вышеуказанного товара). 

05.01.2023г в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> Рынок, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени ИП ФИО1 товара — пинцет, имеющий технические признаки контрафактности- на упаковке товаров присутствует обозначение «Zinger», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №266060, а также обозначение «Z», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №293431. 

В подтверждение факта купли-продажи названных товаров истец представил товарные чеки от 05.01.2023г. с оттиском круглой печати ответчика на сумму 140 руб., на котором имеются сведения о продавце - индивидуальном предпринимателе ФИО1 (ИНН 

<

***>), сам приобретенный товар (пинцет), видеозапись процесса закупки (DVD-диск, фиксирующий процесс приобретения истцом вышеуказанного товара). 

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на товарный знак, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав. 

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд с настоящим иском.

Согласно абзацу четырнадцатому пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

В соответствии со статьей 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

Согласно части 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации"  (далее Постановление №10) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. 

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарные знаки, на произведения изобразительного искусства (изображение персонажей) входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком. 

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. 

При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор. 

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на товарные знаки №266060 и №293431. Ответчиком не оспаривалось, что истец обладает исключительными правами на спорный товарный знак. 

Согласно пункту 37 "Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015) при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. 

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 N 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. 

Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения. 

Проанализировав размещенные на товаре обозначения с товарными знаками истца, суд приходит к выводу, что размещенные на товарах обозначения «Zinger» и «Z» являются тождественными товарным знакам №266060 и №293431, поскольку они совпадают во всех элементах.

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарным знаком истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарным знаком истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Ответчик о назначении судебной экспертизы в целях подтверждения оригинальности спорного товара не заявил, доказательств в целях раскрытия источника происхождения спорных товаров не представил.

В материалы дела представлены: товарные чеки от 29.05.2021г. и от 05.01.2023г. с оттиском круглой печати ответчика, фотография с изображением товара, приобретенного у ответчика в момент закупки, сам приобретенный товар, видеозапись процесса закупки.

Согласно статье 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. 

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

Факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтверждается товарными чеками от 29.05.2021г. и от 05.01.2023г. с оттиском круглой печати ответчика. 

Представленные истцом товарные чеки содержат все реквизиты, необходимые для данного вида документа. В них содержатся дата документа, сумма сделки, ИНН продавца (ответчика).

Истцом также представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. ст. 12, 14 ГК РФ.

Пунктом 55 Постановления Пленума N 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). 

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Видеозапись производилась без нарушения законодательства и соответствует принципам относимости и допустимости доказательств. 

Также представлено вещественное доказательство – маникюрные ножницы и пинцет, на упаковке которых размещено обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца. 

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств (кассовый чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).

При таких обстоятельствах совокупность доказательств позволяет с достоверности установить факт продажи спорного контрафактного товара ответчиком. 

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Ответчиком также не представлено объективных доказательств о происхождении товара, о легальном вводе данного экземпляра в гражданский оборот правообладателем или третьим лицом с согласия правообладателя. 

Документы, подтверждающие право ответчика на реализацию товара, либо наличие права на введение в гражданский оборот спорного товара в установленном порядке (лицензионного соглашения и т.п.), ответчиком суду также не представлены.

С учетом изложенного, суд считает, что истец доказал факт нарушения его исключительных прав на товарный знак действиями ответчика по продаже контрафактного товара. Иного ответчиком не доказано (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

При просмотре видеозаписи по адресу: 

<

...> рынок от 29.05.2021 года видно, что на 0 мин. 44 сек. покупатель передает продавцу денежные средства, с 1 мин. 18 сек. по 2 мин. 00 сек. Видно, как продавец самостоятельно заполняет чек, а также ставит печать с данными ИП ФИО1 ИНН: 

<

***>. с 4 мин. 30 сек. по 4 мин. 40 сек. покупатель показывает адрес, по которому происходила закупка товара через приложение на телефоне. 

При просмотре видеозаписи по адресу: 

<

...> от 05.01.2023 года видно, что с 1 мин. 30 сек. по 3 мин. 05 сек. покупатель передает денежные средства продавцу, продавец самостоятельно заполняет чек и ставит печать с данными ИП ФИО1 ИНН: 

<

***>. С 3 мин. 38 сек. По 3 мин. 50 сек. покупатель показывает адрес, по которому происходила закупка товара, через приложение на телефоне. Также в процессе просмотра видеозаписей отчетливо видно, какой товар был приобретен, а также данные, которые были внесены в товарный чек, покупателем был произведен осмотр.

Доказательств утраты круглой печати в спорный период ответчиком не представлено.

Ответчиком не предоставлено доказательств того, что им принимались меры по проверке сведений, чтобы убедится в том, что товар не является контрафактным. Ответчик, приобретая товар, имел возможность и должен был выяснить обстоятельства правомерности использования изображений на приобретаемом им товаре, получить информацию о наличии разрешения на такое использование путем запроса у поставщика лицензионного договора. Доказательств того, что ответчик приобрел у поставщиков лицензионную продукцию во исполнение закона, предусматривающего запрет на реализацию контрафактной продукции, ответчик в материалы дела не представил.

