СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12170/2024(1)-АК

Дело № А50-30083/2023

26 декабря 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 декабря 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего Чухманцева М.А.,  

судей                               Иксановой Э.С., Темерешевой С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Шляковой А.А. (до перерыва), ФИО1 (после перерыва),

при участии:

от должника ООО «Красноярское лесопромышленное предприятие»: ФИО2, паспорт, доверенность от 09.02.2024 (до и после перерыва),

от кредитора УФНС России по Пермскому краю: ФИО3, служебное удостоверение, доверенность от 24.09.2024 (до и после перерыва),

ФИО4, паспорт; его представитель ФИО5, удостоверение, доверенность то 24.11.2022 (после перерыва);

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в заседании суда апелляционную жалобу кредитора ФИО4

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 24 октября 2024 года 

о признании требований обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты,

вынесенное (принятое) в рамках дела №А50-30083/2023

о признании ООО «Красноярское лесопромышленное предприятие» несостоятельным (банкротом),

третье лицо: ООО «Нарат-К»,

установил:

01.12.2023 общество с ограниченной ответственностью  «УралТрансХолдинг» обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Красноярское лесопромышленное предприятие» (далее – должник, ООО «КЛПП») несостоятельным (банкротом), обосновывая требование наличием задолженности в общей сумме 427 455 руб. 42 коп. и не уплаченной свыше трех месяцев. 

Определением суда от 08.12.2023 заявление должника принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

08.02.2024 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление ФИО4 (далее – конкурсный кредитор, кредитор, ФИО4) о вступлении в дело и признании общества с ограниченной ответственностью «Красноярское лесопромышленное предприятие» несостоятельным (банкротом).

Уведомление о намерении кредитора обратиться в суд с заявлением о банкротстве опубликовано на сайте ЕФРСБ 15.01.2024 -  номер публикации: 18213673. 

Определением суда от 15.02.2024 заявление ФИО4 о признании  общества с ограниченной ответственностью «Красноярское лесопромышленное предприятие» несостоятельным (банкротом) принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве). Этим же определением ФИО4 уведомлен о том, что судебное заседание по рассмотрению обоснованности указанного требования будет назначено в течение пятнадцати дней с даты судебного заседания по проверке обоснованности требований первого заявителя, обратившегося в арбитражный суд, после опубликования сведений о введении процедуры банкротства.

Определением суда от 22.02.2024 (резолютивная часть от 19.02.2024) заявление ООО «УралТрансХолдинг» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО6 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих - №820, адрес для направления корреспонденции: 614107, 

<

...>, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих»).           

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» (выпуск №38(7728) от 02.03.2024), включены в федеральный информационный ресурс – Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (сообщение №13750829 от 26.02.2024).

Определением суда от 01.03.2024 заявление ФИО4 принято к рассмотрению как заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 02.07.2024 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Нарат-К», на основании ст. 51 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.10.2024 (резолютивная часть от 10.10.2024) требование ФИО4 в общем размере 15 933 075,41 руб., из которых 8 400 000 руб. основного  долга,       2 587 475,41 руб. процентов за пользование займом, 4 885 600 руб. неустойка, 60 000 руб. судебные расходы по уплате государственной пошлины, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествовавшей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО4 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт о включении требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

