﻿﻿/

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-24913/2018

16 января 2020 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2020 года. 

В полном объеме постановление изготовлено 16 января 2020 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе

председательствующего судьи Качукова С.Б.,

судей Бурковой О.Н., Кушнаревой Н.П.

при участии в судебном заседании представителей прокуратуры Иркутской области Зенковой А.Г. и Шленской Г.А. (служебные удостоверения) и представителей индивидуального предпринимателя Сухих Анатолия Владимировича Бахарова А.А. и Мироновой А.А. (доверенности от 12.12.2017 и от 26.12.2019 соответственно), 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу заместителя прокурора Иркутской области на решение Арбитражного суда Иркутской области от 22 мая 2019 года по делу № А19-24913/2018 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16 сентября 2019 года по тому же делу,

установил:

заместитель прокурора Иркутской области, выступающий в интересах Российской Федерации в лице Байкальского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования и Ольхонского районного муниципального образования в лице администрации Ольхонского районного муниципального образования (далее также – прокурор), обратился в Арбитражный суд Иркутской области с иском к администрации Шара-Тоготского муниципального образования – администрации сельского поселения (ОГРН 1053827059098, ИНН 3836003480, село Шара-Тогот Ольхонского района Иркутской области, далее также – администрация) и индивидуальному предпринимателю Сухих Анатолию Владимировичу                          (ОГРНИП 304381128800041, ИНН 380900131005, далее также – предприниматель Сухих А.В.) о признании недействительным заключенного ответчиками договора купли-продажи земельного участка от 28.09.2015 № 47.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечено управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области (далее также – управление Росреестра по Иркутской области). 

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 22 мая 2019 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16 сентября 2019 года, в удовлетворении иска отказано. 

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, прокурор обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просил их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении иска.

В поданной жалобе прокурор сослался на неправильное применение судами норм материального права (пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации), неверное определение ими момента начала течения срока исковой давности по предъявленному иску и, как следствие, на ошибочность выводов судов о пропуске им срока давности при обращении с иском в суд. Кроме того, прокурор указал на ошибочность выводов судов о том, что обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда Иркутской области от 16 марта 2015 года по делу № А19-20666/2014, являются преюдициальными для настоящего дела, а также на то, что, основываясь на преюдициальности этого решения, суды не дали оценки его доводам и не выяснили обстоятельства, касающиеся нахождения спорного земельного участка в границах объекта, включенного в Список всемирного природного наследия (озеро Байкал).

В судебном заседании представитель прокуратуры поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

Представитель предпринимателя Сухих А.В. в представленном отзыве и в устных пояснениях указал на несостоятельность доводов жалобы, в связи с чем просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Администрация и управление Росреестра по Иркутской области в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте его проведения в соответствии со статьями 123 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются извещенными надлежащим образом.

Определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания по ее рассмотрению от 02 декабря 2019 года выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и направлено участвующим в деле лицам посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 25 декабря 2019 года судом был объявлен перерыв до 09 января 2020 года, информация о чем размещена в указанном выше порядке.

После окончания перерыва 09 января 2020 года судебное заседание продолжено.

Представители прокуратуры и предпринимателя Сухих А.В. поддержали ранее изложенные доводы.

Администрация и управление Росреестра по Иркутской области явку своих представителей вновь не обеспечили. 

На основании части 5 статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей администрации и третьего лица. 

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, правильность применения судом первой инстанции и апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, администрация Шара-Тоготского муниципального образования – администрация сельского поселения (продавец) и предприниматель Сухих А.В. (покупатель) заключили договор купли-продажи земельного участка от 28.09.2015 № 47, согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель – принять и оплатить земельный участок с кадастровым номером 38:13:000022:38 общей площадью 15 076 кв.м из земель особо охраняемых территорий и объектов, предназначенный для центра и базы отдыха, находящийся по адресу: Иркутская область, Ольхонский район, м. Завозня.

Цена земельного участка определена сторонами в сумме 555 953 рубля 88 копеек (пункт 2.1 договора).

По акту приема-передачи от 28.09.2015 администрация передала указанный земельный участок предпринимателю Сухих А.В.

Ссылаясь на то, что являющийся объектом продажи земельный участок находится в границах водоохранной зоны озера Байкал и Центральной экологической зоны Байкальской природной территории, в связи с чем в силу пунктов 2 и 5 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации является ограниченным в обороте и не подлежит передаче в частную собственность, прокурор обратился в арбитражный суд с настоящим иском о признании заключенного ответчиками договора купли-продажи земельного участка от 28.09.2015 № 47 недействительным.

