АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А22-1185/2021

г. Краснодар

23 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 23 ноября 2022 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Андреевой Е.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от общества с ограниченного ответственностью частной охранной организации «Барс» − ФИО1 (доверенность от 14.11.2022), управления Федеральной налоговой службы по Республике Калмыкия – ФИО2 (доверенность от 05.01.2022), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы управления Федеральной налоговой службы по Республике Калмыкия, общества с ограниченной ответственностью «КомсомольскНефть» и единственного участника общества с ограниченной ответственностью «КомсомольскНефть» ФИО3 на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 по делу № А22-1185/2021 (Ф08-10127/2022, Ф08-10127/2022/2, Ф08-10127/2022/3), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «КомсомольскНефть» (далее – должник) ООО ЧОО «Барс» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, возникшей на основании договоров об оказании охранных услуг от 01.06.2015 № 2/15/ОХР и от 01.02.2019 № 2/19/ОХ, за период с апреля 2018 года по сентябрь 2020 года в сумме 17 890 500 рублей, а также неустойки в размере 7 855 412 рублей, начисленной по 03.06.2021.

Определением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 04.03.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 определение суда от 04.03.2022 отменено, по делу принят новый судебный акт об удовлетворении заявления общества. Апелляционный суд включил требования общества в размере 25 745 912 рублей (из них основной долг – 17 890 500 рублей, неустойка – 7 855 412 рублей) в третью очередь реестра требований кредиторов должника, а также указал, что требования в части неустойки в размере 7 855 412 рублей необходимо учесть отдельно в реестре требований кредиторов должника, как подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов.

В кассационной жалобе управление Федеральной налоговой службы по Республике Калмыкия (далее – налоговый орган) просит апелляционное определение отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции. Податель жалобы указывает, что при разрешении спора суд апелляционной инстанции не применил повышенный стандарт доказывания к требованиям общества, предъявленных к должнику. Действуя в составе группы компаний общество фактически осуществляло охрану одного и того же имущественного комплекса, на базе которого функционировали юридические лица, подконтрольные ФИО3 Из представленных обществом документов не видно, каким образом индивидуализировался объект охраны от иных объектов, принадлежащих юридическим лицам, входящим в группу компаний «Евросибойл». Общество длительный период времени не обращалось в суд, что, по мнению заявителя, является подозрительным, экономически необоснованным и противоречит добросовестному поведению участника гражданского оборота. Общество оказывало охранные услуги исключительно юридическим лицам, входящим в группу компаний, подконтрольную ФИО3: ООО «Автоспецсервис», ООО «Евросибойл», ООО «Комсомольскнефть», ООО «Южный нефтеперерабатывающий завод». Исходя из общедоступной информации, размещенной на официальном сайте арбитражного суда, относительно заявленных обществом исковых заявлений (дела № А22-2748/2021, А22-1301/2019, А22-2747/2021, А22-1300/2019, А22-1122/2021), его судебная активность приходится на 2020, 2021 годы, то есть в момент возбуждения дел о банкротстве юридических лиц, подконтрольных ФИО3 Согласно рассматриваемому заявлению общества, требуемая им сумма долга за оказанные охранные услуги, образовалась с апреля 2018 года, не погашалась должниками и не требовалась обществом в претензионном и исковом порядке. Согласно выписке по счету общества, должник перечислил ему за 2018 год – 35 млн рублей, за 2019 год – 39 млн рублей, ООО «АвтоСпецсервис» – 3,9 млн рублей, ООО «Южный нефтеперерабатывающий завод» за 2018 год – 3,1 млн рублей, за 2019 год – 2,2 млн рублей, 2020 год – 25 млн рублей. При этом доход персонала общества за 2020 год составил 21 млн рублей, за 2019 год – 20 млн рублей, за 2018 год – 16 млн рублей. Следовательно, общество получало от юридических лиц группы компаний вознаграждение за предоставление охранных услуг соответствующей осуществляемым расходам, в том числе на персонал, а заявленные требования в делах о банкротстве и в общеисковом порядке многократно завышены и не соответствуют осуществляемой обществом деятельности в период с 2018 года по 2021 год. Налоговый орган также не согласен с выводом апелляционного суда об отсутствии аффилированности между обществом и ООО «ЕвроСибОйл». Кроме того, общество было осведомлено о наличии у должника признаков объективного банкротства, однако продолжало формирование кредиторской задолженности.