В жалобе выражает несогласие с определением суда в части включения требования в очередность, предшествующей распределению ликвидационной квоты должника ввиду признания сторон аффилированными и наличия у ФИО4 контролирующей роли по отношению к должнику. Указывает на нарушение судом норм процессуального права, связанных с оценкой доказательств по делу, приведших к принятию немотивированного судебного акта. Судом отвергнуты показания свидетелей ФИО7 и ФИО8 с указанием на то, что свидетели сообщили о своем субъективном восприятии существовавших в Обществе взаимоотношений. Свидетели ФИО7 и ФИО8 располагали сведениями о фактических обстоятельствах взаимоотношений ФИО9 (участник Общества с 2010 года и до января 2015 года директор Общества), ФИО10 (с октября 2014 года участник Общества и с января 2015 директор Общества), кредитора ФИО4 и сообщили о том, что было известно им лично (то есть субъективное мнение об объективно существовавших обстоятельствах). Также не дано оценки позиции третьего лица ООО «Нарат-К», являвшегося в 2015 году владельцем 49% доли в уставном капитале Общества, о том, что ФИО4 производилось финансирование ФИО9 как физического лица для выкупа им долей в уставном капитале Общества, в том числе для выполнения его обязательств по привлечению дополнительного финансирования и погашения имеющейся задолженности перед ООО «Нарат-К». Таким образом, ООО «Нарат-К» не располагало сведениями о том, что ФИО4 в 2015 году контролировал деятельность должника, давал или мог давать его руководителю обязательные для исполнения указания, каким-либо иным образом влиял на финансово-хозяйственную деятельность Общества. Судом неправомерно приняты в качестве доказательства контролирующей роли ФИО4 копии электронной переписки представителя ООО «КЛПП» ФИО2 и руководителя Общества ФИО10, из которой, как следует из пояснений ФИО2, должно быть видно, что ФИО2 по указанию ФИО10 составлено исковое заявление от имени ФИО4 о взыскании с ООО «КЛПП» 1 000 000 руб. С позиции апеллянта, отвергнув свидетельские показания незаинтересованных в исходе дела лиц, суд первой инстанции принимает в качестве доказательства копию электронной переписки между представителем должника и его директором, из которой видно, что в адрес директора направляются проекты документов (претензии, искового заявления), однако содержание документов установить не представляется возможным. Из переписки также не следует, что ФИО4 давал какие- либо указания представителю должника ФИО2 и/или руководителю Общества ФИО10 по подготовке документов, оплачивал услуги ФИО2 и т.п. Переписка представлена в виде, не позволяющим идентифицировать первоисточник для изготовления скриншота, дату такого изготовления и т.д. Заявитель также оспаривает выводы суда об аффилированности ФИО4 с Обществом через участника ФИО11 (4 % уставного капитала), подконтрольности должника кредитору ФИО4 и его вовлеченности в предпринимательскую деятельность должника. Указание суда на то, что ФИО4 и ФИО11 являются партнерами в иных юридических лицах, не обосновывает наличие подконтрольности ООО «КЛПП» ФИО4 Заявитель указывает, что договоры доверительного управления от 19.08.2010 и от 02.12.2010, заключенные между ООО «Нарат-К» (на 2010 г. владелец 100% доли в уставном капитале) и ООО «Закамский берег» (доверительный управляющий) в интересах выгодоприобретателя ФИО9; срок действия указанных договоров - до 05.11.2010 и до 01.09.2011 соответственно. ФИО4 давал деньги ФИО9 на выкуп долей в уставном капитале, принадлежащих ООО «Нарат-К», на случай, если ФИО9 нужно будет принимать какие-либо корпоративные решения с участием ООО «Нарат-К». При этом спорный заем был предоставлен в мае 2015 года, а действие договора закончилось в сентябре 2011 года. Отмечает, что участие ФИО4 в судебных спорах относительно прав на доли в уставном капитале Общества связано с защитой своих финансовых интересов, при этом в корпоративном конфликте, начавшемся в Обществе в 2021 году, ФИО4 не участвовал, также, как не участвовал ни в одном общем собрании участников Общества, доказательств иного в материалах дела не содержится. Устанавливая фактическую связь между ФИО4 и ООО «КЛПП», при том, что предметом рассмотрения в данном случае является наличие подконтрольности должника заявляющемуся кредитору, суд не обосновал, каким образом предоставление адреса для государственной регистрации подтверждает подконтрольность должника кредитору. Также не согласен с выводом суда о нетипичности договора займа от 31.05.2015 о предоставлении должнику беспроцентного займа. Судом неоднократно указано, что ФИО4 и ФИО9 являлись друзьями, между ФИО4 и ФИО10 также были приятельские отношения. ФИО4 доказано наличие у него финансовой возможности предоставить беспроцентный заем своим друзьям для поддержки их бизнеса. После смерти ФИО9 в 2017 году и при длительном нарушении срока возврата займа между ФИО4 и ООО «КЛПП» было подписано дополнительное соглашение от 24.12.2018 с условием о начислении процентов по ставке 6% годовых и неустойки за нарушение срока возврата займа, соотносимых со ставкой ЦБ РФ на указанный период. При этом у заявителя не было цели заработать на предоставлении займа своим друзьям. Отмечает, что к банкротству предприятия привели действия и решения лиц, контролировавших должника в период с 2021 года и по настоящее время, по мнению заявителя, таковым является ООО «УралТрансХолдинг» - кредитор-заявитель по делу. Таким образом, ФИО4 не является контролирующим лицом по отношению к должнику, он не давал и не мог давать должнику обязательных к исполнению указаний, не принимал и не мог принимать управленческих решений по операционной деятельности должника, не участвовал в распределении прибыли по результатам деятельности должника и не мог рассчитывать на это. Материалы дела не содержат ни одного доказательства этого. Указанное свидетельствует о том, что требования ФИО4 не могут быть субординированы, а очередность их удовлетворения понижена. 