Возражая относительно требований прокурора, предприниматель Сухих А.В. выразил несогласие с его доводами о нахождении земельного участка в границах водоохранной зоны озера Байкал (сославшись на использование различных систем координат для целей определения границ водоохранной зоны озера Байкал и ведения Единого государственного реестра недвижимости), а также указал на пропуск прокурором срока исковой давности при обращении с иском в суд. 

Отказывая в удовлетворении предъявленного иска, суд первой инстанции и поддержавший его выводы апелляционный суд руководствовались положениями статей 181, 196, 198, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из обоснованности возражения предпринимателя о пропуске прокурором срока исковой давности. При этом суды отклонили доводы прокурора о нахождении спорного земельного участка в границах объекта всемирного природного наследия – озера Байкал, сославшись на преюдициальное значение решения Арбитражного суда Иркутской области от 16 марта 2015 года по делу № А19-20666/2014, которым был признан незаконным отказ администрации Ольхонского районного муниципального образования в предоставлении предпринимателю в собственность этого участка. 

Между тем принятые по делу решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат отмене в связи со следующим.

В соответствии со статьей 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований, и о применении последствий недействительности таких сделок. 

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе», при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

Аналогичное разъяснение изложено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

В пунктах 9 и 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 указано, что, предъявляя иск о признании недействительной сделки или применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной лицами, названными в абзацах втором и третьем части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, прокурор обращается в арбитражный суд в интересах публично-правового образования в лице соответствующего уполномоченного органа. При этом уполномоченным органом публично-правового образования является орган, который от имени публично-правового образования приобретает и осуществляет права и обязанности в рамках его компетенции, установленной актами, определяющими статус данного органа.

В рассматриваемом случае прокурор обратился в суд в защиту интересов Российской Федерации в лице Байкальского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) и Ольхонского районного муниципального образования в лице администрации этого муниципального образования. 

Как установили суды, оспариваемый договор купли-продажи земельного участка заключен сторонами 28.09.2015, участок передан предпринимателю по акту приема-передачи 28.09.2015, при этом исковое заявление по настоящему делу предъявлено прокурором в суд 17.10.2018. 

Принимая обжалуемые судебные акты и признавая срок исковой давности пропущенным, суды исходили из того, что для администрации Ольхонского районного муниципального образования началом течения срока исковой давности является дата передачи земельного участка предпринимателю по акту от 28.09.2015. 

При этом, отклоняя доводы прокурора о том, что, поскольку от имени Российской Федерации государственный земельный надзор осуществляет Федеральная служба по надзору в сфере природопользования, исчисление срока исковой давности по предъявленному иску следует производить с даты, когда об исполнении оспариваемого договора узнало или должно было узнать Байкальское межрегиональное управление Росприроднадзора, суды указали на то, что в данном случае прокурора необходимо признать обратившимся в суд в интересах только Ольхонского районного муниципального образования. Делая указанные выводы, суды исходили из того, что оспариваемый договор не нарушает права управления, так как он заключен органом местного самоуправления. 

Между тем данные выводы судов являются неверными, поскольку с учетом заявленных прокурором доводов о том, что заключенный сторонами договор купли-продажи нарушает законодательно установленный запрет на передачу спорного земельного участка, находящегося, по его утверждению, в границах водоохранной зоны озера Байкал и Центральной экологической зоны Байкальской природной территории, в частную собственность, прокурор обоснованно указал на то, что соответствующее исковое требование предъявлено им в том числе и в интересах Российской Федерации. 

Делая указанные выводы и признавая срок исковой давности пропущенным, суды не учли, что в соответствии с Положением о государственном земельном надзоре, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 02.01.2015 № 1 (далее также – Положение), государственный земельный надзор осуществляется не только Федеральной службой по надзору в сфере природопользования и его территориальными органами, но и Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии, Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору и их территориальными органами. При этом указанным Положением разграничена компетенция названных органов на осуществление государственного земельного надзора.