Общество представило в суд округа отзыв, в котором указало на отсутствие оснований для отмены апелляционной постановления. Заявитель указывает, что спорные услуги оказывались должнику до сентября 2020 года. При этом с мая 2018 года денежные средства от должника по договору охранных услуг поступали, однако не в полном объеме. В то же время 17.12.2019 основной долг должник погасил. Далее с февраля по сентябрь 2020 года на стороне должника вновь образовывалась задолженность за оказанные охранные услуги. Таким образом, задолженность возникла только в 2020 году, при этом общество обратилось в адрес должника с письменной претензией в апреле 2021 года. Вопреки доводам налогового органа доказательства, подтверждающие аффилированность общества и должника, в материалы дела не представлены. 

Налоговый орган в очередной раз повторяет довод о наличии аффилированности кредитора и должника, называя ФИО3 контролирующим лицом для кредитора. Указывая на проведение неких «мероприятий налогового контроля», которыми якобы установлена взаимосвязь между должником и кредитором, однако, документ о проведении данных мероприятий в материалах дела отсутствует. Доказательства, представленные в подтверждение оказания охранных услуг должнику, оформлены надлежащим образом. 

В кассационной жалобе временный управляющий должника, ссылаясь на неправомерность выводов апелляционного суда, просит отменить постановление от 19.07.2022, оставить в силе определение суда первой инстанции.

 В кассационной жалобе единственный участник должника - ФИО3 просит апелляционное определение отменить, производство по заявлению общества прекратить. ФИО3 указывает, что представленные обществом в материалы дела документы в подтверждение возникшей суммы долга оформлены ненадлежащим образом, поскольку подписаны неуполномоченными лицами, при этом им соответствующие распоряжения не давались. Заявитель не представил в материалы дела подлинники договоров, подписанные сторонами, в рамках которых образовался долга. При этом общество оказывало охранные услуги ненадлежащего качества, в связи с чем должник в его адрес направлял претензию о возврате 15 653 128 рублей 76 копеек излишне внесенных денежных средства в период с 01.01.2011 по 30.06.2021. ФИО3 также указывает, что при разрешении спора апелляционный суд не принял во внимание положения статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, настаивали на доводах жалобы и возражений на нее. 

Изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, определением суда от 04.06.2021 в отношении должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве), в отношении него введена процедура банкротства –  наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО4

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 04.12.2021 № 221(7183), объявление № 77033836456.

Общество, обращаясь в суд с заявленными требованиями, указывает на наличие на стороне должника задолженности в сумме 25 745 912 рублей, возникшей с апреля 2018 года по сентябрь 2020 года на основании договоров об оказании охранных услуг от 01.06.2015 № 2/15/ОХР и от 01.02.2019 № 2/19/ОХР, по условиям которых общество (исполнитель) принимает на себя обязательства по оказанию услуг должнику (заказчик) в виде круглосуточной (включая рабочие, выходные и праздничные дни) вооруженной охраны имущества, указанного в перечне (приложение № 1 и № 1А) к договору, и именуемое в дальнейшем «объекты», а должник принял на себя обязательство оплатить оказанные услуги (т. 1, л. д. 9 – 13, 29 – 34).

В подтверждение оказания услуг на требуемую сумму общество представило в материалы дела следующие документы: договор об оказании охранных услуг от 01.06.2015 № 2/15/охр и приложение № 1 к нему; дополнительные соглашения от 01.01.2018 к договору от 01.06.2015 № 2/15/охр; договор об оказании охранных услуг от 01.02.2019 № 2/19/ОХР и приложение № 1 к нему; счета фактуры от 30.04.2018 № 27, от 31.05.2018 № 30, от 30.06.2018 № 36, акты об оказании услуг от 31.07.2018 № 41, от 31.08.2018 № 51, от 30.09.2018 № 56, от 31.10.2018 № 70, от 30.10.2018 № 75, от 29.12.2018 № 79, от 31.01.2019 № 1, от 28.02.2019 № 6, от 31.03.2019 № 11, от 30.04.2019 № 16, от 31.05.2019 № 21, от 30.06.2019 № 25, от 31.07.2019 № 29, от 31.08.2019 № 33, от 30.09.2019 № 37, от 31.10.2019 № 41, от 30.11.2019 № 45, от 31.10.2019 № 49, от 31.01.2020 № 1, от 28.02.2020 № 5, от 31.03.2020 № 9, от 30.04.2020 № 13, от 31.08.2020 № 29, от 30.09.2020 № 33.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления общества, исходил из установленных налоговым органом обстоятельств, подтверждающих аффилированность общества и должника, а также их вхождения в единую группу компаний, подконтрольных ФИО3; учитывая повышенный стандарт доказывания, применяемый в рамках дела о банкротстве, заключив об отсутствии доказательства, свидетельствующих о реальности возникновения отношений в рамках спорных договоров оказания охранных услуг, сведений о наличии у заявителя трудовых ресурсов, техники и материалов для исполнения взятых им по договорам обязательств, суд пришел к выводу о наличии оснований для квалификации договоров от 01.06.2015 № 2/15/ОХР и от 01.02.2019 № 2/19/ОХР в качестве недействительных (ничтожных) сделок на основании статьей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс). 