Кроме того, ответчиком в материалы дела не представлено информации, которая подтверждает, что ООО «ПрофКосмо Стайл» является официальным дистрибьютором, а также, что данная компания являлась структурным подразделением группы компаний Zinger, созданным специально для работы с парикмахерскими, салонами красоты и профессиональными магазинами. Ссылка на сайт по поиску работы и сотрудников не может являться однозначным доказательством о наличии у ООО «ПрофКосмо Стайл» лицензионного договора о поставке товаров под товарным знаком «Zinger». Из договора № 206 от 10.01.2015 года, представленного ответчиком, также невозможно сделать вывод о том какой именно товар поставлялся данной организацией.

Таким образом, доводы ответчика, изложенные в отзыве, отклоняются судом ввиду их недоказанности и не соответствия обстоятельствам дела.

Учитывая, что ответчик доказательств правомерности использования принадлежащего истцу товарного знака не представил, об истребовании дополнительных доказательств от лица, продавшего ему спорный товар не заявлял, суд признает доказанным факт незаконного использования ответчиком товарного знака истца.

Согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п.3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере до пяти миллионов рублей. Согласно разъяснениям, данным в п.п. 43, 43.2, 43.3 Постановления от 26.03.2009г. совместного Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 5/29 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя положения ст.ст. 1299-1301, 1309-1311, 1515 и 1537 ГК РФ о взыскании компенсации, суды должны учитывать, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. 

Пунктом 4 ст. 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения (подпункт 1); в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой, исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (подпункт 2). 

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

В данном случае истцом заявлено требование о взыскании компенсации в размере 50 000 руб. на основании п.1 ч.4 ст. 1515 ГК РФ, вид компенсации определен истцом и судом не изменяется. 

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенным в п.61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации свыше минимального размера истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению. 

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. 

При этом как неоднократно разъяснялось высшей судебной инстанцией и специализированным судом, в случае непредставления истцом доказательств соразмерности требуемой им суммы компенсации, заявленной свыше минимального размера, допущенному нарушению для снижения компенсации до минимального размера не требуется ходатайство ответчика. Оно требуется лишь для снижения компенсации ниже минимального размера, установленного законом. 

На это, в частности, указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2021 N 303-ЭС21-9375 по делу N А73-8672/2020: суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Критерии определения размера компенсации разъяснены в пункте 62 Постановления № 10 от 23.04.2019, однако перечень таких критериев является открытым. Так, Верховным судом указано, что при определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд отклоняет ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, поскольку в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком суду не представлены надлежащие доказательства, свидетельствующие о наличии всей совокупности критериев, позволяющей снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного законом, в том числе в соответствии с правовой позицией, приведенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - Постановление N 40-П).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В силу статьи 2 Гражданского кодекса РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Приобретая товар, а затем реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о доказанности наличия оснований для взыскания с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки N 266060, N 293431 в общей сумме 40 000 руб., исходя из расчета 20 000 руб. за одно нарушение,  поскольку имело место два нарушения, 29.05.2021, 05.01.2023, каждым из которых нарушены права истца на 2 товарных знака N 266060, N 293431.

В силу норм ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Факт несения расходов на оплату услуг почтовой связи подтвержден представленными в материалы дела почтовыми квитанциям, факт несения расходов на  приобретение товара подтвержден товарными чеками, факт несения расходов на предоставление сведений из ЕГРИП подтвержден квитанцией об оплате. 

Данные расходы понесены в связи с рассмотрением спора, являются обоснованными.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 1600 руб.

С учетом компенсационного характера заявленного требования о защите исключительных прав в соответствии со ст. 1301, 1515 ГК РФ требование истца о возмещении 300 рублей стоимости приобретенного товара подлежит удовлетворению.

Между тем, суд не усматривает оснований для отнесения на ответчика расходов на фиксацию правонарушения в размере 16000 руб. в связи с тем, что истцом не представлены надлежащие доказательств, подтверждающие, что он понес расходы на видеофиксацию.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 N 121 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах" также разъяснено, что для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой принят судебный акт, значение имеет единственное обстоятельство: понесены ли соответствующие расходы.

Доказательства возмещения данных затрат (затрат на видеофиксацию допущенного ответчиком нарушения) истцом не представлены (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Как указано ранее, возмещение судебных расходов стороне может производиться только в том случае, если сторона докажет, что несение ею указанных расходов в действительности имело место.

Из материалов дела не следует, что расходы на видеофиксацию понесены непосредственно истцом, в том числе путем их возмещения представителю.

Ввиду отсутствия документального подтверждения несения данных расходов непосредственно истцом, как стороной спора, суд не может отнести данные расходы на ответчика, в связи с чем, в удовлетворении соответствующего требования истца следует отказать.

В силу пункта 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств. 

Согласно части 1 статьи 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам. 

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу (часть 2 статьи 80 АПК РФ). 

Вместе с тем АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ). 

В случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (пункт 4 статьи 1252 ГК РФ). 

При таких обстоятельствах приобщенные в материалы дела вещественные доказательства не могут быть возращены и подлежат уничтожению.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 227, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Бугульма (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Зингер Спб", г.Санкт-Петербург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №266060, 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №293431, 300 руб. стоимости товара, 160 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 196 руб. почтовых расходов, 1 600 руб. государственной пошлины.

В удовлетворении оставшейся части иска отказать.

Исполнительный лист выдать по заявлению.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение пятнадцати дней со дня его принятия.

Заявление о составлении мотивированного решения может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

СудьяЮ.В. Артемьева