Арбитражный управляющий, уполномоченный орган в отзывах возражают против доводов апелляционной жалобы.

От ФИО4 поступили ходатайства об отложении судебного разбирательства в связи с невозможностью участия представителей ввиду их нахождения в отпуске за пределами РФ 

Арбитражным управляющим представлены возражения на ходатайства об отложении судебного заседания. 

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отложения судебного заседания ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ.

В судебном заседании представители кредитора УФНС России и должника возражали против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах.

В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлен перерыв до 16.12.2024.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии апеллянта и его представителя, представителей должника, уполномоченного органа.

ФИО4 и его представитель доводы апелляционной жалобы поддерживают в полном объеме; представители кредитора УФНС России и должника возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание апелляционного суда своих представителей не направили, в соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст.266, ст.268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, в обоснование требования заявителем указано на то, что у должника перед ФИО4 имеются неисполненные обязательства, возникшие на основании договора беспроцентного займа №3 от 31.05.2015, по условиям которого ФИО4 предоставил должнику денежные средства в размере 9 400 000 руб. на срок до 01.01.2018.

Указанные денежные средства были переданы директору общества ФИО12, что подтверждается его собственноручной подписью на договоре займа.

Обязательства по возврату займа заемщиком не были исполнены в срок, 24.12.2018 между сторонами заключено соглашение к договору беспроцентного займа, в соответствии с которым заемщик обязуется осуществить частичное погашение займа в сумме 1 000 000 руб. не позднее 30.12.2018, оставшуюся сумму займа выплатить в срок не позднее 01.10.2021, с начислением процентов в размере 6% годовых за период с 01.01.2019 до дня возврата суммы займа. Также в указанном соглашении было согласовано условие об ответственности заемщика, в случае невозвращения суммы займа, в виде  пени в размере 0,1 %  от суммы просроченного к исполнению обязательства  за каждый день просрочки.

Частичное погашение займа в сумме 1 000 000 руб. произведено заемщиком на основании расходного кассового ордера №28 от 25.12.2018. Задолженность в сумме  8 400 000 руб. до настоящего времени заемщиком не погашена. 

В связи с неисполнением заемщиком обязательств по возврату займа ФИО4 обратился в Кировский районный суд г. Перми суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Красноярское лесопромышленное предприятие» о взыскании задолженности по договору займа №3 от 31.05.2015 в общей сумме         15 526 306,85 руб., из которых: 8 400 000 руб. - сумма займа, 2 195 506,85 руб. - проценты за пользование займом за период с 01.01.2019 по 10.05.2023, 4 930 800 руб. - неустойка за просрочку возврата займа за период с 01.10.2021 по 10.05.2023, с начислением неустойки за период с 11.05.2023 по день вынесения решения суда из расчета 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, с продолжением начисления неустойки со дня, следующего за днем вынесения решения суда по день фактического исполнения обязательства, а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей.

Решением Кировского районного суда г. Перми от 05.09.2023 по делу №2-2331/2023 иск ФИО4 удовлетворен частично; с ООО «Красноярское лесопромышленное предприятие» в пользу ФИО4 взыскана задолженность по договору займа от 31.05.2015, с учетом соглашения от 24.12.2018, в размере 13 095 506,85 руб., в том числе основной долг 8 400 000 руб., проценты за период с 01.01.2019 по 10.05.2023 в размере 2 195 506,85 руб., неустойка за период с 01.10.2021 по 10.05.2023 в размере 2 500 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. Кроме того, с ООО «Красноярское лесопромышленное предприятие» в пользу ФИО4  взыскана неустойка по ставке 0,1% от неуплаченной суммы займа за каждый день просрочки, начиная с 11.05.2023 и по дату полного исполнения обязательств по возврату суммы займа.

Апелляционным определением Пермского краевого суда от 16.11.2023 решение Кировского районного суда  г. Перми  от 05.09.2023 по делу №2-2331/2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба  ООО «КЛПП» - без удовлетворения.