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение от 04.03.2022 и удовлетворяя заявленные требования, признал представленные обществом в материалы дела документы, подтверждающими факт оказания охранных услуг должнику на заявленную обществом сумму; при этом апелляционный суд указал, что должник, приводя доводы об отсутствии доказательств оказания услуг и подвергая сомнению представленные обществом доказательства, не привел доводы о неоказании спорных услуг, а только лишь об их недоказанности; при этом представленные акты оказанных услуг подписаны сторонами в двустороннем порядке, содержат печати организаций, что свидетельствует о потребительской ценности для должника полученного результата от спорных услуг, желании воспользоваться предоставляемыми обществом услугами по охране объекта, и возлагает обязанность внести денежные средства по спорным договорам; заявитель оказывал услуги должнику по охране (физическая охрана), принадлежащих должнику и находящихся на территории охраняемого объекта недвижимого имущества, а также исполнял обязанности по своевременному выявлению, предупреждению и пресечению преступлений и нарушений общественного порядка на охраняемом объекте, расположенном по адресу: Республика Калмыкия, Черноземельский район, 

<

...>; апелляционный суд также принял во внимание раннее произведенные должником платежи с 2015 года по 2019 год в рамках договора охранных услуг от 01.06.2015 № 2/15/ОХР, что свидетельствует о сложившихся между должником и обществом договорных отношений, а также поддержал довод общества о том, что данные денежные средства в полном объеме направлялись на выплату заработной платы работникам заявителя (факт наличия кадрового состава в количестве 93 человек в 2018 году, 89 человек в 2019 году, 83 человека в 2020 году подтвержден представленными в материалы дела доказательствами).

Апелляционный суд также отклонил довод налогового органа и должника об аффилированности сторон спорных договоров, ссылаясь на отсутствие материалах дела документов, на основании которых могли бы возникнуть подозрения о мнимом характере внутреннего финансирования, равно как и информации того, что стороны действовали в ущерб кредиторам должника, злоупотребляли своими правами; при этом наличие у организаций общего юридического адреса не свидетельствует об их взаимозависимости; кроме того, наличие аффилированности между должником и обществом само по себе не свидетельствует о мнимости сделки (статья 170 Гражданского кодекса), поскольку действительность исполнения договоров подтверждена представленными документами; факт аффилированности должника и кредитора сам по себе не свидетельствует о заключении спорных договоров со злоупотреблением правом или без намерения создать соответствующие правовые последствия; конкурсный управляющий должника документально не опроверг фактов необходимости охранять объекты должника, реального оказания кредитором охранных услуг и того, что услуги по охране производственных объектов должника (прилегающей территории, складов и пр.) осуществляло иное лицо.

В то же время апелляционный суд не учел следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в период конкурсного производства осуществляется в порядке, установленном статьей 100 названного Закона. Кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в пункте 13 утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.

На основании изложенного при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Кодекса, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Кодекса), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. Суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. 

В силу статьи 781 Гражданского кодекса заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. 

В соответствии с положениями статьи 783 Гражданского кодекса к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 – 729 Гражданского кодекса), если это не противоречит статьям 779 –782 указанного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг. 

В данном случае апелляционный суд правомерно заключили о том, что к правоотношениям, возникшим между должником и обществом из договоров на оказание охранных услуг от 01.06.2015 № 2/15/ОХР и от 01.02.2019 № 2/19/ОХР, подлежат применению нормы гражданского законодательства, регулирующие правоотношения сторон, возникшие из договора оказания услуг.

Однако при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

При этом в соответствии с принятым в судебной практике толкованием и целями законодательства о банкротстве из вышеуказанного общего правила есть ряд исключений. При установлении фиктивности обязательств (отсутствие реальных обязательств) между аффилированным лицом и должником требование такого лица (как и требование любого иного, в том числе и неаффилированного лица) не может быть включено в реестр требований кредиторов (статьи 168 и 170 Гражданского кодекса). При этом наличие аффилированности между должником и лицом, заявившем о своих притязаниях на конкурсную массу – само по себе не свидетельствует о фиктивности обязательства аффилированного лица либо о злоупотреблении данным лицом своими правами в ущерб законным интересам кредиторов должника, но возлагает именно на аффилированное лицо бремя опровержения обоснованных сомнений в реальности оспариваемого обязательства, с необходимостью полного раскрытия всех экономических взаимоотношений между аффилированными лицами.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. 