В частности, согласно пункту 3 этого Положения Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии и ее территориальные органы осуществляют государственный земельный надзор за соблюдением в числе прочего требований земельного законодательства органами государственной власти и органами местного самоуправления при предоставлении земельных участков, находящихся в государственной и муниципальной собственности. В свою очередь Федеральная служба по надзору в сфере природопользования и ее территориальные органы осуществляют государственный земельный надзор за соблюдением: обязанностей по рекультивации земель при разработке месторождений полезных ископаемых, включая общераспространенные полезные ископаемые, осуществлении строительных, мелиоративных, изыскательских и иных работ, в том числе работ, осуществляемых для внутрихозяйственных или собственных надобностей, а также после завершения строительства, реконструкции и (или) эксплуатации объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, сноса объектов лесной инфраструктуры; требований и обязательных мероприятий по улучшению земель и охране почв от ветровой, водной эрозии и предотвращению других процессов, ухудшающих качественное состояние земель; режима использования земельных участков и лесов в водоохранных зонах и прибрежных полосах водных объектов; требований о запрете самовольного снятия, перемещения и уничтожения плодородного слоя почвы, а также порчи земель в результате нарушения правил обращения с пестицидами и агрохимикатами или иными опасными для окружающей среды веществами и отходами производства и потребления; предписаний, выданных должностными лицами Федеральной службы по надзору в сфере природопользования и ее территориальных органов в пределах компетенции, по вопросам соблюдения требований земельного законодательства и устранения нарушений в области земельных отношений. 

С учетом изложенного, в данной ситуации лицом, правомочным осуществлять государственный земельный надзор по соответствующему вопросу (соблюдение требований земельного законодательства органами государственной власти и органами местного самоуправления при предоставлении земельных участков), является Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии в лице управления по Иркутской области (привлечено к участию в настоящем деле). В этой связи срок исковой давности по предъявленному иску необходимо исчислять с момента, когда о начале исполнения оспариваемой сделки узнала Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии в лице управления по Иркутской области.

Между тем судами соответствующее обстоятельство – момент, когда о начале исполнения договора узнало указанное лицо – выяснено не было. При этом из представленных в материалы дела доказательств следует, что право собственности предпринимателя Сухих А.В. на спорный земельный участок зарегистрировано управлением Россреестра по Иркутской области 02.11.2015, тогда как прокурор обратился с настоящим иском в суд 17.10.2018. 

В этой связи выводы судов о пропуске прокурором срока исковой давности по заявленному требованию являются преждевременными.

Отклоняя доводы прокурора о нахождении спорного земельного участка в границах объекта всемирного природного наследия – озера Байкал (его водоохранной зоны), суды сослались на преюдициальное значение решения Арбитражного суда Иркутской области от 16 марта 2015 года по делу № А19-20666/2014, которым по заявлению предпринимателя признан незаконным отказ администрации Ольхонского районного муниципального образования в предоставлении ему в собственность этого участка. Сославшись на данное решение, суды не исследовали и не дали оценки соответствующему вопросу о нахождении земельного участка в границах объекта всемирного природного наследия и имеющимся между сторонами разногласиям относительно него. 

Вместе с тем названное решение от 16 марта 2015 года по делу № А19-20666/2014 не может быть признано имеющим преюдициальное значение для настоящего дела и исключать необходимость исследования судом указанного выше обстоятельства, поскольку в рассмотрении этого дела не участвовала Российская Федерация в лице своих уполномоченных органов, в интересах которой в настоящем деле предъявлен иск, и при принятии судебных актов по этому делу не исследовался вопрос о нахождении спорного земельного участка в границах объекта всемирного природного наследия – озера Байкал (его водоохранной зоны). В данном решении указано на отсутствие нормативного правового акта об отнесении земельного участка к особо охраняемым природным территориям и, соответственно, на отсутствие основания ограничения его оборотоспособности, предусмотренного подпунктом 1 пункта 5 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации, тогда как в предъявленном иске по настоящему делу прокурор ссылается на нарушение оспариваемым договором ограничения, предусмотренного подпунктом 4 пункта 5 статьи 27 этого Кодекса (нахождение земельного участка в границах объекта всемирного природного наследия).     

При таких обстоятельствах принятые по делу решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда не могут быть признаны законными и обоснованными, как того требует часть 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В этой связи на основании пункта 3 части 1 статьи 287 и частей 1 и 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное выше, исследовать и дать оценку всем представленным в материалы дела доказательствам, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, по результатам чего разрешить указанный спор.  

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Иркутской области от 22 мая 2019 года по делу             № А19-24913/2018 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда             от 16 сентября 2019 года по тому же делу отменить. 

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном             статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                 С.Б. Качуков

 

Судьи                                                                                               О.Н. Буркова

                                                                                                           Н.П. Кушнарева