Требование в общем размере 15 933 075,41 руб., в том числе 8 400 000 руб. основного долга, 2 587 475,41 руб. процентов за пользование заемными денежными средствами за общий период с 01.01.2019 по 18.02.2024, 4 885 600 руб. неустойки за общий период с  01.01.2019 по 18.02.2024, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. предъявлено кредитором ФИО4 ко включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Возражая против требований, временный управляющий представил консолидированную позицию об отказе в удовлетворении требований  ФИО4 в полном объеме; полагает, что реальность предоставления кредитором  займа в виде наличных денежных средств не доказана; в случае признания судом факта выдачи займа доказанным, полагает, что требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Временным управляющим также приведен довод о необоснованном начислении кредитором неустойки с учетом моратория на банкротство, введенного постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 №497 с 01.04.2022, в течение которого проценты, неустойки не начисляются (ст. 9.1  Закона о банкротстве) и заявлено о снижении взысканной судом неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

Суд первой инстанции, исходя из реальности перечислений денежных средств, приняв во внимание представленные письменные доказательства, показания свидетелей и обстоятельства дела признал требования кредитора обоснованными, но с учетом аффилированности сторон пришел к выводу о предоставлении должнику компенсационного финансирования, в связи с чем признал требования подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

При этом судом отклонен довод управляющего о необоснованном начислении кредитором неустойки, с учетом Решения Кировского районного суда г. Перми от 05.09.2023 по делу №2-2331/2023, оснований для ее снижения не установлено.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав участников процесса, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 100 Закона о банкротстве требование кредитора о включении в реестр требований кредиторов предприятия - должника направляется в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов.

Согласно статьям 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 №14-П, от 19.12.2005 №12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

В развитие данной правовой позиции в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» даны разъяснения о том, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны, требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В делах о банкротстве применяется повышенный стандарт доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, тем более в случае предъявления требования аффилированным лицом, то есть суд проводит более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 №305-ЭС18-413, от 13.07.2018 №308-ЭС18-2197).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Основанием для обращения с настоящим заявлением послужило неисполнение должником обязательств перед ФИО4, возникших на основании договора беспроцентного займа №3 от 31.05.2015.

Выводы суда относительно обоснованности заявленных требований и размера требования лицами, участвующими в деле, не оспариваются. 

Судом установлено, что ФИО4 является заинтересованным лицом по отношению к должнику ООО «Красноярское лесопромышленное предприятие» через его участника ФИО11 с долей 4 % в уставном капитале общества, а также в силу приятельских отношений с действующим директором ФИО10 и дружеских и партнерских отношений с прежним участником и руководителем ООО «КЛПП» ФИО9

Заявитель в жалобе выражает несогласие с выводами суда относительно понижения очередности удовлетворения требования, поскольку ФИО4 не является контролирующим лицом по отношению к должнику, не давал и не мог давать должнику обязательных к исполнению указаний, не принимал и не мог принимать управленческих решений по операционной деятельности должника, не участвовал в распределении прибыли по результатам деятельности должника и не мог рассчитывать на это.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве). 

В соответствии с п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность; аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы;

аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются:

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо;

юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

При этом согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056).

При этом, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих (пункт 2 Обзора от 29.01.2020).

В то же время требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (пункт 3 Обзора от 29.01.2020).

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Такое право (возможность) может предопределяться родством (свойством), должностным положением, доверенностью или иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Таким образом, контролирующим лицом может быть признано любое лицо, имеющее как юридическую, так и фактическую возможность определять действия юридического лица.

В ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 №308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6)).

При этом, Обзором от 29.01.2020 выработаны дополнительные критерии при проверке обоснованности требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц. При рассмотрении вопроса о включении в реестр требований кредиторов должника требований аффилированных к должнику лиц к таким лицам применяется повышенный стандарт доказывания, что означает исключение любых разумных сомнений в действительности и размере задолженности подлежащей включению (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Исходя из данной правовой позиции, изложенной в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, предоставление контролирующим должника лицом компенсационного финансирования (в условиях имущественного кризиса либо посредством отказа от принятия мер к истребованию задолженности в условиях имущественного кризиса) влечет отнесение на такое лицо всех рисков, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Как разъяснено в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

При этом, под имущественным кризисом понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно (п. 6.2 Обзора от 29.01.2020). 

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права  на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротств (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).

Неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Из материалов дела следует, что с  28.08.2015  участником ООО «КЛПП» являлся ФИО11 (ИНН 

<

***>) с долей 4 %. 

Указанный участник ФИО11 и кредитор ФИО4, в свою очередь, являлись участниками в иных обществах с ограниченной ответственностью, начиная с апреля 2007, в которых супруга участника должника ФИО13 являлась/является директором, а именно: ООО «НАШ ДОМ И К» (ОГРН 

<

***>) и ООО «ПРАВЫЙ БЕРЕГ» (ОГРН 

<

***>), что подтверждается выписками из Единого государственного реестра юридических лиц.

Кроме того, из пояснений как кредитора, так и действующего директора ФИО10, следует, что между ними существовали приятельские отношения.