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 названного Кодекса пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда от 04.03.2022 и удовлетворяя заявленные требования, не привел мотивы, на основании которых им не приняты во внимание материалы проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля, по результатам которых установлены признаки аффилированности должника и общества, а также их вхождения в единую группу компаний, подконтрольных ФИО3 (т. 2, л.д. 50). При этом ссылка апелляционного суда на надлежаще оформленную первичную документацию в рамках договоров оказания охранных услуг в условиях аффилированности должника и общества несостоятельна, поскольку указанные лица обладали возможностью оформить спорную документацию в целях создания видимости реальности правоотношений и фактического исполнения сделок, на основании которых заявлены рассматриваемые требования. 

С учетом изложенного, суду апелляционной инстанции при разрешении возникшего спора следовало применить более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Общество должно было исключить любые разумные сомнения в реальности долга, так как общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых.

В материалах дела отсутствуют доказательства, опровергающие установленный налоговым органом факт аффилированности общества с должником, равно как и сведения, раскрывающие разумные экономические мотивы совершения спорных сделок. 

Таким образом, вывод апелляционного суда о наличии основания для включения в реестр требований кредиторов должника требуемой обществом задолженности (основного долга и неустойки), возникшей на основании договоров об оказании охранных услуг от 01.06.2015 № 2/15/ОХР и от 01.02.2019 № 2/19/ОХ, является преждевременным.

Налоговый орган неоднократно ссылался на то, что общество не раскрыло разумные экономические мотивы совершения спорных сделок, не обосновало заявленную стоимость охранных услуг и отсутствие платы за их оказание; уполномоченный орган также приводил доводы о том, что при наличии значительной задолженности общество до введения в отношении должника процедуры банкротства не предпринимало действия, направленные на взыскание задолженности, не проводило претензионную работу и не обращалось в суд с соответствующим заявлением. 

Кроме того, из материалов дела следует, что в кадровом составе общества числилось 93 работника в 2018 году, 89 работников в 2019 году, 83 работника в 2020 году. С учетом установленных обстоятельств оказания обществом охранных услуг иным юридическим лицам, апелляционному суду при разрешении спора и проверке реальности исполнения договоров от 01.06.2015 № 2/15/ОХР и от 01.02.2019 № 2/19/ОХ в спорный период (с апреля 2018 года по сентябрь 2020 года) следовало изучить вопрос о возможности фактического нахождения сотрудников охранной организации на территории должника и оказания ими соответствующих услуг. 

Вступившим в силу решением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 11.02.2019 по делу № А22-5164/2018 установлено, что в ходе внеплановой проверки Управлением Росгвардии по Республике Калмыкия с 06.12.2018 по 18.12.2018 по адресу нахождения общества, организация оказывала услуги по охране другого юридического лица (общества с ограниченной ответственностью «Евросибойл»).

Вступившими в законную силу судебными актами по делу № А22-1301/2019 организации отказано в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на договоре оказания охранных услуг, за период, предшествовавший принятию судом к производству заявления о признании общества несостоятельным (банкротом). При рассмотрении заявления установлен факт аффилированности общества и организации. Организация и общество входят в единую группу компаний, подконтрольных одному лицу – ФИО3 Данное обстоятельство подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-63587/2018. Договор оказания охранных услуг квалифицирован в качестве ничтожной (мнимой) сделки.

Таким образом, делая выводы о доказанности факта оказания услуг охраны должнику в размере заявленных требований, об отсутствие у должника и общества признаков   аффилированности, апелляционный суд не обоснованно не принял во внимание выводы, сделанные судами при рассмотрении споров с участием ООО ЧОП «Барс» в рамках дел о банкротстве группы компаний, в которую входит, в том числе должник. 

Согласно пункту 1 статьи 168 Кодекса при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу. Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Кодекса.

В соответствии со статьей 15 Кодекса принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Учитывая, что выводы апелляционного суда сделаны по неполно установленным фактическим обстоятельствам дела, без исследования и надлежащей оценки в совокупности всех доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалованного судебного акта, и направлении обособленного спора на новое рассмотрение в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд.

При новом рассмотрении спора апелляционному суду, учитывая повышенный стандарт доказывания, необходимо учесть изложенное, исследовать все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения обособленного спора, в том числе обстоятельства реальности оказания обществом услуг, дать оценку доводам налогового органа и других лиц, участвующих в деле, приняв судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2022 по делу № А22-1185/2021 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Председательствующий

Ю.О. Резник

Судьи

Е.В. Андреева

Е.Г. Соловьев