Так, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 12.12.2022 (КУСП №30547 от 19.09.2022) по заявлению ФИО4  по факту возможных противоправных действий со стороны ФИО10 содержатся пояснения ФИО4 о том, что ФИО10 (действующий директор ООО «Красноярское ЛПП») был его хорошим другом, у них сложились доверительные отношения, поэтому договор займа являлся беспроцентным.

Кроме того, между ФИО4 и прежним участником и руководителем ООО «КЛПП» ФИО9  также имелись дружеские и партнерские отношения, в том числе по финансированию выкупа доли в ООО «КЛПП» в 2010 году, что следует из материалов дела и личных пояснений ФИО4  от 08.10.2024.

После смерти участника ФИО9 в 2017 году, в ООО «Красноярское ЛПП» имел место корпоративный конфликт, что следует из представленных в материалы обособленного спора документом и судебных актов по делу №2-2968/2022, рассмотренному Ленинским районным судом г. Саратова.

Из апелляционного определения Саратовского областного суда  от  10.01.2023 по делу №2-2968/2022  по иску ФИО14 (сына умершего ФИО9)  к обществу «Нарат-К», обществу «Красноярское ЛПП» о включении  имущества в состав наследственной массы, прекращении и признании права собственности на долю в уставном капитале  следует, что ФИО4 принимал участие в рассмотрении дела в качестве третьего лица, подавал апелляционную жалобу на решение суда первой инстанции. При этом в судебном акте приведена правовая позиция ФИО4, о том, что он осуществлял инвестирование процесса приобретения ФИО9 доли в уставном капитале общества, в связи с чем спорная доля принадлежит ему.

Более того, 19.08.2010 между ООО «Нарат-К» и ООО «Закамский Берег» был заключен договор о передаче доли ООО «КЛПП» в размере 100% в доверительное управление ООО «Закамский Берег» в лице директора ФИО4, в интересах выгодоприобретателя ФИО9, согласно которому доверительный управляющий имеет право, в том числе получать доходы от деятельности общества, осуществлять любые другие действия, вытекающие из права собственности на долю в уставном капитале ООО (п. 3.1. договора).

02.12.2010 между теми же лицами был заключен договор о передаче доли в размере 49% в доверительное управление ООО «Закамский Берег» в лице директора ФИО4, в интересах выгодоприобретателя ФИО9, на аналогичных условиях.

Кроме того, подтверждением фактической связи ФИО4 и ООО «КЛПП» также является следующее: согласно договору о передаче доли ООО «КЛПП» в размере 100% в доверительное управление ООО «Закамский Берег», заключенному 19.08.2010 между ООО «Нарат-К» и ООО «Закамский Берег» в лице директора ФИО4, указан адрес доверительного управляющего: 

<

...>.

Согласно пункту 1.1 договора аренды нежилого помещения от 01.07.2021, заключенного между ООО «Закамский Берег» (арендодатель) и ООО «КЛПП» (арендатор), арендодатель предоставляет в возмездное пользование арендатору нежилую площадь в количестве 3 кв. м, расположенную на 2-м этаже здания по адресу 

<

...>.

Адреса местонахождения сторон договора аренды так же совпадают. Договоры аренды нежилого помещения по адресу: 

<

...> заключались ООО «КЛПП» с 2015.

Таким образом, принимая во внимание дружеские и деловые связи ФИО4 с участниками ООО «КЛПП», ФИО4 с 2010 года является аффилированным лицом по отношению к должнику.

Суд критически отнесся к пояснениям свидетелей ФИО7 (партнера ООО «КЛПП») и ФИО8 (бывшего финансового директора общества), которые пояснили, что ФИО4 позиционировали в обществе как основного кредитора. Суд полагает, что мнение свидетелей является исключительно субъективным восприятием существовавших в обществе взаимоотношений.

Кредитор – ФИО4 не оспаривает факт аффилированности с должником, однако, отмечает, что не являлся ни контролирующим должника лицом, ни бенефициарным владельцем общества.

Возражая относительно доводов о наличии оснований для понижения очередности (субординации) заявленного требования, ФИО4 ссылается на то, что компенсационное финансирование должнику не предоставлялось, заём был предоставлен ввиду наличия дружеских отношений с участниками общества по их просьбе. При этом отмечает, что никогда не являлся лицом, контролировавшим деятельность общества, не давал никаких указаний относительно управления обществом. Вместе с тем, подтверждает, что денежные средства по договору займа были предоставлены обществу в период сложной финансовой ситуации.

Кредитор отметил, что заем по договору от 31.05.2015 был предоставлен по просьбе ФИО9 и ФИО10, а поскольку на момент окончания срока действия договора  займа от 31.05.2015 задолженность не была оплачена, между сторонами было подписано соглашение к договору займа от 24.12.2018, в котором  согласована уплата процентов, неустойки, и установлен срок возврата суммы – 01.10.2021.

Вместе с тем, суд отмечает, что договор займа от 31.05.2015 о предоставлении должнику беспроцентного займа носит нетипичный характер, разумные экономические причины совершения указанной сделки  не раскрыты кредитором, как и длительное непринятие мер по взысканию задолженности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Так, между сторонами договора займа было подписано соглашение от 24.12.2018, фактически пролонгирующее действие договора займа и прерывающее срок исковой давности.

Более того, как указывает представитель ООО «КЛПП» ФИО2, им лично, по указанию директора ФИО10, были подготовлены претензия и исковое заявление от имени ФИО4 к ООО «КЛПП» с целью «просудить» часть задолженности, минимизировав риски, связанные с истечением срока исковой  давности,  невозможностью истребовать имеющуюся задолженность в будущем. В подтверждение указанных обстоятельств ФИО2 представлены скриншоты личной электронной переписки с ФИО10 Также в пояснениях должника  указано, что в соглашении от 24.12.2018 было согласовано частичное погашение  задолженности в размере 1 000 000 руб. до 30.12.2018. Вместе с тем, погашение было осуществлено только документально, без реального движения денежных средств, путем оформления нового договора займа на указанную сумму  от 24.01.2019, задолженность по которому впоследствии была взыскана в судебном порядке.

Кредитор отметил, что в период с 2014 по 2018 годы у ООО «Красноярское ЛПП» отсутствовали признаки несостоятельности (банкротства), в  обоснование чего представил отчет о финансовых результатах деятельности общества с сайта rusprofile.

Вместе с тем, по данным бухгалтерской отчетности, по итогам 2015 года у должника имелись краткосрочные обязательства, которые на начало года  составляли 7 193 000 руб., на конец года составили 11 834 000 руб.  При этом остаток по счету на начало периода, то есть на 01.01.2015 составлял 0,00 руб.

Как следует из отзыва временного управляющего и пояснений директора ФИО10, анализ движения денежных средств по счету в спорный период свидетельствует о наличии картотеки в связи с имеющейся непогашенной задолженностью по оплате обязательных платежей за 2014 год.

В судебном заседании 17.09.2024 директором ООО «КЛПП» были даны пояснения по обстоятельствам получения займа от ФИО4, а также о том, что в 2015 году, когда он приступил к исполнению обязанностей директора, общество находилось в неудовлетворительном финансовом состоянии, имелась картотека неоплаченных счетов.

Из письменных пояснений должника (л. д. 42-43), следует, что денежные средства, полученные от ФИО4, были израсходованы на погашение просроченной задолженности и на общехозяйственные нужды по текущей деятельности предприятия, а именно: на погашение задолженности перед учредителями ФИО9 и ФИО10, погашение задолженности перед Министерством природных ресурсов  Пермского края по договору аренды  лесосек, задолженности по заработной плате, задолженности за электроэнергию, на приобретение топлива, саженцев, оплату транспортных услуг.

Согласно выписке операций по лицевому счету №

<

***> в Западно-Уральском банке ПАО Сбербанк по состоянию на 27.02.2015, в картотеку помещены следующие требования:

- выписка операций по лицевому счету №

<

***> в Западно-Уральском банке ПАО Сбербанк по состоянию на 27.02.2015г., в картотеку помещено требований на сумму: 277 171,80 руб.;

- выписка операций по лицевому счету №

<

***> в Западно-Уральском банке ПАО Сбербанк по состоянию на 20.03.2015г., в картотеку помещено требований на сумму: 1 530 136,91 руб.;

- выписка операций по лицевому счету №

<

***> в Западно-Уральском банке ПАО Сбербанк по состоянию на 13.07.2015г., в картотеку помещено требований на сумму: 3 004 004,90 руб.

По результатам анализа финансово-хозяйственной деятельности общества, временный управляющий обратил внимание на то, что неисполнение требований по уплате налога, сбора, пени, штрафа началось с 15.12.2014. Согласно требованию ФНС России по Кировскому району г. Перми №2236 от 29.04.2015 по состоянию на 29.04.2015 за ООО «КЛПП» числится общая задолженность в размер 2 397 878,27 руб.

Также имелись неисполненные обязательства по внесению арендных платежей по договору №143 аренды лесного участка от 25.12.2008 в сумме            565 000,00 руб. 

Имелись и иные неисполненные обязательства перед кредиторами, например,  20.05.2015  в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление от ООО «ШаГ» о взыскании с ООО «КЛПП» неосновательного обогащения в сумме 280 176 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 48 474,04 рублей, расходов на уплату государственной пошлины в сумме  9 573 руб. (дело №А50–10500/2015) Определением суда от 03.08.2015 производство по делу №А50-10500/2015 прекращено в связи с отказом заявителя от исковых требований.

Директором ООО «КЛПП» в материалы дела представлены доказательства оплаты арендных платежей после вступления в должность, что подтверждает принятие мер по выходу из кризисной ситуации, в частности после предоставления займа: чек-ордер (СУИП 100186992617GGFL) от 08.07.2015  об оплате задолженности по договору №143 от 25.12.2008 в пользу Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии сумму в размере 300 000,00 руб., чек -ордер (СУИП 1002256944830SRL) от 20.07.2015  на сумму 450 000,00 руб.

Установив, что денежные средства, полученные от ФИО4, были направлены должником на погашение просроченной задолженности и на обеспечение своей текущей хозяйственной деятельности, признав, что в отсутствие имущественного кризиса должник мог бы самостоятельно оплачивать свои текущие расходы, без использования механизма компенсационного финансирования, суд первой инстанции пришел к выводу о вовлеченности кредитора ФИО4 в  предпринимательскую деятельность должника. 

Суд апелляционной инстанции находит верными выводы суда первой инстанции о том, что договор займа заключен при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Вместе с тем, апелляционный суд не может согласиться с выводом о наличия у ФИО4 контролирующей роли по отношению к должнику.

Исходя из Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства-требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, основной целью института субординации является понижение в очередности контролирующего лица по отношению к независимому кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли в случае удачи бизнеса. Именно такое лицо должно нести риск банкротства раньше внешних кредиторов, связанных с должником лишь обязательственными отношениями (т.е. удовлетворяться после таких кредиторов в отдельной очередности).

Таким образом, лицам, возражающим против включения в реестр требований кредитора по указанным выше основаниям, необходимо доказать, что кредитор является лицом, контролирующим должника, а также наличие причинно-следственной связи между действиями кредитора - контролирующего должника и наступлением банкротства.

Указание суда на то, что ФИО4 и ФИО11 являются партнерами в иных юридических лицах, не обосновывает наличие подконтрольности ООО «КЛПП» ФИО4, учитывая, что ФИО11 обладает долей в 4% уставного капитала Общества, т.е. он сам, как миноритарий Общества, не обладает распорядительными функциями по отношению к Обществу. Так, ФИО11 смог получить доступ к некоторым бухгалтерским и корпоративным документам Общества только через обращение в Арбитражным суд Пермского края в рамках дела А50-14886/2022.

Также суд первой инстанции ссылается на договоры доверительного управления от 19.08.2010 и от 02.12.2010, заключенные между ООО «Нарат-К» (на 2010 г. владелец 100% доли в уставном капитале) и ООО «Закамский берег» (доверительный управляющий) в интересах выгодоприобретателя ФИО9 Срок действия указанных договоров - до 05.11.2010 и до 01.09.2011 соответственно. В судебном заседании 02.10.2024 ФИО4 пояснил об обстоятельствах заключения указанных договоров: они были заключены в интересах ФИО9, которому ФИО4 давал деньги на выкуп долей в уставном капитале, принадлежащих ООО «Нарат-К», на случай, если ФИО9 нужно будет принимать какие-либо корпоративные решения с участием ООО «Нарат-К». При этом спорный заем был предоставлен в мае 2015 года, а действие договора закончилось в сентябре 2011 года. ФИО4 в управлении долями в уставном капитале Общества фактически не участвовал, доходов от деятельности Общества не получал, доказательств иного в материалах дела не содержится. Пунктами 3.2. указанных договоров полномочия доверительного управляющего ограничены, в том числе, в части назначения единоличного исполнительного органа Общества, отчуждения Обществом любого имущества и т.д.

Судом указано, что ФИО4 в качестве третьего лица участвовал в судебных спорах относительно прав на доли в уставном капитале Общества, в частности, в деле 2- 2968/2022, рассмотренном Ленинским районным судом г. Саратова, что соответствует действительности. В связи с финансированием ФИО9 в целях приобретения им долей в уставном капитале и при наличии у ФИО4 обязательства ФИО9, выданного в качестве обеспечения возврата долга, оформить на ФИО4 долю 40% уставного капитала после приобретения ФИО9 дополнительно 49% доли в уставном капитале ООО «КЛПП» у ООО «Нарат-К», ФИО4 защищал в судебных спорах свои финансовые интересы. Однако в корпоративном конфликте, начавшемся в Обществе в 2021 году (дела №А50-26891/2021, А50-21035/2021, А50- 14886/2022) ФИО4 не участвовал, также, как не участвовал ни в одном общем собрании участников Общества, доказательств иного в материалах дела не содержится.

Как на подтверждение фактической связи между ФИО4 и ООО «КЛПП» суд указывает на то, что ООО «Закамский берег», в котором ФИО4 является директором, и ООО «КЛПП» имеют один адрес: ул. Калинина, 34. Однако предметом рассмотрения суда в сложившейся ситуации является не наличие фактической связи, а наличие подконтрольности должника заявляющемуся кредитору.

Как пояснил в суде первой инстанции руководитель Общества ФИО10, заключение договоров аренды на пользование нежилым помещением площадью 3 кв.м, по адресу: 

<

...> было формальным, имело целью предоставление ООО «КЛПП» юридического адреса в городе Перми для оптимизации работы Общества, арендные платежи не уплачивались, Общество по адресу: 

<

...> никогда не находилось. Приводя указанный довод, судом не обосновано, каким образом предоставление адреса для государственной регистрации подтверждает подконтрольность должника кредитору.

Судом первой инстанции указано, что договор займа от 31.05.2015 о предоставлении должнику беспроцентного займа носит нетипичный характер, разумные экономические причины совершения указанной сделки не раскрыты кредитором. При этом судом в обжалуемом определении неоднократно указано, что ФИО4 и ФИО9 являлись друзьями, между ФИО4 и ФИО10 также были приятельские отношения. Представленными в Кировский районный суд г. Перми выписками по расчетным счетам ИП ФИО4 за 2014, 2015 годы подтверждается наличие финансовой возможности для предоставления займа в сумме 9 400 000 рублей: доход ФИО4 за 2014 год составил более 90 млн. руб., за 2015 год - более 130 млн. руб. (т. 1 л. д. 52-105, т. 2 л. д. 1- 119, 120-231 гр. дела №        2-2331/2023). То есть ФИО4 имел финансовую возможность предоставить беспроцентный заем своим друзьям для поддержки их бизнеса. Договор займа от 31.05.2015 на сумму 9 400 000 руб. со сроком возврата до 01.01.2018 был подписан ФИО10, как директором Общества, и ФИО9, как основным участником, занимающимся операционной деятельностью предприятия. После смерти ФИО9 в 2017 году и при длительном нарушении срока возврата займа между ФИО4 и ООО «КЛПП» было подписано дополнительное соглашение от 24.12.2018 с условием о начислении процентов по ставке 6% годовых и неустойки за нарушение срока возврата займа. Ставка рефинансирования ЦБ РФ с 17.12.2018 года составляла 7,75% годовых, то есть процентная ставка по займу соотносима со ставкой ЦБ РФ. Кроме того, как указал ФИО4 в своих пояснениях в судебном заседании 02.10.2024 года, у него не было цели заработать на предоставлении займа своим друзьям.

Из изложенного выше следует, что ФИО4 не является контролирующим лицом по отношению к должнику, он не давал и не мог давать должнику обязательных к исполнению указаний, не принимал и не мог принимать управленческих решений по операционной деятельности должника, не участвовал в распределении прибыли по результатам деятельности должника и не мог рассчитывать на это. Материалы дела не содержат доказательств этого. 

Исследовав приведенные выше обстоятельства в совокупности апелляционный суд считает, что кредиторами и временным управляющим должника не доказан факт подконтрольности должника ФИО4, а также то, что последний являлся бенефициаром, контролирующим должника лицом, как до так и после заключения договора займа от 31.05.2015, в связи с чем его требования не подлежат субординированию по правилам пункта 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства-требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), поскольку не доказан один из существенных признаков – статус ФИО4 как лица, контролирующего должника.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Пермского края от 24.10.2024 подлежит изменению в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, с изложением резолютивной части в соответствующей редакции.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 24 октября 2024 года по делу №А50-30083/2023 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

« Признать требования ФИО4 в общем размере 15 933 075 руб. 41 коп., из которых 8 400 000 руб. – основной долг, 2 587 475 руб. 41 коп. – проценты за пользование займом,  4 885 600 руб. – неустойка, 60 000 руб. – судебные расходы по уплате государственной пошлины, обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке третьей очереди реестра требований кредиторов должника.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

Судьи

Э.С. Иксанова 

С.В. Темерешева